Серия «Хроники Восстания»

Хроники Восстания. Книга 2.

Пролог

Запах. Сильный смрад, ворвался в его ноздри и вернул сознание из темного забытья. Тем не менее, он не решался открыть глаза, вяло пытаясь вспомнить, кто он и где находится. Все его ощущения говорили ему, что он лежит на чём-то твёрдом и холодном. Прислушавшись к себе, он почувствовал слабую вибрацию, словно где-то вдалеке работал непонятный механизм. Он весь продрог.

Попытавшись медленно открыть глаза, он уставился на слабый огонек света вдалеке, сгущающий тьму вокруг него. Этот свет как будто будоражил что-то в нем, будил непонятные воспоминания и мысли. Апатичные, они потекли в его затуманенном разуме, зацепившись за крохотный огонек вдалеке. Словно этот огонек что-то значил или был похож, на что-то значимое для него, когда-то.

«Это похоже на мою прошлую жизнь. Моя судьба так же далека от того света, что был во мне, как и моё тело далеко от этой малой искорки в мире тьмы. Я во тьме и душа моя во тьме». - Думал он, лежа неподвижно на холодном, металлическом полу.

«Они выкинули тебя оттуда. Лишили света и тепла ИХ мира», - тут же ворвался в его голову голос разума или что-то на него похожее.

«Да, выкинули, да, лишили. Бросили во тьму, лишили брата», - продолжил он странный диалог сам с собой.

«Они отобрали его у тебя, оставили при себе, чтобы Вы небыли угрозой для них, как раньше. Они боялись Вас, боялись той силы, что была у Вас. Они не могли Вас убить и поэтому разлучили», - шелестело в его голове.

«Я сильно по нему скучаю. Я хочу к нему. Хочу к свету», - по лицу из глаз потекла влага, смутившая его.

«Ты не можешь вернуться. Свет опалит тебя и уничтожит. Но ты можешь привести брата сюда, и вы вновь будете сильны», - возразил он сам себе.

«Где я?»

На этот раз ему ответила только звенящая тишина внутри.

Пролежав так какое-то время, он решил подняться и угодил рукой, во что-то влажное и вязкое. Рука соскользнула, и он ударился локтем о металлический пол. Боли не было.

«Надо уходить отсюда», – пронеслось в его голове.

Он вновь попытался встать, на этот раз осторожно, стараясь не поскользнуться на тёмной вязкой жидкости разлитой повсюду.

Почему-то пахло кровью, и он стал оглядываться по сторонам, потом посмотрел на себя и понял, что практически весь измазан в чем-то тёмном. Поднеся руку к носу, он принюхался и, подавшись внезапному порыву, лизнул кончики пальцев. Кровь. Это была кровь, и его чуть не вырвало в первые секунды, но он сдержался. Мысли стали работать быстрее, но ответ всё не приходил к нему. Что он здесь делает? Что это за место? Выглядит знакомо, но…

Тут он обратил внимание на нечто лежащее рядом. Наклонившись и сощурив глаза, он стал медленно подходить к непонятному предмету, стараясь его рассмотреть. Повинуясь инстинктивной команде, зрение стало подстраиваться под скудное освещение. И перед ним предстала отвратительная картина. Это было живое существо. Вернее, это когда-то был ангел, хотя теперь от него мало что осталось. Его кто-то разорвал и выпотрошил. Обглодал руки и ноги. Перья с разорванных крыльев устилали пространство вокруг, словно снег. И только теперь он почувствовал вкус крови у себя во рту. Сильный, приторный, с металлическим оттенком, он засохшей коркой на языке бередил все чувства. Ему опять пришлось подавить рвотный порыв, но в итоге он не выдержал, и его вывернуло на изнанку рядом с изуродованным телом.

Когда всё закончилось, он торопливо встал и направился прочь, из этого кошмара. Сделав несколько шагов, он понял, что абсолютно голый. Секунду подумав, он усилием воли вызвал свой доспех, покрывший его полностью, оставив непокрытой только голову с копной рыжих растрёпанных волос. Еще раз оглянувшись, генерал Ашкаэль быстрым шагом направился в свои покои, находящиеся в десятке переходов вверх, на крейсере «Пронзающий», а разум тем временем медленно затуманил неприятные воспоминания.

Глава 1 «Военный Совет»

Дата: 090.026.Е21.I.1 Место действия: Эдем

Молодой служитель торопился по извилистым коридорам дворца, неся вести в которые он сам до конца не мог поверить. У него и его группы, было задание прослушивать все сообщения приходящие со всех уголков Вселенной, дабы выявить необходимое по ключевым словам: «Ангелы», «Атака», «Генералы», «Осада», «Уничтожение», «Нарушение границ», «Предательство». В любой последовательности, любой срочности и важности. Однако служитель тогда еще даже не подозревал, какое сообщение он может получить и что многие из ключевых слов сложатся в столь страшную картину.

Минуя извилистые коридоры с высокими сводами, развилки и великолепные залы, купающиеся в лучах ласкового солнца, ангел, миновав пост из двух мрачных легионеров, приблизился к дверям, створки которых были исполнены из чёрного мрамора с серебряными прожилками, образующие некий узор, а может, это была лишь игра возбужденного воображения, думать об этом было некогда.

На секунду служитель замер перед массивной дверью, нависшей над ним, словно злой рок, и глубоко вздохнув, уперся в створки обеими руками, медленно распахнув их.

До его ушей тут же донесся гомон голосов, сливающийся в непонятный шум из которого то и дело выделялись басовитые нотки. Отбросив последние сомнения, ангел, пройдя под аркой входа, миновал небольшой коридор и, наконец, вышел в просторный амфитеатр, выполненный в виде чаши со скамейками по окружности. Зал Совета. Важность этого изящно украшенного помещения сложно было переоценить. Тут решалась судьба Вселенной, и груз ответственности присутствовал тут словно воздух.

Взору служителя предстали окутанные мягким светом, архангелы, восседавшие полукругом на простых каменных скамьях, что только подчеркивало убранство зала и давало понять, что сюда приходят не ради комфорта и долгих диспутов.

- Вы только что выслушали доклад Гавриила и его маршала, и я думаю, больше ни у кого нет сомнений в намерениях генералов области Чинават!

Как и ожидал служитель, басовитый голос принадлежал архангелу Михаилу, стоявшему на ровной площадке украшенной мраморной мозаикой в центре амфитеатра в церемониальном облачении с высоким воротником.

- Нам известно только то, что Одиус, оставил свой пост и направился к потерянной колонии людей, при этом вступив в космический бой с кораблями Гавриила. Мы даже не уверены до конца, замешан ли в этом, кто ни будь еще.

Служитель повернул голову на звук голоса, спокойного и глубокого, принадлежащего архангелу Мафусаилу, сидевшему на скамье скрестив руки, и смотря на Михаила полу прикрытыми глазами светло-синего цвета.

- А тебе этого недостаточно Мафусаил? – пророкотал Михаил.

- Смотря для чего, брат, – нарочито небрежно продолжил Мафусаил, словно обсуждая текущие дела своего легиона. – Для тщательной проверки – да, достаточно. Для того, о чем говоришь ты – не уверен.

- Брат мой, ты упускаешь тот факт, что с Одиусом была изгнанная Лилит, подозреваемая в союзе с Врагом.

Служитель устремил свой взгляд в противоположную сторону от Мафусаила, чтобы увидеть архангела Рафаила в своей восхитительной броне с потиром на груди. Архангел Рафаил излучал отчетливую ауру спокойствия и доброжелательности, и служитель постепенно перестал нервничать в присутствии Великих.

- Кроме того, – продолжал тем временем Рафаил, – Лилит похитила Адама, что видимо и было их целью. А легионеры Одиуса с беспрецедентной жестокостью атаковали воинов Гавриила. И я уже не говорю о том, что Одиус и его маршал были…

И тут Рафаил замолчал, устремив свой взгляд на вход, где тень от развешенных по периметру стягов легионов прикрыли недавно вошедшего служителя. Все взоры тут же обратились на молодого ангела, сердце которого на мгновение замерло.

- Что заставило тебя явиться на Военный Совет Архангелов, служитель Мусфен? - Слегка раздраженно спросил Михаил.

Откашлявшись, и взяв себя в руки, Мусфен произнес:

- Верховный Страж Михаил, разрешите обратиться к Военному Совету по делу высшего приоритета, – вымолвил Мусфен положенные по протоколу слова.

- Разрешаю служитель, – ответил Михаил. – Пройдите в центр и исполните свой долг. – С этими словами Михаил отошел в сторону, давая место ангелу.

Мусфен впервые в своей жизни стоял в центре этого легендарного месте, где проходили военные и мирные советы, еще во времена, когда великий Враг обитал во Вселенной. Встав в центр, служитель почувствовал взгляды всех генералов сидящих полукругом на своих местах. Помимо Михаила, Рафаила и Мафусаила, тут был угрюмый Гавриил и сидящий позади него маршал Габриель. Рядом с ним сидел в полном боевом облачении генерал Азраил. Генерал Кадраил смотрел на служителя с легкой улыбкой, как будто понимая те чувства, что испытывал сейчас ангел, оказавшийся в центре внимания, и только сейчас служитель заметил еще одну фигуру, стоявшую рядом с Михаилом укрытую просторным балахоном.

- Генералы, – служитель поклонился и приложил кулак правой руки к груди. – Полчаса назад мы узнали, что огромный флот во главе с крейсерами генералов, флотом Эвендала и многочисленными кораблями рейдеров нанес сокрушительный удар по нескольким мирам находящимся на границе области Чинават и Туонела.

Повисла гнетущая тишина. Никто бы не хотел сейчас поменяться со служителем местами.

- Кто послал сообщение? – Спросил Михаил

- Это сообщение было последним с индустриальной планеты под названием Киллот, что находится в пограничной зоне. Мы попытались с ними связаться, но безуспешно, все передачи с этого мира прекратились, словно…. Мусфен на мгновение замешкался.

- Словно, что? - спросил Азраил.

- Словно планета просто перестала существовать, - с тяжестью на сердце закончил служитель.

- Спасибо тебе за хорошо выполненную работу. Можешь идти, – угрюмо сказал Михаил

Мусфен, поклонившись, поспешно покинул Военный Совет.

- Ну что Мафусаил, у тебя еще есть сомнения относительно действий генералов границ? – спросил Михаил, после ухода Служителя.

- Нет, брат, - коротко бросил архангел, до конца не верящий в возможность предательства генералов, напавших на миры, которые входили в его зону ответственности.

- Тогда считаю, вопрос, о признании падших генералов архипредателями, решён. – Михаил посмотрел в глаза всем.

Возражений не последовало.

- Теперь необходимо решить вопрос о нашей стратегии по захвату предателей для осуждения. Гавриил, что ты думаешь по этому поводу?

Сидевший, с момента своего рассказа молча, Гавриил поднялся и, не тратя своё время, и время других генералов, ответил:

- Считаю, что мы должны начать полную мобилизацию наших войск и войск наших союзников. Силы предателей, как видно из сообщения, велики. И наверняка еще пополнятся силами других миров границы и приграничной области. Те миры, которые лежат на пути у падших, необходимо эвакуировать, дабы избежать колоссальных жертв. По мере возможности перенести все производственные мощности вглубь Вселенной, а если такой возможности не будет сделать всё, чтобы Люцифер не смог пополнять свои запасы. И, конечно же, атаковать, всеми силами, которые у нас есть. Нанести мощный единый удар. Время суда давно прошло, их необходимо уничтожить, так как они одержимы хаосом, и я уверен, что этим дело не ограничится. Западная часть Вселенной осталась незащищенной и это только вопрос времени, когда твари бездны начнут полномасштабное наступление…

- Если мы атакуем сейчас, мы проиграем Гавриил, - прозвучал мягкий мелодичный голос неизвестного, чей лик скрывал капюшон.

- Прежде чем высказываться на Военном Совете, нужно хотя бы представиться, незнакомец, - рассерженный, тем, что его перебили, сказал Гавриил. – Михаил, думаю пора представить твоего гостя, своим братьям.

Возражения Михаила застыло на губах по слабому движению руки незнакомца.

- Гавриил абсолютно прав. Невежливо было с моей стороны, являться на Совет, скрывая свой лик, но по определенным соображениям я не хотел открываться, перед юным служителем Мусфеном.

С этими словами незнакомец снял с себя своё просторное облачение, и оно растаяло в воздухе словно иллюзия, открыв присутствующим генералам шестикрылого ангела. В легкой серебряной броне, без каких либо узоров, защищающей только грудь, бедра и голени Светловолосый Ангел улыбался ошарашенным генералам легкой улыбкой на юношеском лице.

- Здравствуйте братья, видимо вновь настал момент сражаться нам с вами плечом к плечу.

- Метатрон! – в едином порыве выдохнули все, кроме Михаила, с самого начала знающего кто скрывался под накидкой.

- Прошу вас, браться, оставим все вопросы на потом, – остановил их Метатрон. - Моё отсутствие и ваши затуманенные воспоминания обо мне были необходимы и это сейчас не главное. Главное то, что мы не можем атаковать Люцифера и его легионы в лоб. Уверяю вас, в этом случае мы геройски падем и отдадим Вселенную предателям на поруганье. Тогда ничто не остановит врага и оставшееся до смерти Вселенной время будет переполнено кровью и муками умирающей жизни.

- Что ты предлагаешь? – спросил Азраил.

- Тянуть время, – спокойно сказал Метатрон.

- Это не приемлемо! – в один голос сказали Гавриил и Азраил.

- Я понимаю ваши чувства братья. Ты, Гавриил, воочию увидел глубину падения бывшего соратника, а ты Азраил, фактически потерял брата, с которым рос. Но сейчас, нашей основной задачей остается не удовлетворение нашего праведного гнева, а выживание и победа.

- Поэтому ты предлагаешь нам позволить падшим пронестись огненным вихрем по Вселенной, в то время как мы будем выжидать? – спросил Кадраил, глядя в глаза Метатрону.

Выдержав суровые взгляды, Метатрон продолжил:

- Люцифер, - серьезный противник, как и остальные отступники, и наша лобовая атака, это огромный подарок для него. Я же предлагаю не преподносить нашим врагам подобные дары. Тянуть время – не значит бездействовать. Флот Люцифера огромный, и это является и его преимуществом и слабостью одновременно. Его флот неповоротлив. Я предлагаю наносить быстрые удары малыми группами, не ввязываясь в затяжные бои. В каждой системе, на каждой планете, куда упадет его взор, мы будем устраивать ловушки. Мы будем бить по планетам, где Люцифер будет пополнять запасы. Мы будем уничтожать его грузовые корабли. Мы обескровим его армию, заставим их голодать и мучатся от жажды. Ангелы, могут обходиться без этого, но технический персонал кораблей и союзники падших будут истощены. Мы будем наносить им удары в спину. Их дух падёт, от невозможности нанести нам полноценный удар и если нам повезет, в их рядах посеется смута. И когда они подойдут к Эдему их войско будет сломлено. И вот тут, нам никто не помешает встретить врага всей имеющейся у нас мощью. На нашем поле, на наших условиях.

Все генералы с удивлением смотрели на Метатрона. Они уже и забыли, на, что способен этот ангел с мягкими чертами лица и такими обманчиво кротким взглядом, который ни разу не проиграл на поле боя и неоднократно превращал провал в победу. Он был одним из тех кто выковал победу над вечным Врагом.

- В твоих словах есть смысл Метатрон. - Сказал Гавриил. - Признаюсь, обида и горечь предательства затмили мой взор.

- Я разделяю твои чувства брат. Но я намерен не дать Люциферу и малейшего шанса осуществить задуманное.

- А что слышно об Отца? – внезапно задал вопрос Мафусаил.

- Его еще нет с нами и именно поэтому мы должны задержать врага до момента его возращения. Если к моменту, когда Люцифер подойдет к Эдему Отец вернется, мы одержим легкую победу. Но, надеяться мы должны только на себя. Люцифер, Одиус, Ашкаэль, Сигизмунд, Даниил и Асмадей наши братья и это наш долг остановить их. Их падение тенью ложиться на всех ангелов.

- Тогда решено. – Наконец подал голос Михаил. – Будем действовать, так как предложил Метатрон. Не пойдем у Люцифера на поводу. Более того, это он будет играть по нашим правилам. Он знает, что его планы раскрыты и это заставит его действовать в спешке, а спешка еще никогда не шла на пользу в войне. Нам воистину повезло, что Гавриил оказался в том же месте, что и Одиус, решив пополнить припасы во время долгого перехода.

Гавриил, не стал комментировать слова брата, лишь мельком кинув взгляд в сторону Метатрона.

Тем временем Михаил продолжал:

- Я уже послал весть нашим братьям с восточной границы. Лютер и Омегон прибудут примерно через полгода по общему летоисчислению, если их ничто не задержит. Генералы Разиэль и Дионис, останутся для защиты области Нарака. Наши совместные войска предлагаю разделить на ударные группы во главе с маршалами легионов. Генералы будут осуществлять стратегическое руководство операциями. Во главе всех групп предлагаю поставить Гавриила. У него есть опыт руководство малых ударных отрядов. Через него будет осуществляться связь с Эдемом. Я и Метатрон будем готовить оборону, и руководить размещением армий союзников. Генерал Мафусаил займется вопросом переселения и обороны планет во время переселения, постепенно отходя вглубь Вселенной. Так же на нём будет перебазировка производственных комплексов, охрана транспортников, в то время как Гавриил, Азраил и Кадраил будут отвлекать внимание противника. Есть вопросы или Возражения?

Возражений не последовало.

- Тогда в течение суток вся необходимая информация будет загруженная на ваши крейсеры. Готовьте свои легионы. Общий брифинг будем проводить каждый трое суток и по мере необходимости. Всю полученную вами информацию в ходе военной компании, необходимо будет отправлять на Эдем для тактического анализа. Задачи поставлены. Можете быть свободными.

Генералы поднялись со своих мест и, поклонившись, вышли погруженные в обдумывание грядущих событий.

- Ты как всегда скрытен Метатрон, - Не глядя на него, сказал Михаил, когда все удалились.

- К сожалению, не всегда я могу рассказать всего Михаил. Тебе, как Верховному стражу это должно быть понятно, - с грустью в голоса сказал Метатрон. – И ты не всегда говоришь своим войнам всего, что знаешь сам.

- Воинам, но не братьям, Метатрон, – сказал Михаил и вышел.

- Правда, для всех одинакова брат и тяжела для всех, – смотря в след Михаилу, тихо прошептал Метатрон.

Глава 32

В брюхе трясущегося корабля они поднимались всё выше и выше, отдаляясь от своего мира, как думалось Тиру навсегда.

После того, как с них спала пелена безразличия, растаявшая словно льдинка на жарком солнце, пришло осознание случившегося, повергшее их всех в шок.

Больше всех переживал Ярош. И это было понятно, ведь он не выполнил задание, из-за него погибнет их поселение. Видимо именно эта мысль толкнула его открыто выступить против ангела.

Тир молча сидел, украдкой поглядывая на замкнувшегося в себе Яроша и вспоминал первые минуты их путешествия, когда ошарашенный пониманием Ярош поднялся с колен и бросился на вышедшего к ним ангела. Тир, Млада и Гор, сделали тоже самое поддержав друга, угрожая смертью ангелу, в случае, если он не доставит их домой.

На лице Тира отразилась горькая улыбка. Только в бреду они могли поверить, что одолеют ангела.

После вспышки гнева пришло опустошение. Они не смогли и их родной дом будет смят, разорён, уничтожен. Все их близкие и друзья будут уничтожены волной великанов. Эта смертоносная лавина погребет под собой весь их край. Разорит поля, переломает деревья и уйдет, оставив голую землю на том месте, где все это время жил народ Титричей.

«Ваше место не там. Ваша судьба лежит за пределами этого мира и гибель одного поселения ничто по сравнению с гибелью всего сущего», - звучали слова посланца их Бога в голове у Тира, но для них, это были лишь пустые звуки.

Что значит для них целая вселенная? Тир не был уверен. Но точно знал, что их мир – это городок у подножья гор. Поселение Титричей, где жили их отцы, деды и прадеды.

Вынырнув из омута мыслей, Тир встал и подошел к Ярошу сидевшему напротив на сиденье странной формы.

- Ты как? - обратился он к Паладину.

Ярош поднял голову и посмотрел в глаза другу и Тир увидел невероятную боль и печаль - скорбь по погибшим.

- Нормально, - солгал Ярош.

Тир присел рядом:

- Не кори себя друг. Не в твоих силах сопротивляется воле Бога. Это никому не под силу.

