Главы 8, 9 (конец, отмучалась:))⁠⁠

Глава 8. Рассказ ученого

- Выплюнь скорее. Только так, чтобы Костик не заметил, не обижай его. А рыба эта протухшая. Если голодный, я тебе сейчас курочку поджарю, - спокойно проговорил голос сзади. Фригоров поступил по его совету, и осторожно сплюнул рыбу в ладошку.

Птеранодон, видимо удовлетворенный поведением мальчика, сел в дальний конец гнезда, закрыл глаза, и тихонько замурлыкал. Фригоров смотрел на него, не отрываясь. Он не верил своим глазам. И ушам тоже не верил: неужели динозавры храпят?!

Наконец, мальчик вспомнил о странном голосе и обернулся. За его спиной прямо в гнезде стояла палатка, около которой сидел мужчина. Он был одет в чистые синие джинсы и глаженую рубашку – было довольно тепло. Рядом с мужчиной возле палатки находилась небольшая электрическая плитка, на которой стояли две сковородки. Фригоров непонимающе посмотрел на соседа.

- Нет уж, ты так на меня не гляди. Ты сюда пришел, ты и рассказывай. Как с Костей познакомился, как решил к нему в гости слетать. - Мешая макароны на сковороде, говорил незнакомец. И голос его был таким ровным, спокойным и красивым, что Фригоров почувствовал себя в безопасности.

- В нашей школе появилось чудовище. И им оказался ваш ящер, - скороговоркой отозвался мальчик. – Наши учителя ушли, заперев нас в школе, чтобы мы убрали чудище.

- Какой ужас! – воскликнул мужчина, сжав кулаки. – Взрослые оставили детей в беде. Ведь Костик мог кому-нибудь случайно навредить. Он ведь совсем ребенок. Меня, кстати, зовут Александр Владимирович. А тебя? Бери макароны и мясо, угощайся.

- Я – Толя Фригоров, - представился мальчик, накладывая себе на тарелку предложенное кушанье. – А этот ваш Костя… Это настоящий динозавр? И ведь вымерли они вроде.

Мужчина засмеялся.

- Если у тебя есть время, я могу тебе рассказать про моих динозавров.

Фригоров решил, что другого случая узнать о настоящих живых динозаврах не будет, а потому согласился остаться и послушать. Хотя догадывался, что учителя и родители будут беспокоится. Однако, Толя утешил себя тем, что вся вина за потерю ребенка ляжет на директора, которого мальчик очень не любил.

- Все началось очень давно. – Начал свой рассказ Александр Владимирович. – Меня тогда звали просто Сашкой, да и ученым я еще не был. А был просто двенадцатилетним мальчишкой. Даже хулиганом я не был, но и отличником не стал – уж больно не любил зубрить.

В общем, я был самым обыкновенным. Но однажды все изменилось. Я, как всегда, возвращался из школы с портфелем, полным троек и четверок. Я надеялся, что мама отпустит меня поиграть в хоккей с ребятами, если я не забуду купить хлеба. Стараясь не забыть это сделать, я стал повторять себе каждые три секунды «не забудь купить хлеб!», пока не дошел до двери своей квартиры. Только там я понял, что все-таки забыл. Не постучавшись, я развернулся и пошел обратно.

У нас всегда был темный подъезд, потому что лампочки в нем считались, наверное, дурным тоном, и их никогда не было. Поэтому, спускаясь с лестницы, я обо что-то запнулся и пролетел несколько ступенек, ударившись лбом о перила. Было больно. Так больно, что я даже не сразу осознал, что не просто так споткнулся, а мне в этом помог какой-то шарик, размером с футбольный мяч, лежавший на лестнице. Конечно, мне стало интересно, и я, забыв про хлеб и хоккей, схватил странный предмет и побежал домой, чтобы его исследовать.

Это было яйцо. Очень большое, похожее на страусиное. Более того, оно и оказалось страусиным. А я так надеялся, что это – яйцо динозавра, и я буду первым человеком в мире, увидевшим живого ящера! Но все было проще. Наш сосед работал на страусиной ферме и потерял это яйцо, когда споткнулся на лестнице. Мне было обидно, и я пообещал себе, что, когда вырасту, отыщу живого динозавра. В том, что они не вымерли, сомнений у меня не было.

И вот однажды, гуляя по горам со своей невестой, не думая ни о динозаврах, ни о страусах, я наткнулся на гигантское гнездо. Сейчас мы в нем сидим. И я понял, что это судьба. Моя невеста решила, что я сумасшедший, и убежала. А я остался. Я сидел в этом гнезде три дня. Пока не прилетел Костик. Сначала я ужаснулся, но вскоре понял, что он боится меня больше, чем я его. И мы подружились. Я живу здесь уже много лет, изучаю птеранодонов. Их в этих горах несколько. Костик, Фидель и Саша – мой тезка! – живут на южном склоне, а Люся и Гоша – на восточном.

Тебе, наверное, интересно, откуда появились птеранодоны в двадцатом веке? Я сначала тоже не мог понять, лишь потом догадавшись, что на самом деле динозавры вымирали, и это – не настоящие птеранодоны.

Ты слышал, что такое эволюция? Конечно, сейчас все о ней знают. Так вот, одни виды сменяют друг друга, и млекопитающие не всегда будут главенствовать. На смену нам идут новейшие ящеры. Разумные динозавры. У Костика интеллект выше, чем у президента США, я проверял с помощью множества тестов. Более того, эти ящеры умеют говорить. Правда, я их понять не могу, видно, не успеваю за этой самой эволюцией. Кроме того, мои птеранодоны добры, намного добрее и совестливее, чем люди. Они осознали, что человечество и все млекопитающие скоро вымрут – в основном, из-за своей же жестокости. Но ящеры не хотят нашей гибели. И они решили помочь нам.

