Все, что вы не знали о киберпанке - как появился, что с ним стало и наконец - что он такое на самом деле. Часть 5⁠⁠

В 1986 году Брюс Стерлинг публикует антологию "Зеркальные очки"[1], которую нарекают классикой киберпанка, "тем что вам надо о жанре". Вот только среди сияющего неона и глазных имплантов в нем можно было найти и рассказ о чудачествах Гуддини (а это почти столет назад как бы, а не в будущем) и реально кафкианскую повесть о том как неживая материя вдруг стала живой и составила конкуренцию мясным людям. Казалось бы - при чем тут это всё, но...

С вами @MorGott, и я изучил почти все, что есть в интернете, чтобы разобраться, что такое киберпанк на самом деле, как он появился и что с ним стало. И мы с подписчиками продолжаем разбираться в нем, погружаясь все глубже.

В предыдущих частях мы уже узнали, откуда киберпанк взялся, почему в таком виде и именно в америке восьмидесятых. Мы узнали, кто и какое влияние на него оказал, как жанр перебрался за океан и что с ним сделали в стране, в которой тентакли это национальное достояние.

Но самое главное - мы узнали, что такое киберпанк на самом деле. В представлении большинства исследователей это дистопичное повествование с корпорациями, имплантами и злыми мегакорпорациями, в которых представители низов грызутся за жизнь в наркотическом угаре. Однако стоит лишь взять скальпель и начать препарировать самую классику за авторством отцов жанра (от книг до аниме), выяснится, что одной только эстетикой да бесконечными отсылками на 1984 и дивный новый мир жанр не ограничивается. Можно выкинуть каждый из элементов или все сразу, потому что жанр определяется не количеством имплантов или злых корпорация на квадратный метр. Мы с подписчиками провели детальный анализ и пришли к выводу, что все произведения жанра сопровождаются тремя основными темами:

1. С точки зрения эстетики киберпанк несет в себе технологический гротеск, футуризм и страх перед глобализацией культуры, выражающаяся в размытии идентичности отдельных групп населения, приведение к усредненному знаменателю.

2. С точки зрения атмосферы у нас наступление технологической сингулярности, при которой развитие науки и техники выходит из под контроля общества и становится чем-то трансцендентным, что не то что контролировать, а и понять то уже не выходит.

3. С точки зрения проблематики - это технологическое беспокойство по Хайдеггеру, превращение человека и его производительных сил в ресурс, который можно оценить, взвесить и купить, продать или попросту отобрать.

И остановились мы как раз на второй половине восьмидесятых, когда вышли все знаковые произведения основателей жанра - Нейромант, Схизматрица, Акира, Призрак в доспехах и другие. Эти произведения паровозом пронеслись в медиа, очень быстро став мейнстримом, и авторы, которые привыкли к полуандерграундному положению, в одночасье стали селебрити.

Киберпанк - это гротеск

Как раз тогда, в 1986 году и собирается группа авторов, которая публикует антологию "Зеркальные очки" - 12 человек, 13 рассказов. Подчас довольно странных, потому что открывая книжку о киберпанке, вы не ожидаете увидеть там очень странные произведения, которые в принципе проблематично классифицировать как какой-либо жанр. Это нонконформистские рассказы, подчас довольно необычные. Например, один из них представляет собой рассказ о том как в 1948 году Гуддини участвует в съемке фильма о том как три раза он избегает смерти в эффектных трюках. При этом все происходит от лица стороннего зрителя, а манера написания рассказа подана в лучших традициях битников. И так в общем то немалая часть сборника.