- Я мог бы сразу понять, что с «Мадой», что-то не так. Вернее с Адамом, - Ярош покачал головой. – Не будь мы с ним…

- Мы бы скорее всего погибли. Перебил его Тир. – Вспомни тот взрыв. А потом свет, как будто солнце рухнуло на землю. Мы бы сейчас были мертвы.

- Ты не можешь знать наверняка, - грубее, чем хотел, сказал Ярош.

- Как и ты, - парировал Тир. – Однако я знаю, точно, что мы живы и нужны нашему Богу. Понимаешь? Нам выпал шанс сделать нечто большее. И хотя меня так же терзает боль утраты, я подумал, что быть может ангел прав. Что если мы, последовав за ним спасем нечто большее, чем можем себе представить? Кроме того, в поселении много опытных воинов, и они не сидят сложа руки, а твой отец в безвыходной ситуации выведет уцелевших. Они уйдут на юг и спасутся. И как знать, может мы еще увидимся, если только сможет взглянуть судьбе в глаза. Говоря эти слова Тир пытался успокоить и свою боль.

Ярош молчал задумавшись.

- Не знал, что ты такой красноречивый, - сказал Ярош и тень улыбка пробежала по его лицу.

- Хочешь, верь, хочешь нет, но и мы не знали, - сказала подошедшая Млада.

Рядом с ней стоял невозмутимый Гор.

- Думается мне, что задача наша осталась та же, только изменился масштаб, - сказал он.

Ярош обвел взглядом своих друзей. И пусть их путешествие было не долгим, но оно сблизило их, спаяв незримыми цепями в одну упряжку и судьба потянула их дальше, в неведомое. В мир богов из старинных легенд.

- Я рад, что вы со мной, - наконец-то сказал Ярош и увидел, как ему улыбаются в ответ.

- Ну ты и балбес! - усмехнувшись сказала Млада. – Да тебя одного только отпусти, вмиг голову себе свернешь.

Все рассмеялись, радуясь тому, что напряжение последних минут хоть ненадолго оставило их.

- Рад, что вы в порядке, - прозвучал мелодичный голос их спасителя.

Ярош поднялся на ноги.

- Благодарим тебя, небесный воин… извини не знаем твоего имени, - растерялся Ярош.

Грациозная и величественная фигура ангела застыла у дверей отделяющих десантный отсек и кабину пилота.

- Можете звать меня Сераф, - ответил он.

- Благодарим тебя Сераф, за наше спасение, мы постараемся достойно встретить всё нам предначертанное. И приносим свои извинения, за наши упрёки и угрозы. Это было недостойно с нашей стороны.

- Не благодари меня Ярош Титрич и не проси прощение за то, что пытался спасти близких людей. Мне не дано видеть причин тех или иных событий. Но я вижу, как нити судьбы спелись вокруг вас, и я обязан подчиниться их узору. Свершить задуманное, - мой удел.

- Куда мы направляемся? - спросил Тир.

- Для начала нам необходимо попасть на корабль легиона Гавриила. А там будет видно. Сейчас мы обогнем луну вашего мира и ляжем на нужный нам курс. Я пришел вам сказать, что вы можете увидеть ваш дом глазами людей, прибывших на него тысячелетия назад, - с этими словами Сераф развернулся и прошел в соседний отсек, всем видом показывая, чтобы Титричи следовали за ним.

Секунду посомневавшись Ярош двинулся за ним, остальные пошли за своим негласным предводителем.

То, что им открылось, поражало, хотя они уже повидали многое за сегодняшний день.

Они стояли в «кабине пилота», - как назвал её Сераф и на большом «экране» видели плывущую в темноте космоса жемчужину. Четкая картина позволяла рассмотреть мирно плывущие, словно рыбы в пруду облака. Невероятные просторы морей и океанов и заснеженные вершины горных хребтов. Их мир раскрывался перед ними, во всём своём великолепии. У молодых людей перехватило дух. Они первые люди за многие тысячелетия видевшие этот мир из космоса. Мир ставший для них домом.

- Невероятно, - прошептал изумленный Тир.

- Как и говорил Жрец, наш мир действительно круглый, - восхитился Гор.

Ярош и Млада просто молчали стоя рядом.

Но тут картину их мира закрыл серый камень их луны, испещренный множеством кратеров, так контрастирующий с буйством красок своей вечной спутницы.

- Это ваша луна, - сказал Сераф. Скоро вы увидите корабли путешествующие по миру моего Отца. Вас могут испугать и поразить их размеры, но уверяю вас, вам нечего опасаться. Пока.

И вот серая, безжизненная поверхность луны, скрылась, открыв пространство открытого космоса, усеянного россыпью звёзд.

- Господин, - отозвался длинноухий пилот, обращаясь к Серафу. - Взгляните на это.

Тут же изображение на мониторе моргнуло, словно живой глаз и перед ними развернулась невероятная по своей смертельной красоте картина.

Вспышки озаряли монитор на котором два громадных корабля сцепились в причудливом танце. Их невероятные размеры действительно поразили Титричей, считавших корабль, на котором они летят, невероятно огромным.

Их вытянутые, плавные тела, с непонятными надстройками и снизу и сверху, казались чем-то что не может существовать в реальности. Рядом с ними, словно пчелы вокруг улья, кружили корабли поменьше посылая друг в друга желтые, красные и изредка зеленые лучи, но всё это меркло перед непрекращающимся обменом ударами двух кораблей-исполинов. Всё пространство вокруг них буквально кипело в движении. Лучи невиданных энергий расплывались по щитам порождая радужные блики. Создавалось впечатление, словно на поверхности корабля расцветал и тут же увядал причудливый цветок. Но все смотрящие на эту картину понимали, что эти красивые цветы несут в себе смерть всему живому. А ведь это только малая часть обширного полотна разрушений, что постепенно вырисовывалось перед молодыми людьми

- Господин, - вновь пилот позвал Серафа. - Судя по показаниям приборов легион Гавриила несет серьезные потери. Тяжелый крейсер «Антей» сильно поврежден и дрейфует без двигателей, а его экипаж эвакуируется на «Базилевс». Линкор «Честь» уничтожен. Однако линкор «Верность» и Крейсер Гавриила «Смирение» сосредоточили всю свою атаку на «Цербере» прикрывшись им от эскадры Одиуса. Истребители «Базилевса» сосредоточены на защите эвакуируемых и перехвате ракет.

- Доставь нас на «Смирение» пилот, - сказал Сераф спокойно.

- Сэр, - неуверенно начал пилот. - Кажется «Цербер» идет на абордаж.

Сераф повернул голову к пилоту и как будто на мгновение задумался, потом сказал:

- Поторопись пилот. Мы должны быть там как можно скорее.

- Принято, - коротко бросил пилот и ускорил шаттл до предела, рванув по большой дуге к крейсеру.

Титричи, всё это время завороженно смотрели на невероятную схватку в открытом космосе.

Сражение продолжалось, то тут, то там вспыхивали небольшие искорки, означающие гибель очередного истребителя дружественного или вражеского, с такого расстояния понять было трудно. Несколько раз яркие вспышки озаряли пространство – это торпеды достигали своей цели. В одной из таких вспышек пропал тяжелый крейсер легиона предателей «Светоч» и чуть не погиб линкор Гавриила «Верность», однако его щиты пали и теперь он был открыт под массированный удар с «Цербера». Но и «Цербер», вскоре пропустил залп из сотен ракет и его защитное поле напоследок моргнув распалось в серебряном мерцании.

Смотря на этот беззвучный бой, молодые люди слышали, как пилот доложил Серафу, что Гавриил и Габриель вернулись с планеты потеряв почти всех легионеров.

Космический бой еще какое-то время продолжался и в последние минуты сражения взорвался линкор «Протей» из эскадры противника, озарив в своей вспышке окрестности и повредив стоявший рядом линкор «Архонт», тут же вышедший из боя, хоть и не уничтоженный, но ослепший.

Получив команду два флота разошлись после короткой но яростной перестрелки. И только два крейсера «Цербер» и «Смирение» продолжали вырывать друг у друга куски белой обшивки, словно две акулы, сцепившиеся из-за добычи. Лучи лазера прожигали светящиеся полосы на броне и подлетевшие достаточно близко Титричи видели, как из пробоин вылетали крохотные фигурки с крыльями и без, находя покой в холоде космоса.

Массивные корабли содрогались под ударами, неуклонно идя к взаимному уничтожению. Цербер уже был близко, готовый к финальному аккорду своей атаки - абордажу, как вдруг вокруг него засияло тугое темное поле отклоняющее любые атаки. Титричи удивленно вздохнули, поняв, что у противника оказался туз в рукаве, но несмотря на возникшее преимущество и страхи людей, крейсер «Цербер», вместе с оставшимися кораблями развернулся и на максимально скорости стал удаляться с поля боя, пока наконец не пропал с экранов.

Всё в одно мгновение замерло и висящие в черном пространстве корабли казались безжизненными и покинутыми, словно экипаж их давно погиб, а упрямая автоматика продолжала защищать себя самостоятельно. Маленькие искорки истребителей кружили вокруг «Базилевса», словно ночная мошкара вокруг горящей лампочки, давая надежду Титричам, что за безжизненным металлом есть жизнь.

Тишину прервал голос в шуме небольших помех:

«Шаттл, говорит крейсер «Смирение», назовите себя!»

***

Искалеченный мир провожал их в безразличном молчании, так же как и встретил. Устранив все возможные в данных условиях повреждения, легион Гавриила был готов покинуть эту систему ставшей могилой для многих ангелов и навеки прославившуюся местом начало войны, столь разрушительной, что её отголоски будут звучать в невообразимом будущем и народы многих миров будут рассказывать страшные сказки своим детям о событиях начало которых было положено здесь.

Но всё это будет потом, а сейчас сильно потрёпанный легион оплакивал своих близких и друзей. Мелодичные голоса ангелов возносили молебны в честь храбро павших как ангелов, так и элвов на панихидах без тел.

Боль утраты и предательства словно густой дым висела в воздухе отравляя сердца, не давая вздохнуть полной грудью.

На каждой панихиде неизменно присутствовали маршал Габриель и генерал Гавриил, а так же капитан крейсера Наил, облаченный в свою идеально выглаженную форму.

Переживали со всеми горе и Титричи, смотря на небесных воинов в их скорби и иногда ища глазами Серафа, пропавшего практически сразу после их прилета и никто не мог сказать им где он. Рядом с ними стоял Игнациус, за несколько дней, пока шёл ремонт и похороны, успевший с ними немного познакомиться.

В глазах Игнациуса не было слез, он даже думал, что больше не способен плакать, пережив то, что он пережил. Сначала смерть Соломона и предательство Вигорда, затем гибель его родителей и родителей Зигмунда от торпеды пробившей несколько уровней брони и взорвавшейся слишком близко к жилому отсеку, и наконец критическое состояние его единственного друга Зига, который был больше мертв чем жив, после пребывания в открытом космосе. Всё это оставило незаживающий шрам в его сердце наполняя его гневом словно гноем.

Так они и стояли все вместе и в то же время отдельно, переживая внутри себя персональную боль.

В этом отношении предатели могли считать себя победителями повергнув в смятение их души и окунув их в океаны безысходности.

Так шли дни и вот в открытый космос был отправлен очередной пустой гроб с высеченным на нем именем неизвестного пилота с авианосца «Базилевс», вот отзвучали последние ноты красивой и в то же время грустной песни белокрылого ангела, и перед ними всеми встал долг, словно последняя соломинка для утопающего человека, словно луч солнца в сгущающейся тьме. Они должны донести весть о предательстве на Эдем. Они должны раскрыть личину предателей перед ликом их Бога, их Отца. Они должны защитить другие миры от пламени войны. Они должны.

Эпилог.

Хруст песка под ногами сильно раздражал Сигизмунда. Хруст песка, невероятная, даже для ангела жара, скудный, даже убогий пейзаж бесконечной пустыни. Всё это, выводило его из себя, заставляя его тёмную сущность беспокойно ерзать на задворках сознания. Но глубоко в душе он понимал, что не это беспокоит его на самом деле. Ему в принципе не нравилось, то, что ему предстояло сделать, но он понимал всю необходимость этого безумного во всех отношениях шага.

Позади него на почтительном расстоянии шли двое его маршалов, его постоянные спутники маршал Турий высокий и коренастый и маршал Видий, по своему обыкновению скрывающий своё лицо за безликой маской. Оба в искусно украшенных доспехах выкрашенные в цвета их легиона с личной символикой своего ордена: сломанная стрела и глаз со слезой соответственно.

Так они продвигались около часа по неизменным пескам заброшенного мира, сгоревшего в войнах давно минувших дней.

- Мы на месте, - вслух отметил, очевидную вещь, падший генерал в задумчивости притронувшись к серьге в ухе.

Преодолев очередной бархан, они вышли к древним руинам. От подножья бархана, на котором стояли ангелы, вдаль уходили разбитые колонны занесенные песком. Разбитые, треснутые или аккуратно срезанные колоны представляли собой жалкое зрелище и было трудно представить их былое великолепие.

Сразу за колонами в странном порядке были разбросаны камни явно искусственного происхождения от небольших, с голову человека, до огромных, размером с шаттл легиона. Кто-либо с богатым воображением мог даже попытаться представить себе архитектуру бывших строений, а тысячи археологов со всей Вселенной отдали бы руку за возможность лицезреть этот памятник зодчим древности, но вероятность того, что сюда прибудет научная экспедиция или даже вообще станет известно о существовании этого мира, каким ни будь археологическим союзом, была крайне мала.

Острый взгляд Сигизмунда иногда натыкался на странные скульптуры чудом уцелевшие под открытым небом мертвого мира. Творения пережили своих творцов и эта мимолетная мысль весьма порадовала генерала.

Центром всего этого нагромождения колонн, камней и скульптур была исполинская пирамида из черного камня, приковывающая к себе внимание неожиданных гостей.

Оторвавшись от лицезрения памятников древности Сигизмунд собрался с духом и крикнул добавив к голосу каплю «воли»:

- Турук Хан! Я Сигизмунд «Страж Границы», Генерал легиона и посланник Главнокомандующего Люцифера прибыл для переговоров.

Ему ответила звенящая тишина. Мир был таким же покинутым, как и мгновение назад. Внезапно Сигизмунд почувствовал, что застывшие энергетические потоки пришли в движение, словно была убрана незримая плотина давшая волю бушующей стихии.

Пески перед ними пришли в движение, заходили волнами будто это была вода, а не песок. Колонны и статуи то скрывало полностью, то обнажало, открывая взору старую брусчатку и выбеленные временем кости.

И вот, от черной пирамиды пошла самая большая волна, скрыв под своей массой всю долину и неуклонно приближаясь к застывшим в изумлении ангелам. Не дойдя буквально нескольким метров, волна сама собой осела и перед ними предстала темная фигура посла, тех, для встречи с которыми Сигизмунд преодолел столько световых лет.

Превосходя Сигизмунда в росте, фигура посла была укутана в плащ с массивным капюшоном скрывающим лицо.

- Ты Турук Хан? - надменным голосом спросил Сигизмунд.

«Вероятность этого весьма велика», - прошелестел песок пустыни или это был голос посла, сказать было трудно.

- Покажи свое лицо Турук Хан, когда разговариваешь с архангелом, - убрав надменность из голоса тем не менее сказал Сигизмунд.

«Я тебе ничего не должен салиф сын Оша, - вновь прошелестел песок. – Твой господин ищет встречи с нами. Мы нужны Вам, а не Вы нам».

- Будь по-твоему, - не стал настаивать Сигизмунд обратив внимание как напряглись его маршалы. – Тогда не будем затягивать нашу встречу. Присоединяйся к нам Турук Хан. Влейся со своими воинами в наш легион и ты получишь всё, что пожелаешь.

«Почему? - прошелестел песок. – В чем причина вашей войны?»

- Избавление от рабства. Возможность управлять своей судьбой, - с серьезным видом ответил Сигизмунд и услышал нечто напоминающее смех.

«Пусть будет так Салиф. Но что нам от вашей свободы?»

- Четверть вселенной. И конечно же Эвендал.

«Эвендал?! - как будто удивился Турук. – Вы отдадите нам Эвендал?»

- Такова цена. Уж не знаю зачем вам сдалась именно эта планета, нас это не интересует, но мы отдадим её вам, после победы. Согласен?

- Не совсем. Я желаю видеть.

В этот момент, через треск помех с Сигизмундом связались с крейсера «Эдем» и сообщили, что рядом с планетой появился огромный рой рейдерских кораблей представляющих собой вертикальные полумесяцы. Они возникли из ниоткуда. Как обычно.

«Вот моя сила салиф. Под моим командованием миллионы великолепных воинов и десятки тысяч боевых фрегатов. Мы сильны как никогда и наша помощь любой из сторон может оказаться решающей. Ваше слово».

В этот момент космическое пространство древней звёздной системы исказилось, набухло и разорвалось, а рядом с умирающей звездой возник «Левиафан».

Грациозно он вышел из подпространства в реальность поражая своими размерами. Чуть больше сорока километров в длину и восемь километров в самой широкой части, он был относительно узким в хвосте и расширялся к носу. Живой корабль. Венец технологической мысли. Сплав техники и живой материи. Словно живой кит, он плавно устремился к планете окруженной роем, своим величием вызывая трепет у рейдеров.

«Я ВИЖУ! ВИЖУ!» - прохрипел Турук Хан.

И перед его внутренним взором предстал боевой крейсер Люцифера приближающийся к планете. Плавные изгибы тёмно-молочного с черными линиями живого металла, даже не металла, но кожного покрова, захватывали дух. Элвы стали зодчими столь великолепного создания, что трудно было в это поверить, что это творение не самого Создателя.

Массивные боковые и малые хвостовые плавники слегка изгибались и еле заметно трепыхались от солнечного ветра. Они несли двойную функцию. Прорыв в биоинженерии и космической навигации, они представляли доселе невиданные возможности во время подпространственного перехода, улавливая мощные но хаотичные энергетические потоки, а в реальном космосе генерируя поистине непробиваемые щиты с помощью сложных живых организмов на основе кремния.

В отличие от других кораблей «Левиафан» казался безоружным, но просвещённый Турук Хан чувствовал силу черной дыры, словно сердце, пульсирующее в недрах корабля и понимал всю скрытую до поры мощь.

- Он прекрасен, - сказал Турук Хан совершенно другим голосом, глубоким и невероятно мелодичным. – Я принимаю вызов.

- Вызов? - на мгновение растерялся Сигизмунд. – О чем ты?

- Я прибыл Турук Хан.

Прозвучали слова за спиной Сигизмунда и маршалов. Те мгновенно обернулись ожидая засады и остолбенели увидев Люцифера. Меч Элебур уже был высвобожден и жаждал битвы.

- Возвращайся на корабль Сигизмунд, ты сделал своё дело, дальше я сам.

- Постой… - Сигизмунд не смог договорить наткнувшись на холодный взгляд Главнокомандующего. – Хорошо. - смирился он и тут же пропал во вспышке телепортационной установки «Левиафана» вместе с маршалами.

- Теперь открой своё лицо Турук Хан или может лучше звать тебя Фирасфен - один из Апостолов Неназываемого, бывший монарх Радарии.

- Я рад, что ты помнишь меня Люцифер, - произнес мелодичный голос. – Давно ты знаешь?

- Да, - коротко бросил Люцифер.

- Лилит? - послышался вопрос.

- Не напрямую. Как всегда только намёки, - ответил Люцифер.

- Моё время завершает свой круг Люцифер. Мы последний легион нашего Отца, мы скрывались и выживали разрозненными группами. Мы потеряли свой мир и жили на своих кораблях, словно кочевники, не знали покоя, постоянно убегая от легионов Оша. Мы выжидали. Мы верили, ибо наш Отец говорил с нами и предсказал мне твой приход. И я рад, что дожил до этого времени Люцифер.

Неразличимым движением тёмная мантия слетела с плеч, открыв взору лик Апостола впервые со времен Великой Войны, когда он возглавив свой народ, повёл их против легионов, устроив бойню, которая затмила войну его повелителя. Лишь небольшие сегменты золоченой брони закрывали тело, покрытое тёмно-синим мехом. Желтые с вертикальным зрачком глаза дерзко смотрели на своего противника, а змеиный язык пробовал воздух на вкус.

- Давай Люцифер. Мои воины пойдут только за победителем.

В его руках появился длинный трезубец состоящий из лоскутов тьмы. Он крутанул его над головой и с утробным рыком сорвался с места целясь Люциферу в сердце.

***

На главном корабле роя собрались все командиры, ожидая окончания переговоров, которые изменят их мир навсегда, так обещал пророк их Бога, бессмертный Турук Хан.

Все взгляды были устремлены на помост, на котором должен появиться победитель, кем бы он не оказался.

