"Трагедия с забавным концом"(часть 3)
Я проснулся от какого то грохота снаружи. Встав со своей убогой койки, которая всем своим видом показывает, что её забрали с помойки, я увидел в своей комнате Лили. Она сидела на стуле такого же качества в противоположном углу комнаты и смотрела в другую сторону, видимо, ожидая, пока я проснусь. Но что ей надо?
— Черт…Что это было?! ,— произнес я, как бы, сам для себя, сделав вид, что не заметил её.
В этот момент она повернулась в мою сторону. Она была чем то встревожена…Но чем?
— Джек, как хорошо, что ты проснулся, послушай, тебе надо срочно уходить отсюда. — Сказала она тихо, чуть ли не шепотом.
— Но в че… — Не успел я закончить, как она приставила руку к моему рту, а другой показала вверх.
Подняв голову вверх, я заметил, что в противоположном углу моей комнаты, есть вентиляция, выходящая куда то наверх, на базу. От туда доносился, уже знакомый, голос Алекса, и судя по всему, он с кем то спорил.
— Какого хера ты его сюда приволок?!
— Я…Алекс, да брось, неужели он не может жить с нами?, — послышался довольно испуганный и в то же время возмущенный голос Майкла.
— Ты его видел?! У него же на лице написано, что он тот ещё добряк…Когда он узнает, что входит в наш дневной рацион, и каким методом мы получаем припасы, — последовала продолжительная пауза, — он наделает много шума и проблем. Нужно сделать так, что б он не проснулся, ясно?
— Да ладно… В историю про крысоголовых поверил?! И в это может проверить, точнее в правильность, — пытался как то оправдать меня Майкл.
— Нет! Я сказал убрать, и это не обсуждается, — послышался отрезанный ответ Алекса.
— Так точно. — вмешался в разговор какой то третий парень.
После этого, диалог был окончен, послышались тяжелые шаги, какой то шорох, и тишина… Я обернулся к Лили и с ошарашеным лицом спросил:
— Чего ты помогаешь мне?
— Я помогаю, пока ты не стал одним из них. — сказала она, как бы загадочно, но я не придал этому особого внимания.
— Спасибо тебе.
— И, — она сделал продолжительную пузу, — для видимости ударь меня.
— Что?! Да ладно… Так нельзя! — возмущенно ответил я, размахивая руками в разные руки.
— Хочешь сказать мне спасибо, значит бей! — довольно напорным голосом ответила она.
— Что ж…если другого выхода нет, — я вздохнул, — ещё раз спасибо за всё.
И тут я, несмотря на всё свое желание ударить её слабо, не расчитал силу и вмазал ей что есть силы…
— Ладно, переживет, — сказал я себе под нос, забирая барахло из ящика.
Забрав рюкзак, я был готов уходить, но тут подумал, что было бы не плохо выходить с ней на связь. Достав из рюкзака карандаш и кусочек бумаги, написал:”Частота 57.8 с 12:00 до 14:00, КАЖДЫЙ ДЕНЬ”, и положил во внутренний карман её куртки.
Выйдя из “номера”, я увидел какого то мужика, субя по всему это и есть тот, кто был с Алексом и Майклом.
— Ей ты! — обратился он ко мне.
Не дожидаясь пока он позовет подмогу, или, как мне казалось, куда хуже нанесет удар первым, я крепко вцепился в биту, которую держал в правой руке, и с разбегу врезал ему по морде. Он пытался достать оружие, но я его опередил. Он пролетел пол метра, после чего обездвиженное тело упало с большим грохотом, сбив стеллаж с какими то банками.
Я бросился на утек, догадываясь, что сейчас сюда сбредет всё ихнее житейство, и тогда уже никакая правда меня не спасет. Прямо, поворот налево, ещё несколько “перекрестков” прямо, после чего повторный поворот налево. Я слышал гневные крики довольно далеко позади:“Держите его”, “Вот он!”, однако старался не обращать на это внимание и сосредоточиться на побеге из этого “лабиринта”.Единственный поворот налево и…дверь. Черт, заперто! Отойдя на несколько метров я со всей силы навалился на дверь… Однако результат меня разочаровал — дверь немного прогнулась, издав характерный для этого треск. Тогда я повторил этот процесс, однако дверь по прежнему не поддавалась. Я слышал, как грохот от тяжелой обуви преследовавших меня людей, становился громче и громче с каждой секундой. Адреналин зашкаливает, я чуствовал их холодное дыхание на своем затылке.