Зачем их собирали под обложкой киберпанка? Фанаты до сих пор ломают головы, но мне кажется, причин тут несколько, главная из которых - Зеркальные очки собрали в себе всех авторов жанра, которые еще хотели высказаться. Они своего рода эпатировали публику своими рассказами в период, когда подражатели жанра начали появляться на каждом шагу - каждый мечтал запрыгнуть на вершину славы на хайптрейне, но как вы понимаете, мы не знаем имен большинства из них. И Зеркальные очки стали той поворотной точкой для классиков киберпанка, которой они обозначили сами себе как в открытом письме за подписью всех авторов - что мол лучше уже не будет и все уже сказано. Уже спустя пару лет Брюс Стерлинг, Уильям Гибсон, Руди Рюкер и другие авторы оригинального жанра соберутся вместе и объявят, что киберпанк мертв, потому что все клише уже давно сформированы и всем надоели, и что ради денег авторы жанра превратились в то с чем борются. Знаете, как покупать на маркетплейсах футболки с подписью "Анархия".

В чем-то все эти люди были правы, но они не учитывали одного. По правде говоря, на этих похоронах не хватало ровно одного участника - собственно, самого киберпанка, потому что его выпустили на волю, и он вовсю начал бушевать и дома, и за океаном и как-то не планировал останавливаться.

В 1987 году на экраны вышел Робокоп[2]. Он рассказывал о полицейском в городе Дейтройт, который погиб, и из которого создали киборга для борьбы с преступностью. И будь режиссером кто угодно кроме Пола Верховена, мы бы скорее всего получили простой как пробка боевик про недобудущее, но здесь всё не так[3]. Дело в том, что сценарист Эдвард Ноймайер придумал его концепцию после того, как увидел в кино Бегущего по Лезвию. И потому за ширмой из абсурдно брутального насилия у нас оказалась драма, достойная монолога на крыше - вопросы о человечности и долге, выборе и прогрессе - все это подается на подумать, фоном. И робокоп получился одним из самых первых ярких примеров того, что жанр хоронить, мягко говоря, рановато. Да, сам робокоп выглядел не сказать что слишком суперфантастично, а его действия местами выглядят как гротеск, но тут Верховен, сам того не зная, прозрел еще одну истину, которую парой лет спустя так же случайно постигнет еще один писатель - Нил Стивенсон[4].

Этот лысый дядя с охуенной бородой начал писать еще в 1984, но мейнстрим его не то чтобы интересовал. Скорее даже наоборот - он из тех, кто всегда был на своей волне, и чует мое сердце, в какой-то момент времени ему страстно надоел киберпанк. Поэтому он собрался с силами и выдал нетленку, которая должна была посмеяться над всеми этими любителями футуристичных боевиков с катанами и гейшами - роман Лавина[5].

Главный герой, Хиро - курьер. Но не просто курьер. Он суровый бывший хакер с двумя самурайскими мечами за спиной, живет в Мегакладовке, и занимается одной из самых важных профессий - доставка пиццы, которую готовит мафия Пицца Коза Ностро (потому что а кто еще? Не Додо же). И горе тому, кто не успеет доставить ее за 30 минут, ведь тогда глава мафии полетит на своем самолете лично извиняться за эту катастрофу. Что станет с Доставщиком - лучше мы это опустим? Сам же Хиро готов размазать о машину кого угодно, лишь бы уложиться в срок, благо целые города и районы сносят ради строительства кучи магистралей, владельцы которых устраивают между собой корпоративные войны под неоновым светом торговых центров на перекрестках.

И представьте себе, все это - на первых десяти страницах. Стивенсон взял все клише, свойственные жанру, умножил их на десять, довел до логического абсурда и таким образом решил высмеять. Вот только...Ну честно, скажите - разве вы не хотели бы побольше этой наркомании? И так получилось, что роман, который был призван ткнуть носом всех в грехи жанра сделал ровно наоборот - вместо того, чтобы похоронить киберпанк (в который уже раз, третий?) он вызвал такой всплеск интереса аудитории, причем неподдельный, какой и представить было сложно. Народу так залетел абсурд происходящего, что он выкупил это на полном серьезе.

