Enooot

Летом я часто живу на даче. А по соседству со мной участок принадлежит какой-то бабке, вроде сумасшедшей, но не буйной. Целыми днями сидит на лавочке у себя перед домом и бормочет что-то под нос, так, что не разобрать.
Я как-то обратил внимание, когда мимо проходил, что она вроде гладит кого-то, кто на коленях сидит. Думал, кот - присмотрелся, а нету никого, просто руки над коленями держит так, будто придерживает кого-то, и одной рукой по воздуху гладит. Я тогда подумал, что наверное у нее был кот когда-то, вот она и привыкла, и когда задумывается, рука у неё привычные движения совершает, будто кот на коленях сидит. Ну, как у Булгакова, когда Йешуа догадался, что у Пилата есть собака, когда тот во время головной боли делал движения, будто гладил её.
А однажды ночью, когда я спал на даче, вот что случилось. Просыпаюсь от того, что рука лежит на чем-то шерстистом, лежавшим у меня под боком. Ну, я спросонья решил, что кот мой, погладил по привычке, но чувствую - шерсть слишком жесткая какая-то. И тут вспоминаю, что я на даче, а кот-то у меня в городе. Просыпаюсь, естественно, сразу же, но не дергаюсь, и быстро думаю - что делать. В голове тут же план созрел - быстро накрыть одеялом, что бы это ни было, и в окно выкинуть.
И только я первое движение сделал, как это что-то с кровати спрыгнуло и к двери метнулось. Я только краем глаза заметил силуэт, и что-то странное в движении его было. Я вскочил, дошел до двери, вижу, приоткрыта, и успокоился, решил, что просто дверь забыл закрыть вечером и какой-то кот забрел ко мне, а может собачка чья-нибудь.
Возвращаюсь, прохожу мимо окна, и вдруг прямо за ним вижу лицо бабки с соседнего участка. Я еще никогда её такой не видел, волосы седые распущены, на ветру развеваются, глаза огромные, и прямо на меня смотрит. И так страшно мне стало, я от окна отпрыгнул назад, а она бросилась на свой участок, огромными прыжками. Я еще долго успокоиться не мог, но лег и уснул в конце концов. И уже когда засыпал, тут до меня дошло, что странного было в том убегающем коте, или собаке, кто бы уж там не был - двигался он так, как будто бы не бежал, а катился по полу к двери.
Наутро проснулся, пошел за водой, прохожу мимо участка бабки, а она как всегда, сидит на лавочке, и под нос себе что-то бормочет, причесанная, тихая, как обычно. Я уж подумал, приснилось мне ночью, как она в безумном виде по участкам бегала. А поближе подхожу, и слышу, как она произносит, разборчиво совершенно, и рукой, как всегда, гладит что-то невидимое у себя на коленях:
— Что же ты, зачем ночью бегать меня за собой заставил, а? Зачем к парню ночью залез, вон как напугал его!
Меня аж в дрожь бросило, я едва сдержался, чтобы на бег не перейти.
Стал потом справки об этой бабке наводить, никто толком ничего не знает, кроме того, что она лет десять в психушке провела, а с тех пор, как выпустили, все сидит у себя перед домом на лавочке целыми днями.
И только однажды, день победы был, выпили мы с одним мужиком в возрасте, из поселка, и он рассказал мне, что бабка эта лет пятнадцать назад своего деда зарубила топором, и голову ему отрубила. И когда менты приехали, она сидела на той самой лавочке у себя перед домом, улыбалась, а отрубленную голову деда своего держала на коленях, и всё гладила и разговаривала с ней.

Не знаю, зачем я создаю этот трэд. Наверно, просто хочу рассказать это кому-то не боясь, что меня примут за психа. Нет, у меня есть друзья видевшие огни в небе и свет, просачивающийся через щели палатки, я слышал несколько таких историй.
Но когда я думаю, о том что увидел и услышал той ночью мне становится страшно. Я даже сейчас боюсь рассказывать об этом, боюсь оказаться непонятым.
Представь анон, тебе 9 лет и ты лежишь в постели. Спать не хочется, но приказано. Маешься. Смотришь на потолок и видишь на нем свет фар проезжающих машин. Час за часом. Сна нет. За стеной работает телевизор, потом умолкает. Тишина. Лето, жарко, постель пропиталась потом. Машин уже нет. Издалека доносится глухой барабанный стук. Медленный, мерный он приближается, становится громче. Его уже нельзя перепутать с биением сердца. К нему подключается… я не знаю, как описать этот звук… тихий стон десятков охрипших глоток, синхронный и меняющий модуляции, я даже букв не могу подобрать, что бы описать это, нет в русском языке таких звуков. Помню, меня тогда испугала не странность ситуации, не сам этот глухой и мощный звук, а его синхронность, то, как идеально он вписывался в барабанный бой.
Бум … стон, тянется, затихает Бум…
Бум … стон Бум …
В самом стоне не было боли или угрозы, горя или радости, он был чем-то вроде удара барабана, безжизненным инструментом.
Источник звука приближался. Помню, мне не было страшно, только любопытно.
Я слез с кровати, встал на четвереньки и приподнял голову над подоконником, чтобы увидеть улицу. В темноте освещенные только мигающим цветом желтых светофоров шли люди. Я видел силуэты мужчин и женщин, они шли обыкновенно, словно днем вышли на прогулку. Была странность – они строго соблюдали порядок строя, несколько человек в ряд, на расстоянии около метра. Я не видел их лиц из окна. Людей было очень много, гусеница растянулась на всю площадь – я видел, как ее голова растворилась в темноте улицы Ленина, а хвост так и не увидел.
В соседней комнате проснулась мать. Она подбежала ко мне стоящему у окна, схватила и повалила на пол, зажав мне рот. Именно тогда я испугался. Она лежала, шепча, обхватив меня, пока за окном стихали барабаны.
Мы так и не смогли заснуть той ночью.
Утром она сходила к соседке, своей подруге. Вернулась через несколько часов и сказала, чтобы я никому не говорил о том что видел или слышал этой ночью. Я спрашивал “Что это было?” несколько раз, она отделывалась от меня словами “Вырастешь – поймешь” и сильно при этом нервничала, когда я спросил ее об этом в последний раз, она избила меня, хотя до этого никогда не поднимала руку.
Сейчас она делает вид, что ничего не было.
Анон. Я вырос. И до сих пор ничего не понял.
Но с каждым годом вспоминать ту ночь мне становится все более некомфортно.