Я дико извиняюсь за язык - в прошлой статье и в этой. Просто я устал от доения этой темы. А вторую статью пишу только потому что вчера закончились силы, комментарии оказались слишком яркими и мне захотелось добить тему.
Я в упор не понимаю, почему люди не замечают слона в комнате. 18-19 вв. - это эпоха коренных изменений в жизни общества. Страдания были всегда, ещё Будда Гаутама их заметил. И социальная иерархия была всегда. Разница в том, что с приходом сильного государства она стала "вертикальной".
"Горизонтальная" иерархия - это традиционный уклад жизни человека, вне государства, но уже с производящим хозяйством. Она упирается в группу населения, распределённую по географии, в которой неизбежно расслаивается труд и капитал. "Вертикальная" иерархия - это масштабирование маленького самоуправления на большое имперское управление. Очень грубо упрощая, в традиционном обществе можно было опереться на традиционные же институты, всегда иметь хлеб и какое-никакое участие в политической и экономической жизни общества. В имперском обществе твоё место строго зацементировано, а изменить его практически невозможно. Чтобы получить хоть какую-то мотивацию это общество защищать, человек должен от него что-то получать взамен. Это безопасность, справедливость, возможность социального лифта в случае игры по заданным правилам общества. Если взамен человек ничего не получает, он начинает бороться - от ухода из общества до революции, в зависимости от места, времени, цивилизации и контекста.
Трансформация всего мира началась где-то в 16-17 вв., одновременно в Европе и Азии. Общества, которые успели трансформироваться раньше, получили военное преимущество над соседями и сожрали их - политически, экономически, культурно. Это удалось сделать благодаря концентрации в руках государства достойной власти и капитала, чтобы сконцентрировать на нужных направлениях достаточно большую силу.
Крепостное право - часть этого явления. В начале 18 века Пётр Первый не предполагал, что будет так, как будет. Просто чисто функционально роль крестьянина - работать. Крепостной статус - гарантия того, что он будет работать не там, где захочет, а там, где надо.
Довольно странно предполагать, что правящий класс в 18 веке мог одновременно быть тупым и праздным, а также побеждать всех соседей по всему периметру границ, от китайцев и персов до немцев и французов. Довольно странно предполагать, что построенная система была неэффективной, скорее, она была слишком эффективной.
Всё дело в том, что социальные лифты работали таким образом, что все даровитые кадры высасывались наверх, начиная от цифирных школ и крепостных театров и заканчивая институтом капиталистых крестьян и рекрутирование солдат. Всякий, кто обладал хоть какими-то эксклюзивными навыками, поднимался вверх, оставшиеся работали где прикажут и как прикажут.
К концу 18 века крепостной крестьянин превратился в практически говорящее орудие. Это было очень эффективно! Самые лучшие деревни обзавелись уникальным сложным промыслом, исполинские латифундии кормили всю Европу качественным зерном, каждый даровитый человек мог переехать в город, а его дети становились новыми мещанами. Солдаты из вчерашних крестьян побеждали в войнах!
Была градация крестьян. В лучших десяти процентах находились самые привилегированные, самые богатые, "потёмкинские" деревни, только не нарисованные, а настоящие. В худших десяти процентах находились деревни на месячине - почти без земли, почти без времени на работу на себя, чьё расписание от начала и до конца определяли помещики. И это я про приписных крестьян молчу, которые фабрики обслуживали! О, там их эксплуатировали наиболее эффективно! Превосходное качество! А на шахтах как работали! Из Урала железо через всю страну потом везли, самая большая армия в Европе, да сражающаяся не импортным оружием, как во времена Алексея Михайловича, а таким, которому французы завидовали!
Система отнюдь не начала сыпаться, она просто постепенно ржавела. Или, что более вероятно, была недостаточно эффективной. Уже при Александре Первом стало ясно, что капиталистые крепостные крестьяне работают в "серую" - что ж, если ты такой крутой, то купи себе вольную. При Николае Первом Кисилёвские реформы - оказалось, что государственные крестьяне гораздо эффективнее без надсмотрщика. Да, они получили свободу на двадцать лет раньше крепостных - это где-то половина населения. Как вы думаете, кто собрал все сливки прекрасного нового мира, как вы думаете, остались ли экологические ниши для крепостных к моменту их освобождения?
