Как легко обмануть общество⁠⁠

В 1942 году авиация Британии практически стёрла город Любек с лица земли. Пожар полностью уничтожил крышу церкви Святой Марии и раскалили стены так, что с них осыпалась штукатурка. Но нет худа без добра: под обвалившейся штукатуркой проступили фрески тринадцатого века. Отстроив крышу собора, и собрав к 1948 году 150 тыс. дойч марок, жители Любека пригласили для восстановления фресок двух реставраторов — Дитриха Фея и Лотара Мальската. Оба уже работали над воссозданием древней живописи в соборе Шлезвига, где зарекомендовали себя мастерами своего дела. Проведя в стенах церкви около трёх лет, Фей и Мальскат смогли представить публике удивительные по красоте работы древних мастеров. На торжество по случаю 700–летия церкви приехало множество гостей, в том числе и канцлер Германии Конрад Аденауэр. Искусствоведы были в восторге и не стеснялись фраз: "великое наследие", "великолепные творения предков" и, возможно, "не имеющие мировых аналогов". Основные почести достались Фею, так как он был владельцем фирмы в которой Мальскат работал художником.

Это ударило по самолюбию Лотара. Спустя год он заявляет, что все фрески — подделка. Что это он, по приказу Фея, нарисовал новые фрески на месте древних, а то и на чистой стене, придав им налёт старины при помощи металлической сетки. Никто ему не верит, решив, что художник просто ищет популярности. Тогда Мальскат передаёт в газеты свои фотографии на фоне свежевыкрашенной стены. Искусствоведы утверждают, что их невозможно обмануть. Мальскат указывает им на индюка из Шлезвигского собора XII века, птицу, которую европейцы никак не могли видеть до Колумба, и на портрет своей сестры в образе знатной дамы в том же соборе. Как позже выяснилось: Лотар Мальскат расписал обе церкви портретами членов своей семьи, актрисами и даже изобразил Распутина. Во время обыска у него обнаружили "работы" Малевича, Тулуз–Лотрека и многих других известных художников. Прекрасно подделанные работы.

Суд признал обоих виновными. Фей получил двадцать месяцев тюрьмы, Мальскат — восемнадцать. Большинство фресок были смыты, включая и ту, что изображена на марке. Но к Лотару, наконец, пришла слава.