Durgulel

Durgulel

Не более 140 символов
на Пикабу
поставил 105 плюсов и 42 минуса
отредактировал 0 постов
проголосовал за 0 редактирований
51К рейтинг 712 подписчиков 1291 комментарий 153 поста 84 в горячем
59

Дзана

В советское время Лескен считался весьма зажиточным и самодостаточным селением.

В Лескене было две школы, два продуктовых магазина, хозмаг, клуб, библиотека, спортзал и любимое место мужчин - столовая.

В любом лескенском доме всегда имелась осетинская арака и закуска, но мужчины, когда им позволяли финансы, любили собирать друзей и идти в столовую выпивать русскую водку с международными шницелями и прочими общепитовскими антрекотами.

Как правило, делалось это по очереди.

Зулейхан и её муж Дзана жили весьма скромно.

Дети уже повзрослели и покинули отчий дом, поэтому пожилым только и оставалось делать, что вести небольшое хозяйство да ругаться по любому удобному поводу.

Дзана, что греха таить, любил выпить.

Он никогда не напивался до беспамятства, не устраивал пьяные дебоши, не валялся в грязи: выпивал, как все.

Но этот его небольшой порок сильно раздражал Зулейхан.

А когда Дзана просил на поход в столовую денег, то скандал стариков было слышно даже до набережной речки.

В тот день Дзана выглядел сильно озабоченным.

Была суббота, и он знал, что настала его очередь вести друзей в столовую.

Денег в кармане у него уже давно не было, а просить их у своей скандальной жены он боялся.

Тем более, что на его благородный порыв угостить друзей она бы всё равно ответила отказом.

Он присел на лавочку возле дома. Проходившая мимо почтальонша поздоровалась и передала ему газету.

С первой страницы газеты на Дзана грустными глазами смотрело бровастое лицо Л. И. Брежнева.

- На 76 году жизни скончался генеральный секретарь коммунистической партии советского союза Леонид Ильич Брежнев, - прочитал Дзана.

Прочитав, он хитро прищурил глаза, почесал бороду, улыбнулся и быстрым шагом забежал с газетой в руке домой.

- Жена, слышала? Брежнев умер, - сказал он с таким скорбным лицом, как будто потерял родного дядю.

Зулейхан прикрыла передником рот и стала причитать.

- Что делать, ума не приложу. Все мужчины Лескена собирают по 25 рублей на похороны, но я даже не знаю, сможем ли мы осилить такую сумму, - качая головой проговорил Дзана.

- Пойду скажу, что наш дом сдавать не будет. Стыдно, конечно, перед всем селом опозорюсь, но делать нечего.

Зулейхан хотя и была женщиной не сильно социально вовлеченной, но терять лицо из-за 25 рублей она не собиралась.

- Вот тебе 50 рублей, и пусть все знают, что наш дом не хуже других. Мы осетинские традиции не нарушаем никогда. Немедленно иди в сельсовет и сдай и за себя, и за меня! Так и скажи - Зулейхан хоть и женщина, но она советская женщина!

Дзана чуть не взвизгнул, когда в его руки перешли две фиолетовые купюры с головой Ленина, но сдержался, скорбно покачал головой и медленно вышел из дома.

Пятьдесят рублей в начале 80-х были солидной суммой, особенно в селе.

Мужчины два дня гуляли в столовой: пили, закусывали, а в перерывах пели песни. И только на третий день Зулейхан узнала о коварном обмане мужа.

Она затаила на него обиду и не разговаривала с ним целую неделю.

А Дзана только это и надо было.

Прошло какое-то время.

Снова наступила очередь Дзана накрывать столы в столовой.

Целыми днями он думал о том, где взять денег. Даже подумывал продать своего любимого ослика, но и этого он не смог бы сделать без одобрения сварливой жены.

Как-то в обед он стоял с мужчинами в центре села, курил и слушал нехитрые рассказы односельчан.

В это время откуда-то из-за горизонта стал появляться вертолёт и пролетел прямо над их головами, слегка оглушив своим рокотом.

- Эх, вот бы мне вертолёт! - мечтательно сказал один из мужчин, - я бы на нём в Чиколу летал и в Дигору, а может быть даже и в Орджоникидзе!

- А я бы на рыбалку в Аргуданский на нем летал, а то идти далеко, а форель там клюёт отлично, - проговорил другой.

- Да ну его! От него столько дыма. И солярку он жрёт, как танк! - возмутился третий.

Дзана хитро прищурил глаза, почесал бороду и медленно побрёл домой.

- Жена, я только что с собрания вернулся. С лучшими мужчинами села говорил. Отстали мы с тобой, старуха, отстали. Все в Лескене уже купили вертолёты, одни мы с тобой остались без вертолёта. Так стыдно было. Но что делать, у нас лишних двадцати рублей нет. Конечно, лучше бы взять вертолёт подороже, за 25 рублей, ну, да ладно… - трагично сообщил старик и задумчиво стал ковырять пальцем стол.

- Это что же за ветралёт такой? Что за животное такое? - осторожно поинтересовалась Зулейхан.

Старик махнул на неё рукой.

Зулейхан с минуту молчала, нервно теребя косынку, быстро зашла в комнату, вынесла оттуда 25 рублей и решительно сказала:

- Вот. Иди и купи самый лучший ветралёт! Мы порядочная семья. У нас всё будет, как у людей. Мы не хуже других! Но имей ввиду, в моём дворе этот ветралёт гадить не будет. Держи его от меня подальше!

Дзана с трудом сдержал радостный возглас, забрал деньги и ушёл за покупкой.

На самом деле он, конечно же, позвал друзей и отлично с ними посидел за богато накрытыми столами в столовой.

Зулейхан через какое-то время узнала про обман мужа, сильно на него обиделась и не разговаривала с ним больше недели.

Но Дзана только это и надо было.

А в Лескене до сих пор на вопрос - А на чём мы поедем? - отвечают, - На чём, на чём?! На вертолёте Дзана!

Однажды утром Дзана проснулся со странным чувством. Это было чувство вины.

Ему было стыдно за то, что он постоянно подтрунивал над женой. Он решил как-то загладить свою вину и сделал очень серьёзное заявление:

- Жена! Я часто обижал тебя в жизни. Прости меня за это. Хочу повиниться перед тобой, и в знак примирения бросаю пить прямо с этой минуты!

Зулейхан от неожиданности уронила фарфоровую чашку и та со звоном разлетелась на множество кусочков.

- Старик, уж не помирать ли ты собрался? - с тревогой в голосе спросила она и запричитали.

Дзана кое-как успокоил её и тем вечером действительно лёг спать абсолютно трезвым.

Прошла неделя.

На всех мероприятиях, которые проходили в Лескене Дзана решительно отказывался от алкоголя.

Подруги и просто соседки наперебой докладывали Зулейхан, что называется, сводки с полей:

- Твой муж не выпил там!

- Твой муж отказался пить на свадьбе!

- Твой муж даже не сел за стол у тех-то!

От такой информации с одной стороны сердце радовалось, но с другой стороны становилось тревожно на душе у Зулейхан:

- А вдруг у моего старика какой-то смертельный недуг, из-за которого он и бросил пить?

