Почему все смотрят на меня так, будто я сумасшедший? Потому что ты жрёшь столько капсаицина, что им можно уничтожить небольшой город, ебаный фрик.
Почему вы отказали в разрешении на добычу полезных ископаемых? Потому что взорвать звезду, превратив её в сверхновую, чтобы «ресурсы было легче собирать», не соответствует ни одному требованию техники безопасности в горнодобыче, ты психованная обезьяна.
Почему нам запрещён доступ в систему Иирби? Потому что они телепаты, и последний, кто встретил представителя вашего вида без психического экрана, начал выцарапывать себе глаза, тихо повторяя: «Щупальцам там не место» — снова и снова. И они не хотят таскать экраны у себя дома только потому, что вы все извращенцы.
Почему я не могу забрать эту инопланетную собачку домой? Потому что это двести килограммов чистой машины убийства с планеты смерти, которая… а знаешь, похер, развлекаяся, с меня хватит.
Мы думали, что по части безумных и тупых вопросов людям нет равных.
Потом люди узнали о подпольной торговле секс-рабами бедной расы Нухален, которую на галактической окраине держал малоизвестный вид Роулидов. Услышав, как банды торговцев избегали наказания благодаря огромным взяткам правительству, люди потребовали немедленно положить этому конец.
И тут Роулиды умудрились задать вопрос такой вселенской глупости, что даже тот, кто пытался бы через соломинку сожрать собственные радиоактивные фекалии, показался бы величайшим учёным в истории Галактики:
«И что, блядь, вы собираетесь с этим сделать?»
Смех Нухаленов был слышен даже через вакуум космоса.
— Значит, чтобы я правильно поняла, — произнесла Эшли, заглядывая мне через плечо, — твоя сила — телекинез? — Ага. — я снова огляделся, но вокруг по-прежнему никого не было. Мы познакомились в сети и договорились встретиться лично, предъявив друг другу доказательства способностей. — Слушай, ты ещё кого-нибудь позвала или… — я снова посмотрел, как она упрямо пялилась куда-то за мою спину. — Ты меня пугаешь. — Взаимно, — сказала она, задержав взгляд в пустоте. — То есть ты НЕ управляешь огромным чудовищем, которое за тобой таскается? — Кем?! — Этим… — она покачала головой. — Ладно, сделай одолжение: скомандуй ему вырвать ветку, что ли.
Я обернулся. Пусто. О каком чудовище она вообще? — О чём ты говоришь? — Так, — Эшли была подозрительно спокойна. — Значит, оно невидимое. Ладно. Прикажи ему, не знаю, срубить дерево, чтобы я убедилась, что оно… — Какое, к чёрту, чудовище?! — рявкнул я. — Парень… — она коснулась моего плеча; я вздрогнул и силой мысли оттолкнул её. Эшли дико закричала и мгновенно замолкла, повиснув в воздухе. — Чёрт!.. — выдохнула она спустя секунду. — Ладно-ладно, ты действительно ЭТИМ управляешь. Господи. — Чем именно? О чем ты вообще говоришь? — я снова спросил. И почти сразу до меня дошло: её дар — видеть "лишнее", другие спектры. Неужели… — Чёрт, выходит, я и правда контролирую какого-то монстра?
Эшли молчала, бешено таращась в пустое место между нами. — Он кивает, — она наконец прошептала. — Ого. — Ага. — Постой, я только что натравил его на тебя? — Угу. Именно. — она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться. — Ладно… Такого я не ожидала.
Я заморгал, словно попытался «перезагрузить» зрение. Может, приказать ему показаться? Но как сформулировать команду, если сила со мной с рождения и действует почти автоматически? — Я тоже, — признался я. — Ну, по крайней мере ясно, что мы оба не врали насчёт способностей, — сказала Эшли, наконец переводя взгляд на меня. — Приятно встретить кого-то молодого, да ещё с даром. — Ты знаешь одарённых постарше? — Пару человек, — кивнула она, всё ещё косившись в промежуток. — Искать проще, когда видишь скрытое. Но такого я не встречала. — Прекрасно: нашёл единственную, кто может понять, и всё равно остался уникальным. Половина товарищеской поддержки. — Может, это даже лучше… — она качнула подбородком в сторону пустоты. — Можешь? — Легко, — я мысленно ухватил сук у обочины и дёрнул. Впервые в жизни отметил полумгновенную задержку между мыслью и движением. — Оно чертовски быстро, — передёрнула плечами Эшли. — Скорость мысли. — Напомни мне не выводить тебя из себя. Не хочу знать, что эти когти могут.
