Ответ на пост «Сожаление»1
Я долго хранил эту пикчу, всё ждал подходящего по идиотизму поста какого-нибудь упертого совкодрочера, и вот, наконец, этот день настал...
0 просмотренных постов скрыто
Год со смерти Киссинджера
На прошлой неделе был год со смерти Генри Киссинджера. СМИ не устают петь дифирамбы о деяниях «выдающегося дипломата». Давайте вспомним, что на самом деле натворил этот американский государственник за свою долгую жизнь.
Показать полностью
7
Ответ tiorad в «Интересный человек»5
Там не всё так просто, как ТС выложил. И не верьте совковой пропаганде... Почитайте Вики....А кому лень, вот выдержки от туда: В борьбе за президентское кресло и последующей попытке удержать его Альенде трижды посещал Советский Союз с официальным визитом: в 1954-м, в ноябре 1967-го и за полгода до своей гибели, в декабре 1972 года.
Как отмечал профессор Кристофер Эндрю: «В документах архива эта операция КГБ носит название „Лидер“, а избрание Альенде в 1970 году президентом Чили называется „революционным ударом по системе империализма в Латинской Америке“. КГБ играл важную роль в его предвыборной кампании — Альенде победил с очень незначительным перевесом голосов. Есть документы, свидетельствующие, что КГБ финансировал его избирательную кампанию, выплачивал ему десятки тысяч долларов и даже передал в его личную коллекцию несколько икон. Американцы тоже потратили тогда в Чили около полумиллиона долларов, но их деньги оказались менее действенными»[14]. Профессор, как явствует из документов ЦРУ, многократно занизил размер затрат США на организацию военного переворота в Чили — они составили более 8 млн долларов только на прямые акции, не считая военных поставок.
К 1970 году объем прямых американских инвестиций в экономику Чили составлял 1.1 млрд долларов из общей суммы 1,672 млрд. Американские корпорации контролировали 80 % медеплавильной промышленности, приносившей стране 4/5 внешнеторговой выручки[13].
Кроме того, Чили при правлении Фрея накопила большой внешний долг, который в объёме 800 млн долларов можно было рефинансировать через Парижский клуб и ведущие американские банки в начале 1972 года. В том же году наступал срок платежей по кредитам в размере 600 млн долларов западным странам и Восточному блоку. Несмотря на стремление диверсифицировать внешнюю торговлю, к 1970 году Чили продолжала зависеть от импорта из США, хотя потребность в краткосрочных коммерческих кредитах упала с 300 млн долларов в год при Фрее до 30 млн при Альенде (1972).
В ноябре 1972 года Чили объявила частичный мораторий на выплату внешнего долга (то есть дефолт), что ускорило бегство капиталов и подстегнуло инфляцию. Несмотря на экономический рост, инфляция составляла 22,1 % в 1971 году благодаря административному контролю за ценами, в первой половине 1972 года она поднялась до 28 %, во второй половине 1972 года составила 100 %, а в первой половине 1973 года 353 %...
Показать полностью
Ответ tiorad в «Интересный человек»5
Недавно Алексей Венедиктов попросил меня написать для «Дилетанта» краткий очерк о генерале Пиночете, и я, как человек сознательный, принялась за штудирование источников. В том числе — доклада комиссии Реттига, созданной в 1991-м и занимавшейся подсчетом людей, убитых при Пиночете по политическим мотивам (запомните, пожалуйста, формулировку). Комиссия насчитала 2279 человек. Следующая комиссия, комиссия Валеха, собиралась дважды, в 2004 и 2010 годах, и в конце концов цифра убитых была доведена до 3200.
Я предполагала, что комиссия Реттига снабдит меня четкими и ясными биографиями лиц, убитых режимом. Типа: «Пабло был бедным крестьянином без земли. После прихода к власти Альенде он стал активистом confederacioncampesina, участвовал в экспроприациях и после 11 сентября был убит без суда и следствия». Или: «Мигель был простой обыватель. После 11 сентября злобный сосед написал на него донос, и Мигеля убили по ошибке». С тем чтобы я самостоятельно могла ответить на вопрос: какое количество убитых из 2279 были легитимными целями, а какое невинными жертвами.
Вместо этого я, к моему удивлению, столкнулась с насквозь демагогическим документом, приемы и методы которого тогда, вероятно, были еще в новинку, но впоследствии стали типичными приемами правозащитной и международной бюрократии. В каком-то смысле можно сказать, что доклад комиссии Реттига — это образец для всех позднейших бюрократических шедевров такого рода.
В этом смысле он и представляет огромный интерес.
«Нас не интересует история вопроса»
Первое положение доклада, которое повергло меня в изумление, звучало так: «Мы не будем описывать то, что происходило до 11 сентября (даты переворота), потому что, как бы там ни было, происходившее до 11 сентября не оправдывает того, что произошло с этими людьми после».
Постойте, но это как? До 11 сентября 1973 года в Чили происходила классическая социалистическая революция. 18-й год. Со всеми его Швондерам и Шариковыми.
В стране происходила национализация — причем не только сверху, но и снизу. Вооруженные отряды рабочих занимали предприятия, всего было национализировано около 500 предприятий. В стране происходили tomas — вооруженный передел земли. Правительство объявило, что не будет ему препятствовать. Оно и не препятствовало, особенно если учесть, что главный идеолог подобных переделов, глава разнообразных Confederacion campesina Кальдерон, был в этом правительстве министром сельского хозяйства. Что такое вооруженный передел земли, мы, русские, знаем. «Пишут из деревни — сожгли у меня библиотеку в усадьбе».
Г-н Кальдерон был ближайшим сторонником MIR. Прокубинская MIR, формально не входила в Народный союз Сальвадора Альенде, так как в принципе считала, что переход к социализму должен быть насильственным, однако пользовалась режимом наибольшего благоприятствования. Организация получала помощь с Кубы, и сама, в свою очередь, тренировала боевиков из Аргентины, Уругвая и других стран. Одним из лидеров MIR был племянник Альенде.
Не только MIR получала оружие с Кубы. Еженедельно в Сантьяго приземлялись два кубинских рейса, которые в дипломатических вализах привозили оружие. В одну вализу влезало три «калаша». Бывали партии и побольше. В марте 1972-го случился скандал — таможенники захотели проверить 11 огромных ящиков, прибывших рейсом из Гаваны. Сопровождавший груз член правительства Эдуардо Паредес (он руководил криминальными расследованиями) заявил, что это его личная кладь. Всего таким образом в Чили завезли 4 тысячи «калашей».
Боевые революционные отряды в Чили не исчерпывались рабочими, крестьянами и боевиками MIR. После того как Альенде поднял на 40% зарплаты и заморозил цены, из магазинов исчезли продукты. Тогда были созданы «комитеты по контролю за ценами» (Juntasde Abastecimientoy Controlde Precios),которые распределяли талоны, разумеется, среди активистов режима.