Тогда, схватив биту, я произвел последний удар, уже точечный, ориентированный на вынос замка. Бита сделала свое дело, и мгновение спустя передо мной была распахнутая дверь, котороя вела в помещение, от которого сердце замерло, ещё горячая кровь застыла в жилах…
— Какого черта?!, — всё, что смогло вырваться из моего красноречивого рта.
Мои глаза увидели, мягко говоря, жуткую картину от которой моя челюсть отвисла на сантиметра два минимум. На первый взгляд — ничего особенного : просторная серая комната с двумя маленькими окнами и два стола…два пятиметровых мясных стола, которые выглядели в этой комнате, словно новопривезенные трупы посреди морга скромных размеров: они вроде бы и вписываются в общую обстановку, и даже не смотря на то, что они занимают пол комнаты, главная их приметная черта — они придают помещению неповторимой жути мрачности и прочих далеко не забавных свойств, так сказать. Но это всего лишь цветочки, по сравнению с тем, что находилось над этими, и без того наводящих ужас, столами. Тела…Десятки человеческих тел. Ещё и обезглавленные. Все до одного. Они просто весели и больше ничего, собственно говоря, и не могли делать. Те, кто три с копейками дня назад, держали эту империю от краха, поддерживали и стабилизировали, по необходимости, экономику этой великой державы…все они сейчас были никем…нет, даже ничем. Врачи, воспитательницы, полицейские, пожарные, ученные, продавцы, строители и Бог знает кто ещё, теперь были все на одно лицо, они были едой. Капли крови с “туш” тяжело падали на столы, стук по металлу отбивался эхом по всей комнате, и даже не смотря на погоню и крики позади меня, мои рецепторы уловили удар каждой капли. Теперь до меня дошла та история Майкла, “крысоголовые”, и чего вокруг них было столько шумихи.
Меня бы вырвало, говорю честно, но в тот момент, организм, видимо посчитал, что сейчас есть дела поважнее, чем лишнее “извержение” калорий из моего организма, так что прикрывая нос от ужасной вони, я секунды за полторы преодолел десятиметровое растояние от двери до двери. И, сломя голову, помчался по, особо не отличавшемуся своей стилистикой, коридору.
Добежав до конца коридора, я увидел дверь, которая, не была похожа на остальные: большая дверная рама, “торчащая” на фоне общего вида коридора, на сантиметра три, затем, находившиеся всё ещё на этой двери, и, видимо, довольно крепко прикрепленные дверные петри, имевшие двадцать миллиметров в диаметре, ну, и, в конце концов, сама дверь — очень массивная, имевшая маленькое квадратное окошко посредине, и ручку, котрая чем то напоминала, непонятным методом прикрепленный, гаечный ключ, находившаяся на подобающем ей месте.
К счастью, дверь заперта не была, так что легким движением руки, передо мною восстала та самая, вонь, которая беспощадно била по моему носу с самого моего прибытия. Канализация… Слава Богу, хотя бы, тут не было ни воды, ни отходов жизнедеятельности человека, ни, что было бы самое ужасное, кучи хаотически проложенных проводов. Справа от меня, в метрах 20, была шаткого вида лестница, и не смотря на то, что всем своим видом она говорит:”Лезешь на свой страх и риск”, выбора особого у меня небыло, так что я вылез на поверхность.
Яркое солнце било в мои глаза, только что привыкшее к темноте. Однако спустя несколько секунд, мои глаза “сфокусировались”, и я прекрасно понимал свое местонахождение. Я находился в довольно разнообразной развлекательной части города. Тут можно было как элегантно выпить, поесть, поиграть в бильярд, так и устроить тест-драйв на одном из этих новеньких Porsche, которые всё равно пылились тут, стоя без толку. Это была целая улочка, заставленная подобными развлечениями. Прямо напротив меня был “Паб Старого Хенка”, который не вписывался в вышеописанную роскошь и стиль. И вообще, богатые дяденьки уже давно присматривались к этому местечку, однако Хенк(владелец бара) не собирался продавать это место, поэтому, для убедительности, он хранил свое старое охотничье ружье на втором этаже паба, собственно говоря, там же он и проживал. Маленькая комнатка отлично себя чувствовала, несмотря на сильно давящую снаружи роскошь.
Туда я и двинулся. “Ворвавшись” в открытые двери паба, перепрыгнув пару столов и, беспорядочно раскиданных, кучек пустых бутылок, я двинулся на второй этаж. Забежав в дверь, я мигом закрыл дверь, заблокировав её диваном, котрый, учитывая, что я сильно устал и выдохся, казалось, весил пол тонны. Я вздохнул с невероятным облегчением, как вдруг из темной части комнаты появился ствол ружья, и человек, всё ещё остававшийся в темноте, из-за чего я не видел его лица, тихим хриплым голосом произнес:
— Присядь ка, сынок…
— Черт…Что это было?! ,— произнес я, как бы, сам для себя, сделав вид, что не заметил её.