Царила полная тишина и бледнолицые, долговязые воины, живущие в космосе, ожидали, когда решиться их судьба. У них не было своей планеты, они жили в постоянной войне с остальной вселенной. Отверженные, проигравшие свою битву, они наконец-то оказались на пороге, за которым их ждет что-то новое и даже полное истребление уже не пугало их. Они собрались здесь все. Все великие кланы роя собрались по велению их пророка на «судный день».

В момент, когда прибыл Левиафан, они осознали, что час истины близок и странный боевой азарт захлестнул их с головой. Пребывая в непривычном возбуждении они встретили их нового пророка. Могучего Ангела, бывшего врага, избранного их Богом. Он держал над собой, за волосы голову их пророка - Турук Хана на губах которого играла улыбка, а глаза горели красным огнем. Все как было предсказано.

Громогласный рёв прокатился по всем коридорам и закоулкам корабля приветствуя нового повелителя, нового вождя – Люцифера.

Конец 1 книги.

Глава 31

Усталость разливалась по всему телу, после невероятной перегрузи. Мышцы, работавшие на пределе, налились тяжестью, дыхание участилось.

Но несмотря на всё это Гавриил твердо стоял на ногах прижав черные крылья к своей броне.

В нескольких метрах от него, уходил вдаль колоссальный котлован, широкий, с неровными краями, поверхность которого превратилась в кристаллическую горную породу, в результате воздействия колоссальной температуры и давления. Вдоль исполинского котлована на многие километры земля покрылась трещинами в некоторых местах достаточно широкими, чтобы поглотить человека. Вдалеке, горный хребет, испокон веков единый, теперь разделен на две неровные части, края которых были идеально гладкими и еще продолжали светиться, постепенно остывая.

Гавриил больше не чувствовал присутствие богов – они мертвы, самой страшной последней смертью, полным забвением. Неизвестные ему миры лишились своих душ. Страшное преступление со стороны Одиуса. Непростительное. Одно из многих.

Вдруг, в отдалении Гавриил уловил слабое движение. Пораженный, он стал всматриваться, стараясь понять, кто мог выжить в той катастрофе, что он обрушил на невинный мир. И он увидел. Вдалеке, из-под земли, разгребая себе дорогу вставала неясная фигура. Жуткое предчувствие шевельнулось в глубине души Генерала. И хотя разум отказывался этому верить, приученное к тысячелетиям битв, тело, напряглось в нервном ожидании. Кровь ускорила свой бег, подгоняемое органом заменяющим ангелам сердце. Наконец, он смог разглядеть того, кто смог пережить удар, уничтоживший трех богов. Это был Одиус. Вернее, нечто на него похожее.

Разрывая оплавившийся грунт, существо бывшее когда-то генералом Одиусом пробивало себе дорогу на поверхность. Вначале медленно и тяжело на поверхности появилась рука, в смятом и окровавленном доспехе, после чего рывком, разбрызгивая клочья земли в глубине котлована, показалось всё тело архангела.

Гавриил смотрел на бывшего брата, не веря своим глазам. Представшая его глазам картина вызывала в нем отвращение.

Левая рука Одиуса выгнутая и переломанная в десятке мест срасталась на глазах и попутно покрывалась жестким хитином с костяными наростами на предплечье, выглядевшими очень острыми. Левая часть лица так же была покрыта подвижными пластинами влажно блестевшего хитина. Место привычного глаза заменило чёрное буркало с тремя жёлтыми точками зрачков. Волос на голове практически не осталось и лишь жалкие клочки еще были видны с правой стороны. Полумесяца, заменявшего Одиусу нимб не было. Но изо лба проклюнулись два темных рога, кожа вокруг них была воспаленной и гноилась. Правое черное крыла практически не пострадало, но вот вместо левого крыла ангела была нелепая костяная пародия с трепыхавшейся перепонкой, как у летучей мыши.

Будь на месте Гавриила кто либо иной, он скорее всего не смог бы понять, что именно произошло с Одиусом и в чём причина столь ужасного изменения. Но Гавриил с ужасающей четкость понял, что случилось с предателем, ибо несколько раз видел подобные изменения у правителей планет, поддавшихся посулам хаоса. Одиус был одержим ужасным демоном Неназываемого.

- Как ты мог?! - в растерянности прокричал Гавриил. – Что ты наделал глупец?!

Существо, отдаленно напоминающее Одиуса забулькало, видимо изображая смех.

- Жалкий глуупецццц, - прошипел Одиус низким басом и у него между острых клыков промелькнул раздвоенный язык. – Тыы в своей гууупооссстиии не фидишьь моего феличия. Слофноо слепой червяяяк. Тыы исстратиил фсе сфои силы и ужжее не сможжешшшь ууйтии.

Одиус стал мягко светиться, готовясь к своей атаке. Гавриил насторожился, а сапфир на его правом наплечнике ярко вспыхнул.

Тем временем Одиус стал медленно поднимать свою правую руку словно пытаясь поднять невероятную тяжесть. В растопыренных пальцах зажегся и закрутился волчком огонь.

- Узззриии истинныйй ооблик ссстиххии оогняяя!

Когда Одиус закончил произносить эти слова, огонь в его руке ярко вспыхнул, озаряя фигуру предателя, превращаясь в огненный шар. Не торопясь, Одиус поднял руку с огненным шаром над собой, словно держа факел и так же медленно поднял левую руку, покрытую хитином и в этот момент, произошло то, чего Гавриила никак не мог ожидать. Огненный шар рывком увеличился в размере став чуть больше ста метров в диаметре, зависнув в метре над падшим генералом. Это было миниатюрное солнце, в котором были видны солнечные пятна, а на поверхности то и дело возникали протуберанцы. И всё это Одиус, держал в руках над головой без видимых последствий для себя.

В лицо Гавриила ударил обжигающий ветер, отчего он машинально отпрянул и прикрыл глаза от яркого света шедшего от светила в руках предателя.

Видя реакцию Гавриила, Одус разразился булькающим смехом и в этот момент по направлению к Гавриилу из «солнца» выстрелили сотни лучей, толщиной с руку взрослого человека.

Доли секунды Гавриил оставался на месте, затем слегка присев, он с невероятной скорость взмыл вверх. К его удивлению, лучи мгновенно поменяли направление движения, устремившись за ускользающей жертвой. Но сапфир в наплечнике уже отдавал своему хозяину всю скопленную силу, и Гавриил ринулся на встречу смертоносным лучам.

В одну неразличимую секунду небо над полем боя превратилось в запутанную сеть огненных линий. Гавриил на немыслимой скорости маневрировал, уходя от смертельных лучей, даже одно попадания которых сулило мгновенную смерть. Несколько раз Гавриил лишь на волосок расходился со смертью и постепенно, то поднимаясь к небесам, то опускаясь практически к земле, приближался к Одиусу. И тут из «солнца» вылетело в десятки раз больше лучей, перекрывая все подходы к падшему.

Доспехи Гавриила уже были обожжены, причиняя генералу страшную боль, кончики крыльев тлели, но он сцепив зубы носился с невероятной даже для архангела скоростью и пока не получил еще ни одного прямого попадания.

И вот Гавриил увидел брешь в переплетение смертельных лучей света и незамедлительно воспользовался предоставленным шансом. Петляя зигзагами, крутясь как волчок, спустя бесконечно долгие секунды, Гавриил вырвался из опасной зоны и устремился к Одиусу и горевшему над ним «солнцу». Все лучи мгновенно ринулись за ним, но всё же опаздывали. От напряжения Гавриил издал злой рык, понимая, что в запасе у него сотая доля секунды, пока его не настигнет смерть.

По мере приближения к Одиусу, Гавриил перестал дышать, ибо воздух весь накалился и обжигал легкие. Доспехи генерала дымились, а в некоторых местах прочнейшая сталь стала покрываться пузырями. И вот, когда до Одиуса оставалось совсем немного, произошло сразу несколько вещей. Из «солнца», вверх ударило четыре огненных луча и на высоте в десять метров, они развернулись и устремились к земле, целясь в Гавриила, у которого в этот момент в левой, занесенной для удара руке появилась очень длинная катана, со сломанной гардой.

Катана Гавриила уже начала свой убийственный бег, когда четыре луча беспрепятственно прошили тело Генерала обращая его в пепел.

Одиус ликовал. Наблюдая как сгорает его враг. Последнее, на что он обратил внимание, это на потухший синий сапфир пока, и он не превратились в пепел.

Вдруг, краем глаза, Одиус увидел движение справа и медленно, непозволительно медленно повернулся, уткнувшись взглядом в затухающий синий сапфир на правом наплечнике и ярко горящий сапфир во лбу. Удара он не заметил, но почувствовал, как холодная сталь прошла через его тело не встречая преград. «Солнце» тут же погасло, ярко вспыхнув напоследок. Ослепительный свет пропал. Наступила тишина.

Гавриил, опираясь рукой на правое колено тяжело поднялся. Шлем с сапфиром во лбу растаял, открывая миру уставшее лицо несмотря на шлем покрытое ожогами с потрескавшимися губами. Почерневшая броня, треснула в нескольких местах. Перья на опаленных крыльях слабо шевелились от дуновения ветра. Вокруг его тела воздух колебался от исходящего жара.

Гавриил стоял, молча смотря на Одиуса, лежавшего в луже тёмной крови, сочившейся из ровной раны, проходившей от левой ключицы до правого бока. Несмотря на это, Одиус еще был жив. Его левая рука, слабо дергалась, а желтый глаз с тремя зрачками бешено вращался.

Гавриил решил прекратить всё это, и медленно сделал шаг по направлению к поверженному брату. Встав над телом бывшего генерала, Гавриил занес над ним свой меч решив закончить всё, одним стремительным ударом.

Возникшая рядом тень нанесла свой удар и Гавриила отнесло от тела брата на несколько метров.

Упав в грязь, Гавриил быстро поднялся, выставив катану перед собой, но тут же замер. Рядом с телом умирающего ангела стояла темноволосая девушка.

- Эй вставай, - бросила Лилит небрежно, при этом бесцеремонно пнув Одиуса ногой в бок.

Одиус лишь слабо застонал.

Столь странная сцена вывела Гавриила из равновесия.

- Чертов слабак, - бесстрастно резюмировала Лилит, после чего повернулась к Гавриилу.

Гавриил, до этого момента не видел лица незнакомки, поэтому буквально потерял дар речи узнав в девушке Лилит.

- Ты?! - только и смог он выговорить.

- Извини Гавриил, но мне придется забрать это тело с собой. Одиус еще может пригодиться отцу. Я бы с удовольствием с тобой повеселилась, но Люцифер сильно огорчится если в ходе нашего сражения мы ненароком добьём генерала или он помрёт от ран.

- Постой! Как ты здесь оказалась? - охрипшим голосом спросил Гавриил.

- Скоро наступит закат вашей жизни ангел, - спокойно проговорила Лилит, затем легко закинула тело Одиуса на плечо и тут же исчезла.

Обескураженный и ослабевший Гавриил медленно опустился на колени и закрыв глаза поднял лицо к небу. Ненужный более меч был отослан обратно в небытие. Он проиграл и впервые за долгие тысячелетия был близок к смерти.

***

В отличие от Одиуса, пренебрегавшего пользоваться своей новой силой на полную мощь, маршал Самуил посвятил всё свое свободное время, для единения и контроля над существом ставшим частью его самого, что в итоге и спасло ему жизнь, когда Габриель начал контратаку.

Не было никаких признаков движения, но всё же Габриель оказался рядом с Самуилом в то же мгновение как он исчез с того места, где только что стоял. Вернее, Самуил вдруг увидел его перед собой и только поэтому мог сказать, что в том месте, где он был только что, его уже нет.

Возникнув рядом, Габриель сделал прямой выпад. Удар пришелся в матовый металл топора, отчего оружие Самуила разлетелось фонтаном осколков, один из которых оставил глубокий порез, разрезав руну на щеке. Тело Самуила, отлетело на сотни метров и поднимая фонтаны пыли, врезалось в землю.

Времени у маршала практически не было, его оружие, было разрушено с одного удара, так, что он вложил все свои силы в создание железного куба в который он сам себя и упрятал, пытаясь выиграть хотя бы несколько драгоценных секунд. Когда Самуил погрузился в темноту, запертый в собственной ловушке, он стал снимать печать. Разрывать цепь.

Тем временем, Габриель в полном молчании, воцарившемся после смерти последнего легионера, подошел к металлическому кубу, возникшему на том месте, где стоял Самуил.

«Манипуляция с металлами, дополнение к контролю над электричеством», - мельком подумал Габриель.

И когда генерал занес свой, сияющий зеленым клинок для удара, по поверхности куба прошла рябь и сотни металлических иголок заполнили всё пространство вокруг убийственной шрапнелью. Габриель даже не шелохнулся, поставив щит, пока не иссяк металлический вихрь.

Однако то, что он увидел, после этого, удивило его.

Перед ним стояло Нечто. Это нечто было более трех метров в высоту и видимо некогда было ангелом, если судить по перьям, лежащим у его ног.

Существо было без кожи. Красные, лоснящиеся гипертрофированные мышцы, вот что предстало перед глазами Габриеля. Вместо крыльев у существа были цепи, покрытые налётом ржавчины. Эти цепи не висели под влиянием гравитации, а извивались в воздухе словно пучок живых змей или водорослей в бегущем ручье. Глаз у существа не было. Пустые глазницы слепо глядели на мир. И несмотря на всё это отвратительное зрелище Габриель знал, кто стоит перед ним.

- Сумасшедший ублюдок! - ошарашено проговорил Габриель и чуть не пропустил невероятно быстрый удар мясистой руки.

Отпрыгнув назад, Габриель выставил свой, засиявший ярче клинок, перед собой.

Вдруг из вытянутой правой руки Самуила, прямо из ладони, начала расти белая кость, быстро увеличиваясь в размерах. Когда кость достигла нескольких метров в длину, вся её поверхность мгновенно покрылась лепестками багрового металла и под конец этот металл раскинулся в стороны, превратившись в два огромных лезвия, словно крылья странной птицы. Но самое отвратительно было когда между этими лезвиями с жутким звуком разрываемой плоти прорезался глаз, затем с таким же звуком прорезался глаз на другой стороне массивного топора. Глаза, завращавшись в своих глазницах, потом внезапно остановились уставившись на Габриеля.

В этот момент Самуил атаковал.

Габриель поставил на пути «живой» секиры свой меч. Удар был невероятной силы, мышцы Габриеля застонали от напряжения, от той мощи, что была вложена в эту атаку. Невероятным усилием удержав гибельное острие на расстоянии от своей головы, Габриель с силой пнул в незащищенный живот Самуила, его противник лишь слегка зарычал, но давление ослабил и Габриель крутанувшись ушел от следующей атаки, чуть не лишившей его головы. Поняв, что он не сможет соперничать с Самуилом в силе, как бы невероятно это не звучало, Габриель решил измотать противника.

Отскочив в сторону от очередного убийственного удара, Габриель ринулся на маршала став наносить молниеносные удары чередуя прямые выпады, с боковыми и кручеными. Он, словно легкий ветерок носился вокруг Самуила нанося сотни ударов на каждый выпад противника. Внезапно в дело вступили цепи, заменившие Самуилу крылья. И там, где клинок Габриеля обходил секиру, его встречала цепь, отбивавшая удар. Габриель стал наращивать темп, отчего звон сталкивающейся стали перешел в какой-то другой диапазон и стал почти не слышим. В одно мимолетное мгновение Габриель наносил тысячи ударов, но везде натыкался либо на секиру с двумя бешеными глазами, либо на цепь, стремящуюся выбить оружие из рук архангела. Самуил же всё это время стоял, словно уродливое изваяние самого себя и ужасная жажда смерти постепенно заполняло всё вокруг.

Практически превратив мышцы в жидкий огонь, Габриелю удалось пробить невероятную защиту Самуила, меч устремился к незащищенным плотью мышцам и к великому его удивлению натолкнулся на непреодолимую преграду. Ничем не защищенные мышцы оказались прочнее любого ангельского доспеха. Лишь на мгновение он оторопел видя, как его меч был так небрежно остановлен маршалом, пусть и одержимым, но все же маршалом.

Воспользовавшись замешательством противника, Самуил отбросил от себя генерала небрежным взмахом руки.

- Это и есть твоя сила? - пророкотал глубоким басом Самуил, медленной походкой победителя приближаясь к Габриелю поднимающемуся с земли. – И к этому я стремился всю свою жизнь? Как это убого. Довольствоваться такими крохами, когда есть возможность обрести поистине невообразимую мощь.

- Не говори о том, чего не знаешь, - ответил Габриель. - Не спорю, ты разорвал цепь, что само по себе достойно восхищения, но ты понятия не имеешь о силе данной нам Отцом.

- Тогда скажи мне, - голос падшего ангела рокотал, словно гром, перед ужасной грозой. – Почему тогда и генералы сделали выбор в пользу этой силы? Или ты хочешь сказать, что и они…

Его слова потонули в оглушительном грохоте взрыва, после которого земля заходила ходуном, а поднявшийся горячий ветер и страшные воздушные волны разметали тела павших ангелов по всей окрестности. Деревья, вырванные с корнем, проносились мимо неподвижно застывших Габриеля и Самуила.

Когда всё стихло Габриель атаковал, понимая, что где-то, его брат применил свое ужасающее оружие.

Сбитый с толку, от той мощи, которая вспыхнула вдали Самуил не сразу осознал, что Габриель уже рядом.

Подскочив к противнику максимально близко, Габриель убрал крылья и подпрыгнув крутанулся в воздухе несколько раз, тем самым увеличивая силу инерции для удара. Завершая последний кувырок, Габриель со всей силы обрушил меч на Самуила сверху.

От столкновения меча и секиры образовалась ударная волна, а Самуил отступил на несколько шагов назад.

Не успев, приземлится не землю, Габриель тут же взмыл в небеса распахнув свои черные крылья в мощном взмахе, Самуил, недолго думая ринулся за ним, громко звякнув цепями.

В воздухе противники сталкивались со страшной силой и громким звоном оружия и разлетались, чтобы через мгновение столкнуться вновь.

Так как Габриель был значительно легче своего противника, он старался избегать лобового столкновения и бил вскользь, уводя оружие Самуила в сторону, гася силу удара. Если бы кто ни будь, наблюдал за схваткой со стороны, то он увидел бы только две яркие искры, сталкивающиеся в вышине с оглушительным звоном. И вот, после очередного столкновения, одна из них рухнула на землю.

На этот раз Самуилу удалось ударить рукояткой секиры Габриелю в висок, отчего архангел на мгновение потерял ориентацию и начал падать на землю. Самуил, воспользовавшись полученным преимуществом преодолевая звуковой барьер ринулся на ослабевшего противника. Пронзив облака, Самуил прекратил ускорение и выставив секиру перед собой закрутился в воздухе как волчок стремительно приближаясь к Габриелю.

В последнее мгновение генерал, успев прийти в себя, поставил под удар свой меч, но от страшной силы удара последний разлетелся брызгами зеленых осколков, а сам Габриель с оглушительным взрывом врезался в поверхность планеты породив колоссальную воронку и тучи пыли.

В нескольких метрах от поднявшегося облака пыли опустился Самуил и стал прощупывать пространство своими новыми органами чувств. Он «видел» окружающую действительность в истинном виде. Переплетение энергий всего живого вокруг и чистое биение сердца планеты. Магическая энергия, еще взбудораженная непонятны взрывом, прогремевшим недавно, но этой загадкой Самуил займется после того, как добьет ослабевшего Габриеля, чья сила была словно огонек свечи в яркий день. Правда осколки его меча, сыпавшие сверху словно странные зеленоватые снежинки, создавали небольшую рябь в пространстве немного мешая обзору.

«Сильный был меч», - подумал Самуил и сделал шаг в облако пыли, которое еще не успело осесть.

Внезапно, все его органы чувств на мгновение ослепли из-за яркой вспышки. Думая, что это новая атака первого сына Создателя, Самуил отпрыгнул назад и выставил перед собой секиру ожидая нападения, его цепи нервно колыхались за спиной, все чувства были в максимальной готовности.

Всё еще опадающее облако пыли, разметало порывом сильного ветра, а пораженный Самуил отлетал в сторону от невероятного удара, выбившего весь воздух из его груди.

Когда падший маршал поднялся на ноги, он увидел, что на том месте, где мгновение назад стоял он, стоит Габриель, и от его силы пространство вокруг идет рябью. Горящие ослепительным светом глаза бесстрастно взирают на поднимающегося противника. В руках никакого оружия, но и руки по локоть и ноги по колено закрыты в странный, похожий на кость материал. Корона расширилась и медленно поднявшись над головой вспыхнула ярким зелёным светом превращаясь обратно в нимб.

