Была у меня в молодости любимая девушка Марина. Мы вместе учились. Встречались, гуляли, ходили в кино, кафе, секса не было, но титьки трогать давала, ну и целовались конечно, как умалишенные. В общем когда мы расставались, то дома я мучался больными яйцами. Знакомое чувство многим юношам моего поколения. И вот мы поехали "на картошку". В деревню. Жили в бараке, гордо носившем вывеску " Общежитие". Мальчики в одной половине барака со своим входом, а девочки в другой половине. Все знали, что мы пара. В выходные работы не было. Я захожу за ней в её комнату, а девченки говорят, что её нет. Оказалось уехала утром рано на мотоцикле с местным деревенским парнем, который работал трактористом, с нами на поле. И не было её до следующего утра. Сказать, что я охуел, это ничего не сказать. С Мариной я попытался поговорить, но она заперлась в комнате с другими девчонками, видимо обсуждали бурную ночь её приключения. Решил пойти к этому трактористу в гости, разобраться. Прихожу, дверь открыта. Зашел. В комнате грязь, бардак, пустые бутылки валяются, ну окурки, вонища, хоть святых выноси. Помойка одним словом. И заметил, что бутылки из под ликёра. Было время этих дурацких ликёров, от которых потом был язык синий или зелёный, под цвет этого ликёра. Страшная шняга. И вот посреди этого великолепия деревенская кровать, с какими то серыми тряпками в виде простыней, одеяло прожженное сигаретами и сверху, в синих трусах, лежало тело тракториста. Он спал, прихрапывая, с открытым ртом, в котором ползали мухи. Видимо мухи тоже ликёр любят. Разговор не получился. Я шел назад в общагу и не мог понять - КАК, можно было променять не то что бы меня, а все, что у нас было, на такое. Как можно было отдаться хуй знает кому, хуй знает где и хуй знае как? Как это вообще понять? Расценить? Что за нахуй? Что за днище, бомжатина и скотство? Ответов не было и нет по сю пору.

Прошло много лет и Марина написала мне в Одноклассниках - " Ты не был моим первым мужчиной, но можешь стать последним"... О! Это был мой триумф, с каким же наслаждением я написал ей - ДА ПОШЛА ТЫ НАХУЙ, ДУРА!

Ну, вот. Такая была любовь.