Кажется, что даже сам Стивенсон не ожидал ничего подобного. А все потому, что киберпанк, помимо прочего - это еще и гротеск, и этим самым гротеском его, как кашу маслом - не испортишь. Либо Стивенсон не подумал об этом, либо наоборот - хитрый лис намеренно выкрутил крутизну до максимума и получил еще одно эталонное произведение, которое переизобрело жанр и дало ему новое дыхание. Еще больше клише, еще больше гротеска, еще больше всего. Кстати, Лавину рекомендую чисто от себя - она уж очень занятная даже на фоне всего остального.

Определенно Стивенсон был не единственным (чуть позже, в 1995 он напишет Алмазный век, своего рода продолжение Лавины), кто там поступил. В 1995 году Брюс Бетке[6], тот самый что подарил киберпанку название (пусть и случайно), выпустил роман "Интерфейсом от тейбл"[7]. И этот случай, когда перевод с родного "Headcrash" звучит как чудовищное порождение отечественных надмозгов, но если честно - оно как нельзя лучше подходит к содержанию книги. Вот плюс минус представьте все то же, что было в лавине, только приправьте это еще более разухабистой лексикой (хотя тут канеш вопрос вкуса) и снабдите юмором во все поля. И получите "Интерфейсом об тейбл".

А что там у...

То есть, несмотря на то, что оригинальные идеи в жанре себя исчерпали, из мейнстрима он уже и не думал уходить. В том же 1995 году на экраны вышел Джонни Мнемоник[8], которого превратили в полнометражку с Киану Ривзом и целым рядом звездных актеров, а создателя оригинального рассказа Уильяма Гибсона, посадили за комп отвечать на вопросы фанатов онлайн. Впрочем, создание самого фильма я разбирал в одном из предыдущих постов, кому интересно, вот: Джонни-мнемоник. Проба пера, ставшая классикой киберпанка

Основной смысл таки в том, что да, мейнстрим, да основная проблематика уже сформирована, да, страх перед будущим, технологической сингулярностью, беспокойством и глобализацией, это все понимаемо. Но говорить о нем не перестали, в том числе и потому, что мир не заканчивался на стране восходящего ВВП и богоизбранной нации любителей решать свои экономические проблемы за чужой счет. Мир, он, знаете ли - большой. И я приведу вам сразу два примера подобного.

Итак, по опыту США и Японии, которых мы разобрали в предыдущих частях, мы должны обратить свое внимание на технологически достаточно развитую страну, которая переживала в своем развитии период роста, который затем сменился достаточно длительным периодом рецессии...И нет, Россия - это само собой, девяностые наше все, и до них мы дойдем, но сейчас я, как ни странно - об Италии.

Счас канеш можно опуститься на сто лет назад, чтобы рассказать как Бенито Муссолини осушал итальянские болота, на которых ковалось будущее развитие страны, получившее по аналогии с Японией название "Экономического чуда" (кстати, не находите это совпадение примечательным?). И чтобы вы понимали - страна, придумавшая пиццу и спагетти, жестикуляцией своих макаронных ручек умудрилась сначала попасть в десятку самых эффективных экономик мира, а после распада Союза подняться аж на 4 позицию.

Вот только тут был нюанс. Чудо это случилось по тем же причинам, что и в Японии - штаты дали им денег, которые заработали продавая всем им же промышленную продукцию. Автомобили, одежда, сталь - все это шло на экспорт, а раз тут США устроили очередной пиздорез типа вьетнамской войны - то Италии грех было не вписаться в поставки. Но вы не поверите - как и в случае с Японией, во многом виной успеха стало централизованное управление. Если наследники самураев делали это через слияние крупного капитала в кэйрэцу, конгломераты семей, управляемые профессионалами, то у итальянцев это был IRI[10] - детище фашистов, институт промышленной реконструкции, который скупал банкротящиеся предприятия и управлял ими.

Чтобы вы понимали - 90% банковского сектора принадлежало ему и почти пятая часть экономики. И если все знают, что в Японии (соре, без аналогий тут никак) крупным капиталом заправляют всякие якудзы, неизменно связанные с Кэйрэцу, то в Италии кто крутил баблом, сидя на своих сицилийских виллах? Правильно - мафия.