Габриель был вынужден раскрыть все свои силы, несмотря на опасность гибели планеты, которая уже содрогалась в предсмертных муках.

- Ты в своей гордыне зашёл слишком далеко, - промолвил голос, пришедший словно из недр земли. – Этот мир может не выдержать, но я постараюсь быть в моей истинной форме не долго.

Новый удар в сплетение мышц на животе отдался острой болью во всем теле Самуила. Когда Габриель успел приблизиться к нему для удара Самуила не мог понять. Это было просто невообразимо.

Удар подкинул Самуила вверх почти на десять метров, но его полет был жестоким образом прерван. Возникший над ним Габриель обрушил хлесткий удар на спину Самуила и в это же мгновение схватил его за одну из цепей, не дав ему упасть. Цепь жалобно скрипнула от натяжения.

Ухватившись за цепь, Генерал раскрутился вокруг свой оси и впечатал Самуила в землю, тут же приземлившись на его спину двумя ногами, породив очередной кратер. Послышался громкий хруст. Даже сверхпрочные мышцы не смогли защитить кости от давления, превосходящего все мыслимые пределы.

Самуил запаниковал и поднявшись попытался отмахнуться своей секирой от грозного противника. Удар прошел впустую. Тут же Самуил получил увесистый удар в челюсть, который чуть вновь не отправил гиганта на землю. Кровь хлынула изо рта падшего. Габриель не давал противнику и шанса. Он налетел на массивную фигуру Самуила, словно хищник набросившийся на более крупное, но всё же травоядное животное. Удары последовали один за другим. Несколько цепей попытавшихся защитить хозяина были вырваны с корнем и с криком боли Самуила. Это уже было не сражение, но уничтожение. Самуил даже не мог сказать откуда приходит удар, до тех пор, пока новая область на его теле не вспыхивала острой болью.

Два удара сломали все его рёбра. Хлесткий удар вывихнул Самуилу ногу, раскрошив коленную чашечку. Левая рука была сломана в десятке мест, когда столкнулась с кулаком Габриеля. Сломанная челюсть болталась на сухожилиях.

Сблизившись в плотную, Габриель нанес резкий удар локтем в живот, разорвав внутренние органы, и тут же, нанес удар в грудь ладонью, отчего у Самуила помутилось в голове, а затем со всего размаху нанес прямой удар левой рукой, разорвавший все мышцы.

Самуил рухнул на колени. Его прерывистое дыхание со свистом и кровью выходило через переломанный нос. Сломленный, он мог только «смотреть» на тот ослепительный свет, что обволакивал Габриеля, возвышающегося над ним. Все мысли ушли, погружаясь в тягучий туман болевого шока.

- Вот, что такое сила Генерала Самуил, - спокойно, даже с какой-то грустью сказал Габриель. – Ты признан виновным и твой приговор смерть!

Его удар ногой не встретил никаких преград. Самуила на том месте не оказалось.

Удивленный Габриель уставился на крохотную фигуру темноволосой девушки с зелеными глазами, спокойно державшую огромную тушу Самуила на крохотном плече, поддерживая его одной рукой.

- Лилит? Опять ты! - не скрывая презрения проговорил Габриель.

- А ты меня удивил Габриель, - весело промурлыкала Лилит. – Кто бы мог подумать, что первый сын Создателя будет служить маршалом в легионе своего брата. Отличный ход. Это могло принести в будущем кучу проблем, но думаю теперь это уже не важно. Лилит повернула голову к бесчувственному исполину на её плече. – Твоя сила невероятна, - сказала она, обращаясь к Габриелю. - Не думала, что с Самуилом, в его новом обличии, сможет справиться даже генерал. Но вы ведь у нас особенные, верно. Ваш легион убийц, всегда мне нравился. Ваши тайны, ваша осторожность, всё это делает вас опасными противниками несмотря на то, что у вас на порядок меньше бойцов, чем в любом другом легионе.

Габриель все это время стоял молча. Он не стал задавать ей вопросы, он мог видеть всё необходимое своими глазами. Все события, произошедшие с момента появления элвов предстали перед его мысленным взором и складывались в общую картину.

- Значит Люцифер и генералы границы перешли на сторону врага, а ты видимо их консультируешь, - спокойно сказал Габриель.

Широкая улыбка появилась на лице Лилит

- Атака Эвендала, охота за Адамом. Да вы никак хотите штурмовать Эдем? - продолжил тем временем Габриель.

- Ты такой прозорливый. Но если я тебе всё расскажу, будет уже не так интересно, - сделав невинное лицо сказала Лилит.

- Мне и не надо слушать твоих объяснений. Ваши действия говорят за вас. И думается мне, что под ваши знамена встали или скоро встанут все отверженные миры сектора Альфа в области Туонела, а может и других областей.

- Может да, а может и нет, - продолжала веселиться Лилит не замечая вес Самуила на своём плече.

- Передай Люциферу, что он будет уничтожен. Передай предателю, что ему негде будет скрыться и только его смерть остановит нас. Сажи ему, что за ним уже идет легион Гавриила и к его горлу уже приставлен наш меч. Передай ему это Лилит, - эти слова Габриель произнес бесстрастным голосом. В его словах не было бравады или преувеличений, дабы запугать противника. В этом не было необходимости.

- Хорошо, я передам, - глядя своими зелёными глазами прямо в глаза Габриеля без улыбки сказала Лилит и тут же исчезла.

Некоторое время Габриель неподвижно стоял, держа в голове образ Лилит, затем повернулся и спокойно пошел к месту их высадки.

- Херувим, это говорит маршал Габриель, - сказал маршал-генерал, активируя коммуникатор. - Заберите меня в точке эвакуации.

На секунду он прикрыл глаза и к чему-то прислушался:

- И подготовьте медицинский отсек. Я буду с генералом.

Глава 30

Игнациус и Зигмунд бежали по просторному коридору одной из палуб ангельского крейсера. Коридор в очередной раз содрогнулся и друзья на мгновение сбившись с темпа, вновь припустили направляясь к лифту.

- Ты говоришь, что это «Цербер»? - в очередной раз спросил Иги на бегу.

- Да, - ответил Зигмунд с небольшими паузами на вдохе. – Я слышал, как об этом говорили легионеры.

Какое-то время они бежали молча.

- Ты ведь не думаешь…, - начал было Зиг.

- Нет, - Игнациус категорично отмёл возможное предположение друга. - Мы не настолько важные личности, чтобы за нами гнать целый легион. Думаю, про нас вообще забыли.

В очередной раз свернув, они оказались в последнем участке коридора перед узорными дверьми лифта.

- Смотри, там стоят ангелы, - бросил Зиг на бегу, явно запыхавшись.

- Вижу, - отрывисто ответил Иги.

Друзья подбежали к двум легионерам, охранявшим выход с этого уровня.

- Немедленно возвращайтесь в свои каюты, - сказал широкоплечий ангел, преграждая путь элвам.

- Что происходит? - спросил Игнациус тяжело дыша после бега.

- Крейсер перешёл на военное положение. Перемещение гражданского персонала ограниченно, - ответил другой легионер.

Корабль вновь изрядно тряхнуло, после чего послышался легкий треск.

Легионеры переглянулись и вновь обратились к элвам.

- Немедленно возвращайтесь к себе. За вами придут, когда всё закончится.

- Это легион генерала Одиуса? - Решился задать вопрос Игнациус.

Ангелы какое-то время молчали, после чего один из них сделав шаг вперед сказал:

- Настоятельно прошу вас, вернуться в свои каюты. В данный момент мы столкнулись с вражеским флотом, не уступающим нам, поэтому будет безопаснее для вас оставаться в комнатах. Для вас и вашей семьи, - многозначительно закончил Ангел.

- Понятно, - с досадой ответил Игнациус и развернувшись пошёл обратно.

Зигмунд мгновение постояв и глядя то на Иги то на легионеров, отправился вслед за другом.

- Это просто ужасно сидеть здесь и ждать, когда всё закончится, - в сердцах бросил Зигмунд.

- Мы ничего не можем сделать в этой ситуации, - промолвил Игнациус. – Они сражаются с флотом легиона, и я бы не ставил на победу Гавриила. «Цербер» не зря считается лучшим крейсером среди легионов.

Палубу вновь тряхнуло.

***

Космический бой, это настолько же удивительное, на сколько и ужасное зрелище. Самые крупные космические сражения после победы над объединенным флотом Рейдеров, происходили исключительно на границе Упорядоченного и то, были довольно редким явлением.

Били еще мелкие стычки с пиратами, и локальные сражения с космическим флотом впавшей в ересь планетой, но мощи даже одного легиона, хватало, чтобы обеспечить подавляющее преимущество в космосе.

Несмотря на это, все члены команды, благодаря постоянным тренировкам и учениям были готовы к боевой ситуации.

Вернее, они были уверены, что готовы, но когда ты сталкиваешься не с учебной программой и не с заумными формулами расчета траекторий и углов отражения, а с реальным противником, да еще и не менее, а возможно и более грозным чем ты, только тогда понимаешь, насколько ты неподготовлен к подобному.

Однако, надо отдать должное капитану Наилу, он не растерялся и жёсткой хваткой взял в свои руки боевые манёвры крейсера «Смирение». Он чётко помнил все наставления, что дал ему маршал Габриель перед отлётом и хоть в глубине души не любил маршала за шутовское поведение, всё же уважал его звание и признавал его острый ум.

- Докладывайте, - коротко бросил Наил.

- Состояние щитов 95%, - послышалось из одного угла капитанского мостика.

- Все приборы в норме. Система жизнеобеспечения в норме, - послышался ответ из противоположного угла.

- Наша эскадра завершила маневр «Десница», - последовало еще одно сообщение. – Линкоры «Честь» и «Верность» выстроились по левому и по правому борту соответственно. Ударный крейсер «Антей» над нами, чуть позади. Ударный авианосец «Базилевс» ушёл в тыл для прикрытия. Остальной флот блокирует подступы к планете.

- Противник завершает процесс разворота. Атака минимальная, - закончил личный помощник капитана.

- Отлично, - ответил Наил, дослушав доклад подчиненных. - Передайте капитанам придерживаться выбранной формации. Наша цель держать легион Одиуса в тонусе, а не пытаться уничтожить его.

- Есть капитан, - четко ответил помощник, передавая приказ капитана на другие корабли легиона.

Увидев, как слаженно работает его команда капитан испытал лёгкое чувство гордости. Они отлично справлялись в этой критической ситуации, когда их противником оказался другой легион. Нервозность первых минут прошла, уступив место слаженной работе. Однако капитан пристально наблюдал за всеми, дабы не упустить признаки слабости. Ведь цепь крепка настолько насколько крепко её самое слабое звено. И капитан не мог допустить, чтобы всё пошло прахом из-за расшатанных нервов навигатора или команды наведения. Всё должно идти по строго установленному плану иначе безумие происходящего сломит их.

- Капитан, противник открыл огонь лазерами дальнего действия, - поступил новый отчет.

- Пристреливаются, - коротко бросил капитан. - Увеличить на 35% мощность щитов правого борта. Проверьте щиты их ударного крейсера. Узнаем, насколько он толстокож.

Шутливый тон капитана взбодрил команду, и они бросились исполнять поручение.

Надеюсь на планете всё пройдет хорошо, ведь иначе наше выживание здесь потеряет смысл. Капитан флагмана, потерявший своего генерала, будет покрыт позором на всю свою бестолковую жизнь. Наил даже думать об этом не смел.

- Выставляйте помехи! - отдал приказ капитан. - Не будем облегчать жизнь нашим братьям.

***

Две армии замерли друг напротив друга, освещенные лучами утреннего солнца, показавшего свой лик считанные минуты назад.

Люди, волею судьбы оказавшиеся в центре противостояния двух армий, пытались скрыться, побросав свои нехитрые пожитки. Охваченные животным ужасом, они спасали свои жизни наплевав на добро собираемое и бережно хранимое всю жизнь.

И только жалкая горстка людей, зажатая между двух легионов, сбившись в кучу переводила испуганный взгляд с одной армии на другу. Лишь один из них, смотрел на происходящее со спокойствием человека, давно смирившегося с судьбой.

Тем временем от противостоящих армий отделились несколько фигур. Сделав по направлению друг к другу пару шагов, они вновь замерли, изучая оппонентов.

С лёгкой улыбкой на губах, Габриель предложил Самуилу сдаться, на что маршал Одиуса ответил презрительным отказом, назвав Габриеля домашним щенком. Но и после этого Габриель не оставил шутливый тон. В этот момент Самуил уверовал в то, что Габриель его боится, отчего стал еще заносчивее. Он стал поливать грязью, Гавриила и весь их легион «девочек на побегушках», - как он выразился. Габриель лишь стоял всё с той же легкой улыбкой, не отвечая на колкости.

Всё изменилось, когда внезапно, между двух армий появилась женщина с чёрными волосами. Послав воздушный поцелуй Габриелю, она оповестила всех, что не собирается вмешиваться в их милые разговоры, а лишь заберёт Адама, всё это время стоявшего чуть в стороне.

Вместе с ним были еще трое парней и девчонка, по ним было видно, что они находятся в прострации от происходящего и когда легионеры, по приказу Габриеля уводили их в безопасное место, подальше от Лилит, те даже не сопротивлялись. Лишь Адам бросил презрительный взгляд на Самуила.

Всё окончательно покатилось в хаос, когда Лилит улыбнувшись, последовала за Адамом, тогда-то Габриель, вмиг став устрашающе серьезным, нанес удар копьем с длинным, узким наконечником, неожиданно возникшим в руках маршала.

Не говоря больше ни слово, Габриель обрушил, своё копье на ухмыляющегося Самуила. Обрушившийся сверху удар, разрубил несколько ангелов стоявших позади маршала, сам же Самуил в последнее мгновение ушёл от удара, однако на его лице читалось изумление, когда обычное с виду копье удлинилось более чем на десять метров и позволило Габриелю нанести удар с того места, где он стоял.

Тем не менее это было только начало. Пыль, перемешанная с кровью, еще не успела осесть на землю, как Габриель нанес второй удар. Разрывая тела легионеров Одиуса, копье возникло справа от Самуила, тот лишь в последнее мгновение успел подставить под удар свой могучий топор. Его отбросило на несколько метров, и когда он только остановился, Габриель совершил следующую атаку. Прямой выпад. Его копье, на мгновение приняв нормальные размеры, буквально выстрелило и раздирая воздух понеслось к вожделенной жертве. Самуил увернулся, но недостаточно ловко, копье зацепило его левое крыло. Несколько черных перьев упало на землю. Всё это не заняло и трех секунд. Легионеры, прибывшие с Самуилом, еще глупо таращились на первых жертв, чьи останки только коснулись земли.

«Ублюдок!», - мелькнуло в голове у Самуила, глядя в так разительно изменившийся взгляд Габриеля.

Куда пропала вся его надменная шутливость. Сейчас перед Самуилом был легендарный маршал Габриель из Легиона ассасинов мира Ангелов.

***

Габриель сильно просчитался, взяв с собой желторотых птенцов, и хотя в этом плане наши силы били примерно равны, сам Габриель был один, тогда как нас было двое. Два маршала, против одного. Исход боя казался мне очевидным. Но этому, проклятому Габриелю, всё время удавалось ускользать от моего топора и от массивной булавы Серафима.

Магические атаки так же принесли не много пользы, так как Габриель каким-то образом сбивал все наши манипуляции с материей, однако и сам он использовал только своё боевое мастерство, что в некотором роде заслуживало уважения.

Вновь накинувшись на меня с серией стремительных выпадов, которые я с трудом отбивал, он чуть не пропустил удар булавой, обрушившейся сверху, но, как будто предвидя этот удар, крутанулся в бок, пропуская булаву мимо и подпрыгнув, хлестким ударом заехал Серафиму в ухо. И он проткнул бы его на обратном вращении копья, если бы я вовремя не подставил под удар свой топор.

Он был нереально гибок и быстр, и я уже отлетал в сторону, получив увесистый пинок в живот. На этот раз уже Серафим отвлек внимание Габриеля, и мне удалось прийти в себя. Стоит ли говорить, как это начинало раздражать? Да кем он себя возомнил?! Я выпустил силу, свитую во мне жгутами. Всё мое тело на мгновение покрылось оболочкой шелестящих молний, и я в мгновение ока оказался возле сражающихся.

Я ударил своим топором между ними в секундную паузу между ударами, давая Серафиму, возможность отступить и перевести дух. Оба маршала отпрянули в противоположные стороны, и я с удовольствием отметил, что Габриель угодил в гущу сражающихся легионеров. Сразу пять моих воинов, занесли свои мечи над головой маршала и тут же развалились на равные половины, а вокруг Габриеля появилась алая полоса, словно какой-то вычурный пояс и только по нему можно было проследить траекторию удара копья.

В то место, где стоял Габриель ударил тугой шар ветра, будто все ураганы этого безымянного мира пленила невидимая сфера. Атака Серафима была кстати, и мой топор, разрезая само пространство, ударил в центр этой круговерти. Во все стороны ударили молнии, испепелив не меньше сотни ангелов Гавриила и столько же моих легионеров. Но цели своей я не достиг, так как Габриель и в этот раз улизнул от удара и устремился к Серафиму. Скорость его поражала.

Вновь завязался бой, в котором, следует это признать, Габриель диктовал свои условия. Он просто не давал нам возможности для манёвра, подходя к нам вплотную. Его копьё то укорачивалось до размеров небольшого кинжала, то выстреливало прямо в лицо или в любое другое направление, без всякой видимой системы.

Однако везение рано или поздно заканчивается, а Габриель сражался сразу с двумя маршалами. Очередная моя атака, хотя и прошла мимо него, но в нужный момент я разредил всю накопленную мощь. Словно удар плетью усиленный в миллионы раз ударила молния, сорвавшись с топора. Удар был в упор и Габриель, не ожидавший этого, не успел защититься. Его откинуло метров на сто, а в воздухе резко запахло озоном и горелой плотью.

«Он мертв?» - спросил меня Серафим, утирая кровавую полоску на скуле.

«Надо полагать», - ответил я тогда, зная, что такой удар, может скалу расколоть.

И тут мы увидели невероятное. Габриель медленно поднялся. Его доспех дымился, был покрыт тёмными разводами, но был цел.

«Вот сукин сын!» - Зло сплюнул Серафим и, крутанув своей булавой, отправил по направлению к поднявшемуся архангелу воздушную волну, разрезающую всё на своём пути, создавая провал в пространстве за собой. Однажды я видел, как этой атакой он убил Лорда Хаоса.

Многих сражавшихся в этот момент легионеров, волею судьбы попавших в зону поражения, либо рассекло, либо затянуло и разорвало воздушными потоками устремившимися заполнить образовавшийся вакуум.

Габриель, стоявший всё это время без движений, начал неярко светиться и когда я уже подумал, что воздушная волна рассечет его от макушки до паха, он просто выставил копье острием вперед. Небрежно как-то. И в этом простом движении была такая сила, что сама реальность пошла рябью, а страшная атака Серафима, распалась, натолкнувшись на острие копья, словно была мыльным пузырём. Земля вокруг Габриеля вздыбилась, и он уже оказался рядом с нами, занося копьё для удара.

Прямой выпад, крутанулся, боковой удар слева, справа. Удар сверху, снова слева, серия прямых выпадов. Ушел влево, вправо, поднырнул, подпрыгнул, тычок тупым концом в бок Серафиму, вновь ушел вправо новый выпад.

Это я уже сейчас вспоминаю подробности, в тот момент меня спасали только рефлексы.

Вокруг Серафима закрутилась воздушная сфера, отшвырнув как Габриеля, так и меня. Серафим вошёл в полную силу. Весь его облик был объят тугими ветрами, глаза горели голубым светом. Давно пора.

И теперь уже Габриелю пришлось не сладко, теперь он отбивает наши удары, а булава Серафима буквально сокрушала его и даже блокированный удар, вбивал Габриеля в землю по щиколотку.

Ему конец. Его легионеры почти истреблены и сам он на грани. Бросив быстрый взгляд в сторону наших воинов, я видел, что средство, синтезированное из крови Одиуса оправдало себя. Бойню, которую они устроили, можно засчитать им как победу, несмотря на то что в живых оставалось не больше полутысячи из шести тысяч изначально.