Лавочники, водители, юристы, банкиры начали объявлять всенародные забастовки. В ответ cordonesindustrieles (нечто вроде реввоенсоветов, вооруженных организаций самоуправления в барачных предместьях Сантьяго) заявили, что готовы взять на себя и лавки, и транспорт. MIR, cordones industrieles, комитеты по ценам, передел земли, национализация заводов с передачей земли и заводов в управление активистам — все это за два года создало правящий класс революционной сволочи, шариковых и швондеров, а также идеалистов-зорро, и мне, естественно, любопытно знать: как вели себя эти шариковы-швондеры-зорро до 11 сентября и сколько из них было убито после?
Вместо этого мне заявляют: а нас не интересует то, что происходило до 11 сентября.
Это как? Домой к Латыниной забрался грабитель, она его убила. Мы будем судить Латынину за убийство, а что происходило до убийства, нас не интересует. Это не называется справедливость. Это называется Басманный суд.
Самое важное: этот прием является для защитников прав человека стандартным. Human Rights Watch регулярно критикует Израиль за нарушения прав человека — при операции «Литой свинец» и т.д. На вопрос о палестинском терроризме HRW отвечает: нас не интересует история вопроса.
Боевики, убитые в нарушение их прав
Второе: кто, как вы думаете, вошел в список убитых по политическим мотивам при Пиночете?
Ответ: в этот список вошли боевики, в том числе убитые в перестрелке, и гражданские жертвы этих перестрелок (killed in gun battles, either as participants on one of the two sides or because the bullets by chance happened to hit them).
Постойте-постойте! Возьмем, к примеру, MIR. Речь идет о вооруженной организации в 10 тыс. человек, которые даже в условиях победившего на выборах президента-марксиста исповедовали доктрину насильственного перехода к социализму.
MIR при Пиночете понесла колоссальный урон. К1975 году из 52 членов ЦК 9 были убиты, 24 под арестом, а еще четверо выступили по телевидению с призывом сложить оружие. Несколько сотен членов MIR убежали на Кубу, прошли там подготовку и высадились в Андах, в Нельтуме, с оружием в руках. Пиночет сбросил в Нельтуме парашютный десант и разгромил боевиков. MIR перешла к терактам — устроила покушение на Пиночета, а для добычи денег грабила банки. Всего при Пиночете было убито как минимум 663 боевика MIR.
И вот комиссия заявляет мне, что эти люди «убиты в нарушение их прав человека». Ну прямо как бедный бен Ладен, которому кровавые американцы даже не предложили сдаться.
Мало того: комиссия а) утверждает, что MIR имела право с оружием в руках сопротивляться власти, если она несправедлива (вопрос: тогда ведь и те, кто восстал против Альенде, нарушившего все нормы конституции, имели такое же право?), и б) практически всегда отвергает официальную версию гибели боевиков в перестрелке и на основании неназванных источников заключает, что они были убиты, не оказав сопротивления.
И снова — это абсолютно та же самая позиция, которую занимает, скажем, Amnesty International по отношению к исламским террористам.
Полицейские, убитые террористами
Но это еще не все! Потому что жертв все равно, как ни крути, мало. Получается, что кровавый Пиночет убил меньше людей, чем те 3 тыс. белых фермеров и членов их семей, которые были убиты в ЮАР после конца апартеида.
И тогда комиссия делает удивительный финт. Сначала она долго рассуждает, что вообще-то многие считают, что «политические жертвы» — это только жертвы государства. Т.е. сколько бы ни убивал террорист, его жертвы «политическими жертвами» не являются и им защита прав человека не положена. Но мы, пишет комиссия, придерживаемся другой позиции. Поэтому мы включаем в список политических жертв, убитых при режиме Пиночета, — солдат и полицейских, убитых боевиками.
Здорово? Вы знали, что в список мирных жертв кровавого режима входят полицейские, убитые террористами?
И опять-таки это не случайный прием: это типичный прием левых. Когда в 2010-м WikiLeaks предал гласности американские документы о потерях среди мирного населения в Ираке, газета Guardian разбила данные на множество групп: число мирных граждан, погибших от СВУ (самодельных взрывных устройств), число мирных граждан, застреленных на блокпостах, и пр. Она не привела только двух цифр: число мирных жителей, погибших от рук американцев, и число мирных жителей, погибших от рук боевиков. Данные были сгруппированы таким образом, чтобы невнимательный читатель подумал, будто все мирные жители убиты американцами, в то время как на самом деле две трети мирных жителей были убиты боевиками.
С таким же успехом можно включить в список людей, убитых по политическим мотивам при американском президенте Буше, а) 19 террористов, взорвавших Башни-близнецы, б) 2977 человек, погибших при взрыве. А на недоуменные вопросы, ежели они будут, ответить так: но мы же на 874-й странице доклада в примечании номер 17 отметили, о ком идет речь.
Правозащитная бюрократия
По роду деятельности мне постоянно приходится читать разные отчеты и правительственные документы. Так вот, когда я читаю отчеты американских комиссий или судебные решения английских судей, меня поражает точность и объективность изложения. В мире нет лучше работы по Башням-близнецам, чем соответствующий отчет Комиссии по 9/11.
И наоборот, когда я читаю документы международной бюрократии и гуманитарных организаций, я постоянно сталкиваюсь с одним и тем же набором приемов вранья. Три примера я уже привела: это приемы «нас не интересует история вопроса», «назови боевиков невинными жертвами» и «включи людей, убитых одной стороны, в список убитых другой стороной».
Есть еще и четвертый прием, самый распространенный. Он очень прост: в основном тексте говори одно, в резюме — другое. Так устроены, например, доклады IPCC, International Panelon Climate Change, столпа учения о глобальном потеплении — единственной научной теории, созданной и разработанной непосредственно международной бюрократией. Одно из основных положений учения глобального потепления — тезис о росте с потеплением числа природных катастроф. У этого тезиса есть один маленький недостаток — он не подтверждается фактами и статистикой.
Поэтому у IPCC в основном тексте отчета написано, что «увеличения числа катастроф не наблюдается». А в resume for policy makers написано, что увеличение катастроф в будущем «вероятно». Если кто-нибудь вздумает попрекать IPCC реальной статистикой, оправдание налицо: ну мы же написали в докладе, что увеличения катастроф нет! А если у кого-то сложилось такое впечатление, что они есть, мы же не виноваты, что он невнимательно читал.
Точно так же и комиссия Реттига: они же написали, что считали число погибших по политическим мотивам и включили в него полицейских, погибших от рук боевиков. А если кто-то принял эту цифру за число мирных жертв кровавого режима, они же не виноваты, что кто-то невнимательно читал.
