Не знаю, насколько правдив пост автора, но, прочитав комментарии к посту, слëзы на глаза навернулись.

В 96 году я упала в садике с горки, был мне год и 8 месяцев, пожаловалась маме, повели к врачу. Врач оказалась не очень умной, назначила прогревание на ушиб.
Дальше хуже, я начала хворать. И хворь та была похожа на какую-то болячку (я не помню, какую, но лечили её тоже прогреванием). Город у нас был маленький, грамотных врачей в то время там было ещё меньше, мне становилось только хуже. В какой-то момент педиатр догадалась сделать УЗИ брюшной области. По итогу поставили диагноз - Нефробластома (Опухоль Вилмса), третья стадия. Направили во Владивосток в Краевую детскую клиническую больницу № 1. Там сделали МРТ и назначили операцию по удалению почки.
А когда хирург меня вскрыл, стало понятно, что одной почкой не обойдётся. И что метастазы задели организм основательно. И что стадия уже далеко не третья.
Лечилась я долго. Ремиссию поставили в 17 лет, за пару месяцев до 18. За годы лечения пережили всё. И химиотерапию, и лучевую терапию, был рецидив в 5 лет, при котором я умирала в прямом смысле слова. Были слова врачей о том, что не выживу, что маме пора готовиться к смирению и думать о том, как меня хоронить. Предлагали удалить кишечник, потому что он отказывался работать. На возражения мамы о том, что я девочка, а в будущем девушка/женщина, и что без кишечника я могу поставить крест на личной жизни, врачи только округляли глаза и говорили о том, что мама замечталась, и вряд ли я доживу даже до шести лет. Мы не виним врачей, им положено готовить людей к подобному раскладу. Наоборот, мы благодарны, что никто ничего не обещал. Мы благодарны им за каждый мой прожитый далее день, за их непосильный труд и стойкость. На их глазах умирают тысячи детей, а они всё равно пытаются спасти хотя бы одного. Я ни в коем случае не принижаю их заслугу, я не помню уже ни их лиц, ни голосов, но я всегда буду помнить, как медсëстры отдавали мне "бабочек" от капельниц, скурпулезно убирая оттуда иголки, потому что я их копила. И буду помнить, как лечащий врач называл витаминкой, а я его поправляла и говорила: "не витаминка, а Виталина Рамильевна". И как он всё время смеялся, а мы, его маленькие пациенты, всегда смеялись и улыбались вместе с ним.
Я благодарна этой болезни, потому что она сделала меня очень сильной, меня теперь тяжело чем-либо испугать.
Я благодарна своим родителям. Папе, что работал на износ, чтобы были деньги на достойное лечение. Маме, что верила в меня, в себя, не дала при раскладе 50/50 оставить меня на всю жизнь срать в пакетик. Она не видела жизни без меня, но не позволила себе быть эгоисткой в этой ситуации, прекрасно понимая, что на такую жизнь обрекать кого-либо хуже, чем на смерть.
Было много сложностей, до конца жизни мне противопоказаны какие-либо нагрузки, до 8 класса пришлось обучаться индивидуально, а потом за 3 с лишним года пытаться освоить школьную программу с нуля, чтобы сдать экзамены. Потому что учителя сильно жалели и ставили оценки просто так, а я долгое время не понимала, что почти ничего не знаю. Я благодарна своей молодой учительнице по биологии, что пришла к нам сразу после университета за то, что впервые в жизни получила "два" в журнал, пусть и карандашом, это меня отрезвило и дало стимул к развитию.
Благодарна брату, который, будучи атеистом, искренне молился Богу каждый день, чтобы я выжила. Который помогал как мог, сам ещё будучи студентом, забирал к себе на выходные, водил по паркам, циркам и кино, отвлекал от боли.

Сейчач мне 29 лет, позавчера я вышла замуж.
Родителям почти по 70, они прилетели через 10 тысяч километров из Владивостока в Калининград. Брат, будучи где-то в морях Лондона, нашёл возможность написать. Названный брат позвонил по видеосвязи, чтобы тоже поздравить.
Когда врачи говорят, что что-то неизлечимо, неоперабельно, ставят неутешительные прогнозы - зачастую, это, к сожалению, правда. Но я всю жизнь буду благодарна своим врачам за то, что они ошибались :)

Простите за такой грустный пост, мне просто захотелось выговориться. И захотелось таким образом, может быть, поддержать кого-то, кому сейчас тяжело. Кого-то, кому ситуация кажется безвыходной, а болезнь неизлечимой.
Я знаю, что это звучит избито, но всё будет хорошо.