Когда Карл стал искателем приключений, он знал, что его ждёт множество первых раз. Первое проваленное задание по сопровождению. Первая смерть и, соответственно, первое воскрешение. После нескольких эпических квестов бывалый ветеран мог предугадать большинство неожиданностей.
Но паническая атака у древнего лича — это что-то новенькое.
Не говоря уже о неожиданных поворотах в этом, казалось бы, обычном задании с доски объявлений. «Убей лича», — говорилось в нём. Ничего необычного, ведь Карл и его группа авантюристов проделывали это уже не раз. Всё по стандартной схеме: Гарретт накладывает «Защиту от зла», Томас, будучи паладином, принимает удар, а Карл всех подлечивает.
Но на этот раз ничего из этого не произошло — если не считать того, что Томас не удержался, просто шагнул вперёд и внезапно махнул мечом. Заклинание Гарретта не сработало. Как бы банально это ни звучало, лич оказался вовсе не злым, а просто неправильно понятым. Он не был некромантом, разоряющим кладбища и убивающим невинных ради создания армии нежити. Этот добряк всего лишь оживлял брошенных питомцев, чтобы не чувствовать себя одиноким. Никакой армии скелетов и зомби.
Без защиты, к тому же напугав безоружного (если не считать призрачного попугая на плече) лича, Томас оказался прямо на пути спешно скастованного «Жуткого взрыва».
Он умер.
Теперь Карл спорил со Святой Богиней о целесообразности воскрешения паладина, что глупее Лероя Дженкинса. В то же время Гарретт жонглировал шариками, будто развлекал уличных детей, а не безуспешно пытался успокоить паникующего лича.
Как бы странно ни сложилась ситуация, Карл всё же считал её лучше, чем полное уничтожение группы в битве с демоном.
— Говоря прямо, он сам виноват, — надулась Богиня, ткнув обвиняющим пальцем в мёртвого Томаса. — А ещё виновата вся ваша группа. Никто из вас не удосужился выяснить хоть что-то о своей цели. Если бы вы подготовились, нас бы здесь не было. — Богиня, пожалуйста, я прочитал все необходимые заклинания, умоляя тебя вернуть его к жизни. — Ладно, — вздохнула она. — Ты верный последователь и правильно попросил меня о помощи. Но мне нужна плата. — Она подняла руку. — Я заберу всё его снаряжение.
Карл согласился. Меч можно заменить, а вот спутника — нет. Доспехи можно купить снова, а жизнь не вернуть. Завершив последние шаги ритуала, он вернул паладина к жизни.
— С возвращением, Томас. — Дайте мне их! — взревел тот, вскакивая на ноги… и тут же осознал, что у него нет ни меча, ни брони. Богиня оставила его только в нижнем белье. — Гарретт, как там лич? — Безутешен. — Великолепно, просто великолепно, — вздохнул Карл. — Нам обязательно его утешать, или можно просто уйти и выяснить, кто нас втянул в этот бред? — Да, обязательно, — твёрдо заявил Гарретт, утаскивая целителя к личу. — Потому что иначе мой бог перестанет телепортировать нас через порталы, и нам придётся топать пешком. — Я не хотел его убивать! Пожалуйста, поверьте мне! Я не злодей! Я просто хотел пожить подольше, чтобы заботиться об этих животных! Не убивайте меня! — Чувак, ты уже мёртв, — голос Карла был таким же ровным, как дорога под его ногами. — Трудно убить то, что уже мертво. — Вы здесь, чтобы убить меня! Вы можете убить меня! Вы бы не пришли, если бы не могли! — Если есть две вещи, которые меня раздражают, — пробормотал целитель, — так это нытики и нежить, которая не желает оставаться мёртвой. А плачущая нежить — это уже за гранью. — Карл, этому бедолаге нужна помощь. — Ладно, лич, мы не собираемся тебя убивать. Парень, который угрожал тебе мечом, потерял его, — Карл указал на Томаса, который рылся в бездонной магической сумке отряда, тщетно пытаясь найти запасное снаряжение. — Почему он голый? — Богиня преподала ему урок за атаку на доброго старого лича, который заботится о неживых питомцах. — Ох... — Так что ты в безопасности. Никто из нас не собирается тебе вредить. — Правда? — Правда, — кивнул Карл. — Послушай, я тоже люблю животных... — он не успел договорить, потому что неживой кот цапнул его за руку. — Я же ничем не заражусь, да? — Нет. Я ежедневно дезинфицирую кости своих питомцев. — Хорошо, хорошо, — пробормотал он. — Ну что, мы уходим, раз с тобой всё в порядке. Гарретт, у нас ещё есть доступ к порталам?