Так что хотим мы этого или нет, но эти две страны по своей истории вполне были похожи друг на друга. Вот только там, где плановая экономика Японии с расчетом на 300 лет вперед споткнулась на том, что японцы хотят работать и не хотят размножаться, ушлые итальянцы хотели скорее наоборот. А потому начиная годов с 60х экономика хоть и росла, но происходило это очень неравномерно и неприятно. Города начали редко уплотняться, и на промышленный север из южной деревни хлынуло без малого 2 миллиона итальянцев, которые пополнили жителей трущоб и прочего антиутопического стаффа, что неизменно повлекло за собой ухудшение качества жизни и взрыв беспорядков. А если вы видели, как машет руками средний итальянец когда о чем-то говорит, да еще и возмущенно, то можете себе представить Мортал Комбат, которым сопровождались массовые акции протестов.

Ну а эффективное расхищение бюджетов и увод экономики в сторону более приятного полуденного тенька повлек за собой несколько попыток государства не скатиться к тлен и анархию. Поэтому первым делом под нож пошли социальные программы, потом начали накачивать экономику деньгами за счет роста госдолга - но вот сука парадокс, денег все больше, зарабатываем все лучше, Миланская биржа все растет, инвесторы радуются - но население все больше недовольно, безработица поднимается до 11% (а это немало, поверьте), а эффективность ИРИ становится предметом большого вопроса.

В попытках урегулировать вопрос, правительство Италии пытается начать приватизацию предприятий, а параллельно проводится ряд операций по выявлению и поимке мафиози, которые получили название "Чистые руки"[11] - счет на убийства, угрозы, похищения и шантаж шел на тысячи. Но главное - коррупция. Если у вас в стране почти официально есть такая структура как мафия, то стоит ли удивляться тому, что четверть ваших депутатов будет мафиози, а правительство будет ей покровительствовать?

А надо ли говорить, к кому в руки угодят приватизированные предприятия потом? В общем, вы поняли. Тем не менее, благодаря тому, что литература в США прошла этот путь десятилетием ранее, то в девяностых, когда у населения возникли все необходимые предпосылки для зарождения своей ветки киберпанка, туда завезли классиков жанра типа Гибсона и Стерлинга. И если вы будете гуглить топ итальянских книг в жанре киберпанк, то первые места так и будут принадлежать им. Парам-пам-пам.

Правда, это не всё. Несмотря на то, что симптомы для популярности жанра в Италии столь характерны, что это больше похоже на анекдот, я бы не стал о ней писать, если бы она не сделала свой вклад в его развитие. И в 1997 году на экраны выходит фильм "Нирвана". И оооо, ребята!

Лично меня приложило в момент почти в самом начале, когда главный герой пытается отъебаться от голосового помощника в сцене, которая достойна диалога с яндексовской Алисой, если бы та умела набирать ванну. А так мы имеем фантастический боевик в лучших традициях жанра. Главный герой Нирваны (НЕТ НЕ КОБЕЙН) Джимми, которого играет не кто-нибудь, а Кристофер Ламберт, которого, как знают мои подписчики, я нежно люблю за Беовульфа - разработчик игры под названием Нирвана. На фоне темных пейзажей он толкает нуарную речь про расставание и мрак, чтобы мы узнали, что он - разработчик, который кранчит чтобы сдать свою игру корпорации.

В какой то момент времени неизвестный вирус заражает игру, и главный герой игры Соло обретает самосознание и память. Его убивают раз за разом, и в какой-то момент он понимает, что находится в игре. В игре, в которой все вокруг - тупые болванки, которые не понимают, что делают, а мир - пустая дешевая декорация, за которой ничего нет. Мягко говоря, это депрессивное чувство привело в итоге к тому, что когда Соло связался с Джимми, он попросил стереть его раз и навсегда, а когда тот отказывается, указывает Джимми, что может, он сам находится в такой же симуляции, с той лишь разницей, что он может перестать играть ,если захочет.