У этого приема, «в основном тексте пиши одно, в резюме – другое», есть еще дополнение, которое формулируется так: а вне текста — лги.
К примеру, из основного текста IPCC мы узнаем, что «увеличения катастроф не наблюдается», из резюме — что оно «вероятно в будущем», а из интервью журналистам главы IPCC Раджендра Пачаури, что «это уже происходит — наводнения, ураганы!».
То же самое и с Пиночетом. Несмотря на то, что в докладе комиссий Реттига и Валеха содержится исчерпывающий перечень убитых, в Сети постоянно появляются страшилки, которые звучат примерно так: «за время диктатуры погибло 2829 работников СМИ», «журналист-антикоммунист Роберто Гальо был убит, когда защищал беременную женщину от избивавших ее солдат». «Сотрудницу женских журналов Камелию Солер убили, когда она доказывала, что французская книга «Кубизм», изъятая из ее библиотеки, не имеет отношения к революционной Кубе».
Излишне говорить, что никакого Роберто Гальо или Камелии Солер в докладе комиссии Реттига просто нет.
Объективные описания всегда глубоко внутри
Главный рецепт изготовления подобных докладов очень прост: надо создать запутанный, бессвязный и полный несущественных подробностей текст, который невозможно одолеть до конца. Если постановления английских судей или отчеты сенатских комиссий США — это образец разумной краткости и логичности, то с докладами международной бюрократии дело обстоит ровно наоборот: продраться сквозь них невозможно. При этом где-то в бездонном теле доклада, как правило, рассыпано множество правильных фраз, которыми при случае авторы доклада, будучи уличены в необъективности, всегда смогут прикрыться: да вот, мы же это сказали! На 1197-й странице в 15-м примечании.
К примеру, никак нельзя сказать, чтобы комиссия Реттига совсем не описывала обстановки, сложившейся в результате деятельности правительства Альенде. В частности, комиссия пишет:
«Существовали повторяющиеся нарушения прав собственника в виде захватов сельской, городской и промышленной собственности. В большинстве случае владельцы не получали помощи в возвращении собственности, а захватчики не были наказаны…Обычной стала ситуация, при которой частные вооруженные силы граждан занимали место сил общественного порядка и делали это безнаказанно. Эти события часто приводили к кровопролитию, затрагивавшему обе стороны: убийствам, ранениям, самоубийствам, а также похищениям и насилию… все те, кто подвергался господствующему хаосу и насилию, объясняли это тем, что правительство не защищает их прав».
Нельзя также сказать, чтобы комиссия не отметила крайней эффективности и избирательности DINA (секретной полиции, охотившейся за левыми при Пиночете).«ДИНА продемонстрировала, — гласит текст комиссии Реттига, — что она может наносить точечные и одновременно разрушительные удары. Точечные — в том смысле, что она ограничивала свою активность уничтожением тех, кого она считала крайне левыми, в особенности членов MIR и связанных с ней групп и лиц».
Собственно, этими двумя цитатами вполне объективно описывается все, что произошло при Пиночете.
Существовало правительство Альенде, нарушившее конституцию, перевернувшее все представления о собственности, порядке и законе. Военные вернули порядок, убив всего 3 тыс. человек — ничтожно малое число, если учесть, что боевиков одной толькоMIRв стране было 10 тыс. человек — не считая коммунистов, марксистов, активистов federacion campesina, «индустриальных поясов», «комитетов по ценам» и пр. Уже одно это малое число убитых свидетельствует о том, что удары были безусловно точечными. В отличие от ударов левых, которые, как мы хорошо знаем из истории, считали своей легитимной жертвой любого представителя враждебного сословия.
Однако эти две цитаты погребены глубоко в недрах текста, посвященного мирным жертвам кровавого режима.
Истина и справедливость
Комиссия Реттига сама характеризует себя как «объективную». «Никто не может обвинить нас в том, что мы были предубеждены в пользу одной из сторон», — говорится в докладе.
Это тоже типичный прием такого рода текстов. Открыв, к примеру, третий отчет IPCC, мы узнаем из первых строк, что данный отчет «анализирует огромный массив данных», «углубляет наше понимание», «производит детальное исследование» и «короче говоря, опять станет главным научным маяком для всех тех, кто озабочен проблемами перемены климата».
При этом Объективная Комиссия называет режим Альенде, «трагически прерванным социалистическим экспериментом».
Еще одна примечательная цитата: «В начале военного режима нарождающиеся организации по защите прав человека в Чили почти не осознавали масштабов, до которых выросло международное движение прав человека. Но вскоре они детально ознакомились с международным правозащитным движением».
Иначе говоря, пока эти милые люди, которые при полном попустительстве правительства вышибали прикладами мозги собственникам, участвовали в «трагически прерванном социалистическом эксперименте», на права человека они клали. Когда же они получили сдачи, то быстро вспомнили о международном сословии «полезных идиотов».
Пиночет пролил немало крови. В числе убитых оказался не только покровительствовавший насильственному переделу земли министр Кальдерон (его пытали, а потом соврали, что он совершил самоубийство). И не только министр Паредес, любитель таскать «калашниковы» в личном багаже (убит вскоре после 11 сентября, якобы с оружием в руках, но, вероятней, взят в плен и расстрелян). Но и, скажем, генерал Пратс, который ни с какого боку коммунистом не был, а был взорван в Аргентине с собственной женой, потому что потенциально мог составить конкуренцию Пиночету.
Но я хочу иметь два списка: список «красного террора» и список «белого террора», и в списке жертв Пиночета я хочу точно видеть, кто был легитимной целью, а кого расстреляли по ошибке или по злобе. Вместо этого про «красный террор» мне ничего не говорят, а в список безвинных жертв кровавого режима заносят вооруженных боевиков, вторгшихся на территорию Чили, и даже убитых ими солдат и полицейских.
Люди, сами себя объявляющие воплощением Истины, Примирения и Объективности, лишили меня возможности судить о чем бы то ни было, иначе чем косвенно: знаете ли вы, например, что военные трибуналы при Пиночете выносили огромное количество оправдательных или мягких приговоров? (Город Арика: 57 подсудимых, 11 оправданы, остальные приговорены к заключению или изгнанию. Писагуа: 147 подсудимых, 6 смертных приговоров, остальные пожизненные. Калама: 34 подсудимых, 5 оправдано, остальные получили тюрьму или изгнание.) Сравните с нашими «тройками» и учтите, что большинство подсудимых не были невинными овечками.
Щит для левых
На примере комиссии Реттига очень хорошо видно, что главный — и ложный — постулат движения за права человека очень прост. Идет война, стороны стреляют друг в друга, и тут возникают левые правозащитные организации и начинают кричать одной из сторон: почему вы убиваете без суда?
Что ж. Ответ таков, что на войне всегда убивают без суда.