Маг закрыл глаза и сосредоточился. Как только знакомое голубое сияние закружилось в воздухе, Карл облегчённо увидел старый портал в город Виндхилл. — Может, нам стоит обыскать это место на предмет снаряжения? — предложил Томас. — Заткнись, ты уже достаточно всё испортил! — взорвался Гарретт, потащив раздетого паладина к порталу. — Иди давай. Купим тебе новую экипировку, когда доберёмся до города.
— Я просто… удивлён, вот и всё. — Серьёзно? — Мы знаем, что люди забывают свою историю. И давно смирились, что некоторые договоры приходится… пересматривать каждые пару веков. — Как маленьким детям напоминать, что пора в школу, да? — Ну, я не хотел, чтобы это звучало так снисходительно. Но мы уже семь раз сражались в битве за мост Хастингс. Лично я участвовал в трёх битвах. И каждый раз мы заключали по сути один и тот же мирный договор. Просто… странно, что ЭТОТ договор ни разу не потребовалось обновлять, в отличие от остальных. — Ты и правда не понимаешь, почему мы его не забыли? — Ну… — Договор, который прямо запрещает любой расе использовать магию против другой для создания биологического оружия?
— ...Ты, кажется, обижаешься. Что я упускаю? — Ты, павлин недоделаный, что находится к северу от границ человеческих земель? — …Э-э… — ЗЕМЛИ ВАМПИРОВ! — О! Вы всё ещё с ними воюете? — С хищниками, что пьют нашу кровь? Да, мы всё ещё с ними воюем, ублюдок! — Да быть не может! Мы заложили в них столько слабостей! Страховки, которыми поделились после Войны Чародеев. — Аллергия на чеснок? Боязнь крестов? ОКР? Новость для вас, посол: у них человеческий интеллект! Твари адаптировались! Умники внушили друг другу новые ментальные триггеры и выводят свежие штаммы белой гнили. Я годы не ел нормальной пасты! — Ох. Ох, чёрт.
— А ещё наши прелестные соседи на востоке. — Эм… только не говори, что… — Орда гоблинов!! — Эти? Серьёзно? Они же слабаки. Мы создали их как… — Как вредителей. Да. Ловкие, скрытные, видят в темноте, могут учуять человека за милю, и это ПОСЛЕ того, как нас вынудили отказаться от чеснока в рационе. Идеальные диверсанты, шпионы и разведчики. — Ох… — Ты не можешь просто пойти посрать на той границе, без трёх охранников, если не хочешь, чтобы твоя задница превратилась в решето. — Кажется, мы… слегка просчитались.
— А ещё есть НАСТОЯЩАЯ угроза нашему виду в Южном океане. — Неужели… — Именно! Летописи говорят, они виновны в 56% ежегодных потерь населения. — Но мы же не создавали их как оружие! Это был эксперимент. ПОДАРОК! — Знаете, сколько юношей и девушек мы теряем из-за ше́лки? Все дети от таких браков — чистокровные морские твари. И вы подмешали в их род эльфийскую кровь! Хотели стереть нас с лица земли, раз не смогли убить? — Это не… Мы не… ПОГОДИ-КА. А УЖ НЕ ЗАБЫЛИ ЛИ ВЫ, ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ С НАМИ?!
— … — Вы выпустили на нас проклятых ПИКСИ! — О! Хм. Это были мы, да? — ДА! — Ну, они слегка надоедливы, но не сравнятся с… — Для людей! С эльфами они не церемонятся. Ты не заметил мою новую… причёску, СУДАРЬ? — Заметил. Просто подумал, что это новая мода? — ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ПОДУМАЛ, ЧТО СИНЯЯ КРАСКА ДЛЯ ВОЛОС, ВЕЧНОРАСТУЩИЕ ЛИСТЬЯ И ЧЁРТОВЫ МЫШИНЫЕ ЧЕРЕПА — ЭТО МОДНЫЙ ВЫБОР? — Ну… Да! Эльфы всегда тяготели к стилю «Дитя лесов». — … — Хм. Это не эстетика, да? — Я годы не могу расчесать волосы! Если бы не шампунь с эффектом самовыпрямления, в них можно было бы голубятню устроить!