И знаете, это работает. Джимми решается добраться до серверов своего издателя, чтобы полностью удалить игру, и начинается продолжительное действо, в котором герой путешествует по залитым ярким электрическим светом улицам, полным фриковатого народа с имплантами, спизженными не иначе как со съемок снимавшихся в те же годы фильмов про постапокалипсис. Люди, меняющие свои глаза на дерьмовые черно-белые импланты, потому что у них нет денег, японские корпорации, которые ради игры готовы положить целую улицу гражданских и поджаривают хакеров, чтобы использовать их мозги для создания новых программ.

В итоге у нас получилось оригинальное произведение, которое с одной стороны очень многое взяло от того же Гибсона, а с другой - немало почерпнула из идей иллюзорности бытия Филиппа Дика. И внезапно оказалось, что это только американцам нечего сказать в жанре. Пришли итальянцы и выдали вещь, которую фанатам жанра не стыдно посмотреть и сейчас.

Ну а сам Агломерат, мегагород, в котором смешались все культуры мира сразу, и который протянулся на добрую половину Евразии - это классическая Вавилонская башня культур, столь характерная для классического киберпанка, причем показана она сразу в двух ипостасях - в виде самого Агломерата, по которому путешествуют герои, и в виде игры, которую от скуки изучает Соло.

Киберпанк по-русски

Ну и наверняка жители стран бывшего СССР не могут не провести параллели между США, Японией, Италией и собственно - Россией, впавшей в тяжелейший кризис всех сфер общества после распада СССР. Но тут были свои нюансы. Союз явно не страдал теми проблемами глобализации, которые были свойственны западным странам, технологические беспокойство, связанное с тем, что производительные силы человека превращены в ресурс для тех, кто может их себе приобрести, тоже пока не получил своего развития, да и компьютеры и интернет по состоянию на 1991 год были уделом профильных ведомств и отдельных обеспеченных граждан.

В связи с этим в первую половину девяностых вы едва ли найдете произведения, которые полноценно можно отнести к жанру. Однако за следующие пять лет Россия очень и очень быстро нагнала западные страны по части той необходимой хтони, на которой зрел киберпанк. Прежде всего, конечно, падение уровня жизни, которое для моих читателей не требует ни ссылок, ни дополнительных подтверждений. Крушение страны - это вам не шутка, депрессивных апокалиптичных настроений в обществе было хоть отбавляй, что отражалось и на творчестве, и в быту. Плюсом - так называемое первоначальное накопление капитала. С одной стороны, мы наблюдали приватизацию, сначала в виде ваучеров, а затем в классической форме, а с другой - обладатели этого самого первоначального капитала активно накапливали и перераспределяли его путем классических бандитских разборок и убийства конкурентов, что довольно быстро привело к его централизации в руках узкой прослойки населения - олигархов.

Ну и наконец, всемирная глобальная сеть в сочетании с активно развивающейся мобильной связью и более активной компьютеризацией просто за счет того, что именно в этот период технологии развивались колоссальными темпами. И наконец, торжество западной пропаганды, макдаки, мультики диснея, голливудские боевики и челноки с клетчатыми сумками, которые, рискуя шеей, привозили товары из Турции и Китая. Состоялось весьма болезненное, но очень активное включение постсоветской медиасферы в медиасферу мировую. Кому лет слегка за тридцать и больше, как мне - застали эту эпоху, когда в жаргонизмах было огромное количество аглицкого, ну а импорт считался не проосто знаком качества, а новым качеством жизни.

Собственно, несколько лет активной перестройки быта в итоге привели к тому, что почва для развития жанра, наконец, созрела. Что же подарил нам И тут многие тут же поднимут руку и назовут свет наших очей Сергея Лукьяненко и его Лабиринт отражений 1997 года[13]. Но тут я буду вынужден возразить. Вообще Лукьяненко написал три произведения - Лабиринт Отражений (1997), Фальшивые Зеркала (1999)[14] и Прозрачные Витражи (это вообще рассказ 2002 года)[15], но счас мы коснемся только первой части.

