Историйка девяносто вторая или "человек, который смеется"⁠⁠

Любопытно, как время от времени случаются совпадения. Случайные случайности.

Буквально вчера с друзьями поделилась воспоминанием о своей первой аттестации в органах прокуратуры, случившейся 22 года назад, как утром, идя с парковки к зданию своей работы, встретила прохожего, аккурат фигуранта по делу об убийстве, находящегося у меня в производстве те самые 22 года назад.

Случайная случайность.

Кстати, чем мне то дело запомнилось, так тем, что по срокам направления его оконченным в суд, как раз выходило к моменту аттестации, и в аттестационный лист можно было внести +1 к показателям. А это важно для молодого следака в его первую аттестацию.

А тут биология по вещдокам в Облсмэ задерживалась как назло. "Психушка" (судебная медицинская психолого-психиатрическая экспертиза) пришла быстро, что необычно, а биология подвисла.

И дело было простое и очевиднейшее, с доказательствами всё ладно. Бессмысленное только убийство было и оттого безумное.

Но без экспертизы, увы, никуда и ждала, попутно набираясь опыта настойчивости и искоренения застенчивости в названивании экспертам с вопросом "Ну, когда же? Когда!"

Злодей, кстати, полагаю и не узнал меня на парковке сегодня. Взгляд пустой, равнодушный. Мимо прошёл и всё. Мож и удивился отчего дамочка вытаращилась на него, а может и узнал.

У меня даже тогда сложилось мнение, что у него нет эмоций. И повод вызывал некоторое шевеление волос на затылке.

Почему и "психушку" назначили.

Впрочем, это уже были времена когда по всем уголовным делам об убийстве назначали такую экспертизу, а чуть ранее - выборочно. Когда фигурант состоял на учётах, или характер совершенного преступления, способ, мотивы и тд. давали основания предполагать, что имел место аффект, или сомнения во вменяемости, например.

А по классике - пили, поссорились, убил - могли обойтись и без "психушки".

А тут, на первый взгляд не было мотива. Не было повода. Вообще ничего не было.

Просто ранним весенним утром сосед вышел погреться на солнышко. Поковырял в наледи ручейки для талого снега, присел на лавочку, где, собственно и умер от воткнутого в горло ножа.

Злодей жил напротив. Как следовало из его показаний, он завтракал у окна, когда увидел своего соседа.

Некоторое время понаблюдал за ним и поняв, что "не могу больше видеть его рожу", взял со стола нож и, подойдя к нему, сидящему на лавке с запрокинутым к солнцу лицом и закрытыми глазами - ударил в горло несколько раз.

Надо ли говорить, что при подобных ранениях кровь бьёт фонтаном. Залито было всё вокруг. Кровь, растекаясь по набитым в корках льда ручейкам, окрасила жутким узором ещё белый, деревенский снег.

Убийца заперся у себя дома от толпы разъяренных соседей. Может чем и обернулась эта ярость, бог знает, но приехала милиция быстро, деревня была недалеко.

Потом и мы - следственно-оперативным табором прикатили делать своё обычное - осматривать, описывать, изымать, устанавливать очевидцев и, по возможности, допрашивать их на месте.

Злодей вину признавал, выдал одежду, насквозь пропитанную кровью потерпевшего, нож.

Вот по одежде как раз экспертиза и досадно запаздывала .

А "психушку" назначили не усомнившись, поскольку причиной убийства злодей назвал невыносимую неприязнь к внешности соседа.

У того, из-за неврологических проблем, была ассиметрия рта. И казалось, что уголком губ он постоянно усмехается.

Вот и решил убийца стереть ухмылку с лица несколькими ударами ножом в горло.