В этот момент она повернулась в мою сторону. Она была чем то встревожена…Но чем?
— Джек, как хорошо, что ты проснулся, послушай, тебе надо срочно уходить отсюда. — Сказала она тихо, чуть ли не шепотом.
— Но в че… — Не успел я закончить, как она приставила руку к моему рту, а другой показала вверх.
Подняв голову вверх, я заметил, что в противоположном углу моей комнаты, есть вентиляция, выходящая куда то наверх, на базу. От туда доносился, уже знакомый, голос Алекса, и судя по всему, он с кем то спорил.
— Какого хера ты его сюда приволок?!
— Я…Алекс, да брось, неужели он не может жить с нами?, — послышался довольно испуганный и в то же время возмущенный голос Майкла.
— Ты его видел?! У него же на лице написано, что он тот ещё добряк…Когда он узнает, что входит в наш дневной рацион, и каким методом мы получаем припасы, — последовала продолжительная пауза, — он наделает много шума и проблем. Нужно сделать так, что б он не проснулся, ясно?
— Да ладно… В историю про крысоголовых поверил?! И в это может проверить, точнее в правильность, — пытался как то оправдать меня Майкл.
— Нет! Я сказал убрать, и это не обсуждается, — послышался отрезанный ответ Алекса.
— Так точно. — вмешался в разговор какой то третий парень.
После этого, диалог был окончен, послышались тяжелые шаги, какой то шорох, и тишина… Я обернулся к Лили и с ошарашеным лицом спросил:
— Чего ты помогаешь мне?
— Я помогаю, пока ты не стал одним из них. — сказала она, как бы загадочно, но я не придал этому особого внимания.
— Спасибо тебе.
— И, — она сделал продолжительную пузу, — для видимости ударь меня.
— Что?! Да ладно… Так нельзя! — возмущенно ответил я, размахивая руками в разные руки.
— Хочешь сказать мне спасибо, значит бей! — довольно напорным голосом ответила она.
— Что ж…если другого выхода нет, — я вздохнул, — ещё раз спасибо за всё.
И тут я, несмотря на всё свое желание ударить её слабо, не расчитал силу и вмазал ей что есть силы…
— Ладно, переживет, — сказал я себе под нос, забирая барахло из ящика.
Забрав рюкзак, я был готов уходить, но тут подумал, что было бы не плохо выходить с ней на связь. Достав из рюкзака карандаш и кусочек бумаги, написал:”Частота 57.8 с 12:00 до 14:00, КАЖДЫЙ ДЕНЬ”, и положил во внутренний карман её куртки.
Выйдя из “номера”, я увидел какого то мужика, субя по всему это и есть тот, кто был с Алексом и Майклом.
— Ей ты! — обратился он ко мне.
Не дожидаясь пока он позовет подмогу, или, как мне казалось, куда хуже нанесет удар первым, я крепко вцепился в биту, которую держал в правой руке, и с разбегу врезал ему по морде. Он пытался достать оружие, но я его опередил. Он пролетел пол метра, после чего обездвиженное тело упало с большим грохотом, сбив стеллаж с какими то банками.
Я бросился на утек, догадываясь, что сейчас сюда сбредет всё ихнее житейство, и тогда уже никакая правда меня не спасет. Прямо, поворот налево, ещё несколько “перекрестков” прямо, после чего повторный поворот налево. Я слышал гневные крики довольно далеко позади:“Держите его”, “Вот он!”, однако старался не обращать на это внимание и сосредоточиться на побеге из этого “лабиринта”.Единственный поворот налево и…дверь. Черт, заперто! Отойдя на несколько метров я со всей силы навалился на дверь… Однако результат меня разочаровал — дверь немного прогнулась, издав характерный для этого треск. Тогда я повторил этот процесс, однако дверь по прежнему не поддавалась. Я слышал, как грохот от тяжелой обуви преследовавших меня людей, становился громче и громче с каждой секундой. Адреналин зашкаливает, я чуствовал их холодное дыхание на своем затылке.
Тогда, схватив биту, я произвел последний удар, уже точечный, ориентированный на вынос замка. Бита сделала свое дело, и мгновение спустя передо мной была распахнутая дверь, котороя вела в помещение, от которого сердце замерло, ещё горячая кровь застыла в жилах…
— Какого черта?!, — всё, что смогло вырваться из моего красноречивого рта.