Роман рассказывает о том, как один разработчик случайно изобрел последовательность сигналов для погружения в виртуальную реальность - "глубину" или "дип". И понеслась - в виртуале отстроили целый город Диптаун, по которому гуляют такие вот виртуальные туристы, программы, вирусы и системы защиты имеют физическое воплощение, порой весьма экстравагантное, но главное - полный комплекс ощущений, которые можно ощутить, если добыть себе хороший шлем и костюм с датчиками. Одна беда - без специальной команды из глубины самому уже не выйти. Большая часть устройств автоматически вам выкинут спустя время, либо по вашей команде, но некоторые отключают свои стопоры, потому что ну кому понравится когда ваш комп отключается посреди матча, да?

Вот тут и выходят на первый план дайверы - люди, на которых глубина так не работает. И они могут спокойно выходить из глубины, не разрывая соединение, что очень удобно, скажем, для хакеров. И один из таких дайверов, Леонид - и оказывается втянут в сеть криминальных интриг. И это как и почти весь ранний Лукьяненко - очень бодрый роман, пример классной фантастики из девяностых, и даже видно, что при создании Диптауна писатель вдохновлялся образами киберпространства, придуманного Гибсоном.

Но это именно что фантастический роман о киберпространстве. Несмотря на произвол отдельных служб (который сложно назвать таковым, ведь Леонид их обокрал и они вполне законно его ищут), капитал здесь относится к человеку все еще как к человеку, виртуальный город используется для туризма, эскапизма всякого рода вроде ролевок по Толкину, а само развитие технологий УЖЕ не внушает ужаса. На момент событий романа произошло принятие, а развитие "глубины" вышло на плато - технологической сингулярностью и не пахнет. Ну и наконец, взаимопроникновение культур носит у Лукьяненко очень ограниченный характер, а вавилонская башня Диптауна представляет собой разные отдельные изолированные сектора. Глобализация попросту не происходит. Поэтому трилогия про Диптаун со всем его киберпространством, хакерами и взломами - это направление, которое называется "Киберфантастика". Но что киберпанку?

Его есть у меня! В 1998 году Александр Тюрин написал "Боятся ли компьютеры адского пламени"[14]. И я даж не знаю, как у нему подступиться. Будущее. Человечество счастливо. Каждый как греческий бог прекрасен и силен. Но главный герой Данилов - особист, который должен поймать опасного преступника в этом прекрасном мире, потому что некоторые по какой-то причине не могут жить в мире, где все у всех хорошо. Вот только путешествуя по мирам, наш герой начинает замечать, что что-то здесь не так. И люди - не те, кем кажутся, и окружающая реальность - не то. Мягко говоря.

И вот тут Тюрин, хоть и не предлагая чего-то кардинально нового, как и итальянцы с Нирваной, вваливает мяса. Критику социализма, который в книге построен на буквально промывании мозгов, вопросы ИИ и как раз того самого страха перед тем, что люди перестанут управлять технологиями, и все станет наоборот. В общем, не самая простая для прочтения книга, потому что все это размазано между большим количеством локаций и действия, но оно явно того стоит. Вам или зайдет на отличненько или не зайдет вообще.

В следующем году вышла первая часть так называемой Алмазной трилогии - Алмазные НЕРВы от дуэта писателей, которые известны под псевдонимом Виктор Бурцев[15]. Тут нет такой серьезной подоплеки, как у Тюрина, но зато эта книга хороша тем, что закидывает российскую действительность тех самых девяностых в будущее - с бандитами и ларьками, разборками и стрельбой в Москве середины 21 века ради обладания экспериментальными нейроразъемами. При этом на месте все признаки киберпанка как жанра, а сверху классическая уже повальная киборгизация населения, корпорации, наркотики всех цветов и форм-факторов и все такое. К сожалению, вторую и третью книги в своей время я так и не достал, и по ним проконсультировать не смогу, но ребята из журнала "Мир фантастики" считают, что у них все не хуже чем у первой части, и они даже больше косят под "классический" киберпанк. Почему нет, имеют право.

