Генерал испанской компартии.
Долорес Ибаррури, испанская коммунистка, глава Коммунистической партии Испании, не дожила до своего 94-летия буквально месяц. И всю свою долгую и непростую жизнь неистовая испанка потратила на то, чтобы раздуть коммунистический пожар во всём мире…
Сеньора Долорес родилась в конце 1895 года — в эпоху, когда почта была главным способом связи. А умерла в 1989-м — когда телефон, радио и телевидение стали частью повседневной реальности. Связь для Ибаррури стала суровой необходимостью: пламенная революционерка руководила партией рабочих и крестьян, как сейчас бы сказали, дистанционно — из Москвы.
Из племени пасионариев
Если кто-то из представителей нового поколения и знает что-то о Долорес Ибаррури, то это, скорей всего, её псевдоним — Пасионария, который в течение долгого времени переводили как «пламенная, страстная». На самом деле «новое имя» себе испанская коммунистка взяла, имея в виду не свою страстную натуру, а момент, когда опубликовали её первую статью на политическую тему. Это случилось перед Пасхой — на Страстной неделе.
Ещё запомнились слова из речи Долорес, произнесённой на митинге в Париже в 1936 году: «Если позволить фашистам продолжать преступления, которые они совершают в Испании, агрессивный фашизм обрушится и на другие народы Европы. Нам нужна помощь, нужны самолёты и пушки для нашей борьбы… Испанский народ предпочитает умереть стоя, нежели жить на коленях». На другом митинге из её уст вылетели слова «No pasaran!» («Они не пройдут!»), надолго ставшие девизом антифашистов всего мира.
Долорес Ибаррури происходила из нищей шахтёрской семьи, жившей в суровой Стране Басков. Она рано вышла замуж — также за шахтёра. В этом браке она родила шестерых детей: пятерых девочек и одного мальчика. Четыре дочери скончались ещё в младенчестве из-за плохого медицинского обслуживания и недостаточного питания. Будущая Пасионария навсегда запомнила те дни, когда она бегала и одалживала деньги на гробики для умерших дочек. Наверное, ещё в те чёрные дни в ней загорелась жажда социальной справедливости, которую нищим шахтёрам обещали коммунисты.
Долорес много занималась самообразованием: читала книги — в основном труды марксистов. Конечно, подобная литература в те дни для неё стала чем-то вроде глотка живой воды. Ещё в 1910-е годы Ибаррури начала публиковаться в изданиях левой ориентации. Её тексты привлекали внимание: они были страстны, лаконичны и афористичны. Её взлёт в Коммунистической партии Испании, куда она вступила в 1920 году, оказался быстр и ярок, как и сама Пасионария.
Как член исполкома Коминтерна и ЦК Коммунистической партии Испании Долорес Ибаррури в середине 30-х годов впервые в своей жизни посетила СССР.
С тех пор Пасионария стала вечным другом СССР. Ещё в 1935 году она отправила в Советский Союз своих двоих детей: старшего — Рубена и младшую — Амайю. Мальчик пошёл трудиться на автозавод, девочка воспитывалась в специальном детском доме для детей западных коммунистов в Иванове. Надо отметить, что это заведение ничего общего не имело с обычными приютами.
С родины мама писала сыну вдохновляющие письма: «Быть может, мы все погибнем в этой борьбе, но ты, мой сын, будь силён. Помни о нашем идеале, будь готов бороться, не ослабевая, будь готов до конца пожертвовать собой за наше дело. Учись работать и умей разбираться в политических вопросах. Ты должен быть также силён физически. Изучи теорию, которая даст тебе возможность с марксистской точки зрения понимать всё происходящее».
В 1939 году сама Долорес Ибаррури с мужем приехала в СССР. На родине жизнь её оказалась под угрозой: жилище супругов не раз обыскивали — искали марксистскую литературу, главу компартии несколько раз арестовывали… В эмиграции супруги прожили до 1975 года, когда пал режим Франко.
Гибель Рубена
Материнское воспитание не прошло даром для единственного сына коммунистки. Сначала, правда, с ним произошли две почти анекдотические истории. Он, как и многие молодые люди тех лет, рвался в лётчики. Его практически без экзаменов приняли в лётное училище. Во время первого же полёта выяснилось, что Рубен — дальтоник. Дело в том, что сына Пасионарии взяли на учёбу практически без прохождения медкомиссии, которая строго отбраковывала всех, у кого находила малейшие признаки нездоровья.
Потом Рубен кинулся на родину — воевать с франкистами. И попал в плен. Пасионария, которой не было чуждо ничто человеческое, бросилась к Сталину — умоляла вернуть ей сына. Иосиф Виссарионович, благоволивший пламенной испанке, отправил за Рубеном целую диверсионную группу, которая погибла в полном составе, так и не освободив Ибаррури. Пришлось выкупить его у фашистов за очень большие деньги.
Рубен искренне был привязан к идеалам, привитым матерью. Она не смогла удержать его. В 1942 году сын коммунистки геройски погиб в Сталинграде. Ему присвоили звание Героя Советского Союза посмертно.
Радиогенсек
Тем временем пламенная Долорес жила в Москве. Как она руководила компартией родной Испании? Главным образом по радио, из Москвы. Теперь зажигательные коммунистические речи испанцы могли слушать, прильнув к радиоприемникам. Тем же способом рулил французской компартией и Морис Торез . Ибаррури выбрали главой партии рабочих и крестьян в 1942 году, несмотря на то, что Пасионария, находилась вдали от родины.
Единственного своего оставшегося в живых ребёнка — дочь Амайю — Долорес выдала за приёмного сына Сталина Артёма Сергеева, тем самым ещё сильнее скрепив братские узы Испании и СССР. Амайя и Лола, младшая из её троих детей с Артемом, сегодня живут в Мадриде.
Ибаррури Сталина боялась — об этом говорила её дочь в одном из интервью.
Но ещё больше Пасионария испугалась, прослушав доклад Хрущёва на 20-м съезде КПСС в 1956 году. После "частичного развенчания" "культа личности" Долорес сказала родным: «…раньше мы жили под защитным зонтиком Сталина, а теперь нам придётся думать своими головами уже без какого-то укрытия от зноя, от солнца и от дождя».
После смерти вождя народов пламенную испанку никто не трогал — Хрущёв особой мстительностью не отличался. Ибаррури благополучно существовала в Москве.
Впрочем, в Испании, куда Пасионария вернулась в 1975 году, она продолжала занятия политикой. Но там её воспринимали то ли как ходячую историческую реликвию, то ли как живой музейный экспонат, иллюстрирующий прошлое. Это сеньору Ибаррури вполне устраивало.
Она тихо скончалась от пневмонии в Мадриде в 1989 году.