Мои глаза увидели, мягко говоря, жуткую картину от которой моя челюсть отвисла на сантиметра два минимум. На первый взгляд — ничего особенного : просторная серая комната с двумя маленькими окнами и два стола…два пятиметровых мясных стола, которые выглядели в этой комнате, словно новопривезенные трупы посреди морга скромных размеров: они вроде бы и вписываются в общую обстановку, и даже не смотря на то, что они занимают пол комнаты, главная их приметная черта — они придают помещению неповторимой жути мрачности и прочих далеко не забавных свойств, так сказать. Но это всего лишь цветочки, по сравнению с тем, что находилось над этими, и без того наводящих ужас, столами. Тела…Десятки человеческих тел. Ещё и обезглавленные. Все до одного. Они просто весели и больше ничего, собственно говоря, и не могли делать. Те, кто три с копейками дня назад, держали эту империю от краха, поддерживали и стабилизировали, по необходимости, экономику этой великой державы…все они сейчас были никем…нет, даже ничем. Врачи, воспитательницы, полицейские, пожарные, ученные, продавцы, строители и Бог знает кто ещё, теперь были все на одно лицо, они были едой. Капли крови с “туш” тяжело падали на столы, стук по металлу отбивался эхом по всей комнате, и даже не смотря на погоню и крики позади меня, мои рецепторы уловили удар каждой капли. Теперь до меня дошла та история Майкла, “крысоголовые”, и чего вокруг них было столько шумихи.
Меня бы вырвало, говорю честно, но в тот момент, организм, видимо посчитал, что сейчас есть дела поважнее, чем лишнее “извержение” калорий из моего организма, так что прикрывая нос от ужасной вони, я секунды за полторы преодолел десятиметровое растояние от двери до двери. И, сломя голову, помчался по, особо не отличавшемуся своей стилистикой, коридору.
Добежав до конца коридора, я увидел дверь, которая, не была похожа на остальные: большая дверная рама, “торчащая” на фоне общего вида коридора, на сантиметра три, затем, находившиеся всё ещё на этой двери, и, видимо, довольно крепко прикрепленные дверные петри, имевшие двадцать миллиметров в диаметре, ну, и, в конце концов, сама дверь — очень массивная, имевшая маленькое квадратное окошко посредине, и ручку, котрая чем то напоминала, непонятным методом прикрепленный, гаечный ключ, находившаяся на подобающем ей месте.
К счастью, дверь заперта не была, так что легким движением руки, передо мною восстала та самая, вонь, которая беспощадно била по моему носу с самого моего прибытия. Канализация… Слава Богу, хотя бы, тут не было ни воды, ни отходов жизнедеятельности человека, ни, что было бы самое ужасное, кучи хаотически проложенных проводов. Справа от меня, в метрах 20, была шаткого вида лестница, и не смотря на то, что всем своим видом она говорит:”Лезешь на свой страх и риск”, выбора особого у меня небыло, так что я вылез на поверхность.
Яркое солнце било в мои глаза, только что привыкшее к темноте. Однако спустя несколько секунд, мои глаза “сфокусировались”, и я прекрасно понимал свое местонахождение. Я находился в довольно разнообразной развлекательной части города. Тут можно было как элегантно выпить, поесть, поиграть в бильярд, так и устроить тест-драйв на одном из этих новеньких Porsche, которые всё равно пылились тут, стоя без толку. Это была целая улочка, заставленная подобными развлечениями. Прямо напротив меня был “Паб Старого Хенка”, который не вписывался в вышеописанную роскошь и стиль. И вообще, богатые дяденьки уже давно присматривались к этому местечку, однако Хенк(владелец бара) не собирался продавать это место, поэтому, для убедительности, он хранил свое старое охотничье ружье на втором этаже паба, собственно говоря, там же он и проживал. Маленькая комнатка отлично себя чувствовала, несмотря на сильно давящую снаружи роскошь.
Туда я и двинулся. “Ворвавшись” в открытые двери паба, перепрыгнув пару столов и, беспорядочно раскиданных, кучек пустых бутылок, я двинулся на второй этаж. Забежав в дверь, я мигом закрыл дверь, заблокировав её диваном, котрый, учитывая, что я сильно устал и выдохся, казалось, весил пол тонны. Я вздохнул с невероятным облегчением, как вдруг из темной части комнаты появился ствол ружья, и человек, всё ещё остававшийся в темноте, из-за чего я не видел его лица, тихим хриплым голосом произнес:
— Присядь ка, сынок…