А Дзана уже не на шутку устал быть трезвенником. Его буквально колотило от трезвой жизни. И как назло всю неделю в Лескене проходили то свадьбы, то именины, то проводины, а ему приходилось их посещать и на потеху односельчан отказываться выпивать.

Рано утром соседка попросила Дзана нацедить из бочки трёхлитровый баллон араки для традиционного подношения на свадьбу.

Дзана взял из кладовки старый резиновый шланг и спустился в соседский подвал.

Он вытащил затычку из бочки, засунул шланг, сделал несколько энергичных втягиваний, и арака, весело журча, полилась в стеклянную тару.

Пока тара наполнялась, Дзана хитро прищурился, почесал бороду и улыбнулся.

Всю следующую неделю муж Зулейхан ходил по Лескену в отличном настроении.

Он посещал все мероприятия, продолжал отказываться от выпивки, но был весел, словоохотлив и улыбчив.

Его супруга уже перестала волноваться из-за неожиданно ставшего трезвенником мужа, но при случае пожаловалась соседкам во время вечерних посиделок, что Дзана почему-то сильно увлёкся охотой на мышей и крыс в подвале:

- Он на день может по несколько раз проверять в подвале свои капканы от мышей и крыс! И не ленится старик!

Соседки посмеялись над ней и объяснили, зачем её муж так часто ныряет в подвал:

- У него в кармане шланг. Он его в бочку с аракой засовывает и втихаря выпивает.

Очень обиделась на коварного мужа Зулейхан.

Устроила скандал, который был слышен даже на другом берегу речки.

Она отняла у Дзана шланг и не разговаривала с ним неделю.

А что же Дзана?

А Дзана лишь улыбался и почёсывал бороду, потому что ему только это и надо было.

#аланскиехроники

Показать полностью
42

Женская вражда

Организация, в которой числились Жанна Сергеевна и Алла Ивановна была государственной и занималась очень серьезными вопросами.

Жанна Сергеевна уже много лет возглавляла отдел хозяйственного обеспечения, а Алла Ивановна работала заместителем начальника юридического отдела.

Надо сказать, что женщины не любили друг друга.

Поговаривали, что Жанна когда-то водила шашни с мужем Аллы.

После нескольких открытых конфликтов, из-за которых они объяснялись в кабинете руководителя организации, война приняла тайный характер.

Анонимка, в которой осуждался моральный облик Жанны, несовместимый с государственной службой пришла, судя по штемпелю на конверте, из Ростова.

Начальник отдела кадров ознакомил обвиняемую с содержанием письма и сообщил руководителю, но тот запретил рассматривать анонимки, поэтому её просто порвали и выбросили в мусорную корзину.

Жанна сразу вычислила анонима.

Неделю назад Алла отправляла свою старшую дочь в Ростов на учёбу.

А двумя неделями ранее Жанна при всех унизила Аллу, обозвав её свиньёй из-за грязи и слоя пыли на рабочем столе.

- Больше некому! - решила она.

Жанна понимала, что месть - это блюдо, которое подают холодным, поэтому выждала почти месяц, после чего выпросила у подруги из кожно-венерологического диспансера фирменный бланок и написала на нём письмо.

В письме сухим официальным языком было написано, что Алла Ивановна болеет сифилисом в крайне заразной форме, и что нужно немедленно предпринимать меры по её изоляции в стенах специализированной больницы.

Начальник юридического отдела Валерий Николаевич уже три раза перечитал письмо.

Неожиданные венерические проблемы заместителя ввергали его в ужас.

Он вспомнил, что на свадьбе сына главбуха танцевал с ней, поэтому тут же нервно стал рассматривать свои руки. Ему казалось что руки необычного цвета и непривычно чешутся.

- Господи! Боже мой! Не хватало ещё на старости лет подцепить сифилис. Никто же мне не поверит, что у нас ничего с ней не было. Мы просто потанцевали. Один раз! Проклятая водка! Зачем я пил?! Был бы трезвый, ни за что бы не стал танцевать. Да я и танцевать-то не умею! Оооох... - сокрушался Валерий Николаевич, периодически почёсываясь.

Делать нечего.

Нужно было предпринимать срочные действия в отношении зараженной сотрудницы, а так же организовывать мероприятия по массовой проверке контактировавших с ней коллег.

- Что я жене скажу? - всплакнул юрист напоследок, взял себя в руки, вытер слезу и вызвал заместителя к себе в кабинет.

Алла Ивановна была в прекрасном настроении.

Наградив своего начальника лучезарнейшей улыбкой, она присела и приготовилась записывать.

Валерий Николаевич инстинктивно отодвинулся назад.

- Алла Ивановна, даже не знаю с чего начать, - пробормотал он, - знаете ли, письмо мы получили.

- Какое письмо? - всё ещё весело спросила она.

- Нехорошее...

Начальник отдела решил дальше не юлить, собрал волю в кулак, выпалил:

- У вас сифилис! Вот! - после чего ткнул указательным пальцем в край конверта с письмом, и письмо плавно доскользило до адресата.

Улыбка немедленно сошла с лица женщины. Она судорожно схватила конверт, дрожащими руками вытащила из него свёрнутый лист бумаги, расправила и быстро пробежалась испуганными глазами по напечатанному тексту.

У Аллы Ивановны всё внутри похолодело, глаза увлажнились, кончики пальцев стали неметь, а в голове путались мысли:

- Когда? Где же это я? Может в поликлинике, когда сдавала кровь? А может быть в кафе? Может муж? Точно! Мне девочки говорили, что у него кто-то есть. Убью! Убью гада!

- Вас придётся изолировать в больнице. Немедленно, - отрезал Валерий Николаевич.

Алла Ивановна заплакала.

Слёзы градом лились из глаз и падали на блокнот с заметками, отчего буквы на бумаге стали расплываться.

Неожиданно она перестала плакать, схватила письмо и, вытирая ладонью слёзы с глаз, уставилась на текст.

А ещё через несколько секунд захохотала, как безумная.

Валерий Николаевич открыл рот от удивления. Он был уверен, что его заместитель на фоне душевных страданий тронулась рассудком.

- Вы не расстраивайтесь так. Теперь всё лечится. Мы что-нибудь придумаем, - попытался успокоить сотрудника начальник.

Алла Ивановна окончательно пришла в себя, и уже с улыбкой объяснилась.

- Это Жанна подделала письмо. Больше некому! Вы подумайте, откуда у кожвена мои анализы?! Я же там никогда не была! Никогда!

Так как Валерий Николаевич когда-то служил в правоохранительных органах, то взял ещё раз письмо и набрал указанный там номер телефона исполнителя, убедился, что письмо поддельное и только тогда успокоился.

Гора упала с его плеч, но о происшествии он всё-таки доложил руководителю организации.

Руководитель сильно расстроился и даже хотел уволить Жанну Сергеевну, но, так как прямых доказательств против неё не было, ограничился общим собранием, на котором строго предупредил всех, что не допустит интриг и прочей разлагающей дисциплину дряни.

Алла Ивановна не спала много ночей.

Ей не давали покоя мысли о мести.

Что только она не придумала за это время: от банальной физической расправы до новой, более злобной анонимки, но уже в Москву в вышестоящую организацию.