Мы не судим вражеского солдата и, когда мы стреляем в него, мы делаем это не потому, что он уже убил 10 наших. Мы стреляем в него потому, что он стреляет в нас. Если он еще никого не убил, тем лучше. Затем и стреляем — чтобы не убил.
В XX веке образовались террористические группы, объявившие войну обществу (коммунисты, террористы, исламисты) и присвоившие себе право на неизбирательное насилие в отношении своих противников.
Защитники прав человека при появлении такой группы а) неизменно закрывают глаза на творимое ей неизбирательное насилие, б) заявляют, что их «не интересует история вопроса», в) признают уничтожение таких групп государством «нарушением прав человека». Выходит, что одна сторона имеет право убивать, причем неизбирательно, а другая — не имеет права убивать, причем даже точечно. Вместо защиты прав человека получается защита прав террориста.
Движение за права человека возникло как щит для левых. У него была конкретная цель — защитить левых — коммунистов, анархистов, социалистов — от всех разновидностей буржуазного государства с помощью различных идеологических конструктов.
Нельзя, например, не обратить внимания на то, что деятельность правого Пиночета вызвала к жизни не только большее число правозащитных комиссий, чем деятельность левых Мао или Пол Пота. Но и, что уже совсем удивительно, Пиночета расследуют больше, чем Бокассу, Амина или Дювалье, хотя Пиночет убил меньше людей, чем Бокасса съел.
Поэтому я склонна думать, что главное преступление Пиночета в глазах левых правозащитников состоит не в том, что он убил 3 тыс. человек, а в том, что он, убив всего три тысячи коммунистов, построил рыночное общество, в то время как коммунисты в России убили несколько десятков миллионов и построили хлев.
С течением времени дискурс мутировал. Его взяли на вооружение любые террористы, а не только левые. Его взяли на вооружение диктатуры. Его взяли на вооружение международные бюрократические организации.
Я не сомневаюсь, что среди правозащитников много порядочных и совестливых людей, точно так же, как их было много среди социалистов. Я не сомневаюсь, что и от правозащитного движения есть какая-то польза.
Но в целом я полагаю, что правозащитное движение, как и попытки построения коммунизма, нанесли миру огромный вред.
Во всех тех случаях, когда правозащитное движение обличает подлинную несправедливость, эта несправедливость может быть доказана безо всяких «прав человека». Для того чтобы осудить убийц Магнитского, не нужны «права человека». Нужно просто указать, что люди, которые украли 250 млн долларов (а в общем и целом — несколько миллиардов) из российской казны, попытались обвинить в этом преступлении человека, который изобличил их, и уморили его в тюрьме. Это не называется «нарушение прав человека». Это называется «воровство», «кривосудие» и «убийство».
В тех же случаях, когда единственное, что можно предъявить государству, это именно «нарушение прав человека» и более ничего, неизменно оказывается, что «нарушены» права бен Ладена, членов ХАМАС, террористов FARC или милых славных людей, национализировавших заводы и деливших земли.
Движение за права человека отрицает за государством право на защиту, при этом признавая за террористом право на нападение. «Победителей не судят», — сказала некогда ЕкатеринаII. Благодаря правозащитному дискурсу главным лозунгом нашего времени стал другой: «Побежденных не судят». Это сомнительный лозунг, некогда очень полезный для левых, а теперь и для всех остальных террористов.
Показать полностью
Ответ на пост «Интересный человек»5
В конце моего поста, в самом низу будет самый "цимес" того, о чем я пишу.
Он, тогда ещё молодой мужчина, был телохранителем Сальвадора Альенде. Президента Чили. ... Потом случился военный переворот в 73ем году. Альенде застрелился. К власти пришел Пиночет. А Луис ушел в подполье. Но его выщемили. Пытали. Раздробили пальцы на ногах. Выломали ребро клещами. Ну и отбуцкали конечно. Что хотели узнать этот темнила мне не сказал. Потом его посадили в вертолет, и отлетев километров на 20 выбросили в океан.
Я просто хочу напомнить:
1. Сальвадор Альенде был демократически избранным президентом Чили.
Альенде был социалистом, другом СССР и проводил масштабные реформы внутри страны: дали массовое образование, доступное здравоохранение, провели промышленную реформу (выжал из страны за определенные компенсации колониальные организации США), земельную (много крестьян получили землю).
В первый же год реформ безработица уменьшилась вдвое, а ВВП показал рост на 9%. В дальнейшем рост снизился, но экономика так же росла. Причиной снижения скорости роста стали медный и нефтяной мировые кризисы, но в первую очередь пункт 2 из моего списка.
2. США организовали экономическую блокаду Чили через наложение множества санкций. Президент США Ричард Никсон сказал: "Заставьте экономику Чили кричать от боли" (“Make the economy scream").
3. в дополнение ЦРУ США организовал и финансировал оппозицию и террористов на территории Чили (я сейчас глянул Википедию - там пишут что "к августу 1973 года суммарный ущерб от террористических актов и диверсий составил 32 % годового национального бюджета Чили").
4. В итоге 11 сентября 1973 года при поддержке США произошел военный переворот, который вынес в руководители государства генерала Пиночета.
при Пиночете началось "Чилийское экономическое чудо": экономические санкции были сняты, а в экономику Чили начали вливать деньги. Но что любопытно: скорость роста ВВП при Пиночете только в один год (в 1978 году, 9,9%) оказался выше, чем был рост в первый год Альенды (до ужесточения санкций).
5. Описанные в посте ТС пытки с последующим выкидыванием человека из самолета в море массово использовалась не только в Чили, но и в Аргентине. Сейчас это называют "полёты смерти". Массовые пытки и убийства в первую очередь коммунистов, но также и других оппозиционеров в Латинской Америки (в Чили, Аргентине, Боливии, Уругвае, Парагвае) направлялись из США и имеют сейчас единое название - "Операция Кондор".
6. В качестве ответчика по процессам за организацию операции Кондор пытались призвать лауреата нобелевской премии мира госсекретаря США Генри Киссинджера, но когда ему выписали повестку, то он сбежал из Франции в США.
7. Добавлю что операция Кондор и смежные с ней операции велись на протяжении почти 10 лет и были свернуты из-за того, что СССР начал безнадежно проигрывать в борьбе с США.
а теперь я перехожу к обещанному "цимесу", который показался мне весьма любопытным
8. Госсекретарю США Коллину Пауэллу в 2003 году задали вопрос, состоявший из двух частей.
Первая часть вопроса касалась Чили:
Журналист, обращаясь к Пауэллу: "в 1973 году, когда Соединенные Штаты устроили переворот в Чили 11 сентября, несмотря на желание чилийского населения против переворота и в поддержку — и население в поддержку демократически избранного президента Сальвадора Альенде, ЦРУ, несмотря ни на что, поддержало переворот Аугусто Пиночета, который привел к массовой гибели людей."
