- Скоро выйдем, - Ричардс остановился на мгновение, чтобы перевести дыхание. Вытер покрытый испариной лоб. Засохшая кровь кусочками осталась у него на ладони. – Осталось недолго.
Раздавшийся вновь шорох заставил его насторожиться. Словно что-то соскользнуло по дереву невдалеке.
- Эй, на помощь! – вдруг раздался грубый мужской голос позади и откуда-то слева, он прозвучал достаточно близко, в сотне футов от них. Было в нем что-то неестественное, в интонации или тембре.
Ричардс, торопливо оглянувшись в сторону источника звука, прибавил шаг.
- Не останавливайся, - тихо бросил он Торнтону. – Что бы ты ни услышал.
Беспокойство спутника передалось и полицейскому. Он сам не заметил, как пистолет оказался у него в руках.
- Джим… черт, Джим, здесь нет звезд! – раздался ближе уже другой голос. – Где ты? Я тебя слышу.
Что-то двигалось в кронах деревьев слева, догоняя. Еле заметный силуэт, сливающийся с зеленью. У Торнтона сдали нервы, хлопнул выстрел. Что-то тощее метнулось в сторону и скрылось из виду.
- Говорил же, не буди спящую собаку… - процедил Ричардс, побелевшими пальцами сжимая рукоятку пистолета. – Не останавливаемся. Осталось немного.
Я готов поклясться, это был Эндрю… - пробормотал ошарашенно Торнтон, следуя за ним.
Впереди уже маячил просвет между деревьями.
- Если нападет, не раздумывай, - с нажимом произнес агент. – Беги. Я попытаюсь добраться до комплекса.
- А если у тебя не выйдет? – спросил полицейский, всматриваясь в движение листьев.
- Тогда это уже будет не наша забота. Ты не знаешь, как работать со станцией. А на краткие курсы у нас нет времени. Просто попытайся…
Он не успел договорить, как земля ушла у него из-под ног. Торнтона следом накрыло уже знакомым чувством полета, как тогда в машине. Вспышка на этот раз пришла следом.
- Что за… - начал он, беспомощно пытаясь за что-то ухватиться, пальцы судорожно сжимали воздух. Пистолет, вылетев из рук, медленно вращаясь, повис в воздухе.
Ричардс, успевший вцепиться в кустарник, поймал его за воротник.
- Это пробой, - скороговоркой выговорил он. – Единственное объяснение. Без барьера, он локально влияет на наше пространство. С барьером тоже, но не…
Осекшись, агент вдруг оттолкнул Торнтона и сделал неуклюжую попытку повернуться. Затылком чуя опасность, полицейский затрепыхался в воздухе, пытаясь придать своему телу какой-то импульс движения. Безрезультатно. Это не было невесомостью в научном понимании.
Ричардс в отличие от спутника видел надвигающуюся опасность. Подобно насекомому, существо выскользнуло из листвы наверху. Оно больше не пряталось.
Тонкие конечности, расставленные в стороны, цепляясь за неровности коры деревьев несли сухое мертвенно-бледное тело, увенчанное неправильной формы головой. Мутные блюдца глаз, без зрачков, отстраненно зафиксировались на жертвах. Носа не было, даже подобия. Узкий разрез ниже глаз изогнулся, приоткрывшись словно в подобии гротескной улыбки.
Торнтон наконец смог найти точку опоры и развернуться лицом к угрозе. В нос ударила странная смесь гнили и грозовой свежести.
- Ублюдок… - Торнтон оцепенев, наблюдал, как шевелится щель, на бледном подобии лица - в такт словам, пока этот кошмар приближался. – Ты убил меня…
Он узнал этот голос, сейчас его было слышно гораздо лучше и без помех. Тот же, что и тогда в рации на дороге - Брайс. Это был Брайс. Но как такое вообще возможно?
Зависнув рядом с ними, существо, вытянуло задние конечности на добрый десяток футов вниз, и спустилось. Все это заняло буквально секунды, показавшиеся Торнтону минутами. Во рту появился знакомый привкус пепла. Носом пошла кровь.
- Я… - ротовое отверстие задвигалось и из него послышался до боли знакомый голос Картрайта. - …не успел.