Через три недели бессонных ночей она всё-таки приняла решение.

- Жанна Сергеевна, тут письмо, - сообщила в трубку сотрудница, - оно на ваше имя. Я могу занести?

Жанна разрешила его занести, выждала , пока сотрудница вышла и вскрыла конверт.

Внутри была фотография, на которой обнажённая фигура женщины с головой Жанны возлежала с обнажённым неизвестным мужчиной.

Подделка была очень грубой, поэтому Жанна даже не разозлилась, а просто порвала на мелкие кусочки и конверт, и фотографию.

Но такое же письмо получил руководитель организации и устроил страшный скандал, вызвав «развратницу» на ковёр.

«Развратница» объявила себя невиноватой и обвинила в дешёвом подлоге Аллу Ивановну, которая, впрочем, сделав невинные глаза, отрицала все поползновения в свой адрес.

Руководитель в очередной раз потребовал прекратить и угрожал уволить обеих.

Когда они выходили из кабинета руководителя, Жанна зло шепнула Алле:

- Ты, сучка, пожалеешь, что связалась со мной!

На что та ответила:

- Это мы ещё посмотрим! Сдохни, тварь!

Весь коллектив знал, что Алла Ивановна не пила алкоголь.

Дело в том, что раньше она сильно злоупотребляла, что называется, бухала по чёрному, устраивая на фоне алкогольного опьянения жуткие скандалы, но её вылечили.

И теперь она числилась ярой трезвенницей, а вместо алкоголя стала в большом количестве употреблять лимонад и прочие шипучие фруктовые напитки.

Именно в эту болевую точку и решила нанести удар Жанна Сергеевна.

Она задержалась на работе, пробралась в кабинет к юристам, аккуратно вскрыла две бутылки лимонада, стоявшие в холодильнике, отпила из них, добавила туда по пятьдесят граммов спирта и аккуратно обратно закрыла.

С утра в государственном учреждении всё было как всегда.

Все пили утренний кофе, чесали языками и пытались начинать работать.

Жанна Сергеевна знала это, поэтому спокойно выжидала.

Первые крики раздались ближе к концу обеденного перерыва.

- Где эта тварь?! Где эта Шмара Сергеевна?! Убью! - кричала Алла Ивановна.

Она ворвалась в кабинет Жанны Сергеевны, раскидала стулья во все стороны, добралась до неё и вцепилась в волосы.

Женские крики усилились.

Их пытались разнять, но безрезультатно.

Вырвав друг у друга по внушительному клоку волос, женщины стали бросаться подручными предметами.

Выбили стёкла в окнах и в шкафах.

Разбили графин со стаканами дыроколом.

В конце концов прибежала охрана и развела бойцов по углам.

Информацию о пьяном дебоше довели до руководителя.

В этот раз он не стал больше предупреждать и уволил обеих, чтобы они не разлагали коллектив, потому что, как он сказал: дисциплина на работе важнее даже самой работы.

#аланскиехроники

Показать полностью
68

Везение

Было время, когда я владел хорошим немецким внедорожником.

Внедорожник был подержанным, но в отличном состоянии как внешне, так и внутренне.

Не скажу, что я тогда был богатым, скорее, не сильно мудрым - машину покупал на все имеющиеся деньги.

- С другой стороны, жизнь коротка! - рассуждал я, - поэтому, если выпадает возможность, то нужно получать от неё удовольствие.

Нечего и говорить, что я просто обожал свою красавицу: сдувал с неё пылинки, полировал царапинки, менял масло не через 15 тысяч километров, а через 8 тысяч, каждый месяц загонял её на яму и вместе с мастером внимательнейшим образом осматривал днище.

Короче говоря, сходил с ума от счастья обладания.

В тот день я поехал на рынок, чтобы накупить продуктов на неделю.

Набрав целый багажник съестного, я выехал с территории рынка, проехал пару сотен метров и остановился на светофоре.

Через секунду в меня кто-то с грохотом врезался.

Холодный пот мгновенно выделился на поверхности всего тела.

Я не мог поверить, что моя красавица больше не «небитая и некрашеная».

С дрожащими коленями я подошёл к повреждённой корме.

На корме висел развороченный нос ржавой «шестёрки».

Из «шестёрки» вышла девушка с ребёнком, а затем медленно выполз испуганный молодой человек.

- Как же так? Я же не хотел... как же... - сокрушался он.

Мне очень хотелось ударить его. Было до слёз обидно.

Но в это время ребёнок захныкал:

- Папа, дядя тебя набьёт? Он такой большой. А ты ему машинку поломал...

Я повернулся в сторону мальчика и убрал с лица зверское выражение:

- Не бойся. Твой папа не хотел. Он же случайно.

Ещё раз осмотрев повреждения, я протянул руку инициатору ДТП:

- Алан меня зовут.

- Славик. Славик из Суадага я. Меня там все знают.

- Давай звонить страховщикам. Доставай страховку, - попросил я.

Молодой человек побледнел:

- Нет страховки. Хотел сделать. Завтра. А тут, вот...

Мне снова захотелось его ударить. Видимо, глаза выдали моё желание, потому что он вжал голову в плечи.

- Я на тормоз нажал и сцепление выжал, а тут ребёнок прыгнул ко мне с заднего сиденья. Я ноги отпустил, машина и дёрнулась вперёд... - он показал глазами на развороченный бампер, - и заглохла.

- Денег у тебя, как я понял, тоже нет?

- Щас нет. Но через месяц будут! Поехали к мастеру. Мастер оценит, а я привезу деньги. Позже. Через месяц. Честное слово!

Я уже слегка остыл и почти перестал злиться. Мне даже стало его жаль.

- Мододая семья. Наверняка живут на подсосе. Денег хватает только на самое необходимое. Родители стараются им помочь, но он гордый, и от помощи отказывается. Только иногда ребёнка разрешает оставлять на попечение бабушек и дедушек.

Жена иногда грустно вздыхает и сожалеет, что нет денег на премьеру в театре, а он слушает это, кусает губу и думает про себя:

- Я смогу. Вот завтра же найду хорошего заказчика и заработаю кучу денег. Заработаю, и мы уедем в Турцию! И я куплю тебе в Турции золотые серёжки и браслет, и кольцо с бриллиантом! - подумал я.

От выдуманной истории у меня к горлу подступил ком.

Я был уверен, что денег от нарушителя уже не увижу, поэтому, что называется, смирился с потерей и с улыбкой попрощался с ним, как мне тогда показалось, навсегда.

Прошёл какой-то месяц.

Я уже забыл про происшествие, машину мне давно починили за пол сотни тысяч рублей, как неожиданно раздался звонок телефона.

На экране светилось «Славик из Суадага».

Мы поговорили с минуту и договорились встретиться на Владикавказском планетарии.

Возле планетария стояла изрядно потрёпанная «Ока» белого цвета.

Рядом с ноги на ногу переминался Славик и держал за руку своего сына.

Я подошёл к ним и поздоровался с обоими.

- Алан, я ещё раз прошу меня простить. Теперь ещё и за задержку с деньгами. Зарплату выдали на неделю позже. Вот, тут двадцать тысяч. Через месяц привезу ещё столько же, - сказал Славик и протянул мне деньги.

