mrfemko

В дверном проеме сидел и смотрел на всё то, что происходило чёрный кот с белыми носочками. Он потянулся, выпустил когти, развернулся и подняв хвост удалился на кухню, судя по лакающим звукам. Все звуки стихли, наверно кот запрыгнул на подоконник и следит. Маша взяла свой телефон и шаркая пошла на кухню, у отца в комнате было тихо. Пройдя на кухню, она прикрыла дверь, и зашуршала пакетом с кошачьей едой. Росс сразу же метнулся к ногам Маши, начал тереться мордочкой, мокрым носом о ноги и всячески мешать набирать корм. Но к счастью он успел сунуть только свою мордочку в этот мешок, а Маша умудрилась уже набрать ему пищи. Росс издал мявк благодарности, и захрустел своими сухарями. А Маша тем временем открыла чайник, открыла кран и набрала в него свежей воды, и потом нажала на нём кнопку. Затем взяла с собой телефон и отправилась в ванную комнату.

Росс тем временем, закончив хрустеть своей трапезой, вновь запрыгнул на подоконник занял наблюдательную позицию. За окном в тот момент уже кипела жизнь, где-то слева в ветвях деревьев чирикала синица, правее и ниже, чуть тише воробьи устроили сходку. Росс метал взгляд то в одну, то в другую стороны, в какой-то момент ему это наскучило, и он отправился обходить свои владения дальше. В этот раз лапы привели его к Илье в комнату.

Отец Маши отсыпался после напряженной рабочей недели и концерта хора, участником которого он является. Вчера отгремел их юбилейный концерт, посвященный десятилетию коллектива хора «Магия». Несмотря на то, что Илья пришел в хор всего два года назад, коллектив принял его очень тепло, и за это время в рядах хора он обрел нескольких друзей.

Илья проснулся от того, что почувствовал на своих ногах какую-то тяжесть. Он попытался откинуть одеяло, но попытка не увенчалась успехом, он приподнял голову, и увидел, как на него таращится кот, и со словами, - «Да встаю, я, встаю» - хрипло пробурчал он, слегка подтолкнув Росса ногой.

Сев на кровати, его ноги встретил ледяной пол, по спине Ильи тут же промчалась дрожь, от чего у него из горла вырвалось лишь мычание. Поэтому взглядом он начал искать свои носки, увидев один из них, Илья потянулся за ним, второго в поле зрения не было. Он подумал, что возможно, кот в процессе всенощного тыгыдыка затащил носок под кровать, заглянув под которую Илья убедился в своей правоте. Пришлось обойти кровать с другой стороны и вытащить пропажу, собравшую на себе комья пыли. Отряхнув свой носок Илья глянул на Росса, тот, не обращая на него внимания намывал себя, как только кот дошел до под хвостового пространства, Илья уже одевшись выходил из комнаты.

Слыша шум воды из ванной Илья отправился на кухню, войдя туда, он услышал, как добулькивал выключившийся чайник. Взяв сигареты с холодильника, он отправился на балкон курить, захлопнув дверь Илья открыл окно, захватил губами сигарету, чиркнув зажигалкой поджег её и сделал первую затяжку. Дым обволок его рот и при вдохе ворвался в легкие, наполняя и обжигая их, немного выдохнул через нос, а остатки через рот. Затянувшись еще раз, в балконную дверь постучалась Маша и спросила, - «Пап доброго утра, тебе чай или кофе настроить?». Илья ответил ей выпуская дым в окно, - «С добрым утром, звёздочка, забрось кофе, пожалуйста», - Маша только развернулась, но что-то вспомнив, придержала закрывающуюся дверь, и спросила, - «Сахара как обычно?». «Да, спасибо», - ответил Илья, улыбнувшись, и вновь затягиваясь.

В памяти разблокировалось воспоминание, в тот день Марина рассказала о том, что мы станем родителями. «Нам повезло, наверное, что так произошло на последнем курсе института, незадолго до диплома» - подумал Илья. Оба были взволнованы, сильно. Но у Ильи были свои мысли на этот счет, для него будто не существовало слова «Отец», а уж тем более слова «Папа». Ведь мать вырастила его сама, так сложилось, что для него все эти слова не несли какого-либо смысла, и чувств. Он рассказал об этом Марине однажды, когда речь зашла о её родителях. Она его поняла и приняла это, - «Ты будешь хорошим отцом. Я видела, как ты вёл себя с моими племянниками, как будто на одну волну с ними настроился, бесились и обсуждали игры», - сказала Марина, прислонившись к плечу Ильи. Он взял её за руку, прислонился губами к виску Марины, а свободную руку положил ей на живот.