Ну и последний громкий представитель, которого не упомянуть прям никак - это Вадим Панов и его цикл "Анклавы"[16], который выходит с 2005 по 2010 годы. И здесь, как и вы предыдущем случае, речь идет о довольно недалеком будущем, где государства почти развалились, кроме Китая, которых нахватывает мир, да собственно Анклавов, которые суть - территории, отжатые транснациональными корпорациями под себя. В этом плане мир Панова больше похож на мир Майкла Пондсмита - Киберпанк 2020, только корпорации существуют не в рамках одного города, а размазаны по планете. В остальном классика с размытием культурной идентичности, отсутствие контроля за прогрессом в бесконечной борьбе корпораций и прям полное овеществление человеческой жизни во все поля. Всего в серии пять книг, и я обещаю, я когда нибудь их дочитаю точно.

Жизнь говно, но мы с лопатой

Однако есть одна важная деталь, которая роднит две предыдущие серии. Они, если так подумать - не особенно то и фантастичны. Алмазные НЕРВы, по сути, перенесли российскую действительность тех лет в будущее, а Панов размышлял о том, как государство и будущее будет развиваться дальше (пусть и в депрессивном сценарии). И это не просто так, ведь время их выхода пришлось на период, когда жанр обретал свое переизобретение под названием - "посткиберпанк".

Ну мы помним уже, жанр его собственные авторы безуспешно хоронили, но раз за разом он показывал, что жив. Но как и любая другая тема, особенно столь узкая, он рано или поздно должен был и безусловно иссяк, закольцевавшись в собственном мкаде из самоповторов. Но самое главное - постепенно он утрачивал актуальность. Я напомню - того же Нейроманта Гибсон писал на печатной машинке, с компьютерами он был вообще не знаком и писал как ему казалось фантастичным. Другие ж хоть и были знакомы с компьютерами, но уже через десять лет их книги смотрелись - ну, как бы вам сказать, наивно.

Да и сама тематика страха перед технологиями уже не стояла так остро. Фантасты восьмидесятых беспокоились, что уже скоро нами будут править ИИ и корпорации, но гротеск киберпанка в реальности так и не наступил. Это сродни тому, что пару лет назад все предрекали, что ИИ захватит все сферы нашей жизни, но даже мертвый интернет пока не случился - ии-контент, перестав быть чем--то новым и шокирующим, постепенно приживается, а самые зоркие из индейцев даже понимают, что это полезный, очень умелый инструмент, обладать которым рано или поздно придется квалифицированному специалисту, но - не более того.

Мы перестали бояться прогресса, ну или как считаются некоторые, у нас случился футурошок[17], и мы перестали воспринимать то, как быстро меняется мир вокруг. Мы вместо этого подстраиваемся под него сами, так плавно и незаметно, будто он всегда был таким. о из-за этих изменений значительная часть классического киберпанка устарела. Она уже тогда смотрелась как ретрофутуризм[18] и натягивать ее на современные реалии не выходило. Мир менялся, и так быстро, что даже самые знаковые для киберпанков места постепенно исчезали.

Так произошло и с городом-крепостью Коулун[19]. Эта дичь во плоти - конгломерат зданий, которые утрамбовались в что-то среднее между Черкизовским рынком и студенческой общагой на 50000 человек. Прибавьте сюда разгул бандитизма и преступности, а также что город контролировался триадами и больше никем, и вы получите источник вдохновения как для американских, так и японских писателей и аниматоров. Это тот самый ирл киберпанк, ток без будущего и имплантов, редкий случай когда гротеск воплощается в реальности.

