Как ОСВВ НЕ действует в Иркутской области⁠⁠

Или легальный способ выкинуть собаку на улицу!

Итак я простой неИван город Иркутск.

После очередного общения с местной администрацией, а так же сотрудниками службы отлова у меня, наконец накипело что сказать. Речь пойдет о печально известном законе об ответственном обращении с животными (ОСВВ) и о том, как он НЕ работает в Иркутской области.

Все мы знаем, что в России существует закон, О защите Собак от Всех Вообще– ОСВВ. Множественные человеческие жертвы доказывают: закон не работает. С этим согласны и зоосектанты, и обычные жители.

Однако чтобы понять, почему не работает инструмент им нужно как минимум попользоваться. Что я и сделал. Мой опыт взаимодействия со структурами, ответственными за отлов в этом гигапосте.

Бюрократический абсурд вместо работы

Однажды меня достало обилие агрессивных шавок на улицах.

С лета я регулярно подаю заявки на отлов собак через ресурс «Решаем вместе». Изначально я действовал логично: фотографировал стаю, писал мол агрессивная собака. Адрес подгружался автоматически, на карте появлялась метка. Каково же было мое удивление, когда через несколько дней мне позвонили из администрации Иркутского района с уточняющими вопросами: какого цвета собака, каков ее рост, агрессивна ли она, точные координаты ее нахождения (оказывается, они не видят метку на карте).

Представьте: проходящий мимо человек, увидев стаю, должен, по мнению чиновников, занести в блокнот масть, рост и темперамент каждой собаки, а также зафиксировать их точную дислокацию. На мой резонный вопрос «Зачем нужны точные координаты, если собака за день может переместиться на десятки километров?» был получен ответ: «Так удобнее искать и мы должны указать это в заявке».

Практически сразу после этого звонка моя заявка на портале перешла в статус «Рассмотрена» и окрасилась в зеленый цвет. Собак еще никто не видел, а формально заявка уже была «выполнена».

Круговорот бумаг в природе

Спустя неделю раздался звонок уже из службы отлова. Меня назвали по имени-отчеству (то есть сторонняя организация получала мои данные и телефон), спросили: «Это вам собачка мешает?» — и задали те же самые вопросы, что и в администрации. Это наводит на мысль, что приложенные к заявке фото и видео никто не смотрит.

Собак, стоит отметить, иногда отлавливают. Но если заявка подана на стаю, ловят только тех, кого застали на месте. Остальные 3-4 особи, которые в тот момент могли доедать девочку на соседней улице, остаются на свободе. Чтобы ликвидировать одну стаю, мне приходилось подавать 3-4 отдельные заявки в течение нескольких недель.

Портал «Решаем вместе» запрещает подавать более двух обращений в день и не более одного в час. Таким образом, чтобы сообщить о пяти собаках, нужно три реальных дня. Телефонный номер указанный на сайте администрации наименее эффективный способ подачи заявки. Чаще всего трубку поднимают только для того, чтобы сообщить об отсутствии сотрудника. Отошла, на выезде, перезвоните позже.

«Собак ловят ТОЛЬКО по заявке»

Последние два месяца я составлял заявки на стаю, обосновавшуюся в будке на моей улице. Помня старые вопросы, я подал заявку на каждую собаку в отдельности.

И тут мне звонят из отлова. Сотрудник спросил: «Вы составляли заявку на черную собаку, а я вижу здесь только рыжую. Вы ошиблись?» Я ответил, что заявка на рыжую тоже есть. На это последовала отповедь: «У меня сейчас в работе только черная, а ее нет. Мы ловим строго по конкретной заявке». Мой вопрос: «Вы видите бездомную собаку без ошейника, бирки и намордника. У вас есть полномочия ее отловить. В чем проблема?» Ответ: «Решайте вопросы со своей администрацией, я отлавливаю только по заявке».

Вывод простой: чтобы отловить тысячу бродящих по области собак, тысяча разных людей должна подать тысячу заявок с указанием их точных координат, цвета и роста. Это сводит саму идею системного отлова к нулю.

Был еще показательный момент. В Иркутске на Тимирязева тусовались агрессивные собаки. Эти прям кидались на людей. Я составил заявку, где-то в начале декабря, и в самый разгар новогоднего аврала мне позвонили из отлова. Естественно я не был готов разговаривать т.к. я блин работаю. Сотрудник отлова пытался выпытать у меня, "А точно ли агрессивны собаки? А вдруг на них бирка". Естественно был послан т.к. я жду звонок поставщиков. И собак никто не стал ловить. Они продолжили нападения.