Крепостных не то чтобы никто не хотел освобождать - конечно, никто на полном серьёзе не забывал про христианскую этику. Просто люди смотрели на сиволапого деревенского мужичка и искренне не понимали, а, простите, куда его пихать? За станок? За университетскую скамью? На корабль матросом? Мужик говорил - хочу земли. Простите, а ты её будешь обрабатывать по старинке, как дед завещал? А зерно куда - съедать, не на рынок продавать? Что ты умеешь, что ты можешь, мужик?
Проблема освобождения заключалась буквально в том, что мало кто понимал, куда эту армию народа девать и что с ней делать. Кисилёвская реформа доказала, что мужики, в принципе, могут и сами себя организовать. Современная тому времени либеральная экономическая теория (напомню, Александр Второй неиронично был экономическим либералом, он, например, завершил традицию протекционизма в России) говорила про экономические стимулы. Да и как при царе Горохе уже глупо жить.
Из всех желающих освободить крестьян с землёй было только тверское дворянское собрание. Все остальные в принципе не понимали, зачем крестьянам отдавать землю, почему и на каком основании. Такая была эпоха.
Дворяне сами выбирали, какую землю отдать крестьянам. Это было эффективно - логично, что люди знающие смогут лучше распорядиться хорошей землёй, да и они заслужили своё право верной службой Отчизне. За это они получили колоссальные деньги, множество пенсий и наград. А крестьянам дали экономический стимул - теперь они должны государству кругленькую сумму. Пусть отрабатывают, пусть будут полезными!
Когда после освобождения крестьяне неизбежно пошли в города, их там никто не ждал. Там уже была многовековая трудовая экосистема, в которой всем очень хорошо жилось. Бывшие крепостные крестьяне - где-то треть населения страны - оказались в мире, где они были никому не нужны. У них не было денег, образования, земли (поскольку в условиях безопасности семьи росли как на дрожжах), зато были дети, долги и ужасное сельское косноязычие. Их не защищал закон, потому что у них были очень конкретные сословные права. Они нанимались за гроши, спали в убогих трущобах, выполняли весь пул грязной, тяжёлой и вредной работы. Они даже не могли организоваться в силу, потому что приходили в города из разных мест.
Вы удивлены? По-вашему, это странно, дико, не цивилизованно, уродливо, тиранически, мерзко? Что ж, для начала обрадую - примерно так же в те времена было везде. Даже в Англии. Особенно в Англии! А как обстоят дела в современной России? Есть ли вам дело до умирающих деревень где-то в Урале? До армии рабов-мигрантов? До людей, которые впятером живут в однушке где-нибудь в новомосковской застройке? До кассиров, охранников и продавцов обуви? Ах, простите, ведь все эти люди "просто не воспользовались возможностью", они ведь живут в "современном государстве", они ведь "алкаши и залетели в шестнадцать". Что ж, поздравляю, абсолютно то же самое думали и в те времена про вчерашних освобождённых крестьян вообще все - от помещиков до вчерашних государственных крестьян. И даже свои же нувориши, которых к 1870-м развелось как грязи.
Да, про последнее. Всем кажется странным, что распространение земских учебных заведений и земских же школ, что сельское самоуправление, что отмена выкупных платежей, что экономический взлёт России, что банкротство дворянства как сословия, прекрасно показанное в "Вишнёвом саду" не отсрочило, а приблизило Революцию. Как же так, государство же всем дало столько возможностей!
А возможности они кого надо возможности. В прекрасном новом либерально-консервативном мире России 1861-1917 годов, выбравшись из нищеты, ты стремился закрепиться среди нового социального круга и точно так же эксплуатировал бывших товарищей. Более успешные диаспоры сельских крестьян выбивались выше, менее успешные оставались на дне и атомизировались, растворяясь в городских трущобах. Большинство населения отнюдь не нищенствовало, а вполне себе наслаждалось жизнью пусть и скромной, пусть и отнюдь не английской и американской, но, в сравнении с жизнью дедов - вполне достойной. А кто внизу копошится - так они сами виноваты, всё логично.
Вот как-то так. Это сегодня мы читаем о страданиях простого народа в учебниках истории. И, поскольку наши предки из их числа, потому что, благодаря Революции, получили шанс перевернуть доску, мы крепостным крестьянам сопереживаем. А в те времена это просто был средних размеров винтик в исполинской государственной машине. А если вы любите французской булкой похрустеть - что ж, вы правы, жизнь действительно была у большинства довольно сносной. Только хрустеть вы ею будете до тех пор, пока сами не окажетесь на дне, как барин у Горького.