— Похоже, у обеих сторон есть грехи. Может, созовём магов для полного разоружения? Убрать «враждебность к нашим народам» у созданных рас. — ...Почему бы и нет. Хотя я не уверен, что закрыть наших магов в одной комнате — хорошая идея, они ведь ещё те нервные типы, но всё лучше, чем мышиные черепа. — Эм. Не хочу спрашивать очевидное, но... ты никогда не думал просто отрезать волосы? — Эти маленькие садисты намажут тебе голову навозом, если попробуешь. «Чтобы лучше росли». А потом будут всю ночь горестно утешать пикси, который потерял свой... «сад». У тебя на голове. Пока ты пытаешься спать. — ...Вау! Наши древние чародеи действительно знали, куда ударить вас больнее всего. Прямо в чувство стиля. — Ещё бы. Ужасные, ужасные ублюдки.
— ЭТО НЕ ТВОЙ ПЕРВЕНЦ! — Ч-что, моя жена родила... — В контракте сказано, что я получаю ТВОГО первенца, а не твоей жены! — закричал фей.
Я в ужасе повернулся к жене, и увидел такой же испуг на её лице. Я готовился к этому дню на протяжении всей её беременности. Я рыдал, думая, что больше никогда не увижу свою дочь. И теперь её не забирают? А что он имеет в виду, говоря, что она «не мой первенец»? Это же не то, о чём я думаю… правда?
Я посмотрел на Ханну. Она сидела прямо в детском бассейне, который мы поставили в нашей гостиной. Наша дочь мирно спала у неё на груди. Её лицо выглядело… виноватым. Только не это. — Ханна…? — Тревор, прости. — Ты… ты изменила мне? — Я… — Она замолчала, стараясь не смотреть мне в глаза, словно я Горгона, и встреча с моим взглядом превратила бы её в камень. — Да. Прости! Я была уверена, что она твоя! Честное слово! — Ханна… — мой голос задрожал, я закрыл рот рукой и отвернулся от неё. Фей окинул меня взглядом сверху вниз. — Ух ты! Работаю этим уже больше ста лет, но такого ещё не видел. Ну, знаешь, иногда люди пытались подсунуть мне приёмного ребёнка или пытались обмануть меня, используя суррогатное материнство, но вот такого — ни разу (прим. переводчика: странно, конечно, что он за 100 лет ни разу такого не встречал, но допустим, все таки тут фентези, всякое может быть).
Ханна начала рыдать, пытаясь дотянуться до меня из бассейна: — Тревор! Пожалуйста, прости меня! — Прости за что, Ханна? За то, что тебя поймали? Если бы ты действительно сожалела, то рассказала бы мне всё после того, как это произошло! А не пыталась бы выдать этого ребёнка за моего! — Я была уверена, что она твоя! Клянусь! — Между нами всё кончено, Ханна. И я не хочу видеть ни этого ребёнка, ни тебя. Никогда. — Я надел пальто и вышел за дверь.
Снег хрустел под моими домашними тапочками, пока я шёл по подъездной дорожке. Что только что произошло? Позади послышался шелест, и краем глаза я заметил прозрачные зелёные крылья. — Ну… извини за это. — Всё нормально. — Звучит не очень-то нормально. — Просто… я любил эту женщину. Как она могла так поступить со мной? — сказал я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.
Фей пожал плечами, паря рядом со мной, пока его крылья работали. — Люди — дерьмо. — Ты прав. Но… — Ага… Мне всё равно нужен твой первенец.
Не оставляйте человека без присмотра более чем на 30 минут. В прошлый раз, когда это произошло, штаб-сержант Джонсон получил доступ к оружейной системе и истребил целый вид, пока мы пролетали мимо, к счастью, планеты без разумных форм жизни.
Когда его спросили, зачем он это сделал, Джонсон ответил, что, по его словам, лазеры «крутые» и он хотел поиграть с бортовыми лазерными турелями C-4T.
……
Повторное напоминание всем членам экипажа:
Не оставляйте человека без присмотра более чем на 20 минут. Штаб-сержант Джонсон каким-то образом проник в инженерный отсек и был обнаружен в процессе сбора деталей, которые инженерный персонал использовал для ремонта. По сообщениям, он использовал эти детали, чтобы сделать «косплей».
……
Напоминание всему экипажу:
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ не оставляйте штаб-сержанта Джонсона без присмотра.