Пауэлл ответил: "Что касается вашего предыдущего комментария о Чили в 1970-х годах и о том, что случилось с г-ном Альенде, это не часть американской истории, которой мы гордимся. Теперь у нас есть более ответственный способ решения таких вопросов, и мы работали с Чили, чтобы помочь ей создать ответственную демократию."
Этот диалог состоялся 20 февраля 2003 года.
а 5 февраля 2003 года Коллин Пауэлл, выступая на совете безопасности ООН, показывал ту самую пробирку, в которой, как он утверждал, находятся образцы иракского оружия массового поражения. Как мы знаем сегодня - это была ложь, под прикрытием которой произошло вторжение в Ирак. В пробирке ничего не было и после вторжения, разрушения Ирака так и не было найдено никаких доказательств, что в стране было оружие массового поражения.
К чему я про этот цимес?
А к тому что это ещё один пример, на этот раз малоизвестный, того, что политика этих "господ" не меняется. Они могут извиняться, клясться и каяться, говорить что все ошибки учтены, но верить им нельзя. История повторяется вновь и вновь.
Источник интервью Коллина Пауэлла: https://irp.fas.org/news/2003/02/dos022003.html
Источник про ВВП Чили: https://be5.biz/makroekonomika/gdp/cl.html
UPD:
Несколько комментаторов обратили внимание, что я их и вас обманул в своем тексте выше. Обман случился в этой моей фразе:
"Коллин Пауэлл, выступая на совете безопасности ООН, показывал ту самую пробирку, в которой, как он утверждал, находятся образцы иракского оружия массового поражения"
Комментаторы правы: Коллин Пауэлл действительно не утверждал, что в пробирке "образцы иракского оружия массового поражения".
Вместо этого Пауэлл использовал манипуляцию: в рамках одной разы (как он сам сказал - в рамках одного пункта) он сначала говорит что "мы получили подтверждение что в Ираке полно биологического оружия и его там очень, очень много! В то время как чайной ложки сибирской язвы, это как в пробирке (трясет пробиркой), было достаточно чтобы заблокировать работу Сената, убить двух человек и заставить сотни обратиться к медицинской помощи".
Как видите, Пауэлл не говорил что у него в пробирке сибирская язва или что она из Ирака. Но его речь так построена, чтобы показалось будто в пробирке действительно опасный яд. Приношу мои извинения тем, кого я ввел в заблуждение тем, что сказал будто Пауэлл утверждал что у пробирке образцы биологического оружия из Ирака.
Я нашел видео с выступлением Пауэлла, послушал его и ниже в комментариях я добавил перевод его слов, а также сами слован в оригинале (на английском) и ссылку на видео. Это в качестве пруфа к текущему моему UPD. Ссылка на коммент - #comment_313522374
Показать полностью
Зам. министра иностранных дел России про ядерные испытания, БРИКС, переговоры и деглобализацию
Сергей Рябков (Фото: Сергей Бобылев / ТАСС)
Армен Оганесян: главный редактор журнала «Международная жизнь»: Сергей Алексеевич, сегодня нет недостатка в разговорах о необходимости «новой стратегии Запада по Украине». Все решительнее звучат голоса ряда политиков и аналитиков в США, призывающих склонить Киев к стратегическому реализму и даже усадить его за стол переговоров. Но возникает вопрос: насколько реалистично то, к чему призывают неожиданно прозревшие «миротворцы»?
Сергей Рябков: Я не очень расположен воодушевляться такого рода сигналами, не потому что подвержен историческому пессимизму, а просто в силу того, что мы и раньше наблюдали некие вибрации, по крайней мере, среди американских политологов по части того, верным ли курсом движутся коллективный Запад и его подопечные в Киеве. Но ни к каким изменениям в официальной линии Вашингтона и ведомых им столиц это не привело. Скорее всего, и в этот раз понадобится дополнительное время, чтобы нынешние девиации, отклонения от мейнстрима можно было бы воспринимать более серьезно и предметно их анализировать в преломлении к ситуации.
Но главное даже не это, а то, что для изменения нынешнего, крайне враждебного курса США и их сателлитов по отношению к России требуются не политологические «посиделки», не публикации альтернативных взглядов в СМИ, а глубокое осознание кругами, формирующими политику в «большом Вашингтоне» и, разумеется, в администрации Байдена, того простого факта, что антироссийская линия, в том числе в ее украинском преломлении, обречена на провал. И что изначально была совершена громадная стратегическая ошибка, когда они взяли курс на нанесение России поражения, на ведение гибридной войны «до последнего украинца», как это принято говорить теперь уже и на Западе. И признание этого - для нас изначально очевидного - факта может стать отправной точкой для реальной коррекции их курса.
А паллиативы, какие-то полумеры, о которых рассуждают некоторые маститые, авторитетные политологи, специалисты по евразийским делам в Вашингтоне, да и в Европе, с нашей точки зрения, не приведут к стабилизации ситуации. Наоборот, они станут предтечей нового, возможно еще более острого кризиса, поскольку Киев, безусловно, такого рода схемы обернет в свою пользу и при массированной поддержке со стороны Запада перегруппируется, опять будет совершать провокации и преступления, опять станет создавать угрозы для безопасности нашей страны. Этого допустить нельзя.
А.Оганесян: В ноябрьском номере «Foreign Affairs» была опубликована статья весьма авторитетных политологов, занимавших крупные посты в Госдепе США, - это Ричард Хаас и Чарльз Купчан. Оба автора предсказывали, что «контрнаступ» Украины заведет ситуацию в «кровавый тупик». Итак, что же предлагают «лучшие умы Америки»? Цитата: «Лучший выход из сложившейся ситуации - это двухступенчатая стратегия, направленная на то, чтобы сначала укрепить военный потенциал Украины, а затем, когда… пик боевых действий пройдет, вывести Москву и Киев с поля боя и усадить за стол переговоров». Ваш комментарий?
С.Рябков: Вначале подчеркну, что для американцев никогда, ни до СВО, ни после ее начала, самостоятельную ценность Украина не представляла. Это средство подавления тенденции международного возвышения России, противодействия укреплению наших международных позиций, развитию нашей экономики. СВО стала предлогом для того, чтобы безоглядную и всеохватывающую санкционную, пропагандистскую, политическую, а теперь и открытую войну в ее гибридных формах развернуть с таким размахом, как это до сих пор врагами России не практиковалось. Не было бы Украины, придумали бы что-нибудь еще.
В принципе, все последние годы дело шло именно к такому острейшему столкновению. Оно, в моем понимании, носит цивилизационный масштаб. По большому счету речь о том, сможет ли нынешний кризис ускорить становление многополярного мира, где исторический Запад будет занимать солидное, значимое, но все-таки ограниченное место, либо этот самый исторический коллективный Запад через кровь - не свою, а кровь других народов - сумеет на время продлить иллюзию о собственном доминировании в международных делах.