Я забрал купюры, подмигнул мальчику, отсчитал пятнадцать тысяч, остальное вернул.

- Значит так. Мне привезли новый бампер из Грузии за восемь тысяч. Снять, покрасить, поставить - ещё шесть тысяч. И тысяча рублей за мой моральный ущерб, - не моргнув соврал я.

- Но... но я узнавал! Это... это стоит не меньше сорока! - пробормотал потрясённый Славик.

- Повезло, значит. Ладно. Пусть Уасгерги помогает тебе! - попрощался я и, оставив его с приоткрытым ртом, уехал в сторону центра Владикавказа.

А внедорожник я чуть позже продал, так как срочно понадобились деньги.

И знаете что, я первый раз в жизни продал машину дороже, чем покупал.

Гораздо дороже.

Повезло, значит...

#аланскиехроники

Показать полностью
229

Не свинья

В Ирафском районе нашей Республики уже почти пол века ходит байка про Хасана - поедателя хинкалей.

На выезде из Чиколы (районный центр) с 70-х годов прошлого века работала микро-хинканльная.

Внутри стояло лишь два столика и один повар.

Однажды, когда уже подвыпившие чиколинские ребята заспорили с Хасаном на предмет количества хинкалей, которые он сможет съесть за один присест, появился богатый спонсор, готовый платить за еду.

Он даже пообещал целого барана и богатую поляну победителю, если проиграет спор.

Вся группа выдвинулась на окраину районного центра.

Повар сказал, что без предварительной оплаты столько хинкалей варить на станет.

Спонсор внёс в кассу необходимую сумму, и работа закипела.

Хасан потребовал, чтобы хинкали подавали порциями по двадцать штук.

Поедание закипело тоже.

Когда уже было съедено 99 хинкалей, и на тарелке сиротливо лежал последний из сотни, Хасан вытер губы, погладил выдающийся живот, улыбнулся и сказал:

- Уф!

- Чи уф? Бафшес дæ? (Что уф? Наелся?) - спросил кто-то из толпы.

- Нæ. Бафалладдæн. (Нет. Устал.) - ответил поедатель хинкалей.

Болельщики стали кричать, чтобы он доел последний хинкал для победы в споре, но Хасан ещё рад погладил свой живот, добродушно ответил:

- Эээ! Уæхуæдтæ бахуæретæ уæ фус. Æз ба уин хуй нæ дæн, сæдæ хинкъали хуæрунмæ! (Эээ! Сами съешьте своего барана. А я вам не свинья, чтобы сто хинкалей есть!) - и, тяжело выкатившись из помещения, вразвалочку медленно побрёл домой.

819

Художник

В конце пятого класса в нашей школе поменялся учитель рисования.

Если быть точнее, то направленная в Лескен по распределению учительница сбежала с молодым кабардинцем, поэтому директору школы ничего не оставалось, как уговорить местного художника-самородка Ахсара поработать учителем.

Надо сказать, что рисовал я плохо.

Наш новый учитель только и делал, что пытался меня научить разным тонкостям искусства, но всякий раз разочаровывался, потому как то, что я рисовал, смотрелось всегда чудовищно.

Так как Ахсар с большим уважением относился к моим родителям и не хотел портить плохой оценкой журнал, где по остальным предметам я был круглым отличником, он предложил нарисовать, конечно же, под его руководством, картину «Олег Кошевой останавливает обезумевших от страха коней».

Чтобы было легче работать над произведением, учитель набросал карандашом всю композицию, и мне оставалось лишь аккуратно собрать все линии воедино и добавить цвета.

Я несколько вечеров мучился над лицом Кошевого и мордами коней.

Я размышлял следующим образом: раз кони обезумели, то морды у них должны соответствовать состоянию, а у Олега лицо так же должно быть перекошенным от страха.

С конями я вопрос решил так: раздуть им ноздри, гипертрофировать морды и нарисовать выразительные глаза.

С глазами я промучился дольше всего.

Дело в том, что лошадиные глаза никак не передавали степень переживания животных, поэтому я нарисовал коням полные ужаса человеческие глаза.

Лицо же Кошевого получилось страшным не столько благодаря моему таланту, а, скорее, вопреки.

Когда я показал эскиз рисунка своему лучшему другу и попросил его честно сказать, испытывает ли он ужас, глядя на мою картину, тот уверенно ответил, что испытывает очень сильный страх.

Ещё через пару дней картина была готова, и я с гордостью вручил её учителю.

Учитель долго смотрел на произведение и периодически вздрагивал.

Затем он подошёл ко мне, погладил по голове и по-отечески сказал:

- Ничего, ничего, мой мальчик! Я слышал, что ты хорошо разбираешься в математике...

Тем же вечером Ахсар зашёл к нам домой.

Когда они уже с отцом выпили тост за наши семьи, учитель вытащил из своей сумки мой рисунок и со словами:

- Я думаю, что он должен остаться у вас, - передал его моей маме.

Мама несколько секунд смотрела на рисунок, затем прыснула, согнулась и почти минуту смеялась со слезами на глазах.

Отец повертел моё произведение и задумчиво покачал головой:

- Ну, Ахсар, мальчик явно тяготеет к точным наукам. Ты уж не обессудь, - после чего выпил не чокаясь и передал рисунок бабушке.

Бабушка не сразу оценила масштаб гения своего внука, но, подойдя ближе к свету люстры, в ужасе воскликнула:

- Аллах, Аллах! - после чего прочитала какую-то молитву на арабском, в которой, как мне показалось, умоляла Всевышнего простить меня за изображение на бумаге мерзкого шайтана и его приспешников.

Ещё через секунду бабушка смяла рисунок, открыла дверцу нашей дровяной печи и бросила его в пылающий огонь.

Ахсар поставил мне тогда пятёрку, но ни разу больше не предлагал рисовать одушевлённые предметы.

Откровенно признаться, я и сам тогда понял, что гуманитарий из меня хреновый, поэтому решил всецело посвятить себя точным наукам.

О чём теперь ни разу не жалею.


#аланскиехроники

Показать полностью
73

Недоразумение

Есть у осетин древняя традиция: знакомиться друг с другом во время застолий.

Происходит это так: тамада встаёт, произносит длинный красивый тост за благополучие и процветание всех присутствующих, представляется сам и передаёт эстафету остальным.

Соотвественно, тоже по традиции, в шахматном порядке участники пиршества встают, произносят красивые, но уже короткие тосты за процветание и благополучие и говорят своё имя и фамилию.

На одном мероприятии в славном селении Ногир, а славный он своими прекрасными жителями и самым большим количеством олимпийских чемпионов на душу населения, тамада запустил тост за знакомство.

Всё проходило обыденно, в шахматном порядке.

Когда тост дошёл до середины стола, встал очень колоритный мужчина, произнёс тост и представился:

- Меня зовут Тузик Иванов (фамилия изменена). Дай Бог всем нам благополучия и процветания!

Никто из присутствующих не повёл даже бровью, хотя имя мужчины располагало к определённой реакции.

По прошествии десяти или пятнадцати тостов народ, что называется, подобрел.

Начались разговоры про политику и футбол. Некоторые рассказывали довольно скабрёзные анекдоты.

