Автобус 20⁠⁠

На Пикабу был один пользователь — не самый молодой, но вечно активный в комментариях. Его звали Комментатор. Он знал жизнь, любил сарказм и особенно обожал высмеивать странные посты. Особенно тех, кто слишком серьёзно вёл себя в интернете. Когда он наткнулся на пользователя с ником Игорь 20, всё началось.

Игорь 20 писал про Лысого Голландца, про кольчугу, про лысых рабов, дом 20 и загадочную комнату с дыркой. Его истории были абсурдны, тревожны и... каким-то образом правдоподобны. Во многих из них мелькала странная фраза — "У меня большой одноглазый Джеки Чан".

Комментатор не мог сдержаться. Он смеялся, писал едкие комментарии. Он даже однажды написал:

"хотел сначала просто скрыть посты ТСа так как эту простыню графоманского высера даже убогим подрбием самой низкопробной писанины назвать нельзя. Но всё же решил глянуть его посты - это пиздец товарищи! ТС назвал своим ником главного злодея своих "творческих" потуг и всякое извращённое непотребство через него описывает. Что это, шизофреническая компенсация комплексов и личных травм или ещё может быть какой психиатрический диагноз для меня осталось загадкой."

Под одной из историй про Лысого Голландца ему ответили:
"Осталось 20 часов."

Он проигнорировал и пошёл спать.

Через пару дней он ехал на работу. Как обычно — на автобусе. Только сегодня что-то было не так. Подъехал странный автобус, не его маршрут. Он ехал на 20-м. Комментатор сначала удивился — он ведь никогда не ездил на таком. Но решил: да какая разница, всё равно в ту сторону.

Автобус был почти пуст. Кондиционера не было, но все пассажиры были в куртках и шапках, несмотря на то что на улице было +30.

Он сел.

Проехали пару остановок. Он чувствовал, что люди странно молчат. И что на него все смотрят, будто сквозь.

Потом автобус свернул с маршрута. Прямо через шлагбаум, через пустырь — к городскому кладбищу.

Комментатор поднялся:

"Эй! Куда вы едете?"

В этот момент все пассажиры встали как один. Они одновременно сбросили одежду, и под ней... была кольчуга. А под шапками — лысины. Гладкие, блестящие, сверкающие под тусклым светом салона.

Они подошли к нему.

Комментатор закричал, попытался выбежать — дверь не открылась. Кольчужные руки схватили его, удержали.

И тут встал водитель.

Он повернулся. Лицо его было невыразимое, как будто из воска, но при этом жутко знакомое. Это был он.
Игорь 20.

Он подошёл, наклонился и сказал:

"Следующая остановка — Дом 20. Просьба пристегнуть кольчуги."

Он вынул флакон с густой жидкостью и начал натирать голову Комментатора. Кожа начала шелушиться, волосы падали клочьями, а потом блеснула лысина, такая же, как у остальных.

Последнее, что он помнил — запах железа, щелчки кольчуг и слова:

"Теперь ты один из нас."

На работу он не пришёл.

Автобус никто больше не видел.

Но в Доме 20, у старой котельной, теперь иногда по ночам слышен вой. Он будто бы зовёт кого-то...
комментировать.