Без названия⁠⁠

Дорога. Извивающаяся длинная дорога. Пустыня без шансов встретить идущих тебе навстречу людей. По этой дороге шли двое - высокий, немного сутулый мужчина и маленький, едва достающий ему до пояса ребенок. Вдвоем они шли уже много недель. Движение вперед - вот то единственное, что помогало им выжить и не упасть в пучину безумия. Безумие от одиночества, ведь уже год, как окончательно погиб этот мир, год назад они видели последнего человека. И лишь пыль дорог и двое усталых, опустошенных путников двигались на этой планете. Без цели, просто идти вперед, монотонно перебирая ноги в надежде найти еду в следующем городке.
Он завидовал ребенку. родится уже после означало не знать истиной красоты этого мира. Но он знал, он помнил! Все, и высокие небоскребы, и её удивительный заразительный смех, и людей, снующих по своим несомненно важным делам. Он помнил и скучал. По прогулкам под дождем, по безрассудным забегам в бары с друзьями, по своей никчемной работе в душном офисе. Тогда он жил, просто жил для себя, ни о чем не волнуясь. А теперь он хотел умереть. Умереть, как умерли все предыдущие 7 миллиардов. Но не мог, теперь не мог, ведь они остались вдвоем. Уйти, бросив ребенка одного? Нет, это слабо и недостойно отца. Но что делать? Обняться посильнее и прыгнуть со скалы? Закончить историю человечества? Всё больше и больше он склонялся к этому решению, но постоянно его откладывал. Страх. Липкий всеохватывающий страх, который заползает к тебе за воротник и, устроившись там, начинает проникать глубоко в тело. Не страх смерти, нет. Смерть была для него не нова - за последние 9 лет он вдоволь на неё насмотрелся. Он боялся потерять любовь, ведь это все, что у него было - любовь ребенка. И он не хотел предавать её, разрушать любовь смертью.
Вот так и шли они вперед, не обращая внимания на ветер: ребенок, не видевший в жизни ничего, кроме смерти и отец, который не мог показать ребенку еще одну смерть.