Тонкие верхние конечности, которые язык не повернулся бы назвать руками, метнулись в сторону Ричардса.
Тот, однако, извернувшись, уже дотянулся до оброненного оружия и не прицеливаясь вдавил спусковой крючок. Отдачей его качнуло назад, в тот же момент, когда удар твари настиг его, полоснув наискосок.
От близкого выстрела у полицейского зазвенело в ушах. Запах горелого пороха насытил воздух.
Сквозь звон прорвался вопль – чужой, человеческий, но исковерканный странными модуляциями, словно кто-то резко крутанул ручку настройки на коротких волнах на максимальной громкости:
С близкого расстояния у твари не было и шансов увернуться. Пуля вошла в правый глаз.
Затем вернулась гравитация.
Торнтон упал набок, неловко успев подставить руку.
Ричардс, пошатываясь, тут же вскочил на ноги и с искаженным от отвращения лицом наступил на подергивающуюся в агонии тварь.
Грохот выстрелов наполнил лес. Он стрелял, пока шишковатая голова существа не превратилась в беспорядочное месиво. Густая, желтоватая жидкость медленно растекалась под распластанным телом.
Сухой щелчок оповестил об опустевшем магазине.
Тяжело дыша, Ричардс повернулся к Торнтону, некогда белая рубашка пропиталась кровью.
- Похоже одной проблемой меньше, - выдохнул он.
Трясущимися руками, убрав оружие, агент осмотрел разрез на груди. Ровный, словно полоснули клинком.
- Как ты? – спросил Торнтон, его взгляд снова вернулся к существу. Редкие конвульсии все еще пробегали по конечностям, заставляя их вздрагивать.
- По касательной, - сняв пиджак, Ричардс разорвал рубашку и сделал импровизированную повязку. – Повезло.
Полицейский с опасением покачал головой.
Ричардс поморщился, приложив руку к груди.
- Предлагаешь искать здесь медпункт или топать обратно к машине за аптечкой? У нас незаконченное дело, - он кивнул на пистолет Торнтона, лежащий на земле. – Не забудь.
Подобрав оружие, Торнтон задумался.
- Один из голосов… это был Брайс, что с ним произошло?
- Нам нужно двигаться дальше, - оставив вопрос без ответа, агент отвернулся и направился в сторону. – Комплекс уже рядом.
- Так что случилось с Брайсом? – настойчиво повторил Торнтон, догоняя его.
- Не помню, - устало огрызнулся Ричардс. – Я знаю не больше тебя, ясно? Мы ехали из “Плоскогорья”, когда что-то произошло. Был удар - дальше провал. Очнулся на обочине, рядом с разбитой машиной. Решил выбираться к городу и встретил тебя.
За их спинами послышался слабый шум радиопомех, заставив обоих замолчать. Полицейский оглянулся назад. Там, где воображение уже успело нарисовать пытающуюся встать тварь – было пусто. Периферийным зрением, он успел заметить движение – что-то скользнуло между деревьями.
- У нас не осталось времени… - прошептал рядом Ричардс.
Не говоря больше ни слова, он рванул к уже виднеющемуся между деревьями глухому забору комплекса. Торнтон, беззвучно ругаясь, последовал за ним.
Они успели добраться до “Черного плоскогорья”, прежде чем тварь решилась вновь приблизиться. На открытом пространстве стало чуть проще. Пока Ричардс возился с замком, Торнтон выстрелил пару раз, туда, где он заметил движение.
Приоткрыв ворота, достаточно для того, чтобы проскользнуть между створками агент тронул полицейского за плечо.
- Нам надо обогнуть основное здание. Там служебный вход. Нужно торопиться, пока оно держится поодаль.
Боком проскользнув на территорию комплекса, Ричардс бросился сломя голову. За его спиной хлопнули еще два выстрела и послышался топот напарника.
- Почему эта штука не сдохла?! – крикнул Торнтон, едва поспевая за Ричардсом. – Ты же убил ее! Я видел это!
- Откуда мне знать?! – почти прорычал тот, сворачивая за угол бетонного строения. Спасительная дверь была уже близко. – Это проявление. Пока барьер снят - оно всегда найдет способ вернуться.