Габриель стал пропускать удары и хоть его свет горел ярко, а глаза переполняла решимость, наша сила начинает его подавлять. Мои молнии уже не единожды оставляли неровные рытвины на его броне, да и воздушные вихри Серафима подарили пару кровавых полос Габриелю. И вот наступил тот миг, приближение которого ждали обе стороны. Ошибка противника. Габриель на неразличимую долю мгновения опоздал и ушёл от булавы не так и не туда куда хотел. Мой топор, в своей жажде крови уловил этот момент и, оставляя за собой ветвистые дуги чистой энергии, устремился в прореху в обороне противника. Я видел глаза Габриеля, когда он понял и осознал происходящее, но уже было поздно, что-то менять или остановить. Удар. Всё тело Габриеля прошивают молнии, выйдя у него из спины.

Но надо отдать должное его доспеху, он не дал разрубить тело пополам. Габриель повис на острие моего топора, и поток чёрной крови оросил землю под ним. Всё кончено. И именно я положил конец этой легенде и своими руками создал новую. Самуил - Маршал легиона Одиуса убивший самого Габриеля.

Он поднял на меня свой тяжёлый взгляд, в котором перемешалась боль, и обида, в уголке его рта запеклась кровь. Помимо моей воли у меня появилась улыбка. Столь славного момента я ждал всю свою жизнь.

«Легион Гавриила лишился своего единственного маршала», - сказал я тогда с усмешкой.

Серафим заливается смехом над моей шуткой, положив свою булаву на плечо. Он тоже стал частью истории и, несомненно, получит кусок от моей победы. Это на секунду омрачило настроение, но лишь на секунду.

Габриель продолжал смотреть на меня испытывающим взглядом и молчать. Почему бы ему уже не сдохнуть. Внезапно на его лице появилась тень улыбки.

«Чего скалишься труп?» - усмехнулся Серафим заметив улыбку умирающего архангела.

«В легионе Гавриила никогда и не было маршала».

Спокойный голос Габриеля, заставил моё сердце замереть.

«Зато, у нас два генерала».

Я словно услышал речь на неведомом языке, ибо не понял ничего из сказанного, вернее не поверил. Взглянув на Серафима, я прочитал только замешательство на его лице.

И тут стало происходить невообразимое. Свет на мгновение потухший вспыхнул вновь, став еще ярче. Глаза Габриеля залились ярким огнем, а из спины выросла еще одна пара чёрных крыльев.

Мир закрутился перед глазами. Нас отбросило силой высвобождения генерала. Копье Габриеля стало таять, а на его месте появился одноручный меч с небольшой ромбовидной гардой. На конце рукоятки пасть дракона сжимала три золотых кольца звякнувших при появлении мелодичным звоном. Лезвие, с двухсторонней заточкой, не больше метра длинной, покрывали, светящиеся зелёным, руны.

Габриель был не просто Генерал с разрушенной цепью, Он её никогда и не имел.

«Первый сын», - произнес я тогда помимо своей воли, завороженный происходящими переменами. Все следы боя пропали с его доспехов сделавшихся снежно белыми, словно первый снег, с витиеватым рисунком на нагруднике и наплечниках. Рисунок сиял рубиновым светом и был подобен переплетением вьюнка с мелкими листочками. Лицо Габриэля покрыли гибкие пластины в цвет остального доспеха, в точности повторяя черты его лица, но превращая его в бездушную маску андроида. Над головой вспыхнул золотой нимб и быстро вращаясь опустился на голову архангела, превратившись в сверкающую корону с двойным зубцами в районе лба.

Мимо меня, завывая от гнева, пролетел Серафим, занеся для удара свою булаву. Я даже не успел его окликнуть и остановить, чтобы мы смогли сломать наши печати.

Он умер мгновенно. Отсеченная голова, отлетела, куда-то в сторону, а трепыхающееся тело рухнуло под ноги генералу.

Дело приняло весьма серьезный оборот.

«Хотя убить генерала, будет намного почетнее, чем убить маршала», - подумал, я тогда решив распечатывать свою, недавно обретенную силу, готовясь к судьбоносному для меня бою. Я стал распечатывать свою силу генерала».

- Что было дальше? – спросил Люцифер.

Окутанные слабым сиянием люмосфер, двое сидели в личных покоях предводителя восставших на «Левиафане» за небольшим столиком. Это не был допрос, Самуил, всё подробно описал в рапорте. Это больше походило на беседу двух старых друзей.

- Вы, не удивились тому, что Габриэль оказался первым сыном, - не спрашивал, но утверждал Самуил.

Люцифер помедлил, словно решая отвечать ли на вопрос Самуила или убить его. Наконец генерал произнёс:

- Скажем так, я это давно подозревал.

- Как можно такое забыть? Если он первый сын, ему уже сколько? Не меньше, чем вам, это точно. Я не верю, что он мог избежать войну с Неназываемым и войну с Рейдерами.

- А вот это правильный вопрос, - сказал Люцифер, откинувшись на спинку стула и скрещивая руки на груди. – Очень правильный. И как же?

Самуил задумался:

- Создатель?

Люцифер развёл руки, глаза его вспыхнули, отражая тусклый свет помещения:

- Кто еще может так манипулировать нашей памятью? Мне кажется, ответ очевидный, но мы отвлеклись. Что было дальше?

***

Сказать, что Ярош был в замешательстве, значит ничего не сказать. Он был растерян, сбит с толку, испуган, обеспокоен и еще множество оттенков этих чувств клубились у него в душе. Всё произошло настолько стремительно, что казалось сном и Ярош уже несколько раз щипал себя, пытаясь пробудится от столь странного сна.

Только, что он вместе со своими друзьями и их проводником Мадой спешил подальше от бьющийся в конвульсиях Игрит и, что-то кричавшего вслед Джамала. И вот уже они стоят на поляне и наблюдают за событием, столь невероятным, что все слова и мысли пропали из головы бесследно. Прямо перед ними спускаются крылатые создания внешне похожие на людей, только значительно крупнее.

Белоснежные крылья, тела, покрытые странной броней словно второй кожей, лица скрыты под аккуратными шлемами со стеклянными забралами, в которых отражается молодой день. Это было великолепное зрелище. Вернее было бы таковым, если бы не та давящая атмосфера и безотчетный глубинный страх, поразивший их. У крылатых созданий было оружие.

Каково же было удивление молодых людей, когда позади них, спустя некоторое время, опустилось еще одно небесное войско, отличающееся от предыдущего лишь цветом брони. Они были зажаты между двумя волнами неимоверной силы, от которой стало трудно дышать. Ярош видел, как Млада облокотилась на Гора, дабы не упасть, но и сам парень стоял только из упрямства и лишь Мада, как будто не замечал всего происходящего стоял, хоть и хмурый пуще обычного, но твердый как скала посреди океана.

Странности на этом не закончились. Из первого войска небесных воинов. Вышло двое великанов с чёрными как ночь крыльями и стали, что-то говорить на непонятном для Титричей языке, перебивая друг друга смехом, заставляющим кости Яроша вибрировать, а мышца судорожно сжиматься. Затем из второй группы воинов, на встречу первым вышел великолепный в своих доспехах воин с нечеловечески красивым лицом, обрамленный аурой света и тепла. Он обратился к первым двум великанам на том же певучем языке, чем вызвал новый приступ смеха у них.

У паладина затеплилась надежда, что приход небесных воинов означает великие перемены. Ведь, несомненно, ангелы Творца смогут защитить людей от любой опасности. Возможно, наконец-то случится предсказанное в стародавние времена. Они вновь вернутся в небесный город, откуда были изгнаны их предки. Но оглянувшись на Гора, Младу и Тира, Ярош увидел в их глазах лишь страх. В этот момент предчувствие беды накрыла юношу, словно чёрный саван смерти пришедшей в мир собственной персоной.

На поляне появилась женщина, чей образ так не соответствовал тем чувствам что она порождала. Даже смотреть на неё было мукой, словно смотришь на собственный труп или пытаешься вглядеться в бездну, наполненную чудовищами.

Как ни странно, Мада заговорил с вновь прибывшей, на языке небесных воинов и та ответила ему своим бархатным голосом.

Дальше все усложнилось для понимания Яроша еще больше. К ним подлетели ангелы и подхватив их подняли в воздух. О сопротивлении молодые люди даже не помышляли. Спустя краткий миг созерцания двух огромных армий молодые люди стали свидетелями страшной картины, когда тысячи ангелов в одно мгновение взмыли в воздух и устремились на встречу друг другу, и лишь они продолжили свой стремительный полёт подальше от разразившейся бойни.

Во время полёта, ангелы нёсшие их, о чем-то перекрикивались, но, Ярош ничего не мог понять, да и не пытался. Все его силы уходили на то, чтобы сохранять спокойствия глядя как под ним на невероятной скорости проносится земля.

Головокружительный полет прервался недалеко от небольшой речушки, прорезающей рощу низкорослой листвянки, а вдалеке были слышны раскаты грома, хотя на небе не было грозовых облаков.

Ярош не долго обдумывал этот феномен, ведь они приземлились рядом с чем-то невероятным. Размером, намного больше, чем самый большой видимый Ярошом дом, эта штука возвышалась над землей на трех странного вида ногах, словно какой-то паук, нависнув своей громадой над Титричами и небесными воинами. Мягкие линии этой постройки, без резких углов, словно речной камень, сужались с одной стороны и расширялись с другой, заканчиваясь тремя ячейками, будто пчелиные соты. Это строение поражало и пугало одновременно. Небесные воины подталкивали их к открывшемуся в ней проёму и Ярош помимо своей воли, делал шаг за шагом по направлению к неизвестности, когда вдруг появилась та темноволосая женщина. И чувство всеобщей гибели, вновь обрушилось на Титричей.

- Куда же ты возлюбленный мой? - с легкой усмешкой сказала незнакомки с зелеными глазами и по кошачьи грациозно двинулась к застывшим в изумлении ангелам.

Быстро среагировав, ангелы достали своё оружие и ринулись на безоружную, но тем не менее источающую страшную угрозу женщину.

И только тогда Ярош понял, что незнакомка говорит на их языке, но обдумать, это он не успел, пораженный с какой легкостью небесные воины погибли, не дойдя одного шага, до спокойно идущей женщины. Они словно наткнулись на невидимые клинки и развалились грудой кровавого мяса.

Млада вскрикнула от неожиданности, у Яроша ком подкатил к горлу. Тир и Гор испытали схожие чувства.

- Что тебе надо Лилит? - выйдя вперед сказал Мада.

- Адам, я пришла за тобой, - с искоркой в глазах промурлыкала Лилит.

- Кто она? - выпалил Тир. – И почему она называет тебя Адамом?

Мада мгновение помолчал, потом повернул голову к Тиру и в его глазах была какая-то потаенная грусть.

— Это Лилит. А зовёт она меня так, потому что меня так назвал Отец.

- В честь первого? - выпали Ярош первое что пришло ему в голову, даже не подозревая о том, что услышит дальше.

- Я первый, - коротко бросил Адам.

И теперь перед Ярошом, Гором, Младой и Тиром, стоял не пьяница и бродяга, но молодой человек с глазами мудреца. Черты лица Адама подёрнулись легкой дымкой и груз веков и бесчисленных дорог растаяли без следа открыв миру прекрасное, мужественное лицо первого человека. Затем Адам вновь повернулся к Лилит.

- Что будет если я не пойду? - спокойно спросил Адам.

- Они все умрут, - палец с длинным коготком указал на застывших в оцепенении Титричей. – А ты, всё равно пойдешь со мной. Ты ведь знаешь, что не сможешь мне противостоять.

- Тогда я пойду с тобой, но ты должна оставить их в живых. Они лишь люди, не стоит впутывать их в дела им неведомые.

- Беспокоишься о своих детях? - засмеялась Лилит. – А знаешь, они всё равно умрут. Мне так хочется.

- Постой Лилит! - вскрикнул Адам. – Не трогай их! Они тут не причем. Это только твоё и моё дело. Я пойду с тобой добровольно. Он рывком сократил оставшееся расстояние до Лилит и взял её за плечи. – Забирай меня и дело с концом.

Лилит на мгновение как будто задумалась, глядя снизу вверх на своего бывшего возлюбленного.

- Нет. Я все же их убью, - спокойно сказала Лилит и с невероятной силой и скоростью ударила Адама под дых.

От удара Адам потеряв сознание повалился на зелёную траву, уткнувшись лицом в землю. Лилит переступив через его тело так же медленно двинулась к своим жертвам, словно кошка, загнавшая маленьких мышат в угол.

- Стой Лилит! - раздался голос позади Титричей.

Ярош испуганно повернулся и увидел еще одного небесного воина, точно такого же как и те, что покоились грудой мяса недалеко от них. Ярош увидел, как Лилит вдруг остановилась и легкое удивление появилось в её глазах.

- Ты получила то, что хотела. Теперь уходи, - сказал небесный воин очень знакомым голосом из снов Яроша.

Ярошу показалось, что под стеклянным забралом загорелись два красных глаза, но это длилось лишь мгновение, после чего всё исчезло и стеклянная гладь забрала оставалась такой же непреступной для взгляда.

- Кто ты ангел? Ты не из легиона Гавриила. Да и твоя сила…, - слегка склонив голову на бок сказала Лилит.

— Это не имеет значение. Главное сейчас то, что тебе незачем убивать этих молодых людей, - сказал ангел спокойным бархатным голосом.

- Но мне всё больше и больше хочется это сделать, - невинно сказала Лилит, словно прося сладость. – Кто же сможет помешать мне?

«Я», - коротко ответил ангел, голосом не столько громогласным, сколько всеобъемлющим, словно вместе с ним говорили земля и небо.

Глаза Лилит похолодели, а в её руке появилось мачете, которое она грациозно крутанула с легким шелестом рассекая воздух.

И неизвестно чем бы это всё кончилось, если бы не потемневшее на юге небо, да дрожь, прокатившаяся под землёй, словно там ворочался огромный великан.

Все разом устремили взгляд в том направлении. Свет стал тускнеть, словно тёмные облака закрыли солнце, а температура резко упала на несколько градусов. Этот день был явно переполнен странностями.

«Видимо наступил конец света», - подумал мельком Ярош и тут парень ощутил доселе неизвестное ему чувство, словно лопнула струна, державшая мир, а его уши заполнил монотонный писк.

- Пригнитесь! - крикнул ангел и повалил Титричей на землю прикрыв людей своими белоснежными крыльями.

Мгновение ничего не происходило, но далее Ярошу показалось, что он оказался в эпицентре самого грандиозного урагана. Сначала его оглушил невероятный грохот, и вся земля содрогнулась, затем страшный толчок, качнувший деревья вокруг и странное сооружение на трёх ногах, куда их пытались увести небесные воины. Затем налетел страшный ветер, норовивший снести выдержавшие удар деревья и путников. Содрогание земли и удары ветром накатывали на них вновь и вновь, старясь сокрушить неожиданную преграду. Но несмотря на всё это, под защитой ангела они перенесли эти непонятные явления относительно спокойно. Когда же всё наконец стихло, и земля перестала дрожать небесный воин встал и осмотрел последствия разбушевавшейся стихии, после чего произнес несколько слов на непонятном языке.

К своему удивлению Ярош понял, что Лилит и Адам исчезли. Мысленно обрадовавшись, что избежал смерти, Парень ужаснулся от мысли, что эта страшная женщина забрала Адама, от которого пошел весь людской род.

Видимо эта же мысль пришла и Тиру, так как он подошел к их спасителю и спросил у него:

- Что будет с Адамом?

Ангел посмотрел на него сверху вниз и промолвил спокойным голосом:

- Надеюсь, что с ним все будет хорошо. Им он нужен живым.

После этого Ангел завел их внутрь странного сооружения, уцелевшего после неизвестного катаклизма и больше на этой планете молодых Титричей и мужчину, известного некоторым как Ворон, никто не видел.

Глава 29. Часть II

***

В это время, несколькими километрами южнее огромная равнина, лежащая у подножья великого хребта, стала местом встречи двух генералов.

Это был первый случай за всю историю существования Вселенной, когда два архангела скрестили своё оружие не в тренировочном поединке. Скрестили исключительно с целью убить друг друга. Без сомнений в сердце, без намерения пощадить проигравшего, без опасения за планету которой не посчастливилось стать полем боя двух генералов.

Всё живое пыталось убраться от места боя подальше, желая спастись от той силы, что была выпущена на свободу. Взрывы невероятной силы сотрясали землю, всполохи огня взметались до небес окрашивая день в кровавые цвета, а по небу металась серебряная звезда, по которой с земли били слепящие лучи энергии.

Как долго сможет выдержать земля сражение двух генералов не мог сказать никто, но каждое живое существо: летающее, бегающее, ползающее, на подсознании понимало, что настал конец их существования. Жажда смерти, отчетливо витала вокруг двух архангелов, обрушивших друг на друга свою силу.

Огромная территория осталась фактически без воды, когда она была преобразована в массивный кусок льда, кометой, рухнувшей на землю с километровой высоты. Мгновение спустя атмосферу разорвала вспышка молнии, хлестнув по ушам громогласным взрывом.

А яркая звезда, всё металась по небу, ища возможности дотянуться до атакующего с земли противника.

Гавриил увернулся от ледяных стрел, пущенных в него, и чуть не попал в «Темные силки» - особо прочные нити тьмы, способные сдержать даже космический лайнер небольших размеров.

Одиус бил наверняка, желая покончить с опасным противником как можно скорее.

- Ты идешь против воли Создателя! Ты предатель! - разносились крики над полем боя.

Эти крики, как ни странно, принадлежали Одиусу. Гавриил сражался молча, сосредоточившись на цели и более не слушая выкриков собрата.

Пробив звуковой барьер, Гавриил ушел от «Темных силков» за облачный покров, чтобы оттуда, со стоном разрываемого воздуха, низринуться на предателя, словно огненный метеор.

Одиус, в отличие от Гавриила, стоял на месте, в центре огромной пентаграммы, сияющей, то приторно-зеленым, то кроваво-красным светом. Радужно переливаясь, Одиуса окружало защитное поле, оберегающее хозяина от непредсказуемых атак Гавриила.

На Одиусе была его белоснежная мантия, одетая поверх изящных доспехов, цвета слоновой кости. Над головой, вместо привычного нимба, знака высвобождения сил архангела, сиял багряным кровавый полумесяц. Кончик посоха, изготовленного из ветви мирового древа, что росло в Эдеме, описывал небольшие круги в то время, как левая рука крепко сжата на рукоятке меча, подаренного Люцифером.

«Ut det mentem, et celeritate!» - прокричал Одиус, усиливая свою атаку. Генерал мог повелевать магической энергией силой мысли, но однажды, еще в юные годы, Одиус обнаружил интересное свойство преобразующей энергии. Уже готовое заклятье, в первые мгновения своей жизни, податливо словно глина и его можно наделить дополнительными свойствами. Это делало, даже самое простое заклятье, невероятно смертельным. Своё мастерство Одиус оттачивал многие годы на границе и все манипуляции его были на уровне подсознания.

Вот и в этот раз, созданные Одиусом простые лезвия из сжатого воздуха, обрели подобие разума и вдвое увеличив скорость понеслись к Гавриилу непредсказуемыми зигзагами.

Гавриил, в своей золотой броне с тремя сверкающими сапфирами на левом наплечнике, расправил четыре чёрных крыла, сбрасывая скорость. Без малейшего звука, рядом с Гавриилом появилось четыре клинка серебряной стали с простыми эфесами и блеснув зелёным, устремились на встречу с ветряными лезвиями. Не теряя времени, архангел вновь ринулся к земле.

Гавриил, в отличие от Одиуса пока не стал высвобождать всю свою силу, однако находился на грани от этого шага.

На земле, наблюдая за тем, как его магическая атака разбивается, Одиус чуть не пропустил контрнападение Гавриила.

Идя на бреющем полёте, Архангел призвал из небытия сотню тысяч крохотных, чуть длиннее пальца, полосок острой стали, и те блеснув на солнце словно крохотные рыбки метнулись к Одиусу.

Небо над Одиусом потемнело от несущейся на него стальной смерти, и вскоре щит падшего и всё в радиусе нескольких метров расцвело металлической травой. На мгновение Одиус лишился видимости, наблюдая как острые полоски металла крутясь почти на половину погрузились в его барьер, который должен был защитить его от любой физической атаки.

В ту же секунду все лезвия распались, превращаясь в легкий дымок и Одиус увидел, как в нескольких метрах над ним Гавриил чиркнул своим полуторным золотым мечом по своей ладони, защищенной бронированной перчаткой. С его руки сорвалось несколько искр, которые соприкоснувшись с клубящимся дымом вызвали страшный взрыв синего пламени температурой в несколько тысяч градусов.

Над огненным морем парил Гавриил. Его волосы трепыхались под порывами горячего ветра. Крылья были прижаты к спине.

И хоть вся его фигура была неподвижной, голубые глаза на хмуром лице бегали из стороны в сторону ища следы противника.