Очнувшись от этого воспоминания Илья, зажмурившись, коснулся своего плеча, - «Как же давно это было. Мне тебя не хватает», - прошептал он. Следующим мелькнул образ, тёмный, разбивающий, кровать в больнице, обеденное солнце, Марина, исхудавшая до неузнаваемости, цвета как серая бумага. Болезнь будто смыла из неё все краски. Илья боялся прикоснуться к ней, казалось только тронешь, и кожа порвётся.

Он встряхнул головой выгоняя из неё эти удручающие воспоминания, докурил и выбросил окурок в пепельницу. «Всё ещё больно» - подумал Илья и вошёл обратно в комнату. В коридоре до него донесся аромат заваренного кофе, из кухни приглушенно доносился звук какой-то не то игры, не то видео, что звучал из телефона Маши. Зайдя на кухню Илья увидел дочку, потягивающей свежезаваренный чай, но что удивительно с видом залипшего в телефоне зомби. Он решил проверить, и спросил, – «Хочешь бутерброды, кашу или яичницу?» - в ответ была тишина, нарушаемая лишь прихлюпыванием из кружки. «Как у них получается, вот так выключиться из реальности!?» - ухмыльнувшись, задался риторическим вопросом Илья.

«Раз так, то будут три вида бутербродов, с плавленым сыром и колбасой, печеночным паштетом, и несколько штук со сливочным маслом», - резюмировал про себя он, и направился к холодильнику.

Когда Илья открыл дверку холодильника, его взору предстала картина маслом, столбик из нарезной булки хлеба рухнул и несколько кусочков, будто обломки древней колонны лежали в мешке. Приоткрытая баночка паштета показывала заветренный язык. Захватив пакет с хлебом в одной рукой, на то же предплечье положил упаковку сливочного масла, другой рукой он поставил паштет на сыр и взял этот «неправильный бутерброд».

Илья разложил продукты на столе, потянувшись за доской, прихватил вместе с ней пару тарелок. Сделал он штук семь бутербродов, разложил их по тарелкам. Кофе был еще горячим, взял кружку в ладони, чтобы их согреть, вдохнул аромат, немного отхлебнул, немного поежившись. Взглянул на Машу, она была увлечена видео на телефоне, завтракала, делая долгие подходы к бутербродам, Илья был уверен, через полчаса после завтрака фраза, - «Еще кушоть хочу», - именно вот так «Кушоть», и сделает такие большие глаза как у кота из Шрека, а после пойдет кусочничать.

«Отложи, пожалуйста, телефон, и покушай спокойно», - негромком сказал Илья, и посмотрел на Машу с легкой улыбкой. Она при этом скорчила милую рожицу и показала язык, но отложила телефон. «Что ты сейчас смотрела, шортсы или стрим какой-то игры, или блогеров каких?», - спросил он, прожевывая бутерброд. «Шортсы с котиками, а стримы мы с тобой сегодня и так смотреть будем», - то ли с иронией, то ли с сарказмом ответила Маша.

«Зараза», - подумал Илья, ухмыльнувшись, - «Взрослеет, прощупывает почву, как сможет общаться, чтобы быть собой и донести мысль».

Доедая бутерброд Илья делает глоток горячего кофе, и вспоминает свои ощущения от вчерашнего концерта, облегчение от количества проделанной работы, эйфория от реакции зала на репертуар, и на некоторые особенные песни. В тот вечер он специально достал девочкам места в первый ряд, он хотел их видеть, и если вдруг потеряет концентрацию, то они придадут ему сил. Спрашивает он Машу, - «Как вам с бабушкой наш концерт?», - пытаясь также увидеть реакцию на её лице. «Ну пап, ты ведь все прекрасно помнишь, и ты вчера спрашивал, и не один раз, как будто сам не мог поверить, что получилось круто», - говорила Маша, подойдя к отцу и обняв его поцеловала в колючую щеку.

«Я увидела, что ты на грани на одной песне, знаю ты подумал о маме, я тоже её люблю, мне также сильно её не хватает», - прижавшись к груди отца Маша продолжала, - «Я видела, как вы любили друг друга, мне тоже хотелось плакать в тот момент, но сжала кулаки и смотрела во все глаза на тебя, когда ты нашел меня взглядом, ты взял себя в руки и спел свою партию так, что некоторые вокруг расчувствовались, бабушка в том числе», - от воспоминаний её голос задрожал, Илья поцеловал Машу в макушку и крепче прижал к себе. «Спасибо тебе, моя маленькая звёздочка, я тебя люблю дочь», - сказал он, глядя на дочь, она оторвалась от его груди, и также смотрела на отца, - «И тебе спасибо, пап, я тебя очень люблю, пусть вдвоём, но мы со всем справимся», ответила Маша.

