Гримаса космополитизма⁠⁠

Однажды мне довелось побывать в городе Новогрудке. Там есть дом-музей поэта Адама Мицкевича. Я в него не зашел, лишь постоял снаружи.

Стремление сделать «все интеллектуальные сокровища мира» достоянием советского человека порой заносило идеологическую колесницу «не туда». Иначе как объяснить, что имя Мицкевича было в числе тех, кого предлагалось помнить и, если не учить наизусть, то хотя бы знать и почитать.

Столетие его смерти не пропустила и советская почта. Видимо, чтобы подчеркнуть значимость фигуры Адама, поместила его портрет рядом с портретом Пушкина. На марке есть цитата из пушкинского стиха, не посвященного – нет! – а лишь брошенного упреком в сторону Мицкевича.

Потому что продолжение этой цитаты вот:

Ушёл на запад — и благословеньем
Его мы проводили. Но теперь
Наш мирный гость нам стал врагом — и ядом
Стихи свои, в угоду черни буйной,
Он напояет.  Издали до нас
Доходит голос злобного поэта,
Знакомый голос!.. Боже! освяти
В нём сердце правдою твоей и миром,
И возврати ему…
10 августа 1834

Что же делал Мицкевич в том, 1834, что вызвало такую реакцию Пушкина? В том году , в Париже, была напечатана поэма Мицкевича «Пан Тадеуш». О временах Наполеона и мечтах поляков, с этим связанных. Полностью антироссийское произведение. Но, тогда и доныне одно из важнейших произведений польской литературы.

Новогрудок – маленький и не особо примечательный городок Беларуси. Понятно, что музей стал второй главной его достопримечательностью, после старинного замка. Но, братья-белорусы, вы чтите память сторонника польской шляхты, который, по молодости лет, считал ее – шляхту опорой «свободной Польши».  Той самой, рабами которой вы, белорусы, были.

Последним «проектом» этого литератора было собрать международное ополчение для участия в Крымской войне. На стороне интервентов. Но, помер скоропостижно в Константинополе, не добравшись до Крыма.