Гавриил знал с кем ведет бой и не расслаблялся даже на мгновение, что в итоге помогло ему избежать удара от двух каменных плит.

Из синего пламени, окруженный водяной сферой, вылетел Одиус. Как только он отлетел на достаточное расстояние сфера воды сжалось в его руке в копье, которое он незамедлительно метнул в противника.

Уйдя с линии атаки каменных плит, разбившихся со страшным грохотом у него под ногами, Гавриил выставил вперед левую руку, о которую, без всякого эффекта, разбилось водяное копье.

Одиус остановился в сотне метров, от медленно опускающегося на землю Гавриила, и призвал обратно свой посох.

- Что и следовало ожидать от «Великого Гавриила», - с усмешкой бросил Одиус, будто только что не он был пленником синего пламени.

- Сдавайся Одиус и твоя смерть будет лёгкой, - слова Гавриил произносил медленно и спокойно. Дыхание его было ровным.

- А разве мне в этом случае не полагается помилование? – продолжая улыбаться спросил Одиус. - Или хотя бы суд?

- Суд ожидает тех, кто, как и ты оказались предателями, - не меняя интонации ответил Гавриил. – Ты же и твой легион подлежите уничтожению. Таков приказ.

- Но почему, ведь я действую по приказу Создателя? - в очередной раз попытался солгать Одиус и еле успел отбить копьё, летевшее прямо ему в лицо.

- Не усугубляй своё положение ложью, предатель, - Гавриил стоял не шелохнувшись.

- Ну что же, гордыня, такой же грех, как и все остальные! Но для тебя она станет еще и причиной поражения! - со злостью выкрикнул Одиус и полумесяц у него над головой вспыхнул ярче.

Когда Гавриил уже собирался атаковать, Одиус громко выкрикнул:

- СТОЯТЬ!

У Одиуса за спиной, подвешенные на слабо мерцающих верёвках, появились обычные люди. Их взгляд, ничего не выражающих глаз смотрел в пустоту. Их было шесть, мужчины и женщины и некоторые из них еще слабо трепыхались, пытаясь разжать хватку призрачной петли.

- Стой, где стоишь Гавриил и дай мне кое-что тебе поведать, мой принципиальный брат. Когда я путешествовал по Вселенной я посетил один очень занимательный мир. Палатин – так называло его местное население. Гуманоиды с большими чёрными глазами и небольшими костяными наростами на спине. Они были слабо развиты в техническом плане, но истово поклонялись нашему отцу и воздвигали великолепные пирамиды несмотря на то, что занимало это жизни не одного и зачастую даже не двух поколений. Меня, как сына их бога, они пригласили в самую большую пирамиду, которая называлась «Воздаяние». Там они устроили пышный пир в мою честь. В центре большого помещения, где проходил праздник, горел огонь, и их полуголые самки, под мерный стук барабанов, кружились вокруг него, а их потная, зеленая, с шероховатостями кожа, играла бликами от костра. Это продолжалось около двух часов. И когда запыхавшиеся танцовщицы рухнули возле бушевавшего пламени, из толпы вышли трое обнаженных мужчин, чью зеленую кожу покрывала какая-то черная мазь. Их детородные органы были напряжены и я уж было решил, что они собрались при мне устроить оргию, как вдруг, трое самцов схватили этих самок, за их чёрные, длинные волосы и с ревом перерезали им глотки, после чего проделали это еще один раз. Эти аборигены, в своих змеиных шкурах с золотыми побрякушками развопились так, что я чуть не оглох, но сразу же забыл и про вопли этих выродков, и про лужи крови под телами убитых женщин. Сила! Чистая, яростная, неудержимая сила пронзила пространство вокруг меня, заполнив его полностью. Словно масло вылили в воду. Мои крылья, помимо моей воли жадно впитали всю эту силу, и я был поражён. Я был практически на грани, от всего происходящего. Эти дикари, подумав, что я в религиозном трансе завопили еще громче, но я их не слышал, ибо передо мной разворачивался узор мироздания. Эта сила способна на большее, чем сила, окружающая нас. Сила крови живого существа, сравнима по силе с ключом, что сокрыт в нас, но без его недостатков. Отведай эту силу, мой брат.

Гавриил понял, что хочет сделать Одиус, но было уже поздно. Падший ангел выхватил свой изящный клинок и с размаху отсек своим жертвам головы. Одним стремительным движением. Фонтан густой темной жидкости ударил из обрубков шей и толчок силы, поколебавший даже воздух, заставил Гавриила в очередной раз остановиться.

Отчаянье, страх и злоба потоком устремились от Одиуса и были втянуты обратно его черными крыльями, так явственно теперь отливающие красным.

Тёмно-синие всполохи призрачного пламени затанцевали вокруг падшего генерала, а затем под его громогласный не то рык, не то крик, всё это рвануло в разные стороны от него и мгновение повисев, как туман на болоте, впиталось в землю.

Однако ничего не произошло и Гавриил с облегчением подумал, что Одиус просто сошёл с ума и у него ничего не получилось и не могло получиться, как вдруг его шаг, в третий раз за этот бой был остановлен помимо его воли.

Взглянув вниз, Гавриил увидел костяную руку, торчащую из земли. Грязная, с обрывками истлевшей кожи, эта рука железной хваткой вцепилась в бронированную ногу Архангела.

- Я не просто так выбрал это место для нашего поединка Гавриил, - надменно бросил Одиус. - На этом поле, когда-то состоялся грандиозный бой. Десятки тысяч нашли свою смерть в том побоище и теперь они жаждут отмщения.

И тут Гавриила пробрал озноб, ибо вся поверхность в радиусе несколько сотен метров буквально разрывалась, от силы, устремившейся наружу. То тут, то там земной покров разрывали пальцы давно умерших солдат. Брыкаясь и хрипя из земли, стали подниматься скелеты лошадей. Умершие поднимались медленно, но неотвратимо и Гавриил даже не заметил, что костяная рука, задержавшая его, уже цепляется за набедренную пластину брони. Взглянув вниз еще раз, он встретился взглядом с единственной пустой глазницей в которой горел фиолетовый огонь. Он готов был поклясться, что скелет прошипел его имя.

Ударом бронированного кулака Гавриил проломил череп скелета, цепляющегося за него, однако ситуацию это не изменило.

Над мертвецами зазвучал голос Одиуса:

- Не трать силы Гавриил. Им неведом страх, они не боятся боли, они не боятся как простого, так и магического железа. Им нестрашен ни огонь, ни молния. Умри Гавриил! Умри! - Одиус залился протяжным смехом.

Гавриил стоял спокойно пока на него продолжал взбираться мертвец в обрывках кольчуги, стараясь дотянуться до горла. Он смотрел на Одиуса, предвкушавшего победу и понимал, что всё сказанное им правда. А тем временем кольцо врагов вокруг Гавриила опасно сужалось.

Его золотой клинок растаял, словно туман на ветру. Оковы, сдерживающие силу Генерала, рухнули и мир взвыл, когда на него обрушилась мощь от высвобождения. Тектонические плиты сместились, по миру прокатилась слабая волна землетрясений. На месте Гавриила стоял воин, облаченный в броню из красного золота, в чьей матовой поверхности не отражались лики мертвецов, поднимающихся после того, как их сбило ударной волной от высвобождения. Лик Архангела пропал, вместо него на мир взирала безликая маска с единственным крупным сапфиром во лбу, горящий холодным синим пламенем. Брат близнец первого камня появился сначала на левом, а потом и на правом наплечнике. А над головой, со скрежетом разрываемой материи возник нимб, горящий ослепительной белизной с оттенками цвета индиго.

В руках генерала, вспыхнув серым пламенем, появился не свойственный для Гавриил огромный тесак. Никаких украшений, это оружие не имело.

Оно больше бы подошло для тролля или огра, обитающих на одной из планет, в восточной части галактики Соляр. Но Гавриил, без лишних слов, словно он делал это каждый день взял, этот огромный черный, обоюдоострый меч без гарды, одной рукой. Над местом битвы послышался непривычный вибрирующий шёпот тем не менее даже Одиус, отделенный от Гавриила армией восставших мертвецов, услышал каждое слово и внутри у него всё похолодело:

- Отец, наш, да прославится имя твоё, да прибудет вечное царствие твоё на земле и на небесах. Прости сына твоего, за все грехи совершенные мной и даруй прощение за содеянное, ибо намерен я использовать зло, дабы сокрушить зло, - секундное молчание. – Amen!

Огромный черный меч описал горизонтальную дугу в воздухе и всё, что попадалось у него на пути разлеталось кучкой пепла и сломанных костей. Он знал, что по-другому никак, что другого пути нет, что надо даровать второе посмертие этим душам и погасить свет Одиуса.

Левой рукой схватившись за труп, ползущий рядом, он с легкостью метнул его в скелет на мёртвом коне. Затем ринулся следом, орудуя черным клинком, без какого-либо изящества, просто делая свою работу.

Словно колосья, под взмахом косы, падали сраженные скелеты, но ни один из них не дрогнул и не отступил, все они лезли на него пытаясь разорвать ненавистного врага, застывшие в последнем мгновении своей смерти.

Увернувшись от ржавого меча, Гавриил, не глядя разрубил противника на две части и продолжая стремительный бег «Пожирателя» сокрушил еще с десяток мертвых воинов. Огромный меч в его руке слабо пульсировал, насыщаясь после тысячелетий, проведенных в небытие. Гавриил знал, что проклятый клинок поглощает и его силу, но он только крепче взялся за неказистую рукоять и хлестким движением снизу вверх разрубил скелет коня и всадника на нем.

Гудение, словно от хлопанья крыльев тысяч мух, слышалось там, где проходил черный меч, и оно всё нарастало. Все неистовее была ярость меча созданного побеждать демонов Неназываемого.

Одиус сразу понял, что что-то пошло не так, почувствовав с какой скоростью и в каком количестве гаснут вторые жизни его марионеток, он взлетел над своим мертвым воинством и остолбенел, ибо Гавриил, положивший уже добрую половину восставшей армии, был практически в одном шаге от него.

— Вот ведь настырный червь! - проревел Одиус и приземлившись с силой воткнул свой изящный посох в землю.

Слова следующего заклятья готовы были сорваться с его губ, когда мертвецы перед ним обратились в прах и подле него возник Гавриил со своим страшным оружием.

Мало бы кто смог отреагировать в данной ситуации и Одиус был не исключением. Не встретив преграды двуручный меч оставляя за собой след из праха прорубил защитное поле, поставленное Одиусом, белую мантию из особо прочного, гибкого полимера и сам доспех, прочность которого была воспета в легендах об ангелах.

Правая рука, отсеченная у основания, ровным срезом, кувыркаясь полетела в сторону. Ошарашенные глаза Одиуса застыли в немом вопросе. Гигантский меч, завершив свой бег, воткнулся кончиком в землю позади Гавриила, и тут тело Одиуса взорвалось, превратившись в миниатюрное солнце.

Гавриил на мгновение ослеп и оглох. В голове звенело, всё вокруг перемешалось, закружилось и обрушилось на него. Однако инстинкты, выработанные за тысячелетия сражений, заставили тело защититься и принять вертикальное положение.

Когда к Гавриилу вернулось зрение он понял, что стоит на коленях в двадцати метрах от большой воронки. Взрыв оставил на земле рану не менее десяти метров в диаметре, но долго рассуждать на эту тему Генералу не дала исполинская земляная рука, схватившая его и со всего размаху ударившая о землю, намертво прижав его к потрескавшейся почве.

- Неожиданность, мой конек Гавриил, - спокойный голос Одиуса резал слух. – Мои знания дают мне колоссальную гибкость против любого противника. Тебе не выжить, - с уверенностью произнес он.

- Бой еще не окончен, - Гавриил, напрягшись, разорвал мертвую хватку и обретя свободу ринулся на противника.

«Пожиратель» пропал, вернувшись в безвременье карманного пространства и Гавриил вновь призвал свой золотой меч, мчась в метре над землей.

На его пути стали вырастать массивные металлические стены с ликами каких-то чудовищ, с клыками и рогами, но Гавриил прорывал их словно бумагу и в мгновение ока оказался рядом с Одиусом.

Их клинки при столкновении отозвались оглушительным звоном, который разбил бы все стёкла, будь таковые по близости. Одиуса откинуло на несколько метров, от страшной силы удара архангела Гавриила.

- Твоя легкая победа над элвами затуманила твой разум падший, - голос Гавриила оставался спокойным, как будто он сражается в тренажерном зале с бездушным автоматом, а не со своим бывшим соратником. – Я покажу тебе в чем разница.

Одиус в последнюю секунду успел заблокировать удар, пришедший справа, который чуть не сломал ему руку, но это было только начало. Удары посыпались ливнем. Лязг оружия слился в единый стон стали. Одиус мог только блокировать и то, делал это из последних сил, несмотря на ускоренное восприятие, разогнанное при помощи колдовства. Он никогда не был отличным мечником и понимал это.

Очередной удар Гавриила был блокирован лишь на половину и оставил кровавую полосу на скуле Одиуса.

«Так больше продолжаться не должно», - решил Одиус, и выдохнул сгусток пламени в безликую маску брата.

Вовремя среагировав, Гавриил отпрыгнул и вновь ринулся на противника распластавшись в прямом выпаде.

Его золотой меч врезался в возникший на его пути призрачный клинок, чем-то напоминающий «Пожиратель».

Взглянув вверх, Гавриил увидел призрачную руку, держащую меч и морду кабана, смотрящего на него своими тёмными буркалами. Рядом с «Кабаном» появилось еще одно призрачное существо, с шестью руками с зажатыми в них мечами.

С другой стороны уже стоял человекоподобный гигант, ростом около трех метров, однако голова его была птичья, а в руках огромное пятиметровое копье, с листовидным наконечником.

За этими призрачными фигурами, которые постепенно становились более материальными стоял Одиус и безумие играло в его взгляде. На нагруднике его светлого доспеха горела кровавая пентаграмма.

- Позволь показать тебе моё особое искусство - технику «Совершенного Плена».

Гавриил быстро отпрянул от этой тройки держа меч наготове, а Одиус тем временем продолжал:

- Перед тобой жизненная сила разных миров почитаемая и достигшая божественного уровня. Они полностью подчинены мне и будут сражаться до конца. Даже тебе не справиться со всеми.

Гавриил понял, что этот бой складывается не так как он ожидал. Он знал, что Одиус сильный маг, вернее сильнейший из всех ангелов, но всегда считал, что умелое владение мечом сильнее умелого владения словом. Он даже представить себе не мог, что возможно сделать такое. Поработить Бога. Это не укладывалось в голове. Боги небыли редкостью, за исключением миров, где ткань мироздания была слишком тонкой и где чувствовалось влияние хаоса. Будучи изначально жизненной силой планеты, они со временем приобретали тот вид, с которым ассоциировались у местного населения. На многих планетах их так же почитали как Создателя, многие же планеты только их и почитали. Это были очень могущественные существа, с которым не рискнул бы связываться даже Генерал. Но все они без исключения не обращали внимание на остальную Вселенную. Их власть ограничивалась местом их появления. Как Одиусу удалось их пленить Гавриил не знал, но это ничего не меняло. Чтобы добраться до падшего, он должен уничтожить трёх Богов, каждый из которых был силой как таковой.

- Ты слишком много болтаешь, - спокойно сказал Гавриил и в мгновение исчез.

Возникнув рядом с Кабаном он со всей силы обрушил на него свой меч, однако был остановлен и чуть не попал под огненные лучи, выпущенные из глаз Птицеголовым. С трудом увернувшись генерал угодил под атаку Многорукого, и ему пришлось использовать всё своё мастерство чтобы просто блокировать выпады сразу шести мечей, а к ним уже подоспели остальные Боги.

Увернувшись от размашистого удара Кабана, Гавриил поразился, ибо клинок этого Бога соприкоснувшись с поверхностью вызвал колоссальные повреждения, подобно взрыву. Огромный пласт земли вырвало и раскидало окрест.

Птицеголовый сделал выпад своим длинным копьем целясь в Гавриила, но тот в очередной раз увернувшись, обхватил копье рукой, прижал древко к телу, после чего, поднял Птицеголового над землей и швырнул его в Многорукого. Ринувшись к Кабану, архангел нанес горизонтальный удар и когда Бог блокировал его, со всей силы врезал по его уродливой морде кулаком.

Удар отшвырнул порабощённого Бога на несколько метров и лишил его нескольких клыков. А на Гавриила сверху уже неслось копье.

Блокировав удар, генерал чуть не упал на колени поразившись его силе, однако поставив свой клинок под углом, смог скинуть копьё на землю, которая тут же прогнулась и пошла трещинами. Вскочив на копье, Гавриил, грациозно пробежав по нему пнул ногой прям между глаз своему противнику, отчего последнего крутануло несколько раз в воздухе. Копье его выпало из рук, однако успех Гавриилу не дали закрепить. Вихрем клинков на него обрушился Многорукий.

Блокируя выпады, архангел призвал еще один свой меч. Он был серебряный и не такой известный как золотой. Но мощь его была не менее велика. Орудуя двумя мечами с невероятной быстротой, Гавриил стал потихоньку теснить многорукое божество, как вдруг между ними, чуть не проткнув Гавриила ворвалось копье Птицеголового, а сверху ударил огромный меч Кабана с окровавленной мордой. На этот раз Гавриил упал на колени от страшного удара, и земля под ним осела. Многорукий бог, тем временем, скрестил все свои мечи и ударил ослепительной молнией. Возникший в последнюю секунду барьер, смог принять на себя часть ущерба, однако оставшаяся сила отшвырнула Гавриила метров на сто и еще несколько метров протащила по земле. Его Золотой доспех, весь покрытый сажей дымился от произведенного удара, но сам Гавриил не пострадал. Однако ему, эта троица начинала сильно надоедать.

Не успел архангел подняться на ноги, как возле его головы возникло острие копья и ему лишь ценой неимоверного усилия удалось отбить смертельный наконечник вверх, что, однако не помешало Птицеголовому нанести сокрушительный удар Гавриилу в живот обратной стороной копья. От этого, генерала подкинуло вверх на несколько метров, а возникший над ним Многорукий, ударом двух ног, с оглушительным грохотов, впечатал его в землю. От столкновения с поверхностью поднялось облако пыли, из которого, мгновение спустя, вылетел генерал, пытаясь увеличить дистанцию между собой и Богами, но был схвачен за ногу Кабаном, который раскрутившись как волчек швырнул архангела на землю.

Новый удар, потряс генерала, и он помутненным взглядом увидел приближающиеся шесть призрачных клинков. В последнее мгновение, ему удалось создать мощный воздушный поток, ударивший Божество в грудь отшвыривая в сторону. Вскочив на ноги, Гавриил, пригнувшись пропустил над собой огромный меч Кабана и взмахом серебряного клинка отрубил у него обе ноги, отчего Бог-животное с неизвестной планеты, завывая рухнул на землю. И вновь огненные лучи ударили по Гавриилу пройдя на волосок от его головы. Не теряя времени, архангел бросился к Птицеголовому стараясь уклоняться от горячих лучей, бьющих у того из глаз. Приблизившись почти вплотную, Гавриил не смог нанести удар, ибо земля у него под ногами вздыбилась и швырнула его в сторону. Краем глаза генерал увидел, что Кабан поднялся, заменив отрубленные конечности каменными. Дальше рассматривать Божество Гавриилу не дала огромная плита, образовавшаяся над ним готовая раздавить его в лепёшку. Архангел, недолго думая нанес серию быстрых ударов разрезая каменную плиту на множество более мелких. Один из падающих кусков, Гавриил, ударом ноги, швырнул в Птицеголового, бежавшего на него, а еще один, не останавливаясь, метнул в Многорукого, сложившего свои мечи вместе, для новой атаки. Богам, это не повредило, но дало время Гавриилу увеличить дистанцию для свой атаки, которой он решил прекратить этот бой.

По миру вновь прокатилась рябь, высвобожденной силы.

- Уничтожьте его! - прокричал Одиус.

Призванные Боги со всей возможной им скорость ринулись на противника, но время как будто замедлило бег, а один из сапфиров на левом наплечнике Гавриила стал сиять серым светом.

Гавриил, как будто с большим усилием поднял свой золотой меч над головой, серебряный уже пропал за ненадобностью. Поднявшийся вокруг него ветер, разбросал мелкий мусор и остатки скелетов от восставшей армии Одиуса. Золотой клинок стал сиять ослепительно белым светом и сначала медленно, но затем всё быстрее и быстрее стал расти. Великолепная рукоятка зажатая двумя руками незначительно увеличилась, а сияющий клинок уже пронзил облака и по ширине был не менее пяти метров. Ярко сияя меч как будто высасывал свет, длинные тени вытянулись за плечами Богов, тщетно пытающихся добраться до Архангела Гавриила.