То есть сотрудник отлова проигнорировал заявку, только по тому-что по телефону я отказался отвечать на его вопросы. (на которые ответил в заявке)

Монополисты и бабки

В ответ на заявки всегда приходит одна отписка. В Иркутской области отловом занимается ООО «Пять звезд» мы составили им заявку.
Прикол в том, что на эту организацию уже заводились уголовные дела по халатности (после ряда нападений). Выяснялось, что сотрудники администрации и подрядчик занимают пассивную позицию, не проводя регулярные рейды. Мой диалог выше – яркая иллюстрация этого. Владелец «Пять Звезд»  тогда сказал, что у него есть целый штат юристов для ответа на претензии прокуратуры.

Вот ссылки на новости:
Новость по пять звезд
Новость по пять звезд 2

Несмотря на судебные дела, травмы людей и регулярные укусы, ООО «Пять звезд» остается монополистом и продолжает получать финансирование (суммы исчисляются сотнями миллионов рублей). Никто с ними контракты не разрывает.

ОСВВ Это легальный способ выкинуть собаку на улицу!

Вот тут мякотка ИМХО.

Помните, как Сектанты на каждом углу обвиняют злых владельцев, которые выкидывают собачек? Так вот собачек выкидывают именно сектанты.

Самый опасный парадокс ОСВВ – статус «священной» собаки. Если у животного есть бирка, его повторный отлов, запрещен. Даже если эта собака проявляет агрессию, кидается на детей и домашних животных (а такие случаи в моем селе есть), заявку на нее проигнорируют. Вы получите шаблонный ответ: «Отловом занимается ООО "Пять звезд", мы передали им информацию».

В общем, на моей улице живет мудозвон, которого я зову «Фея». Он держит во дворе трех собак, а четвертую — в будке за забором. Собака постоянно лает и мешает мне спать каждую сука ночь. Его оправдание: «Это не моя собака, у нее бирка». То есть человек кормит собаку, построил ей конуру, но юридически она «ничья». Пока бирки не было я составил заявку на отлов, но спустя две недели она вернулась уже в священном статусе с божественной регалией в ухе.

ОСВВ превратился в легальный способ выбросить собаку на улицу. Бирка делает ее неприкосновенным «божеством», у которого нет хозяина, но есть права лаять, проявлять агрессию и засрать все в радиусе ста метров от места своего проживания. У меня буквально вся улица завалена костями и фекалиями.

Легальных способов убрать собаку попросту не существует.

Будки – отдельная история. Если установлен ее «попечитель» (как та же «Фея»), заявку в течение месяца отправляют в село, село в течение месяца наносит визит, к человеку приходят, он заявляет: «Собака не моя, будка не будка». Администрация выносит ему предупреждение и закрывает дело. Собака остается. А я получаю письмо, «мы приехали во дворе три сытые собаки и одна на улице, выписали предупреждение».

Ну и просто мои наблюдения по вопросу

1) По селу регулярно разъезжают сектанты, вываливающие кастрюли с едой прямо на остановках. Единственные кто пользуется остановками это школьники которых по утрам развозят желтые автобусы. Итог у каждой остановки всегда пасется несколько диких собак.

2) Собак в селе и в городе становится все больше. Появился новый «тренд» — собаки с ошейниками и обрывками цепей. Непонятно, какие усилия нужны, чтобы порвать стальную цепь, но таких «бывших цепных» псов я вижу все чаще. Более того «цепных» псов можно встретить даже в центре Иркутска.

3) У меня крепнет подозрение, что радикальные зоозащитники могут специально завозить собак в населенные пункты, вешая на них цепи для создания образа «выброшенных жертв». Это элемент пропагандистской войны.

4) Анализ крикунов в чате кобзева, из тех что орет про "сердечность" и "догхантеров" , показал любопытную деталь: самые яростные обвинители часто оказываются людьми, собирающими деньги онлайн, причем некоторые из них никогда даже не были в Иркутской области. Реально я находил людей чья активность фокусируется на каком-нибудь Краснодаре, но они сидят в чате Кобзева и ищут догхантеров.

5) ЗООзащитники никогда не составляют заявки на отлов предпочитая ставить будки и вываливать кастрюли помоев на десткие площадки, под крыльцо поликлиники и у магазинов.

Вот такие вот у меня мысли по поводу ОСВВ.

С одной стороны у нас чиновники, которым просто пофиг.

С другой у нас монополисты в службах отлова.

С третей зоорадикалы.

И вот в этом мире должен Жить простой Иван город Иркутск, который просто хочет поспать в тишине, не слушая собачий лай и не обходить опасные районы вечером после работы.