Теперь о сюжете, который затронули Хаас и Куп-чан. Иной раз поражает умозрительность схем, которые продвигают даже самые глубокие исследователи и неплохие знатоки российских дел. Двухступенчатость - она, например, применительно к ракете хорошо проектируется и рассчитывается на компьютере, а к таким вопросам, как денацификация Украины, защита русского, русскоязычного населения, возвращение исторически российских территорий в лоно Родины и ко всему, что с этим связано, никакие линейные, пусть даже самые изощренные схемы неприменимы. Кроме того, не готов оценивать, способны ли ответственные лица в Вашингтоне, те, от кого зависит официальный курс США, хотя бы между собой за закрытыми дверями всерьез воспринять то, что предлагают эти политологи. Мы тем более не готовы обсуждать, какова может быть официальная линия российской стороны применительно к такого рода построениям. Здесь просто нет предмета.
У нас по большому счету и по второй дорожке - по линии политологов - не очень выстраивается диалог с американскими представителями ровно потому, что во всех их подходах сквозит нежелание признать очевидный факт, а именно, что у России были, есть и всегда будут коренные национальные интересы. И мы не можем в угоду конъюнктуре, неким обстоятельствам пренебрегать ими. Мы их защищали и будем защищать. Для нас ясна историческая предопределенность происходящего. А для американцев это все может быть сведено к неким играм в стилистике ситуационных анализов, чем, наверное, до сих пор занимаются студенты старших курсов политологических факультетов ведущих университетов. Вот этим грешит подход политологов из США. Он оторван от жизни. Хотя, возможно, внешне привлекателен, и, наверное, количество репостов, упоминаний этой публикации высоко и льстит авторам. Но к жизни это имеет весьма отдаленное отношение.
За прошедшее с февраля 2022 года время многое изменилось. Видим, что произошло с разрекламированным на Западе украинским так называемым «контрнаступом». В нашу общественно-политическую, государственную ткань, в структуру нашего общества устойчиво и необратимо входят новые регионы. Поменялось также многое другое, поэтому отправная точка для выработки когда-то в будущем того или иного решения будет совсем иной, чем раньше. И мы не пойдем на уступки. Специальная военная операция завершится полным успехом, и поставленные перед ней цели будут достигнуты.
А.Оганесян: Может ли что-то кардинально измениться в случае возвращения Дональда Трампа в Белый дом? И не могли бы вы расшифровать его заявление, что, став президентом, он бы уже на следующий день положил конец кризису на Украине?
С.Рябков: Полагаю, что это все же фигура речи больше, нежели свидетельство наличия у него некоего плана - эффективного и работоспособного. Магических решений не может быть, волшебные палочки здесь неприменимы. И мы видели, что в период пребывания г-на Трампа в Белом доме линия США на российском направлении была весьма жесткой. Трамп намного превзошел своего предшественника Обаму по количеству санкционных волн, которые применялись в его период к России. Наблюдались определенные опасные эксцессы в период пребывания Трампа в Белом доме, например угрожающие твиты от имени Президента США про некие американские ракеты, которые, мол, вот-вот полетят. Но такими вещами не шутят. Это очень серьезно. Это дестабилизирующие сигналы.
Признаков того, что в случае его победы на предстоящих выборах что-то поменяется в благоприятную сторону в плане подхода к России и вообще политика США на российском направлении станет более здравой и ответственной, нет. Положительные прогнозы строить по большому счету не на чем, хотя кому-то просто хочется верить в лучшее.
Давайте дождемся американских выборов. До них еще долгий путь. И неизвестно, как развернется избирательная кампания. Она уже сейчас демонстрирует высокую напряженность и остроту. Понятно, что без неожиданностей не обойдется. Мы не более чем наблюдатели, которые стараются не упустить важные моменты для нашего собственного понимания происходящего. На процесс выборов никоим образом не влияем и никогда не пытались влиять. И совершенно возмутительно то, что было проделано политиками и функционерами Демократической партии на предыдущих отрезках, когда России приписывалось некое вмешательство во внутренние дела и в выборные процессы в США - такого по определению быть не могло. Потом пустые обвинения лопнули, обнажив враждебную суть настроя всех этих деятелей применительно к России. Они используют мифическую «российскую угрозу» для решения собственных внутриполитических задач. Не исключаю, что что-то подобное может произойти и в дальнейшем.
А.Оганесян: Очевидно, антироссийский консенсус существует между демократами и республиканцами, но попытка заблокировать финансирование Украины не говорит ли о некой трезвости взглядов в республиканских кругах?
С.Рябков: Допускаю, что у отдельных политиков, публицистов, экспертов может наступать прозрение. Но инерционность американской госмашины и настрой всех, кто там задает тон, на то, чтобы не допустить варианта, когда Россия возьмет верх, будут преобладать, по крайней мере, в обозримой перспективе. При этом шоу на публику вокруг межпартийной борьбы в Конгрессе повторяется на различном материале с определенной периодичностью. Весь этот цирк по поводу каждый раз столь «мучительного» согласования очередной «финзаплатки» для бюджета: ах, опять американское федеральное правительство на грани остановки! Ах, как же мы будем жить?! Однако все вокруг понимают, что они опять договорятся в последний момент, опять повысят «потолок» государственного долга на энное количество триллионов, перекладывая свои нынешние проблемы на будущие поколения американцев. Это представление продолжится так, как оно шло раньше. Но уже нет доверчивых и наивных людей в этом цирке, которые сидели бы на галерке и с интересом смотрели, как фокусник за уши вытаскивает зайца из собственной шляпы. Это уже все прошлый век, уже всем надоело.
А.Оганесян: Украинский «тупик», похоже, не единственный во внешней политике США. Можно ли сказать, что процесс переговоров по ограничению и контролю над ядерными вооружениями находится в стадии «глубокой заморозки» и заинтересована ли сегодня Россия в его «размораживании»?
С.Рябков: Не только никаких переговоров нет, но нет даже систематического диалога на эту тему. Переговоры - это особый жанр и особый формат. Они требуют детально отработанной и согласованной между сторонами повестки дня. Они требуют систематизации даже промежуточных итогов. Вообще-то по классике каждый день официальных переговоров завершается выходом на протокол, который затем подписывается сторонами, чтобы потом не было двусмысленности в отношении того, что и как происходило и каковы перспективы продвижения вперед. Делегациям надо четко понимать, от чего дальше отталкиваться. Эта правильная практика уже далеко в прошлом. Нет ни периодических, ни даже эпизодических встреч по профильной тематике с участием экспертов, с участием представителей ведомств. Причина этому понятна. Американцы в одностороннем порядке прекратили диалог с нами.