Тузик с пеной у рта доказывал сидящему напротив собеседнику по имени Цезарь, что если бы в 1943 году союзники не открыли второй фронт, то не известно еще, как и когда бы закончилась война.

Его оппонент пытался возразить ему, и в пылу спора прокричал:

- Шарик! Послушай, Шарик! Ты не понимаешь, что союзники...

Дальше он не смог договорить, так как Тузик с криком:

- Ах, ты салат йобаный! - бросил в него обглоданную бедренную кость барана и попал ему прямо в лоб.

Началась заваруха.

В драку вмешались сельчане по имени Рузвельт и Сталин и разняли оппонентов, а позже и вовсе помирили.

Потом люди говорили, что мужчины повздорили из-за несовпадения политических взглядов и ложных интерпретаций современной истории.

Такие дела.

#аланскиехроники

Показать полностью
521

Случай на Сардинии

Совершенно случайно я попал однажды на Сардинию - это такой остров в составе Италии, жители которого сильно обижаются, если их называть итальянцами.

Поселились мы с супругой в небольшом домике в маленькой деревне на берегу Средиземного моря.

В домике рядом с нами поселилась семья из Германии.

Соседи оказались очень милыми и общительными людьми.

Тем же вечером, как и положено по древним дигорским традициям, я пригласил немцев на ужин в небольшую кафешку (она была единственной в нашей деревне), чтобы, так сказать, поближе познакомиться и закрепить алкоголем дружбу народов.

Ужин прошёл замечательно.

Мы пили вкусное местное красное сухое вино, ели свежепойманных лангустинов и вели орально-рукальную беседу, так как хуже моего немецкого был только их русский.

Когда мы уже расправились с десертом, я, как и принято в Осетии, ещё раз у всех спросил:

- Может быть кто-то ещё что-то хочет заказать? - и, получив отрицательный ответ, попросил у официанта счёт.

Официант уточнил: счёт подавать раздельный или общий.

- Конечно общий и мне! - воскликнул я, недоуменно покачав нетрезвой головой.

Немец решительно остановил официанта, тоже покачал головой и попросил принести счёт, но раздельный.

Я стал на русско-немецко-рукальном объяснять, что у нас так не принято, и что платит тот, кто приглашает.

Но мой сосед твёрдо говорил «Найн!» и мотал головой, как ретивый конь.

К процессу улаживания конфликта подключилась моя супруга.

Предварительно шепнув на ухо:

- Алан, остановись. Видишь, люди не понимают. У них так принято! - она закивала головой и несколько раз сказала «Ок».

Изрядная доза алкоголя немедленно вытянула из глубин моей генетической памяти древние осетинские традиции.

Я отчётливо увидел старика с длинной седой бородой, сидевшего на уступе горной скалы.

Старик зло сдвинул брови и погрозил мне кривым указательным пальцем:

- Смотри мне! Не опозорься! Ты же горец! Ты гостеприимен! Ух, биллядь!

- Найн! - почему-то на немецком громко сказал я, - вы мои гости, поэтому плачу я!

Немец поджал губы и нервно кинул на стол салфетку.

Он быстро встал, помог встать своей супруге и, бросив в нашу сторону злой взгляд, сказал «Шайзе!», после чего пара быстро удалилась.

- Хуяйзе! - ответил я и с улыбкой помахал им вслед.

Я торжествовал.

Я чувствовал себя последним апологетом осетинских традиций на Земле.

Я спас репутацию и не дал попрать устои.

Старик на скале снова привиделся мне.

Он улыбался и одобрительно кивал головой, приговаривая:

- Маладес, биллядь!

Той ночью я хорошо спал.

Мне снились горы, альпийские луга, усеянные цветами, белые барашки, мирно пасущиеся в зелёной травке, кружащие в синем небе величественные орлы, тур, гордо стоявший на выступе скалы и легкие порывы тёплого ветра, которые я чувствовал на своём лице.

Прямо перед моим пробуждением тур на скале нахмурился, затем наклонился, его шея стала растягиваться, пока голова с завитыми рогами не приблизилась ко мне на расстояние плевка.

Голова проблеяла, фыркнула и очень громко крикнула:

- Шайзеееееееее!

Я подскочил в кровати и проснулся.

На трезвую голову случившееся накануне вечером казалось мне уже не таким радостным событием.

Я, конечно, сохранил традиции и всё такое, но обидел милых людей, рядом с которыми нам жить ещё две недели.

Нужно было как-то уладить недоразумение.

Соседи сидели на веранде и пили кофе.

Я улыбнулся, помахал рукой и сказал «гутен морген».

Немцы посмотрели в мою сторону и буркнули «морген».

- Хабен зи копфшмерцен? (Не болит ли у вас голова?) - спросил я зачем-то.

- Сосед немного поморщился, потёр висок и уже более участливо ответил по-русски:

- Эээ, чут-чут!

- А я прям нормально! Гут вино тут делают. Цуфиль мы вчера, конечно, но ничего, - поддержал я разговор.

В это время из дома вышла моя супруга и поздоровалась.

Супруга соседа кивнула в ответ и предложила нам отведать с ними по чашечке кофе.

- Не будем их опять обижать. Пойдём, - шепнула супруга.

От выпитой чашки кофе у меня стала болеть голова.

Я поморщился и потёр висок.

- На я. Цуфиль, - понимающе сказал немец, встал из-за стола, достал из шкафа бутылку вина и, невзирая на протестующие взгляды супруги, начал её откупоривать.

- Не смей пить с утра! - шипела моя супруга.

- Ты что?! Нельзя обижать их отказом. Нужно уважать их традиции, - ответил я.

Через пол часа женщины ушли на пляж, а мы допивали уже вторую бутылку.

В ходе утреннего международного алкосаммита мы пришли с немцем к консенсусу: приглашать на ужин по очереди, приглашающий платит по счёту.

А ещё, несмотря на возмущение наших супруг, мы создали новую традицию - начинать утро с бутылки хорошего красного сухого вина.

Отличные две недели мы провели, скажу я вам.

Правда, по приезде домой, немного побаливало в области печени, но это такая мелочь...

#аланскиехроники

Показать полностью
24

Бонивур

Все знают, что в Лескене живут удивительно добрые и отзывчивые люди, но даже им не чужды человеческие слабости.

Лескенцы очень любят устраивать розыгрыши.

Причём, розыгрыши, организованные стихийно, со сто процентной импровизацией.

Ну и, конечно же, розыгрыши никогда не бывают жестокими, потому что жители Лескена любят людей больше, чем розыгрыши.

Как-то у нашего соседа Виталика родился внук.

Все очень обрадовались этому событию, а новоиспеченный дедушка объявил, что в ближайшую субботу намечает закатить по этому замечательному поводу торжественное застолье с жертвенным бараном, поэтому просит своих дорогих соседей помочь ему в этом благородном деле.

Все, конечно же, с удовольствием согласились и распределили между собой обязанности.

Намеченным субботним утром мы собрались возле дома Виталика, пообщались на разные темы - от футбола до безобразного поведения НАТО возле наших суверенных границ, после чего приступили к работе.

Жертвенного барана зарезали и уже хотели его освежевать и разделать по строго определенному порядку.

Как раз это время к нам подошёл Славик, житель из верхней части Лескена.