Однако сейчас на карте мира вы его не найдете. В 1993 году его начали сносить - сами видите на фото, что ровные ряды новостроек подобрались уже вплотную, да и такой рассадник всяческой заразы сродни опухоли на лице Гонгконга. Так что на месте его остался памятный парк. Всего спустя месяц после начала сноса журнал Wired, в котором на тот момент было всего три номера, провозгласил: «Cyberpunk R.I.P.».[20] Но творить авторы не перестали. Приняв за факт, что будущее, которого мы боялись, не наступает, многие дошли до одной очень важной мысли - что бы ни происходило вокруг, какой бы фантастичной ни оказалась обстановка, люди остаются людьми.

У каждого нейрохакера Кейса будет бабушка, которая все еще кладет салфетку на монитор (и как показали недавние треды в твиттере, это общемировое явление). Какой бы черт ни дернул вас купить восьмиметровую двушку в ЖК "Новое Коулуново", всегда останется возможность переехать в регионы и дауншифтнуться до родновера жить в лесу и молиться колесу. И эта деталь изменила очень многое. Новые авторы, приходя в жанр, уже не рисовали столь далекое будущее, непохожее на нашу реальность. И уж тем более - их герои не живут с осознанием того что они персонажи технуарного детектива. Они живые люди, живущие в своей реальности, и они не строят из этого драму а просто живут. Поэтому собственно Анклавы Панова и Алмазные НЕРВы Бурцева по своему характеру скорее - посткиберпанк.

А одним из произведений, которое лично я бы назвал манифестом всего жанра, является серия графических романов Уоррена Эллиса - Трансметрополитен[21].

Представьте себе будущее, где творится что среднее между анархо-капитализмом и соцутопичным тоталитаризмом? Мир, где побеждены болезни (по крайней мере те, что у нас считаются опасными), где можно пересадить себе любые части тела, стать вообще разумным облаком пара или пересадить себе ДНК инопланетянина? Да легко! Больше того - с вас скорее всего никто за это даже не спросит. Уоррен Эллис нарисовал общество, в котором в сущности, у общества не осталось нерешаемых проблем, но вместо рая на земле мы получили цирк уродов, куда более реалистичный чем в каких-нибудь голодных играх.

Общество, в котором индивидуальность доведена до абсолюта, превращая ее в безликую массу, и при всем этом - это общество, которое не драматизирует в отношении себя, а просто...живет. В этих условия трудится Спайдер Иерусалим - когда-то известный гонзо-журналист, который несколько лет почивал на лаврах, спиваясь в загородном доме и отключившись от мира. Из-за чего нужда толкает его вернуться в город и снова приняться за работу.

Ключевое отличие здесь в том, что мы наблюдаем за все теми же чертами - глобализация, овеществление жизни и технологическую сингулярность - но при этом никто не парится и живет буквально по принципу "Жизнь говно, но мы с лопатой". И по большому счету, с момента, когда меняется отношение общества к прогрессу, когда мы перестали бояться и полюбили технологии, захватывающий наш мир, киберпанк переродился в посткиберпанк. Оригинальный жанр тоже остался - но все же отныне его ниша - это такой своеобразный ретрофутуризм, которого мы коснемся чуть позже.

И давайте поставим здесь последнюю паузу - перед финальным рывком, чтобы разузнать, что происходило в жанром вплоть до наших дней, где его место сейчас и чего нам бояться в будущем. В числе прочего узнаем о том, как недавно появившаяся игровая индустрия воплотила жанр на экране, что не так с Киберпанком 2077, и почему ньюретровейв называют музыкой киберпанка. Держитесь, друзья мои, осталось совсем немного!

Я хочу поблагодарить всех, кто поддерживает эту серию постов - и неважно чем - плюсом, комментарием, подпиской донатом. И кстати о последних, благодарю @kamazporno и 3 анонимов за поддержку предыдущего поста вашими донатами. Две катаны вам и попутный ветер за спиной!

Я постараюсь побыстрее разобраться со своими делами и закончить серию в ближайшее время. Чтобы не ждать и быть в курсе, когда там новый пост, подписывайтесь на соцсети - стараюсь обозначать в них что я еще жив и трепыхаюсь:

Хорошего всем дня и го в комменты!