В последнее время они, однако, вновь обратились к данной тематике, просигнализировав, что вроде как стоит к ней вернуться. Мы, в свою очередь, давно, еще до этого их обращения, сказали им, что вне общего контекста двусторонних отношений, которые в прямом смысле слова «в руинах» в результате крайне безответственной линии американской стороны, не готовы к возобновлению соответствующих обсуждений. Тем более что никаких элементов новизны в американском подходе к данным сюжетам не видно. Это их очередная попытка сыграть в одни ворота, то есть в наши. Мы не готовы к таким играм.
У нас есть опыт, пусть он не самый свежий, выходов на договоренности с США, которые строились на единственно допустимой основе - строгого баланса интересов, на отсутствии односторонних преимуществ у американской стороны. Этот опыт нельзя перечеркнуть. Но на сегодня просто нет ни формата, ни предмета для двусторонних обсуждений с США соответствующей тематики. Это, однако, не означает, что мы уходим от дискуссии по вопросам, касающимся стратегической стабильности на других, многосторонних площадках. Есть, например, «ядерная пятерка», и там определенный обмен мнениями, в том числе с американскими представителями, ведется. Есть работа «на полях» профильных международных структур. И по мере того, как международное сообщество продвигается, например, к следующей обзорной конференции Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), думаю, соответствующие усилия будут продолжены, в том числе в рамках текущего координаторства Российской Федерации в «ядерной пятерке».
А.Оганесян: Недавно была дискуссия по поводу испытаний ядерного оружия. Можно прокомментировать, как сейчас мы смотрим на эту проблему?
С.Рябков: Российская Федерация отозвала ратификацию Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Сделано это было для того, чтобы выровнять наш международно-правовой и политический статус со статусом США. Долгие годы мы полагали, что американцы последуют нашему примеру (и - на сегодня - примеру еще более чем 170 государств). Но общая ситуация в сфере безопасности поменялась радикально, и более мы не можем оставаться в положении страны, которая в полном объеме присоединилась к договору, не вступившему в силу из-за того, что прежде всего США (и, «глядя на них», некоторые другие страны) его не ратифицировали.
Мы бесчисленное количество раз обращались к американцам с призывами пересмотреть эту деструктивную позицию. Но сменявшие друг друга на протяжении более чем 20 лет администрации в Вашингтоне то подавали обнадеживающие сигналы, то - как администрация Трампа - просто гордились тем, что они не собираются присоединяться к ДВЗЯИ. Эти жонглерские приемы, тоже из циркового репертуара, в конечном итоге нам стали надоедать.
Сейчас ситуация в мире такова, что по большому счету не до шуток, тем более с такими вопросами. Поэтому мы сделали необходимые выводы. При этом свою подпись под договором не отозвали. Продолжаем взаимодействие с временным техническим секретариатом Подготовительной комиссии Организации Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Завершаем создание российского сегмента международной системы мониторинга в рамках ОДВЗЯИ. Но что будет дальше происходить, это целиком и полностью вопрос к США.
Про ядерные испытания могу сказать, что если США их возобновят, они получат в режиме зеркального ответа то же самое с нашей стороны. Они, конечно, в последнее время неоднократно сигнализировали, что таких намерений у них нет и что они готовы проявить даже какую-то транспарентность применительно к своему полигону. Но сегодня намерений нет, а завтра они могут появиться.
Помним, к примеру, что записано в Основополагающем акте Россия - НАТО на предмет «отсутствия планов, намерений и причин» размещать существенные боевые силы в Центральной и Восточной частях Европы. Натовцы это свое обязательство цинично растоптали. И планы, и намерения у западной группы во главе с США сугубо агрессивные, воинственные. Мы судим не по словам, а по делам, и сами должны в любой момент находиться в готовности. И, добавлю, в боеготовности в прямом смысле этого слова, если это будет необходимо. Такой подход полностью применим к тематике возобновления ядерных испытаний. Если американцы считают, что на данном направлении им тоже есть смысл попробовать испытать нас на прочность, - они ошибаются. Они получат совершенно новую ситуацию, если только позволят себе, абстрагируясь от трезвой оценки обстановки, пойти по пути дальнейшей дестабилизации и эскалации.
А.Оганесян: Ныне покойный Генри Киссинджер - легенда американской внешней политики - как-то сказал, что быть врагом Америки опасно, а быть ее другом - фатально, иными словами, смертельно опасно. Были ли вы лично знакомы с Киссинджером?
С.Рябков: Я с ним лично знаком не был. Хотя присутствовал на целом ряде мероприятий с его участием и однажды даже сидел в президиуме, когда Киссинджеру вручали диплом и мантию почетного доктора Дипломатической академии МИД России. Выступил тогда не то что в качестве его официального оппонента, но, по крайней мере, с комментариями к его докторской лекции в Дипломатической академии. Сейчас кажется, что это было даже не в другую эпоху, а на другой планете.
Киссинджер символизирует то, что Америка в свое время сформулировала как «реалполитик». Я бы просто назвал это здравым подходом к международным отношениям - совершенно не пророссийским или прокитайским, а глубоко проамериканским. Киссинджер был незаурядным мыслителем и практиком в дипломатии. Таких людей, наверное, в сегодняшней Америке нет. По крайней мере, их нет на виду. Произошла большая утрата, и неслучайно и Президент Российской Федерации, и министр иностранных дел России направили соболезнования его вдове.
Думаю, конечно, в этой упомянутой вами парадоксальной фразе есть определенная доля позерства. Но есть и толика истины в том, что безоглядно отдавать свои интересы на откуп Вашингтону по меньшей мере безответственно, а по большому счету рискованно. Но, скажем, часть современной Европы, входящая в ЕС и НАТО, совсем не заботится о фатальном риске для себя, с которым сопряжена ее полная подчиненность Америке. Я, кстати, не понимаю, почему у нас так «прижилось» ставить знак равенства между Евросоюзом и словом «Европа». Для меня Европа начинается от Уральских гор и заканчивается где-то у Кашкайша и Эшторила за Лиссабоном.
Современный политический класс в Евросоюзе в силу своей ущербности и крайне низкого уровня тех, кто принимает решения, заявить о том, что американский диктат и американское подавление - это прямой минус европейским интересам, просто не в состоянии. Впрочем, что об этом говорить. Если я продолжу развивать данную тему, конечно, найдутся те, кто в традиционной манере начнет вновь предъявлять упреки, как это там у них формулируется, что русские пытаются посеять рознь по обе стороны Атлантики, вбить клин и так далее.
Мы этого наслушались вдоволь, извините, до зевоты. Клинья вбивать некуда, даже если бы хотелось, потому что сомкнутость рядов и палочная, казарменная дисциплина в западном кругу определяют все. Они прикрываются рассуждениями о своей ценностной общности, о недопустимости дать волю авторитарным режимам, о важности продолжать всемирное дело продвижения свободы и прав человека. Но то, что они реально продвигают, становится все более похожим на отрицание самих основ, на которых строятся нормальные отношения между людьми.