Славик поздоровался со всеми, после чего приступил к раздаче «ценнейших» указаний в области правильного разделывания туши барана.

Славик работал бухгалтером при администрации села, поэтому считал себя высокоинтеллектуальным человеком, и частенько пытался подтрунивать над своими односельчанами.

Это дело получалось у него крайне неуклюже, но он упорно продолжал умничать при любом удобном случае, становясь каждый раз объектом издевательств со стороны «менее интеллектуальных» мужчин.

Когда Славик окончательно утомил всех своими советами, Сослан, который собирался разделать тушу, бросил нож и с улыбкой предложил:

- Славик, не принято, конечно, заставлять гостей помогать, но я очень хочу посмотреть, как ты мастерски разделаешь барана. Очень тебя прошу, покажи. Не откажи. Преподай нам всем урок!

Славик замолчал.

Он был сильно расстроен просьбой Сослана, так как ещё никогда в своей жизни не разделывал барана самостоятельно.

Но деваться было некуда, поэтому он нервно докурил, засучил рукава и напряжённо стал вспоминать последовательность действий.

На толстую ветку яблони заранее был приделан металлический крюк, к которому намеревались подвесить тушу барана.

Славик знал это, но не мог вспомнить как вешать тушу: за переднюю или за заднюю ногу.

Все с интересом наблюдали за высокоинтеллектуальными терзаниями бухгалтера.

А Сослан даже присел и закурил папиросу.

В огород, где всё и происходило, зашёл свежеиспечённый дедушка и поздоровался с гостем.

Смущенный Славик наклонился к его уху и шёпотом спросил:

- Виталий, подскажи ради Бога, за какую ногу нужно вешать тушу? Не дай мне опозориться.

Виталик удивился и искренне ответил:

- Да за какую хочешь. Нет никакой разницы.

Ещё через несколько секунд баран был подвешен за правую переднюю ногу, что ввергло всех в состояние дикого хохота.

Сослан затушил папиросу, медленно встал, развёл руки в стороны и громко спросил:

- Да простит меня Всевышний, но ты зачем подвесил барана, как Бонивура? Пытать его собрался? Его нужно просто разделать.

Славик зло посмотрел на Виталика.

Виталик, вытирая слёзы, выступившие у него из глаз от смеха, пожал плечами:

- Я имел ввиду левую или правую ногу. Заднюю, конечно же, - и снова закатился от смеха.

После этого случая Славику дали прозвище «бухгалтер Бонивур».

Славик тогда молчал снёс издевательства, но затаил на нас глубокую обиду, в надежде когда-нибудь жестоко отомстить.

После этого случая прошло пару месяцев.

Лескен утопал в зелени, а жители страдали от летнего зноя.

Уже несколько недель не было дождя.

Личные огороды и совхозные поля очень нуждались во влаге.

Лескенцы люди не сильно суеверные, но считают, что лишний раз взмолиться Всевышнему и попросить у него немного воды с небес никогда не помешает, поэтому старшие соседи на вечерних посиделках постановили организовать в ближайшую субботу небольшой, человек на тридцать, пир и бросили жребий, в чьём доме он пройдёт.

Жребий, в форме короткой спички, вытянул Сослан.

Мы все скинулись, купили упитанного барана, необходимые продукты и выпивку.

Уже с самого утра субботы в доме Сослана кипели котлы с мясом, пеклись вкусные осетинские пироги с начинкой и без начинки, нарезались овощи и фрукты, а все соседские холодильники были забиты бутылками с водой и водкой.

На задний двор, там где разделали барана и варилось мясо в котлах, незаметно зашёл Славик - «бухгалтер Бонивур».

Он встал рядом с мальчиком, который смолил баранью голову, грубо его окликнул:

- Ну-ка, брось пока и иди сбегай за сигаретами! - и передал мальчику деньги.

Через мгновенье мальчик убежал.

Славик воровато огляделся вокруг, посмотрел даже, нет ли кого в сарае и за забором.

Никого не было.

Убедившись, что всё чисто, он достал перочинный ножик, отрезал у головы жертвенного барана правое ухо и бросил собаке, которая тут же его проглотила не пережёвывая.

Бухгалтер потёр руки, приговаривая «я вам покажу!» и, очень довольный собой, вернулся во двор, где уже собирались гости.

Когда мальчик передал Славику сигареты и вернулся на рабочее место, то обнаружил там испорченную голову и собаку, которая облизывала её в месте ампутации уха.

Мальчик решил, что это собака откусила ухо и зло пнул животное ногой.

Та заскулила и убежала за сарай.

Сослан грустно стоял возле одноухой головы и перебирал между пальцами разделочный нож.

- Бонивур! Больше некому. Ну, подожди. Ты у меня попляшешь! - воскликнул хозяин дома.

Делать нечего.

На торжественном застолье голова жертвенного животного должна быть с двумя ушами, поэтому нам пришлось срочно покупать ещё одного барана и максимально быстро его разделать.

Не смотря на непредвиденные осложнения, столы были накрыты и готовы принять гостей вовремя.

Пиршество началось.

Славик был довольно тучным мужчиной. Из-за жары он потел, постоянно доставал из бокового кармана платок и вытирал им лицо.

Особенно сильно он потел, когда выпивал очередной тост с подогретой аракой.

Сослан отрезал второе ухо у одноухой головы, выждал удобный момент, подговорил мальчика, и тот незаметно закинул отрезанное ухо в боковой карман бухгалтера, где лежал мокрый от пота платок.

В самый разгар застолья, когда все уже немного подвыпили, Славик засмеялся и привлёк к себе внимание гостей:

- Что это за улица такая! Не смогли даже ухо у головы жертвенного барана уберечь от собак! Представляете, какая-то паршивая собака откусила ухо! Ахахаха!

От смеха и алкоголя Славик сильно вспотел.

Он залез в карман, достал оттуда платок вместе с ухом и стал вытирать им потное лицо.

Ухо предательски шлёпнулось на его тарелку.

Сослан встал из-за стола, поднял брови, скривил губы, развёл в стороны руки и ироничнейшим тоном проговорил каждое слово:

- Славик, а ты очень к себе несправедлив. Не могу с тобой согласиться. И вовсе ты не паршивая собака!

Ещё через мгновенье весь стол стал хохотать.

Посрамлённый бухгалтер нервно выскочил из-за стола и, проговаривая проклятия, выбежал на улицу.

Новую кличку Славику из-за этого случая не дали, потому что лескенцы удивительно добрые и отзывчивые люди, да и «паршивая собака» звучит слишком обидно.

А дождь, к слову, пошёл той же ночью и шёл три дня и три ночи...

#аланскиехроники

Показать полностью
34

Квартира

В конце осени того года родители Сергея срочно уехали на три месяца куда-то за границу и оставили замечательную трёхкомнатную квартиру на попечение сына.

Сын был нашим близким другом и постоянным собутыльником, поэтому эта квартира немедленно стала пристанищем, форпостом, ковчегом, короче говоря, местом, где мы с удовольствием собирались почти каждый день и весело проводили время.

Ближе к Новому Году мы всей компанией решили провести весёлый праздник у Сергея. Сергей, впрочем, не был против, а даже обрадовался этому.