Он должен находиться под тщательным наблюдением, чтобы случайно не справоцировать очередной межгалактический инцидент.
Некоторые из вас могут задаться вопросом, почему мы позволяем такой разрушительной силе хаоса оставаться на борту. Но штаб-сержант Джонсон поднял боевой дух экипажа на уровень гораздо выше того, что был до его прибытия.
Он — ценный член команды и самый добрый, самый невинный мальчик из всех у нас. Да, это ты, кто у нас тут самый хаотичный, заставляющий аварийные команды быть в постоянной боевой готовности? Это ты! Да, ты!
— Сэр? — Да? — Вы оставили интерком включённым.
……
Эй, мои межгалактические друзья, это Джонсон. Я решил сделать объявление: мы все отправляемся на Кальцидон IV, чтобы выпить и устроить вечеринку!
Как только я разберусь, как управлять этим кораблём в одиночку.
Рассказ из раздела Writing Prompts на реддите. Тема WP: "Оказывается, что люди – это скорее «космические коты», а не «космические орки». Мы считаем себя лучшим видом в галактике, тогда как на самом деле нас опекают более развитые инопланетяне, пока мы, по сути, только очаровательно выглядим и уничтожаем местную живность, когда предоставлены сами себе."
— Так что выходит, это был не я, кто забыл продезинфицировать разъём!
С тяжёлым вздохом один из пришельцев кивает:
— Это был я.
Я сжимаю кулак и смеюсь:
— Марко проглотит свои слова! Я так знал!
— Нет-нет, только не говори Марко, — пришельцы размахивают руками у меня перед лицом. — И вообще никому не говори. Мы уже нарушаем кучу космических законов, просто рассказывая тебе это. Так что заткнись и слушай.
Поднимаю руку и смотрю им в их мёртвые чёрные глаза. Один из них оборачивается к остальным, те пожимают плечами, и он снова смотрит на меня.
— Какой у тебя вопрос?
— Почему вы называете их «космическими законами»? Нам-то понятно, мы не в космосе, а вы живёте там. Для вас это должны быть просто законы, не?
Их ошарашенное молчание слегка меня пугает.
— Мы не живём в космосе. Мы тоже с планеты.
И тут мне становится дико неловко.
— Извините.
— Да нормально, мы уже примерно знаем, как вы думаете.
— Мы немного портили тебе работу, — один из них смеётся.
— Зорн, хорош, не при человеке.
Зорн поднимает руки и отступает. Мне не нравится Зорн.
— Но это нечестно, — говорю я. — У вас есть все эти технологии, почему нам нельзя?
— Потому что люди пока к ним не готовы.
— Да мы же не такие уж плохие. Мы стараемся улучшаться в том, как относимся друг к другу.
— Дело не в дискриминации, — вставляет Зорн сзади, и пришельцы смеются.
— О, у вас, на Земле, ситуация куда лучше. У вас даже внешность у всех разная.
Я приподнимаю бровь:
— Ты серьёзно думал, мы тут все на одно лицо просто так? Это же жёсткий, многократный инбридинг. Мы вообще-то все родственники.
— Ого.
— Вот-вот. Порой хочется переспать с кем-то, кто не выглядит точь-в-точь как я, так что спасибо за порно, я без шуток. Люди, вы реально крутые в космическом масштабе.
— Тогда почему мы до сих пор не вышли в космос? Представляете, какое порно можно было бы снять?!
В их рядах пробегает лёгкая суматоха. Они начинают бурно перешёптываться.
— Дело не в порно! — тот, что, похоже, главный, повысил голос. Честно говоря, я не понимаю, как они друг друга различают, и то, что я из-за этого чувствую себя неловко, видимо, многое говорит о Земле. — У вас нет технологий, способных работать с космической бюрократией.
Я теряю дар речи:
— ЧТО?
— У вас слишком слабо развита бюрократическая инфраструктура, что сказать? Вы же с ума сходите уже на стадии получения водительских прав — как вы собираетесь разбираться в гипер-юридических петлях? — Они смеются. — Если бы мы попробовали вас интегрировать, вы бы только отбросили нас на годы назад.
— И что теперь?
— Развивайте свою административную базу, и тогда мы дадим вам FTL. Идёт?
Я слышал легенды. Не было ни одного мужчины, женщины или ребёнка, которые бы не знали истории о героях, пытавшихся заполучить могучий меч, пропитанный кровью дракона. Лезвие, покрытое пламенем столь жарким, что даже мимолётный удар превращал противника в пепел. Многие пытались, многие терпели неудачу. Попытка завладеть мечом дракона, известным как "Багровый Рассвет", была одновременно честью и глупостью.