В руке агента звякнули ключи.
- Оно как-то влияет на нас… - Торнтон остановился, тяжело дыша и, сплюнув кровь, на языке снова ощущался привкус пепла.
Ричардс что-то недовольно буркнул и, повернув ключ с третьей попытки, распахнул дверь внутрь комплекса.
Как только они оказались внутри, агент привалился к стене держась за грудь. Самодельная повязка пропиталась кровью. В полутьме его лицо казалось бледным, как лист бумаги. Торнтон запер замок.
- Я в порядке, - произнес он в ответ на обеспокоенный взгляд невольного напарника. – Мне будет нужна твоя помощь там, внизу.
Сильный удар сотряс дверь за их спинами.
Ричардс сплюнув, и держась за грудь побежал дальше в холл, свернув затем в один из коридоров.
С ужасом Торнтон наблюдал, как металл выгнулся, растягиваясь вопреки своим свойствам и сквозь него начал проступать силуэт преследователя. Существо просачивалось, медленно, но, верно. Это было невозможно, в том мире что он знал.
Из деформированной поверхности проступила изуродованная выстрелами голова. Внутри пустых глазниц что-то шевелилось.
Сделав шаг назад и стараясь не запоминать подробности, полицейский развернулся и побежал, догнав агента уже в техническом закутке.
- Это тупик! – воскликнул он.
- Не совсем, - не оборачиваясь бросил Ричардс, пытаясь ножом нащупать скрытую защелку.
Наконец она поддалась, и агент рывком отодвинул панель вбок и сосредоточился на распределительном щите.
- Оно может проходить сквозь препятствия… - Торнтон оглянулся. - Как такое возможно?
- Чем ближе к эпицентру, тем больше проявляются иные законы, - на этих словах Ричардс повернул рубильник. Быстрее, - чуть ли не бегом он направился к сдвинувшейся секции стены. – Ты первый. Нам на минус второй, контрольная комната.
Перепрыгивая через ступеньки Торнтон, рванулся вниз. За его спиной, Ричардс, остановившись на мгновение, вдавил кнопку на утопленном в стену пульте и двинулся следом. За его спиной, с шумом, стена встала на свое место.
Двери с шипением сомкнулись позади Торнтона и Ричардс их заблокировал. Тревожно вспыхнул красным светом индикатор. Безопасностью тут и не пахло, полицейский видел на что способен этот кошмар. У них было от силы около минуты форы.
Ричардс был уже у консоли, стук клавиш ломанным ритмом зазвучал в наступившей тишине.
- Проклятье… - пробормотал он, считывая показания. Графики плясали, хаотично подскакивая до нерасчетных величин.
Торнтон, стоявший ближе к двери, первым услышал царапающий звук за спиной. Оглянувшись, он увидел, как толстый металл начал прогибаться внутрь – медленно, вязко под чудовищным нажимом снаружи.
- Оно уже здесь, - крикнул он.
- Почти…, - отозвался Ричардс, сосредоточенно глядя в экран. Его губы беззвучно шевелились, пока он вводил все новые и новые команды, задавая новые параметры.
Торнтон почувствовал, как откликаясь на действия агента под ногами, где-то в глубине “Плоскогорья” зародилась знакомая ему дрожь, сопровождаемая гулом в ушах.
- Дело пошло! Сейчас будет хреново, но надо перетерпеть! – крикнул Ричардс и откинув защитную крышку на панели переключил тумблер.
Весь комплекс ощутимо тряхнуло. Свет замигал и одна из ламп над головой лопнула с глухим хлопком, осыпая пространство осколками. Едкий запах озона заполнил контрольную комнату, а по бетонным стенам протянулись трещины, из которых начало сочиться что-то темное. Выступившие капли медленно поползли в разные стороны, будто насмехаясь над привычным порядком вещей.
- Нет… - голос Ричардса прозвучал словно издалека, отдаваясь гулким эхом. Судорожным движением он, вцепившись одной рукой в консоль, повернул до упора еще несколько переключателей.
Фоновый гул усилился, превратившись в надрывный низкочастотный рев и Торнтон зубами ощутил вибрации, пронизывающие старое здание. С потолка посыпалась штукатурка. Где-то в глубине, под ними, неведомое устройство заработало на полную мощность.