Квартира, опрометчиво брошенная родителями на нашего друга, была в девятиэтажном доме, недалеко от центра Владикавказа.

Рядом с этим домом расположился первый в городе круглосуточный продовольственный базарчик, в котором в любое время суток можно было купить еду и выпивку.

Именно в этом базарчике утром 31 декабря мы всё и купили для предстоящего застолья, и уже после обеда, по всем осетинским традициям, взмолились с тремя пирогами, приступив к началу празднования Нового Года.


Когда стемнело, мы все уже ощутимо подвыпили.

Нас с непреодолимой силой потянуло танцевать.

Громкая музыка начала вгонять в резонанс несколько этажей панельного дома.

Стучали снизу, сбоку и даже кричали откуда-то из подъезда.

Но нам было весело и пофигу.

В какой-то момент наш стол заметно обеднел, и я решил пополнить запасы съестного и алкоголя.

Вместе с хозяином квартиры мы вышли из дома и пошли на базарчик.

Затарившись там всем необходимым, мы остановились напротив дома, ожидая зелёный сигнал светофора.

- Это что такое?! Какого хрена там происходит?! - воскликнул Сергей и указал пальцем на окно своей квартиры.

Из окна грациозно высунулась женская фигура. Фигура шаталась и кричала, что выпрыгнет.

Мы добежали до подъезда, быстро преодолели несколько лестничных пролётов и ворвались в квартиру.

Девушка нашего друга Заурбека по имени Света стояла одной ногой на подоконнике, держалась рукой за оконную раму и громко рыдала, угрожая покончить с собой, если Заурбек не сделает ей предложение прямо здесь и сейчас.

Она сильно перебрала спиртное.

Заурбек тоже был нетрезв, поэтому к требованиям своей девушки относился крайне скептически.

- Тыччо делаешь, дура? Слезай давай! Щас грохнешься и Новый Год нам испортишь! - возмущался он.

- Ты такой гад! Я же люблю... любила тебя! А ты вот так вот, да?! - продолжала рыдать Света.

- Да успоккойся ты! Женюсь я на тте. Только не щас. Через три года.

- Почему так долго? - удивилась она.

- Потому что у меня пока денег мало. Да у меня их вааще нет! Заработаю и тогда женюсь. Слезай уже давай. Не дури!

Девушка неуверенно поставила вторую ногу на подоконник.

Прямо во время её всхлипа сопливым носом нога соскользнула с подоконника и нижняя половина Светы вывалилась на улицу.

Света отчаянно зацепилась обеими руками за раму.

Глаза у неё расширились до размеров чайных блюдец.

- Помогите... - тихо попросила она.

Мы вышли из оцепенения, бросились к ней и быстро затащили её всю целиком в квартиру.

Протрезвели все.

Адреналин уничтожил весь алкоголь, непосильным трудом выпитый нами за несколько часов.

- Прости меня, Заурбек. Пожалуйста. Я такая дура. Ребята, и вы меня простите. Чуть праздник не испортила всем, - извинилась Света.

На Свету тогда никто не обиделся, потому что все остались живы, а всё другое не имело никакого значения.

Заурбек со Светой собрались, попрощались со всеми и ушли.

Так как теперь мы стали до безобразия трезвыми, то решили немедленно это дело поправить.

Рома вызвался быть тамадой и приказал незамедлительно наполнить бокалы и выпить за наше благополучие.

Бокалы сошлись на середине стола и раздался многоголосый звон.

Сразу после хрустального звона из прихожей донёсся звук дверного звонка.

Мы опрокинули бокалы, после чего я вышел посмотреть, кто же это к нам пожаловал в столь поздний час.

На пороге стоял огромный Дед Мороз с натурально красным носом, а рядом с ним, пошатываясь, улыбалась Снегурочка не первой свежести.

- С Новым Годом вас, детишки! С новым счастьем! - нетвёрдо прокричал дедушка, затем отодвинул меня в сторону и уверенно направился в сторону застолья.

- Проходите и вы, мадемуазель, - предложил я Снегурочке и закрыл за ними дверь.

Все с огромным воодушевлением встретили сказочных персонажей, а Рома немедленно приказал подать им встречные бокалы.

Дед басом попросил «водочки» в «бокальчик» «с горочкой», а его внучка скромно взяла «рюмочку» «коньячку».

Дед Мороз зарядил длинный тост без определённого содержания, затем попытался выпить его, но не попал себе в рот из-за бороды и лишь намочил её.

Затем он приподнял накладную бороду до уровня лба и так опрокинул свой бокал.

Зрелище было очень смешное.

Выпив, дедушка вернул бороду на место, а Снегурочка завозилась с бенгальским огнём, но всё таки зажгла его и с криком «С Новым Годом!» взмахнула им, словно фея.

На пути взмаха феи оказалась хорошенько орошённая водкой борода дедушки и немедленно вспыхнула ярким новогодним пламенем.

Но дедушка не растерялся.

Уверенным движением он сдёрнул с себя полыхающую накладку и отбросил её от себя в сторону лоджии прямо под занавески.

Занавески тут же поддержали порыв бороды и тоже загорелись.

Мы всей компанией сидели и молча наблюдали за происходящим.

Снегурочка схватила бутылку с шампанским и залила содержимым и бороду и занавески, ликвидировав таким образом очаг возгорания.

Безбородый Дед Мороз печально посмотрел на дымящийся аксессуар, сам налил себе ещё один бокал водки, уже беспрепятственно его выпил, забрал свою внучку под ручку и они молча ушли из квартиры.

Мы тупо смотрели на закрытую дверь минуты две. Затем Рома поднял с пола залитую шампанским бороду, брезгливо выбросил её прямо с окна и приказал всем продолжать застолье.

Через час с небольшим наша компания снова пустилась в пляс под громкую музыку.

Соседи, видимо, смирились или тоже уже напились, поэтому стуки и недовольные крики с их стороны прекратились.

А между тем, до Нового Года оставались какие-то минуты.

- Щас я вам такой сюрприз устрою, что вы все просто охренеете! - сказал Сергей и, слегка шатаясь, направился в сторону вешалки.

Он принёс ракетницу и зарядил её патроном.

- Я вчера её у прапора одного купил за ящик водки. Ракета будет офигительная, красная, - уточнил он.

Мы все вышли из комнаты в застеклённую лоджию, чтобы произвести запуск сигнальной ракеты.

Ровно в 0.00 минут со всех концов Владикавказа зазвучала стрельба из разных видов стрелкового оружия.

Сергей медлил:

- Ща у всех патроны закончатся, и потом я бахну! Прикиньте: тишина - и бабах! Красиво будет! Главное ракетницу под правильным углом держать!

Через несколько минут канонада стихла.

- Пора! - сказал Сергей и высунул руку с ракетницей в открытое окно. Его слегка качнуло, отчего ракетницу задрало вверх.

Прозвучал выстрел.

Ракета с шипением улетела, а через мгновение раздался звон ломающегося стёкла.

Снаряд, проломив стекло, ворвался на лоджию соседей сверху и устроил там адское шоу из яркого света, громкого звука и едкого дыма.

Вся наша компания, второй раз за день, получив выброс мощной дозы адреналина, вновь протрезвела.