Для этого им необходимо как-то связываться с внешним миром. Я – отшельник, и не подхожу для этой роли. Да и вообще ни один взрослый не подходит – ведь наш настоящий мир – мир детей. Вот Костик и нашел тебя. Сейчас мне остается лишь спросить, поможешь ли ты мне, птеранодонам, да и вообще всем?

Глава 9. Возвращение к новым Катастрофам

- Нет, конечно, - ответил Фригоров ученому. – Я не буду ввязываться в это ваше дело. Слишком похоже на дешевый боевик об очередном спасении мира, а я их не люблю.

- Я тоже, но что поделать-то, раз все так сложилось и все зависит от тебя? Если не хочешь помочь, я тебя заставлять не буду. К тому же тебе пора возвращаться домой. То есть в школу. Вас ведь уже выпустили?

Фригоров посмотрел на часы и сказал, что школу откроют для учителей лишь через два часа. Ученый разбудил птеранодона, и тот, лениво зевая гигантским клювом, заворчал спросонья на своем никому не понятном языке. Но ящеры летают очень быстро, и, несмотря на долгую побудку уже через сорок три минуты Фригоров влетел в разбитое при отлете окно родной школы.

Школа не спала всю ночь. Старшеклассники исправляли неудачи прошлой дискотеки, средние классы грабили кабинеты, младшие – просто бегали и играли. Кто-то залез в предусмотрительно закрытый кабинет информатики и распечатал задания к годовым контрольным по математике для всех классов. А потом забыл закрыть документ, где хранились эти самые контрольные, и после освобождения три дня не ходил в школу – ребята были очень злы!

Первым, кто встретил Фригорова, был Васек, который от голода (столовую разграбили еще четыре часа назад!) грыз листик алоэ, стоявшего на подоконнике.

- Эй, ты где всю ночь пропадал? Я хотел найти тебя!

Фригоров опешил. Неужели никто из ребят не понял, что он спасал их от чудовища? Даже Васек, и тот не понял! Он, Фригоров, рисковал ради них жизнью, а эти остолопы ничего не поняли. Вот тебе и орден, и награждение от правительства РФ, и пожизненный бесплатный проезд в городском транспорте, и заголовки всех газет, и отличные оценки по истории – думал Фригоров. Он очень сильно расстроился. Однако, вскоре он пришел к выводу, что все не так уж и плохо. Много хуже было бы, если б он согласился на предложение ученого помочь в спасении рода человеческого. Спасать таких, как его однокашники? Ну уж нет, Фригоров умный человек, и не будет рисковать из-за тех, кто даже спасибо ему не скажет!

Размышляя о несправедливости этого мира, Фригоров дошел до конца коридора. Развернулся. Пошел обратно. На третьем кругу, погруженный в свои мысли и не замечающий ничего на своем пути, Фригоров столкнулся с неопознанным бегущим объектом, который по параметрам был много меньше Фригорова, а потому отлетел почти на метр. Объектом оказалась плачущая Ленка, бегущая в направлении женского туалета.

- Что случилось? – Фригоров помог девочке встать. – Кто-то обидел?

- Ты?! – Ленка испуганно посмотрела на мальчика. Через секунду испуг сменился восторгом. Девочка засмеялась и повисла на шее у Фригорова, который не знал, что делать. – А они все сказали, что я сплетница, и ты никуда не улетал с ящерами сражаться. Просто они все трусы, а ты герой! Я верила в тебя!

Наконец, Фригоров пришел в себя и стряхнул Ленку со своей шеи. Стоит заметить, что хоть девочка и училась лишь в третьем классе, весила она порядочно, и не каждая шея способна была это выдержать. Фригоров недовольно фыркнул и поспешно ушел из коридора. А Ленка осталась.

Фригоров обошел школу три раза, пока смог сосредоточиться. Конечно, это все слишком глупо, когда на тебя накидывается какая-то малявка, а ты раскисаешь. Но вот только почему-то Фригорову было неприятно думать, что, если уж все люди на земле погибнут, эти дети, такие же как Ленка, тоже погибнут. А ведь все зависит от одного согласия его, Фригорова.

Фригоров посмотрел на часы. Через десять минут должны вернуться взрослые. Никто не узнает про его подвиг, ведь никто не поверит какой-то девчонке! Также никто не узнал бы, если б он помог птеранодонам спасти всех людей. Конечно, за это не дали бы ни премии, ни ордена, ни даже бесплатного проезда в трамвае, пусть даже лишь на месяц, но, может, стоило согласиться? Фригорову было тяжело об этом думать. Вдруг захотелось вернуться обратно в гнездо и согласиться, все изменить.

Неожиданно окно, возле которого стоял Фригоров распахнулось. В проеме окна сидел птеранодон, но размером меньше, чем Костик. «Наверно, это Люся», - подумал Фригоров, даже не успев как следует удивиться. Динозавр что-то прокурлыкал. Фригоров не понял, что именно, но вдруг решил, что птеранодон должен его понять.

- Я хочу, я хочу помочь вам! Возьмите меня к себе в помощники! Я должен защищать всех этих…

Но ящер уже что-то сказал в ответ и улетел. Фригоров понял, что птеранодон прилетал сюда именно за его согласием, и что теперь он взял, впервые в жизни, если не считать прошлой работы по биологии, когда их класс препарировал лягушек, на себя ответственность за чью-то жизнь. Более того, за много жизней. И за жизнь Ленки тоже. Почему-то эта самая маленькая часть ответственности особенно волновала Фригорова.