Сам Одиус стоял, не веря своим глазам наблюдая за столбом света, пронзающим облака и уходящим всё дальше и дальше. Сильный ветер трепал его волосы и полы его белой мантии. Красный полумесяц над головой Одиуса потерял свой багряный цвет, словно изгнанный сиянием клинка Гавриила.

Тренированный разум уже перестроившийся на созданное вокруг течение времени, не мог, однако, сдвинуть тело и единственное чем сейчас был занят так, это созданием защитного поля, медленно, словно цветок раскрывающегося над ним.

«Я должен успеть!!!» - пульсировало в его голове, вливая невероятные силы в создаваемую защиту.

Тем временем на орбите планеты сражающиеся корабли зафиксировали невероятный энергетический выброс и визуально увидели луч света, поднимающийся с планеты.

Затем «рост» клинка остановился, достигнув низкой орбиты и став в ширину почти тридцать метров.

Гавриил сделал тяжелый шаг вперед, расколов под ногой сухую почву и мгновение спустя титаническим усилием нанёс удар направив атаку исполинского меча в сторону Богов и Одиуса.

«Сокрушающий небеса!» - подумал Одиус когда невероятных размеров сияющий клинок, закрывший для него небо со страшным рёвом, объятый ураганами, обрушился на планету.

Последствия падения меча были устрашающими. Взрывная волна два раза обогнула планету. Ближайшие города были стёрты с лица земли, а далекие от места событий страны стали жертвами небывалых землетрясений. Гигантская волна, поднявшаяся в мировом океане, накрыла один из полюсов похоронив его под тоннами воды. Бешеные ветра понеслись во все стороны, словно испугавшись гнева Создателя. Ближайшие леса перестали существовать, сгорев в единый миг, не оставив даже пепла. Оглушительный гром был слышен на многие километры вокруг. Количество погибших от удара архангела и его последствий не смог бы подсчитать никто. Ударь Гавриил в полную силу атмосферу планеты просто бы сорвало и тогда в живых на планете остался бы только он.

Горящий сапфир медленно погас, став прозрачным.

Глава 29

Часть I

Белоснежный, словно первый снег обелиск, возвышался в центре города ангелов, словно маяк. Это место было священным даже для такого места как Эдем и честь попасть туда удостаивались немногие. Место прямо-таки излучало силу. Силу мягкую, теплую, добрую.

На площади, рядом с этим обелиском, изготовленным из лучей зимнего солнца, назначали встречи или просто прогуливались, наслаждаясь особым воздухом, который был сладким в этой части города и бодрил как пригоршня холодной воды по утру. Это было место, где рождались ангелы начиная со второго поколения.

- Нас пригласили! - выпалил молодой ангел в форме рядового стража Эдема по имени Каспий, держа за руку свою избранницу.

- Куда? - недоверчиво осведомилась Катерина, служащая в медицинской лаборатории, глядя в глаза своего спутника.

- Нас пригласили в Обелиск дорогая! - произнес заветные слова Каспий.

Какое-то время, Катерина была еще далека от понимания слов, сказанных её спутником, но вот слова обрели резкость, и Катерина завизжала на всю приёмную, привлекая внимания посетителей лаборатории.

Они обнялись, и Каспий, подняв любовь всей своей жизни, закружил её на мраморном полу. Сторонние наблюдатели по-доброму улыбались, понимая причину такой радости.

- Когда? Когда нам необходимо прийти? - спросила взволнованная Катерина.

- Прямо сейчас, я поэтому и заехал, - улыбнулся Каспий.

- Как сейчас? Но я ведь…но…, - Катерина остановилась, вздохнула и промолвила. – Едем!

Спустя примерно двадцать минут Катерина и Каспий стояли перед циклопическим сооружением, пронзающим небо. Подойдя к желтой линии перед зданием, они переглянулись и вместе, держась за руки, сделали судьбоносный шаг.

Перед, ними на абсолютно гладкой белой стене появились зеленые руны их имён и прозвучал мелодичный голос попросивший подтвердить их имена.

- Имя подтверждаю, - сказал с начало Каспий, а затем и Катерина.

Тогда, маленькая искорка света метнулась из земли и очертила прямоугольную дверь, которая бесшумно скользнула в сторону, пропуская пришедших.

Войдя в просторное, абсолютно белое помещение Каспий и Катерина стали оглядываться, пока не наткнулись взглядом на белую стойку и ангела в белоснежных одеждах, ранее ими не замеченного. Хорошо, что ангел был темноволосым, иначе его можно бы было не заметить в этом белом царстве.

- Каспий, Второй сын, страж Эдема, возраст - 55 полных циклов? - спросил Ангел в приёмной.

- Да, - взволнованно ответил Каспий.

- Катерина, Вторая дочь, служащая медицинской лаборатории, возраст - 47 полных циклов? - устремив свой взгляд на Катерину спросил ангел.

- Да, - не менее взволнованно ответила Катерина.

- Хороша. Вам на третий уровень. Сказал ангел с улыбкой. – Поздравляю вас!

- Спасибо! - хором ответили спутники

В этот момент у них под ногами засветилась желтая полоса, ведущая в один из коридоров.

Так следуя указанию желтой линии и поднявшись на лифте на третий уровень, Каспий и Катерина оказались в еще одном просторном помещении, однако здесь белизну разбавляли чудесные картины, нарисованные на стенах.

«Ожидайте», - произнес синтезированный голос искусственного интеллекта Обелиска.

Но ждать спутникам пришлось не долго. Спустя буквально несколько минут в дальней стене, желтая искорка очертила дверь и та, плавно уехав в сторону пропустила массивную фигуру с четырьмя черными крыльями, так странно смотрящимися в этой белой комнате.

Каспий и Катерина низко поклонились при виде вошедшего, а их сердца застучали сильнее.

- Лорд Рафаил, - выдохнул Каспий.

Катерина покрылась румянцем.

- Каспий, брат мой, ну что за формальности, в столь великий день для вас. Зови меня просто Рафаил, - архангел широко улыбался, глаза излучали доброту. - Ну что же пройдемте со мной.

С этими словам Рафаил развернулся и пошёл в только ему одному, известном направлении. Каспий и Катерина следовали за ним по пятам, боясь заблудиться.

Через несколько переходов и после еще одной поездке на лифте, они достигли своей цели.

Помещение, куда их привел Рафаил, было небольшим и таким же белым. Генерал подошёл к дальней стене и прикоснулся к ней пальцем. На стене тут же загорелись зелёные огоньки, а затем появилось окно дисплея. Рафаил, быстрыми движениями, свидетельствующими о частом повторении, стал нажимать на сенсорные кнопки.

- Готово, - произнес он и в потолке с тихим шипением открылось круглое отверстие, из которого медленно опустился небольшой резервуар приняв горизонтальное положение.

Рафаил подошел к нему и вновь стал нажимать на символы, появившиеся на белом корпусе резервуара.

Через мгновение крышка плавно открылась и золотой свет озарил комнату.

- Ну что же, встречайте своего опекаемого, - мягко произнес Рафаил.

Каспий и Катерина, держась за руки медленно подошли к раскрытому резервуару и заглянули внутрь.

На воздушной, словно облако, субстанции, лежал маленький комочек с крохотными крылышками, покрытыми белым пушком.

- Это мальчик, - медленно проговорил Каспий, и слеза скатилась по его щеке.

- У него твой цвет кожи. Твой ген стал доминантным, - сказала счастливая Катерина, протягивая руки к младенцу с шоколадным цветом кожи.

- Это крепкий малыш! - с гордостью, словно этот младенец был от его плоти, ответил Рафаил.

- Спасибо, - смутился Каспий. – Лилейн, мой опекун, происходит от линии Даниила.

- Ну, тогда ничего удивительного, - по-доброму рассмеялся Рафаил. – Нашему брату Даниилу даже доспехи не нужны. Осталась только одна формальность. Положите пожалуйста его обратно.

Катерина положила спящего младенца обратно в его колыбель и над ним склонился Рафаил, шёпотом произнося древние слова силы, положенные при ритуале запечатывания. Через несколько минут в руках у Рафаила появилась светящаяся золотом тонкая цепочка и он, аккуратно, чтобы не разбудить малыша, стал наматывать эту цепочку вокруг животика младенца. С каждым оборотом цепочки, свечение малыша угасало, пока не пропало совсем.

- Дело сделано. И пусть эта цепь будет разорвана его деяниями и быть может в будущем, последнее звено будет сломлено и младенец, появившийся сегодня на свет, встанет в ряды Архангелов, - произнес напутственный слова Рафаил – Катерина, можешь забирать нашего нового брата.

Катерина наклонилась и ласково взяла малыша на руки. Малыш во сне зашевелился и немного покряхтев вновь заснул.

- Вы уже придумали ему имя? - спросил Рафаил, глядя на младенца.

Спутники переглянулись и когда Катерина кивнула, Каспий сказал:

- Самуил. Мы назовем его Самуилом.

***

Самуил сидел с закрытыми глазами. В своей броне без знаков отличия, он походил на своих подчиненных сидевших на двух ярусах рядом с ним. Его чёрные крылья были убраны, для удобства, а слух был приглушен усилием воли.

На десантных шаттлах, не было тех излишеств, что позволяли личным кораблям генералов без каких бы то ни было неудобств спускаться на поверхность, в связи с этим сейчас в помещении, где он, Серафим и еще сто пятьдесят его подчиненных били накрепко пристегнуты к десантным сиденьям, царил нарастающий гул, а температура слегка поднялась. Началась легкая тряска.

Всё получилось, как и предсказывал Одиус. Когда он с тремя тысячами легионеров покинул «Цербер», Гавриил, не задумываясь бросился за ним. В этот момент Самуил начал подготовку к отлету, пока Лилит пыталась установить точное место нахождения их основной цели.

Корабль сильно тряхнуло и на мгновение гул стал слышен, даже Самуилу, но он не обратил на это внимание, думая о своем противнике Габриеле.

Самуил, как будто это было вчера, вспоминал последнюю свою встречу с Габриелем перед тем, как стать десятником в легионе Одиуса. В тот раз Габриель пожал ему руку и с улыбкой пожелал успехов. Не то, чтобы они были хорошими знакомыми, просто Габриель в тот момент, возвращался откуда-то и они встретились на луне, когда Самуил улетал, а Габриель возвращался.

Тогда Самуил пообещал, сам себе, что станет таким же хорошим воином, как маршал Гавриила. С той поры утекло много воды и пока Самуил сдерживал атаки Хаоса, сотни раз был на волосок от смерти, хоронил своих друзей и выдергивал семена предательства среди пограничных миров, легионы Эдема нежились в роскошной обстановке города ангелов.

Позже Самуил пришёл к пониманию, что не хотел бы иной судьбы, ведь только в бою, он чувствовал себя живым, но чувство неприязни к легионам, несущим свою службу в секторе Гамма, стало его второй натурой.

От мысли, что он сойдется в бою с Габриелем, с этим напомаженным выскочкой, у Самуила учащалось дыхание, а внутри упругими кольцами, шевелилась его сила.

Сразив Габриеля, такого признанного воина, который уже имел громкое имя, когда Самуил только делал первые шаги, вознесет его на новую вершину и этот ублюдок Антемос станет следующим кто отведает его стали. Самуил знал, что Антемос скрывался под личиной начальника службы безопасности и его выходка в ангаре так же помнилась Самуилу очень хорошо.

«Десять секунд до десантирования», - раздался в коммуникаторе голос пилота.

Самуил открыл глаза и обвел взглядом своих воинов. В одинаковой броне в глухих шлемах, они казались ему статуями.

- Приготовились! - выкрикнул Самуил, назначенный главным в этой операции, и слегка прикоснулся к фиксаторам, удерживающим его тело.

Фиксаторы с легким шипением убрались в стену, и Самуил услышал сотни подобных шипящих звуков наблюдая за тем, как поднимаются воины первого и второго уровня. Сто пятьдесят легионеров, встали смирно, ожидая приказа. Рядом с Самуилом поднялся Серафим с нахальной улыбкой на лице.

«Он жаждет крови, не меньше, чем я» - улыбнулся про себя Самуил.

Помещение озарилось зелёным светом и в дальнем конце десантного шаттла стал открываться люк. Ураганный ветер ворвался в помещение разгоняя спёртый, горячий воздух.

- Вперед! - выкрикнул Самуил.

Ангелы, соблюдая строгий порядок, и высокий темп, стали выпрыгивать в темноту пространства, один за другим и вот уже маршалы, оттолкнувшись от края люка ринулись в пустоту.

Ветер чужого мира ударил их в лицо и стал трепать волосы.

Самуил усилием мысли, одел на время свой бронированный шлем, чтобы защититься от порывов ветра. Перед его глазами вспыхнули тактические данные и счетчик высоты, стремящийся к нулю.

«Скоро рассвет», - отстраненно подумал Самуил.

Но пока ночь властвовала над той частью мира, в который пришли ангелы.

На огромной скорости воины легиона, пробили облачный покров и перед ними предстала скрытая во тьме земля. Вернее, Самуил надеялся, что там всё-таки земля, как вдруг чувствительные приборы шлема уловили слабый отсвет огня, южнее того места, куда они падали.

- Наша цель.

Нетерпение охватило Самуила, и он чуть не ринулся туда, но не посмел бросить своих легионеров.

Когда до земли оставалось менее километра ангелы стали расправлять свои крылья для торможения, словно сотни белых цветов распустились в небе. И это было бы восхитительно, если бы не смерть, которую они принесли с собой на поводке.

А где-то неподалеку, в муках билась в истерике человеческая ведьма.

***

- Что тут произошло? - забежав в повозку воскликнул Джамал и увидев Игрит без сознания, схватил Маду за лацканы, – Будь ты проклят Пешеход! Ты чего творишь?

Мада небрежным движением освободился из железной хватки Джамала.

- Я тут не причем. Мы просто разговаривали, когда твоя ведьма окончательно рехнулась.

Ярош, переставший понимать, что тут происходит, не мог не отметить странное поведение их провожатого. Неосознанно отмечая малейшие изменения в мимике, движении глаз, позе, манере разговора, Ярош сделал для себя единственный вывод: Мада явно что-то знает или по крайней мере догадывается!

Джамал тем временем бросился к лежащей на полу Игрит и бережно приподняв ей голову, стал гладить потерявшую сознание колдунью, по щеке.

- Игрит очнись. Игрит, - повторял он тихо.

Мада тем временем бесшумно выскользнул из повозки. Ярош недолго думая последовал за ним в сгустившуюся тьму.

- Мада постой.

Целенаправленно куда-то идущий мужчина остановился, и вздохнув, повернулся, уставившись на юношу.

- Чего тебе?

- Как это чего? - даже разозлился Ярош. – Что вообще тут происходит? Что случилось в повозке?

Мада молчал, глядя в нерешительности на паладина.

- Ну! Чего молчишь? Скажи мне. Это как-то связано с племенем «Ворона»?

- Нет, - ответил Мада помедлив. - Я сам толком не понимаю, что происходит, но собираюсь это выяснить. Могу сказать только одно. Та жизнь, которую ты знаешь закончилась.

- Закончилась! О чем ты? - Ярош был на грани и уже орал.

- Прислушайся к своим ощущениям. Успокойся и просто прислушайся, - медленно, словно при разговоре с ребенком, сказал Мада.

Ярош непонимающим взглядом смотрел на Пешехода. Но всё-таки взял себя в руки и попытался успокоиться. С начало ничего не происходило. Пространство вокруг было заполнено звуками веселья: песни, смех, разговоры, музыка.

Но тут Ярош понял, что во всем этом многоголосье слышатся и иные нотки, словно далекое бормотание и когда он попытался сфокусироваться на этом, ни на что не похожем шуме, он услышал. Услышал шелест крыльев и далекие раскаты грома. Да и ветер несмотря на прохладу ночи стал неестественно горячим.

- Смотрите! - прервал размышление Яроша чей-то крик, развеивая наваждение.

Открыв глаза Ярош, увидел, что Мада не смотрит на него, а смотрит куда-то ввысь. Паладин последовав его примеру поднял голову и все мысли и догадки мгновенно пропали из его головы, унесенные безжалостным ветром суровой, как удар хлыста реальности. Всё небо было перечеркнуто огненными линиями, словно исполинский художник решился украсить невзрачный небосвод новыми красками.

- Что происходит? - только и смог выговорить ошарашенный Ярош.

- Ангелы пришли, - коротко ответил Мада.

Из повозки вновь послышались крики Игрит.

***

На взлетной палубе крейсера «Смирение» подходила к концу предстартовая подготовка. Легионеры, уже заняли свои места в ожидании взлета, а Габриель, по старой традиции, опустился на одно колено, повернувшись спиной к шеренге шаттлов и опустил левую руку на холодный пол палубы.

Закрыв глаза, Габриель почувствовал легкий, еле слышимый гул и слабую вибрацию массивного тела их родного корабля. Погоня за предателями продолжалась, но как и предсказывал Гавриил, Одиус избрал свою излюбленную тактику. Как только искорки десантных шаттлов отделились от «Цербера», Габриель убедился в правильности слов генерала. Противник желает навязать им свои правила игры.

Несмотря на это знание и Гавриилу и Габриелю ничего не оставалось как следовать по той дороге что выкладывает их брат. До того момента как не будет нанесен удар. И вот в этот промежуток между крахом и победой, легиону Гавриила придется изменить ситуацию. Опасная стратегия, но пока она срабатывала и как надеялся Габриель не подведет и в этот раз.

«Наши лучшие войска оставь на крейсере. С собой возьми тактические отряды и легионеров по званию не выше тысячника. Крейсер должен охраняться надежно. Нам придется разыграть свой козырь, о наличии которого Одиус не подозревает. Я надеюсь», - говорил Гавриил перед своим отлетом и оказался прав.

Габриель вдруг остро осознал, что обратного пути нет, что через какое-то время, хочется ему или нет, он убьет ангела. Эта мысль носилась в его голове с того момента, как на капитанском мостике состоялся разговор с предателем Одиусом. До этого, он надеялся, что всё это одно большое недоразумение. Но все его опасения оказались жестокой реальностью, и он устремляется на всеми забытую планету, вслед за своими падшими братьями. Сумасшествие. Видимо вселенная сошла с ума. Это беспокойство, как он видел было и у простых легионеров. Кто-то скрывал это лучше других, но ошарашены были все. А с учетом особенности их легиона, это говорит о многом. Случайность это или продуманный расчет, но слава Создателю, что тут оказались именно они, любой другой легион, либо просто отступил, либо пал не в силах обороняться.

Прозвучал сигнал, означающий окончание предстартовой подготовки. Габриель поднялся с колена и твердым шагом направился к ревущему в нетерпении десантному шаттлу.

«Вперед», - сказал он сам себе.

***

Это была бойня. Настолько неправдоподобная и гротескная, что легионеры Гавриила, были на волосок от отступления, впервые за всё время своего существования, поразившись свирепости, с которой их бывшие браться накинулись на них.

Встреча произошла в небольшой долине, обрамленной высокими пиками горного хребта. Воины Одиуса ожидали своих братьев в центре этой долины не соблюдая строй или какой-то порядок. Они просто стояли и смотрел вверх, в абсолютной тишине наблюдая за спуском легионеров Гавриила.

С ними не было Одиуса, поэтому, Гавриил, отдав командование на старшего после себя, покинул их, последовав за падшим братом.

Приземлившись в строгом порядке, ангелы Гавриила застыли в нерешительности, выставив перед собой щиты, наблюдая за непонятным поведение некогда братского легиона, когда сотник, оставленный за командира, направился к небольшой кучке отдельно стоявших ангелов Одиуса.

Произошедшее далее шокировало лояльные легионы. Командира мгновенно разорвали на части, как только он попытался заговорить и в один миг, вся поверхность долины взорвалась движением.

Все падшие ангелы сорвались со своих мест и с дикими криками ринулись на растерявшихся легионеров Гавриила. И так бы и погибли они здесь, не будь они тем элитным подразделением, о котором ходят столько легенд. И хотя произошедшее дальше было похоже на бой бешенных животных, некое подобие порядка удавалось им сохранить достаточно долго.

Кровь лилась рекой, отчего бойцы с обеих сторон скользили и падали, а упавших тут же затаптывали. Все покрытые грязью и копотью два легиона слились в один, и уже мало бы кто мог ответить с уверенностью, кто из них, кто.

В этой убийственной давке помимо прочего умудрялись применять и боевую магию, плохо служившую в такой мясорубке и зачастую вместе с противником унося жизнь и соратников, а иногда и самого кастующего.