Мы какое-то время молча стояли в оцепенении, внимательно вслушиваясь в грохот, который производила наша ракета в соседской лоджии.

Когда всё стихло, стрелок крикнул:

- Что мы стоим? Побежали к соседям! Там же пожар наверное! Поможем потушить!

Пострадавшие находились через этаж, поэтому мы быстро добежали до нужной квартиры.

На лестничной площадке толпилось несколько мужчин. Из квартиры тянуло едким дымом.

- Никто не пострадал? - осторожно спросил я.

Мужчина с красным лицом затянулся и весело ответил:

- Не. Только немного дыма из лоджии просочилось в комнату. Окна у Лёхи хорошие там.

Он сделал ещё одну затяжку.

- Так это вы что ли ракету запустили? Ааа! Лёха, выходи. Тут к тебе террористы извиняться пришли! - крикнул мужчина в квартиру и стал смеяться,

- Да, ребята, устроили вы нам огненное представление! Я такого в жизни не видел, а я кое-что повидал! Чуть не протрезвели!

Мы извинились перед хозяином квартиры и предложили компенсировать ущерб.

Хозяин принял наши извинения и сказал, что ничего не нужно, так как лоджия была совершенно пустая. А за стекло предложил заплатить стеклом - бутылкой водки, что мы с удовольствием и сделали.

Вернувшись обратно, наша компания напилась в третий раз, но веселиться уже никто не захотел, так как все немного подустали.

Мы разбрелись по домам, чтобы ближе к вечеру первого января снова собраться на квартире у Сергея и продолжить отмечать Новый Год, прожигая своё здоровье.

Здоровья у нас тогда было много, и мы могли, а теперь мы постарели, и можем только вспоминать, да и то ненадолго.

Потому что время и алкоголь отлично стирают память и обязательно это сделают.

#аланскиехроники

Показать полностью
2251

Тест

С выбором профессии у меня никогда не было особых проблем, так как с самого раннего детства я знал, что буду врачом или пьяницей. Дело в том, что у осетин, когда ребёнку исполняется один год, положено проводить тест на профориентацию.

На полу раскладывают разные вещи, имеющие отношение к тому или иному виду деятельности, и по выбранной ребёнком вещи взрослые предсказывают его будущую профессию.

Я тогда выбрал флакон пенициллина и пятидесяти граммовую водочную рюмку.

Говорят, что бабушка тогда сильно расстроилась. Сказала, что даже если он не станет врачом, то всё равно будет выпивать, так как предсказание никогда не обманывает.

В конце десятого класса я решил проверить себя, а заодно и проведённый много лет назад тест, и попросился ассистентом в операционную к своей сестре и её мужу, которые работали хирургами в больнице.

Меня одели в специальный костюм, и я вместе с бригадой хирургов приступил к дежурству.

Первым на операцию завезли молодую женщину.

Ей предстояло удалить воспалённый червеобразный отросток.

Женщина была жутко напугана и постоянно плакала.

- Подойдите сюда. Подойдите. Возьмите меня за руку. Пожалуйста... - взывала она.

Я взял её за руку и приободрил парой слов, отчего она ещё больше испугалась.

- Почему меня оперирует ребёнок?! Почему тут ребёнок?! Вывезите меня отсюда! Я не хочу умирать! - кричала она.

Мне пришлось отойти в сторону.

- Нет! Вернись! Положи мне руку на лоб! Быстрее! - потребовала она.

Я положил ей руку на лоб и продержал так всю операцию.

Операция прошла быстро и успешно.

- Вот и всё. А вы переживали, - ласково сказал хирург, - Алан, отвези её в палату.

В палате она жалостливо посмотрела на меня, сделала несколько всхлипов и тихо сказала:

- Спасибо тебе, мальчик.

Я вернулся в операционную.

В предбаннике операционной происходила какая-то возня.

Два милиционера что-то объясняли хирургу.

- Так, Алан, завози раненного. Привяжи его руки. Да покрепче, - приказал хирург.

Раненный в грудь мужчина средних лет был весь в крови и без сознания.

От него исходил сильный запах алкоголя.

Когда я уже закончил привязывать его руки к столу, он пришёл в себя и застонал:

- Ты, чёрт, зачем меня привязал?

- Так надо. Доктор приказал, - ответил я.

Мужчина мутным взглядом посмотрел в мою сторону:

- Студент?! Смотри, студент, я тебя запомнил. Я тебя найду. Тебе пи..., - недоговорил он и снова потерял сознание.

Мужчину ранили в пьяной драке ножом в грудь. Ему очень повезло, так как рана оказалась не смертельной. Операция прошла успешно, хотя и была очень кровавой, и я, под охраной двух милиционеров, перевёз его в палату.

Когда я вернулся, то как раз подвезли очередную каталку.

На каталке лежала худая, почти невесомая бабулька.

Она тихо лежала и смотрела куда-то в потолок. Затем перевела взгляд на меня и еле слышно спросила:

- Сынок, я же не помру у вас на столе?

Я смутился, не зная, как отвечать, но в это время хирург крикнул, чтобы подавали бабушку.

- Всё будет хорошо! - пообещал я бабушке и получил в ответ слабую улыбку.

Через полтора часа я вывозил её из операционной. Она лежала на каталке с закрытыми глазами. Казалось, что она не дышала.

- Она умерла? - спросил я.

- Типун тебе на твой язык! Никаких умирать! Вези её в палату и подавай следующего из пятой палаты. А она ещё нас с тобой переживёт! - ответила старшая операционная сестра и задорно мне подмигнула.

Уже в своей кровати бабушка открыла глаза и снова улыбнулась:

- Спасибо, сынок! Поживём ещё!

- Конечно, бабуля! - весело подтвердил я и покатил каталку к следующему пациенту.

Типичный язвенник со стажем стоял возле окна и грустно смотрел на улицу.

- Я за вами. Ложитесь на каталку. Отвезу вас в операционную, - предложил я.

- Да я сам дойду. Я ещё не совсем того... я ещё не умер же. Может и не умру...- вздохнул он и медленно побрёл в сторону операционной.

Язвенника оперировали часа три. Операция была очень тяжелой и проходила с осложнениями. Останавливалось сердце, но хирурги не дали пациенту умереть.

Он выжил и, по словам старшей операционной сёстры, обязательно будет выпивать на свадьбе внука.

В конце смены вся бригада хирургов молча курила. Молоденькая медсестра смотрела на своё лицо в маленькое зеркальце и аккуратно вытирала пот со лба.

- Это что же, каждый раз так бывает? - осторожно спросил я.

Хирурги стали сдавленно смеяться. Потом расхохотались уже громко. Кто-то достал из шкафчика бутылку водки и все, кроме меня, выпили. Даже молоденькая медсестра.

- А бабушка была права. Врачи, по крайней мере хирурги, любят выпить, - подумал я.

- Но с такой тяжелой работой и не мудрено, - подумал я ещё и решил, что врачи - это особенные люди. А я совсем не особенный. Да и физику очень люблю.

Врачом я не стал, но второе предсказание частенько даёт о себе знать.

Приходится выпиваить.

Но тут уж ничего не поделаешь.

Судьба...

#аланскиехроники

Показать полностью
Отличная работа, все прочитано!