Учёные из Гильдии Магов объединились с главными стратегами, чтобы выяснить, какие силы необходимы для того, чтобы лишить дракона его меча. Они разработали план, который занял бы десять лет. Год или два ушли бы на поиск и набор подходящих людей, ещё пять — на их обучение искусствам, навыкам и магии. Оставшиеся три-четыре года потребовались бы на сбор ресурсов не только для захвата меча, но и для борьбы с демоническими силами. У меня же не было десяти лет. У меня едва ли был год, прежде чем демоны захватят мою страну. Меня преследовали кошмары, в которых я видел, что они сделают с моим родным городом, когда страна падёт. Поэтому я отправился к логову багрового дракона за мечом сам. Если всё пойдёт плохо, я увижусь с сестрой и матерью в загробной жизни.
У меня не было особого плана. Я был всего лишь оруженосцем, почти не владевшим мечом. Те немногие навыки, что у меня были, не оставили бы даже царапины на чешуе дракона. Особенно с дешёвым мечом у меня на поясе. Но выбора не оставалось. Когда я наконец встретился с драконом, его голова возвышалась надо мной, отбрасывая огромную тень в лучах солнца. Из его ноздрей клубился дым, а оранжевые глаза сверкали гневом, глядя на человека, осмелившегося потревожить его покой. Вся моя храбрость мгновенно испарилась. Любой не до конца продуманный план, что я успел составить, сгорел, как и я сам, если бы не действовал. Мой голос дрогнул, но я всё же произнёс:
— Великий дракон, могу ли я попросить вас отдать мне меч, что покоится у вас в лапе?
Дракон лениво открыл один глаз, посмотрел на меня, зевнул, показывая острые, как бритва, зубы, и наконец ответил:
— Ты что-то сказал? Ах, это… меч? Думаешь, я буду драться из-за этой штуковины? — Он поднёс лапу ближе к глазам, изучая клинок, словно видел его впервые. — Забирай, если так нужен. Только зачем?
Я почувствовал вес меча в руке. Пламя, окутывающее лезвие, погасло, когда его извлекли из шкуры дракона, обнажив клинок ослепительного багрового цвета. Я был так поглощён восхищением, что случайно проигнорировал дракона. Это ему, похоже, не понравилось. Вихрь горячего воздуха вернул меня к реальности.
— Отвечай, человек! Ваши сородичи беспокоили меня годами только ради этой жалкой щепки в моей лапе? — спросил дракон. По голосу я начал подозревать, что дракон был мужского пола. Хотя я мог ошибаться. Это вопрос на потом.
— Эм... ну да. Наверное, — смущённо ответил я, почесав затылок. С точки зрения дракона, я понял, что люди годами досаждали ему ради чего-то, что для него было совершенно неважно. Это как если бы муравьи постоянно нападали на меня из-за занозы в руке. Людям был нужен этот меч, но я понимал, как это выглядело для дракона. Его стон потряс стены пещеры, когда он закрыл голову лапами.
— Ааааахх! Конечно! Вы, люди, и ваша одержимость острыми металлическими штуковинами! Если бы я знал, отдал бы эту штуку давным-давно! — пожаловался дракон. — Ты хоть представляешь, как это раздражает — когда тебя будят во время сна гигантским магическим ледяным шаром? И не говори про уборку после этого! Я потерял потенциальную пару из-за вас, люди! Он не захотел быть со мной, потому что моё логово было "заражённым и грязным"! — Так, значит, дракон была самкой.
— Ну... от лица всех людей я извиняюсь за все неудобства, что мы вам причинили, — извинился я перед драконом. Она фыркнула, и из её носа вырвался столб пламени, ударивший в каменную стену и оставивший после себя расплавленную землю. Приняв это за знак, что всё идёт не очень хорошо, я поспешно предложил что-то, чтобы её успокоить:
— Кажется, я знаю, как можно всё исправить. Если всё сложится, как я думаю, у вас будет целая страна в долгу перед вами.
Дракон снова повернула ко мне голову, её взгляд был смесью ярости и любопытства.
— ...Я слушаю... — протянула она.
Я слегка улыбнулся и изложил свой план. Так началась легенда о Флине, Первом Всаднике на Драконе, и его верной спутнице, Молтикинии, Багровой Смерти, спасителях человечества и победителях демонов.
