В 90-е я лежала в больнице с сыном, ему был месяц, и со мной в палату положили женщину, не очень молодую и очень полную, с месячной тоже малышкой. Я никогда ничего не выспрашиваю у соседей по палате, но меня пришла навестить моя мама, а она любопытная. И не помню, как зашел у них с этой женщиной разговор, и женщина сказала "Это моя одиннадцатая, к сожалению, последняя". Мы обе были шокированы, но моя мама, которая недолюбливает многодетных, после паузы язвительно заметила: "Ну почему же, можно еще рожать, хоть двадцать", на что женщина, сделав вид, что не заметила подколки, ответила: "Нет, врачи сказали, что больше нельзя и перевязали трубы." Вздохнула, грустно сказала, что детей очень любит. Стала рассказывать о своей семье. И так она хорошо и спокойно говорила, что мы заслушались. Ее муж был малым предпринимателем, у него была сеть ларьков. Денег хватало нормально. Они выкупили квартиры на площадке в хрущевке и объединили их, так что жилплощадь тоже хорошая. Дети в кружки ходят, хорошо учатся, старшие уже работают.
А ведь это было время посещений, и тут к ней пришли ее дети навестить. По-моему, четверо, разного возраста. Такие милые, чистые, хорошо одетые, принесли вкусного, одежду ей и малышке, агукали с малышкой, пошли с ней прогуляться. Рассказывали, как у них дела. И мы смотрели на них, и просто невероятно было видеть такую прекрасную семью. Как из сказки. Все в палате на них смотрели. И моя мама больше не язвила.
Несколько дней мы еще провели в одной палате, и просто любоваться можно было на то, как она обращается с дочкой, как ее навещают, и все время хотелось слушать ее мягкий и спокойный голос. Очевидно, она привыкла к негативу в свою сторону и научилась отвечать с достоинством и с добром.
Я написала все это, потому что хотелось где-то оставить свои воспоминания о том, что не надо клеить на людей ярлыки. Я после того случая никогда не буду плохо говорить о многодетных просто по факту наличия многих детей.