«Что-то я снова нагоняю тоску», - хрипловатым голосом говорит Илья, - «Если ты уже доела, то давай иди что-нибудь включай», - постаравшись улыбнуться, сказал он. «Да, доела», - слегка тыкнув отца в бок ответила Маша улыбаясь.

После того как Маша ушла в комнату Илья начал мыть посуду, от этого разговора в его голове закрутилась та самая песня Муслима Магомаева. Ноктюрн напомнил, всё то, что было хорошего, как она спала у него на коленях, тёплые объятия, любимые губы, а следом понесся мрак, который был пять лет назад. День, когда умерла Марина, Илья не помнил, как добрался до больницы, там врачи рассказали, что из-за химиотерапии у неё начался цирроз печени, дальнейшие объяснения Илья не слышал.

Помнит морг закрытое тело в чёрном мешке, на местные запахи было наплевать, но, когда его открыли, нить оборвалась. Внутри всё сломалось, и отключилось, разом. Нужно было начать все эти бюрократические проволочки, но ярко билась мысль, как рассказать шестилетнему ребенку, что мамы больше нет. Частично сделав необходимые действия Илья направился домой, его мать сейчас сидела с Машей, и тоже готовилась к этому разговору.

Когда он зашел в квартиру, дочка выбежала из комнаты и смеясь закричала, - «Привет папуля!», - и прыгнула ему на руки. «Привет, родная», - ответил дочери Илья. Поцеловал её в лоб и поставил её на пол и сказал, - «Иди пока к себе в комнату, хорошо», - а у самого сердце бешено бьётся в груди, дальше опять провал, только всполохом момент, как они сидят после этого и рыдают, мать Ильи, Маша прижавшись к отцу и Илья. Река боли, опустошения накрыла всех.

Потом были похороны, Марину кремировали, на прощании Илья попросил, чтобы гроб был закрыт, чтобы Маша запомнила маму по фотографии, а не тому, что с ней сделала болезнь. Именно тогда дочка сказала ему, - «Мы с тобой, папа», - слёзы в этот момент текли из их глаз не останавливаясь, голоса дрожали, - «Я сделаю для вас всё, что от меня зависит», - срывающимся голосом ответил дочери и матери Илья.

Эти два человека держались вместе, чтобы помочь друг другу пережить это время, но была еще одна вещь, поддерживающая Илью и Машу, музыка. Марина всегда напевала, когда занималась чем-то по дому, Илья пел вместе с ней, поскольку их музыкальные вкусы совпадали процентов на шестьдесят. После похорон Марины, Илья долго не пел во время домашней работы, но музыка играла из беспроводной колонки, Маша слушала те песни, и они нашли в ней отклик, однажды, когда она пылесосила свою комнату, то начала петь, - «Не забывай, не прекращай, верить в то, что счастье рядом, пусть далеко, но всё равно, ты найдешь свою награду. Знаю, тебе нелегко, знаю, хочешь одного, мир остановись, я здесь сойду, но сколько ещё можно ждать, всё бояться потерять, разве я для этого живу. Но даже если сломлен, будет новый день», - Маша спела так искренне, что у Ильи прошлись мурашки по всему телу, он знал эту песню, слушал на работе, дома, но голос дочери, выдернул его из-под воды, следом он подхватил, - «Не забывай, не прекращай, верить в то, что счастье рядом, пусть далеко, но все равно, ты найдешь свою награду. Это ещё не конец, знаю, ты сейчас беглец, боли хочешь избежать, ветром стать. А время излечит нас, если хотя бы раз, вспомнить, что нужно любить себя, но даже если сломлен, будет новый день». Он шел на шум пылесоса, голос дочки, и пел.

Дальше Илья пел везде, где ему позволяла ситуация. Однажды на работе, он пел в своём кабинете слишком громко, но настолько самозабвенно, что не замечал, как дверь в его кабинет слишком часто приоткрывалась, коллеги заглядывали, улыбались и закрывали дверь обратно. Ближе к вечеру к нему заглянула руководитель конторы, в которой Илья работал, он снова не заметил приоткрытой двери, когда она зашла, он открыл глаза заканчивая петь, и был мягко говоря смущен, сложившейся ситуацией.

Она сказала ему посмеиваясь, - «Сегодня не отвертишься, поедешь со мной на репетицию».

Когда Илья домыл посуду, воспоминания оборвались, а Маша из комнаты прокричала, - «Пап, а тортик ещё остався?», - он крикнул в ответ, - «Да».

Он достал остатки торта из холодильника, и понёс его в комнату, смотреть разные видео в интернете с дочкой.