Кто-то умер мгновенно, кто-то успевал убить с десяток, пока не был обезглавлен или распотрошен или смят ударом молота. Крики, звон металла, хруст костей, взрывы, вспышки молний, треск разрываемой плоти, всё слилось в этот гимн безумию.

Один легионер успел убить нескольких ангелов будучи лишен половины черепа, но даже не понимая, что он уже мертв.

Изредка в этой свалке кто-то делал попытки взять командование на себя, последний такой герой был убит копьем, проткнувшим его рот и выйдя из затылка. Больше попыток организовать атаку или оборону не было.

Так или иначе, на каком-то подсознательном уровне до всех участников этого абсурда дошло понимание, что живым отсюда не уйдет никто.

***

Глава 28

Скоростной лифт нёс Габриеля сквозь внутренности боевого крейсера «Смирение» прямиком на капитанский мостик, где должны быть разрешены многие вопросы, так долго занимавшие их. Час назад, из подпространства, вынырнул флот генерала Одиуса во главе с его личным крейсером.

Раздался мелодичный сигнал, оповещающий Габриеля о прибытии в пункт назначения и двери лифта, мягко скользнули в сторону. Тут же несвязный гомон ворвался в уши маршала.

На мостике царило напряжение. Со всех сторон неслись негромкие приказы и ответы. Ангелы и элвы служащие на капитанском мостике крейсера, выдавали тактическую информацию о новых гостях в этой, ставшей неожиданно популярной звездной системе.

Посреди океана активного действия, стоял утес не обращающий никакое внимание на бушующие вокруг него воды.

- Мой Генерал, - сказал Габриель, слегка поклонившись.

Гавриил повернулся к подошедшему маршалу и так же кивнув головой, ответил на приветствие:

- Маршал.

Капитан крейсера и младшие офицеры не занятые у своих рабочих мест, отдали честь стукнув кулаком по нагрудной пластине. Маршал повторил жесть приветствия.

- Что там у нас? - спросил Габриель, становясь рядом с Гавриилом.

Когда они вот так, на мостике, становились рядом, создавалось впечатление, что рядом стоят два генерала, но аура силы, окутывающая Гавриила словно дополнительный доспех, давала понять, чьё имя носит этот легион.

- Сейчас мы установим связь, - ответил генерал. – «Цербер» вошел в зону действия систем связи.

Как только Гавриил произнес эти слова, капитан крейсера поднялся с командного кресла:

- Мой генерал, «Цербер» вошёл в "зелёную зону". Можно попытаться связаться с ними.

- Хорошо Наил, - ответил генерал.

Габриель тем временем рассматривал невысокую фигуру капитана их крейсера. Он не выглядел молодо, даже наоборот выглядел старше обычного ангела, хотя как знал Габриель, это негласный уговор или прихоть всех капитанов, всех без исключения легионов.

Габриель никогда их не понимал, и хотя сам он был далеко не юношей, недавно окончившим академию, на вид ему можно было дать не больше 30-35 лет, когда как все капитаны выгладили на все 50, а то и 60 лет.

Тут же Габриель поймал себя на мысли, что опять мыслит человеческими мерками.

«Так или иначе, живущие рядом с ангелами люди, оказывают своё влияние на их мир. Сотни тысяч лет прошедшие с момента изгнания, давно стёрли неприязнь ангелов к изгнанникам, живущим во внешнем мире Эдема. Многие даже восхищаются людьми. Не имея сил ангелов, они смогли выжить в диких краях. Несмотря на ограничения, возвели свои города, растят детей и постепенно распространяются по Вселенной», - отрешенно размышлял Габриель.

В последний раз взглянув на капитана Наила, Габриель обратил внимание на его униформу, идеальную, как всегда. Еще один пунктик капитанов, не имеющих боевой доспех, у них был фетиш по поводу своей формы. Она всегда была в идеальном состоянии притом что ухаживали они за ней самостоятельно и без использования магии.

«Слишком уж много у этой касты ангелов обычаев и ритуалов», - про себя усмехнулся маршал.

Габриель недолюбливал капитанов, считая их жуткими снобами, напрочь лишенными чувства юмора. Развивая свою мысль, Габриель пришёл к выводу, что это возможно связанно с тем, что их в свое время не взяли в легион и им только и оставалось как идти по дорожке ведущей в капитанское кресло. И хоть оно и давало в теории определенную власть в пределах крейсера, на практике же капитан решал довольно узкий круг задач.

Наил перехватил взгляд Габриеля и нахмурился, отчего его лоб покрылся морщинами, а белые перья на крыльях слегка встопорщились, выдавая раздражение капитана.

Габриель же лишь улыбнулся в ответ и повернулся к главному монитору капитанской рубки.

В это время мягкий, женский голос бортового компьютера сообщил об установлении связи и монитор ожил.

«Брат мой! Какая неожиданность встретить тебя здесь, так далеко от благословенного Эдема», - на экране появился Генерал Одиус в своей роскошной белой накидке «Магистра знаний».

- Я тоже не ожидал увидеть здесь Генерала границы, - спокойно сказал Гавриил. – Что ты здесь делаешь Одиус?

«Официально я не принадлежу к группировке Чинават и могу свободно передвигаться по всем областям Вселенной. На этот раз, мои изыскания привели меня в область подконтрольную нашим братьям Оберону, Орифиилу и Рагуилу. Позже я надеялся встретиться с ними. Но и тебя рад видеть».

Последнее заявление, зародило сомнение в голове Гавриила.

- Ты так и не ответил, что привело тебя в область Дуат?

«Несколько месяцев назад я получил данные о возможном прорыве в этой области и будучи недалеко, решил сменить обстановку и заодно помочь своим братьям», - ответил Одиус.

- Почему же ты просто не связался с одним из них? Область Дуат охраняется не мене надежно, чем область Чинават, Нарака или Туонела, несмотря на то, что её принято называть мирной. Узнай наши братья о возможном прорыве, один из них уже был бы тут.

«У меня были некоторые затруднения со связью...», - начало было Одиус, но был прерван Гавриилом.

- Я знаю про Эвендал! - генералу надоела эта игра.

Воцарилась тишина. Все на мостике «Смирение» обратили свой взор на генерала. Одиус так же молчал, однако выражение его лица ничуть не изменилось.

- И что же ты знаешь про Эвендал, брат?

- Я знаю, что твой легион, легион Люцифера, Даниила, Сигизмунда. Асмадея и Ашкаэля атаковали столичный мир элвов - Эвендал, - ответил Гавриил.

- И почему же по твоему мы это сделали? - спросил Одиус.

- Я надеялся ты мне ответишь на этот вопрос.

«Они перешли на сторону врага»

- Жаль, - спокойно сказал Гавриил, хотя все видели его раздражение. - Габриель, дай пожалуйста те данные, что мы подготовили, - обратился Гавриил к своему маршалу.

Габриель протянул Гавриилу информационный планшет.

- Одиус, не сочти за наглость, но не мог бы ты дать мне возможность переговорить с ангелом Колом, - сказал Гавриил, глядя в планшет.

«Колом? - впервые Одиус стал серьезным, а его взгляд смотрел куда-то в сторону. – К сожалению десятник Кол погиб во время штурма Эвендала. Сожалею».

- Жаль. Тогда я хотел поговорить с сотником Таилом, - продолжил Гавриил.

«Он тоже погиб», - коротко бросил Одиус.

- Клариус? - Гавриил шёл дальше по списку.

«Мертв».

- Онимон?

«Мертв», - вновь быстро бросил Одиус с вызовом. В уголках его губ зарождалась кровожадная улыбка

- Стом?

«Мертв! - практически одновременно с Гавриилом выкрикнул Одиус. - Все они мертвы и их кости пошли на изготовление посоха моего маршала. Ты держишь в руках список мертвецов, брат».

Гавриил вновь взглянул на список своих людей в легионе Одиуса, составленный после того, как стало известно, что легионы предателей перед атакой на Эвендал провели чистку в своих рядах. Затем обратил свой взгляд, способный обратить в бегство многих, на Одиуса:

- Генерал Одиус, ты обвиняешься в предательстве! Приказываю тебе отключить двигатели и щиты! Через час ты, вместе со своими маршалами будешь доставлен на мой крейсер, где решиться твоя судьба, - сказал Гавриил и его тон, лучше всяких слов говорил об участи павших.

«Ты, мне, приказываешь?» - Одиус разразился громким смехом и тут связь оборвалась.

- Генерал! - быстро проговорил капитан. – Корабли легиона под прикрытием «Цербера», разворачиваются и отходят!

- Что? - удивился Гавриил – Они, уходя из системы?

- Нет генерал, - ответил капитан - Они просто разрывают дистанцию, в попытке соединиться с остальных флотом. Их щиты включены на полную мощность.

- Будь ты проклят предатель! - прорычал Гавриил.

У всех на мостике пробежал холодок по спине. Об этом уже шептались последнее время, но никто, до этого момента, не мог поверить в серьезность подобных слухов. Легион, который предал Создателя. Нонсенс! Но события, которые разворачивались у всех на глазах, красноречивее любых слухов говорили о невероятном, о самом страшном, что только могло произойти.

- Перехватить! - выкрикнул приказ Гавриил.

- Внимание эскадре перехвата! С вами говорит капитан Наил! Немедленно обеспечить перехват крейсера «Цербер». Повторяю, обеспечить перехват крейсера «Цербер»! Атака только по двигателям.

Команда мгновенно облетела весь небольшой флот легиона Гавриила и уже каждый капитан давал свои распоряжения, готовясь к атаке. Еще мгновение и мощная эскадра, состоящая из сотни корветов, тридцати линкоров, пяти тяжелых крейсеров и десяти ударных авианосцев класса «Разоритель» сорвались с места преследуя удаляющиеся корабли генерала Одиуса. Чуть позади за своими кораблями, словно мать сопровождая своих детёнышей, последовал могучий крейсер Гавриила «Смирение».

- Что же задумал Одиус? - тихо проговорил Габриель.

При желании Одиус мог одержать верх в космическом сражении, ведь его крейсер «Цербер» превосходил крейсер «Смирение» по мощности защитный полей, а сам флот Одиуса имел численный перевес. И лишь разрушительная мощь флагманов двух легионов была примерно одинаковой.

Несмотря на то, что «Смирение» было оснащено оружием способным уничтожить планету, по крейсеру из этой пушки, не предназначенной для космической дуэли, попасть было очень трудно.

- Потому что у него другие цели, - услышав сказанное Габриелем ответил Гавриил. – И даже если бы он одержал верх в космическом сражении, от его флота мало бы что осталось. Кроме того, нет гарантии, что сам крейсер «Цербер» сможет пережить это столкновение.

- Он хочет перегруппироваться для атаки, - понял Габриель. – Именно поэтому, он не ушел из систему в подпространство. Ему что-то здесь нужно, и он не собирается без этого уходить. Это наш шанс.

- Верно. И я во что бы то ни стало должен узнать, что ему надо, иначе мы можем больше никогда не увидеть Эдем. И будь я проклят если не сообщу Совету о случившемся предательстве.

На орбите неизвестной планеты, где нет торговых путей и не проложены космические трассы, темноту космоса прорезали первые выстрелы лазерных установок, разбившиеся о пустотные щиты отступающих предателей.

***

- Генерал, они открыли огонь, - отрапортовал с места сухопарый капитан «Цербера».

- Понятно. Придерживайтесь курса, - коротко бросил Одиус. – Позови моих маршалов, - Обратился Одиус к одному из легионеров, стоявших на мостике.

- Слушаюсь генерал, - легионер отдал честь и проследовал к телепортационной платформе.

Через мгновение он уже пропал во вспышке света.

Легионер материализовался в так называемом Центре крейсера, где собирался обслуживающий персонал и гости корабля, для приятного время препровождения. Однако, если бы сейчас тут оказался Игнациус или Зигмунд, то они бы не узнали свое излюбленное место отдыха.

Вокруг царил полумрак, разгоняемый светом магических факелов, развешанных тут и там в непостижимом порядке. Большинство кафе и ресторанчиков более не работали, на месте некоторых лежали обломки.

Всегда полные народу улочки были пустынны и лишь странные тени сновали туда-сюда, а под потолком в десяти метрах от пола висел пульсирующий красным кокон, в котором время от времени что-то шевелилось.

Легионер, не обращая внимания на окружающую обстановку, проследовал к зданию, расположенному рядом с неработающим фонтаном.

Открыв массивную дверь, оббитую железными листами, легионер погрузился в море шума, создаваемого криками, смехом, руганью и рычанием.

Посреди просторного помещения тесно столпились ангелы и махая руками, что-то кричали, изредка толкая рядом стоявших. То тут, то там шныряли нагие элвийки с ошейниками на шеях. В руках у них были подносы с закуской и выпивкой.

Это заведение, в последнее время, стало очень популярным среди легионеров, и посланец Одиуса знал, что маршалы будут именно тут.

Пробираясь сквозь толпу кричащих ангелов, легионеру приходилось активно работать локтями, что несколько раз чуть не спровоцировало драку, но офицерская форма лейтенанта убавляла пыл.

Пробившись наконец-то в центр, легионер взглянул на причину столь яростных криков. В круглом углублении, диаметром десять метров, окружив маршала Серафима застыли три химеры. Оглядевшись, легионер заметил и остальных маршалов.

Самуил Дознаватель с сигарой в зубах, восседал на железной конструкции, напоминающей трон. Поглощенный зрелищем он изредка выкрикивал сальные шутки. Недалеко от него, стоял Маршал Торий, с изящным бокалом в руках который периодически сам наполнялся темно-красной жидкостью. Его темно-синяя мантия с белыми узорами была схвачена на поясе золотой цепью с рубином.

На противоположной стороне импровизированной арены стоял маршал Натаниэль - высокий, стройный Ангел. Холодный взгляд на вытянутым угловатом лице медленно обводил всё помещение. На мгновение посланнику показалось, что вокруг черных волос, свободно спадающие на плечи маршала, сгущается тёмный дым, но виденье тут же пропало, стоило лейтенанту моргнуть.

«Как всегда отдельно от своих братьев», - мелькнуло в голове легионера, но его дальнейшие размышления были прерваны громоподобным рыком атакующей химеры.

Серафим сражался обнаженным по пояс, в простых штанах и босиком. Его обычно прилизанные каштановые волосы сейчас немного растрепались, но нахальная улыбка и звериный блеск в глазах оставались его неизменными спутниками.

Налетевшую на него химеру, Серафим встретил прямым ударом в грудину и пока элвийский хищник падал, успел нанести ему боковой удар по корпусу, отчего химера приземлилась не на лапы, а грохнулась на спину.

Два других хищника атаковали одновременно, но Серафим схватил одного за вытянутую пасть, а другого пропустил мимо, не глядя пнув в корпус, от удара Химера впечаталась в стену арены.

Попавший в крепкий захват зверь извивался и пытался достать до противника своими острыми когтями, но Серафим свободной рукой схватил Химеру за горло и приподняв её с оглушительным хрустом костей, ударил об пол.

В этот момент по нему ударила ментальная атака. Слегка поморщившись, Серафим ударил указательным пальцем в глаз подошедшего слишком близко противника, затем резко развернулся и вертикально подняв правую ногу резко обрушил её на хребет, единственной целой, Химеры, отчего ту практически разорвало пополам.

Взвизгнув, животное мгновенно умерло. Оставшаяся безглазая Химера медленно пятилась назад, скаля свои устрашающие зубы.

- Добей её! - начали скандировать ангелы.

Улыбнувшись Серафим сделал два широких шага, после чего подпрыгнул метра на три вверх и с оглушительным хрустом обрушился двумя ногами на не успевшего отскочить хищника. Кровь и осколки костей хлынули в разные стороны. Ангелы радостно заверещали, выкрикивая имя маршала.

Серафим, подняв две руки вверх, издал победный рёв и потребовал себе вина!

- Маршалы, - негромко, но так, что все разом замолчали, проговорил легионер-посланник.

- Чего тебе? - взглянул на него Самуил, перестав улыбаться.

- Вас просит подняться на капитанский мостик генерал Одиус, - лаконично ответил легионер.

- Спасибо, можешь быть свободен. Передай генералу, что мы немедленно прибудем, - Ответил Торий, своим бархатным голосом.

Легионер отдал честь и развернувшись скрылся в толпе.

- Продолжайте без нас, - гаркнул Серафим медленно воспарив над ареной и приземляясь рядом с Самуилом. – Ну что, похоже скоро высадка, - улыбнувшись промолвил он, глядя в глаза маршалу – дознавателю.

Спустя пять минут маршалы были на капитанском мостике, где стали свидетелями крупномасштабного перестроения всего флота в попытке оторваться от эскадры легиона Гавриила.

- Интересно, мне узнать, что тут делает Гавриил, - грозно промолвил Одиус сидя в генеральском кресле на мостике.

Маршалы стояли перед ним, сами не в меньшем удивлении.

- Может быть это случайное совпадение? - сделал предположение Серафим.

- Не думаю, - ответил Натаниэль.

- Естественно это не совпадение! - прорычал Одиус. - Гавриил даже спать не ложится без приказа Создателя. И тут надо же, оказался за пол Вселенной от Эдема и именно там, где будем мы.

- Возможно он тоже прилетел за Адамом, - сказала появившаяся за спиной у Одиуса Лилит.

Одиус мог поклясться, что мгновение назад, её там не было.

- Или Создатель всё знает про нас, и Гавриил прилетел за нашими головами, - промурлыкала темноволосая девушка проводя указательным пальцем по своей белоснежной шее.

- Если бы Создатель знал про наше восстание, тут был бы объединенный флот Эдема, а не один Гавриил, - бросил через плечо Одиус. – Нет, тут что-то другое.

- А какая собственно разница? - беззаботно осведомилась Лилит. – Не вижу причин для паники. Даже наоборот считаю, что нам крупно повезло.

- О чем ты? - удивился генерал.

- Ну подумай сам Оди, - спокойно продолжила Лилит, несмотря на вспышку гнева у архангела. - Мы не только заполучим Адама, но и сможем уничтожить одного из самых серьезных наших противников. Твой флот превосходит по мощи, флот Гавриила и легионеров у тебя как минимум в два раз больше.

Одус задумался над её словами, забыв на время её обращение к нему. А ведь о такой возможности Одиус даже не подумал, находясь во власти старых предрассудков и страхов перед Гавриилом. Но он Генерал границы, а его легионеры прошли закалку в войне с Хаосом. Когда как Гавриил практически постоянно сидит в секторе Гамма.

Лилит права, у него прекрасные шансы разобраться с самим Гавриилом, что, несомненно, поставит его намного выше остальных союзников Люцифера. Быть может Люцифер даже сделает его своим приемником. Но тут надо действовать наверняка, ведь потеря даже половины кораблей флота, может сильно сказаться на планах Люцифера.

- Слушайте приказ, - наконец произнес генерал. – Сейчас я, вместе с тремя тысячами легионеров спущусь на поверхность планеты, вот в этот квадрат.

Перед Одиусом появилось голографическое изображение планеты, которое медленно увеличилось, показывая маршалам хребет разделивший огромный материк пополам:

- Тут нами были обнаружены останки старой космической баржи «Ворон», пропавшей около сорока циклов назад. Я высажусь неподалеку от места падения этой баржи, - палец Одиуса показал на просторную равнину у подножья огромного хребта. – Когда Гавриил увидит, что я лично спускаюсь на планету, он наверняка последует за мной, оставив на корабле своего маршала. Ему придется взять с собой не меньшее количество своих воинов. Самуил. После того, как вы убедитесь, что Гавриил последовал за мной, тебе, Лилит и Серафиму придется найти Адама и захватить его на поверхности. С собой ты тоже должен взять не менее трех тысяч легионеров, лучше возьми десятников и сотников. На потери можешь внимание не обращать, основная их цель будет задержать воинов Гавриила, когда за вами последует маршал Габриель, а он последует, - улыбнулся Одиус».

Взгляд перешёл на маршала Тория:

- Торий. После того как Самуил, Лилит и Серафим спустятся на планету, ты прекратишь отступление и атакуешь «Смирение». Не ввязывайся в затяжное сражение, иди на абордаж. Малочисленный легион, отославший на планету как минимум шесть тысяч своих воинов, будет в незавидном положении. Натаниэль в это время останется на защите «Цербера» в случае возможного проникновения врага. Итак, всем все ясно?

- Да, - хором ответили маршалы.

- Я даже возбудилась, - хихикнула Лилит.

- Итак, за дело, - не обращая внимание на Лилит Одиус поднялся со своего кресла и направился к телепортационной платформе.

Маршалы некоторое время стояли на мостике предвкушая предстоящую потеху. Наконец-то они сразятся не с жалкими элвами, а со своими бывшими братьями, да еще и из прославленного легиона.