Следом он почувствовал, как его вестибулярный аппарат сошел с ума. Описать это было сложно. Он словно оказался внутри самолета, выписывающего невероятные кульбиты вопреки любым представлениям о физике.
Немедленно подкатила тошнота.
На какое-то мгновение ему почудилось, что он смотрит в реальность сквозь какое-то подобие окна.
Ричардсу похоже было не лучше, руки разжались и он, упав грудью на консоль медленно сползал на пол.
Краем глаза полицейский увидел дверь. Вмятина, которая еще секунды назад набирала форму, дрогнула и начала расползаться обратно.
- Кажется сработало – пробормотал он. Голос показался чужим, звучащим со стороны.
Перед глазами пошли разноцветные пятна, рот наполнился солоноватым привкусом. Из уха что-то потекло по шее. Затем все исчезло.
Торнтон пришел в себя от яркого света, бьющего в глаза. Зрение никак не могло сфокусироваться, все плыло.
- Пришел в себя, - послышался чей-то голос.
- Вколите ему стимулятор. Снимет на короткое время самые острые побочные эффекты.
Отстраненно он почувствовал, как игла скользнула ему в руку. Спустя несколько секунд, сердце словно получив пинок участило свою работу. Сознание прояснилось достаточно, чтобы разглядеть склонившуюся над ним фигуру в военизированной экипировке.
- Проверь Ричардса, - донеслось со стороны.
- Уже, - отозвался человек, убирая инъектор. - Он мертв. Вероятно кровоизлияние в мозг. На базе разберемся.
- Хорошо, - отозвался голос.
Перед Торнтоном появился человек в возрасте. Проницательные глаза, строгая выправка – сразу выдавали военное прошлое. Но было что-то еще, несвойственное людям с таким бэкграундом: опасность, которая крылась внутри.
“Конторский тип” – мелькнула в голове мысль.
- Мое имя Дитрих Рейнхардт, - представился старик. – Вы должно быть Джеймс Торнтон из местной полиции.
Вопроса не было, лишь констатация факта.
- Нам надо будет обсудить ваше… так сказать, состояние, - продолжил он.
- А что… что-то не так? – Торнтон попытался встать на ноги, это далось ему с трудом. Возле полуоткрытого входа, ведущего на лестничную клетку, он заметил еще двоих оперативников в полном снаряжении.
- Оставьте нас, - бросил Рейнхардт сопровождающим.
Без лишних слов все покинули помещение. Деформированные двери сомкнулись за ними. Щелкнул, запираясь замок. Цветовой индикатор в полутьме вспыхнул красным.
- Не люблю я такие разговоры, - старик слегка наклонил голову набок, словно оценивая собеседника. - Честно или смягчить?
- Хорошо, - Рейнхардт отвернулся и изучая показатели телеметрии заговорил ровным тоном. – В результате того, что вы попали под всплеск, поражен мозг. Нейродегенеративный эффект. Сначала страдает память. Следом функции опорно-двигательного аппарата. Под конец отказ внутренних органов. Сожалею, но процесс необратим. Если вас утешит, это не худшее, что могло с вами случиться.
Торнтон невесело усмехнулся.
- Сложно представить что-то хуже.
- Вы просто не видели, что могло с вами случиться, - обронил в ответ Рейнхардт.
- Получается я теперь что-то вроде живого мертвеца, да?
- В каком-то смысле. Но у вас есть выбор: присоединиться к нам и позволить изучить то, что происходит с вашими тканями и быть может мы найдем способ остановить это. Кто знает возможно вы окажетесь счастливчиком.
Торнтон попытался ухмыльнуться.
- Что же, вот второй вариант, - Рейнхардт повернулся к нему, выражение его лица приобрело жесткость, а в голосе зазвучала скрытая угроза. - Вы получите денежную компенсацию и сможете провести остаток своей жизни ни в чем не нуждаясь. Если будете держать рот на замке. Я бы не хотел, чтобы эта история коснулась вашей сестры и племянника в Миннесоте.
- Оба варианта так себе, если честно, - криво усмехнулся полицейский. Он считал подтекст.
Морщины на лице старика пролегли глубже.
- Выбор за вами, мистер Торнтон. Напомню, что вы здесь оказались по своей воле, в эпицентре событий. Вам некого винить кроме себя. Тем не менее, я выражаю признательность от лица нашей организации и предлагаю посильную помощь.
- Выбор без выбора, - Торнтон устало сел на один из стульев прижав ладони к лицу.
Было бы значительно проще, если бы на него давили, угрожали. Но холодный диагноз был как ушат ледяной воды. Гул работающей электроники пульсацией отдавался в голове. Дитрих Рейнхардт, не отвлекаясь продолжил заниматься настройкой аппаратуры, но Торнтон понимал – он ждет ответа. Взгляд остановился на теле Ричардса, ничком замершего у консоли.
- Прежде чем я приму решение, - он облизнул пересохшие губы. – Что это была за тварь?
Дитрих хмыкнул себе под нос.
- Мы называем ее “коллекционер”. Она… пришла после того, как здесь, - он обвел рукой контрольную комнату и резко подвел черту, - обосрались.
- Ричардс сказал, что мой напарник мертв, это правда?
Сжав губы, старик кивнул.
- Если говорить простым языком: “коллекционер” копирует личность жертвы. Почему, зачем - у нас нет ответов. Он сохраняет их, как запись.
- То, что я слышал, не было похоже на запись…
- Возможно нам удастся найти ответы на этот вопрос. Вместе.
Торнтон не стал спорить, оставшись при своем мнении.
- Я с вами, - после паузы наконец произнес он.
В глазах начинало темнеть, слова давались ему с трудом. К горлу подкатывала тошнота, стимулятор прекращал свое действие.
- Добро пожаловать в “Эгиду”, - как сквозь вату донеслось до него в ответ, прежде чем он окончательно потерял сознание.
Среди приглушенного света десятка ламп, среди темных зеркал, Дитрих Рейнхардт, откинувшись в кресле, молча слушал доклад оперативника. Изломанные отражения перекликались по всему помещению.
-…как показал анализ телеметрии, система стабилизации барьера была отключена. Не исключено, что намеренно. Первая флуктуация - и контур перешел в режим диагностики. Запись в мейнфрейме не велась. Пленки не были подключены после замены.
- Саботаж? – спросил Рейнхардт, постукивая костяшками пальцев по столу.
- Возможно. Еще разбираемся.
- Что насчет Брайса и Ричардса?
- Как и предполагалось, Сэмюэль Ричардс скончался от обширного геморрагического кровоизлияния в мозг, вызванного воздействием барьера. Причина – критическое превышение мощности. Что касается Фрэнка Брайса – обнаружили тело. Имеется два пулевых ранения, баллистическая экспертиза подтверждает, что стреляли из оружия Ричардса. Но причина смерти заключается в деградации тканей мозга. Внешнее воздействие.
Губы Рейнхардта превратились в жесткую линию.
- Раскопайте все, что сможете, по Брайсу. Если в комплексе был саботаж, я хочу знать, кто за этим стоит и чего они хотели добиться. Что-то еще?
Оперативник неопределенно пожал плечами.
- Был найден пропавший дальнобойщик, тело сильно повреждено. По офицеру полиции Картрайту – пусто. Прочесали местность вплоть до Элм-Крик. Никаких следов.
Его прервал вежливый стук в дверь.
Коммутатор молчал, значит, это мог быть только один человек - бывший куратор проекта в “Плоскогорье”. Рейнхардт кивком отпустил оперативника.
- Доклад принят. Свободны.
Тот молча встал из кресла и на выходе, посторонившись, пропустил в кабинет поджарую фигуру пожилого мужчины. Франтоватые усы придавали ему странный вид - будто из другой эпохи.
Рейнхардт сухо улыбнулся.
- Эштон, рад тебя видеть. Проходи.
Заметно прихрамывая, опираясь на трость, тот зашел и опустился в кресло напротив, вытянув ногу.
- Я приехал, как только до меня дошли вести о “Черном Плоскогорье”.
- У нас разве бывают другие? Но о чем это я. К сути: прежде, чем созывать комитет двенадцати, нам с тобой необходимо обсудить неизбежные последствия.