Вопрос был поставлен доктором Киссинджером правильно. Если всегда подчиняться воле сюзерена, воле американского гегемона, то тогда можно утратить все. Просто все отдать в руки американцев. Но это их выбор. Если им так удобнее, ради Бога.
А.Оганесян: Можно ли сказать, что в наши дни не столь продолжительная эпоха глобализации заканчивается? Если это так, то каковы признаки деглобализации или, может быть, качественно иной глобализации?
С.Рябков: Вы говорите - деглобализация. Американские коллеги выработали термин «компартментализация» - применительно к контролю над вооружениями. По-моему, совсем разойтись по своим углам, по своим чуланам и жить, не общаясь друг с другом, наверное, наш мир все-таки не сможет хотя бы в силу современных технологий и их всеохватывающего масштаба. Но политически, экономически, как показывает практика последнего времени, вполне допускаю возведение новых стен и барьеров.
Насколько это эффективно, вопрос другой. Но, например, с точки зрения обеспечения безопасности выхода не остается. Припоминаю время, когда шли определенные дискуссии вокруг того, нужно ли идти по пути создания собственных космических систем глобального позиционирования. Мы, Российская Федерация, достаточно рано подхватили созданный еще в советское время задел и создали ГЛОНАСС. В отсутствие ГЛОНАСС нынешняя ситуация смотрелась бы совершенно по-иному.
Думаю, все страны, кто обладает достаточным технологическим потенциалом, вынуждены действовать аналогично. Китайцы создали свою систему. Да, это все приводит к тому, что на орбите все больше спутников. Там и так в некоторых точках «яблоку негде упасть», и этим тоже надо заниматься, но коллективно, на основе баланса интересов.
А.Оганесян: Есть мнение, что с уходом «дряхлеющего», как выразился Президент Путин, гегемона мир распадется «на союзы и союзики» и не сможет адекватно реагировать на масштабные планетарные вызовы времени. Вы согласны с такой точкой зрения?
С.Рябков: Думаю, что мир реально станет многополярным, или полицентричным. Некоторые западные исследователи считают, что мир будет «неполярным». То есть это будет мир определенного хаоса, в котором наряду с проявлениями, связанными с новыми технологиями, вплоть до искусственного интеллекта, с «зеленой» повесткой дня, будет доминировать право сильного.
Мы же считаем, что нужно двигаться по пути цивилизационного взросления и формирования, если хотите, вестфальской модели-2.0. То есть модели, при которой равенство и взаимное уважение государств поставлено во главу угла. Понятно, что добиться этого архисложно, если не сказать - неподъемно, с учетом периода тяжелейших кризисов и испытаний, который проходит международное сообщество сейчас. Но просто этому нет альтернативы.
Многополярность предполагает, что взаимодействие будет идти строго на основе равенства и учета интересов друг друга. Это касается и «государств-цивилизаций». Россия - одна из них. Это касается также всех членов международного сообщества, которые не оглядываются на своих «гегемонов», когда работают на общее благо и прежде всего - на благо своих народов, ищут партнеров там, где это им удобно и выгодно, и при этом не опасаются, что их будут бить по рукам санкциями, угрозами, шантажом.
А.Оганесян: Вашингтон не раз высказывал опасения по поводу растущего ядерного потенциала Китая. Удалось ли США во время недавнего китайско-американского саммита сколько-нибудь продвинуться в двусторонней ядерной повестке с Пекином?
С.Рябков: Мы внимательно следили за важной встречей, состоявшейся у Председателя Си Цзиньпина с Президентом Байденом в Сан-Франциско «на полях» недавнего саммита АТЭС. Из сферы безопасности отметил бы договоренность двух лидеров о возобновлении контактов по военной линии. Что касается тематики стратегической стабильности и контроля над вооружениями, то незадолго до саммита стороны провели на экспертном уровне соответствующий раунд консультаций.
Исходим из того, что там обсуждались вопросы, имеющие непосредственное отношение к тематике работы в формате «ядерной пятерки». И если у обеих сторон есть к этому интерес и внимательное отношение к тематике, стоящей в соответствующей повестке дня, мы это можем только приветствовать.
А.Оганесян: Мы с вами не раз обсуждали тему БРИКС, и я высказывал мнение, что неплохо бы этому объединению придать более определенный, взаимно обязывающий его членов статус. Вы дипломатично отклоняли такой подход. Но должен признаться, что, возможно, многие из нас исходят из старой блоковой ментальности с жесткой внутренней дисциплиной взаимных обязательств. Преимущества последней были очевидны в условиях холодной войны, биполярного, а затем и монополярного мира. Но складывается впечатление, что новое поколение объединений и содружеств нуждается в большей открытости, инклюзивности, и в этом, быть может, залог их будущей жизнестойкости и продуктивности?
С.Рябков: БРИКС - совершенно особая и не имеющая, на мой взгляд, аналогов общность государств, которая за исторически короткий период, чуть больше 15 лет, превратилась из экспериментального формата в существенный и, скажу откровенно, все более значимый фактор в международных делах. Сетевая дипломатия - вот что является инструментарием работы БРИКС. Хотя мы осознаем сложности обеспечения функционирования бриксовской механики в отсутствие Секретариата, а, напомню, что объемы - даже с точки зрения взаимной коммуникации между участниками и количества документов - продолжают нарастать.
Считаем, что по меньшей мере преждевременно перефокусироваться на институциональную консолидацию БРИКС, тем более - придание неким структурам наднационального характера. Нам надо пройти прежде всего этап интеграции новичков в БРИКС. Напомню, что на саммите в Йоханнесбурге в августе приглашения получили шесть стран.
На недавней встрече шерп и су-шерп БРИКС в ЮАР были представлены все, кроме Аргентины. Но Аргентина официально не сказала «нет». Мы спокойно и терпеливо ожидаем официальной реакции новых властей этой страны на имеющееся у них приглашение. Здесь нет никакой чрезвычайщины, здесь нет спешки. И вообще БРИКС - это структура доброжелательного подхода, взаимоуважительного отношения друг к другу. Понимаете, в хорошем смысле слова семья. Вот, что такое БРИКС.
Очень рад тому, что те из приглашенных в Йоханнесбурге государств, которые уже подтвердили свою готовность присоединиться к объединению, разделяют именно такой настрой.
Институционализация и создание правовой базы идут по сегментам. Есть уже несколько соглашений в рамках БРИКС, они юридически обязывающие. Сейчас, кстати, стоит вопрос о том, как обеспечить подключение к таким соглашениям новичков. Непростая тема сама по себе.
Второй сюжет, который встал перед нами во весь рост накануне начала российского председательства в объединении, - это выполнение поручения лидеров о разработке категории так называемых государств-партнеров. Немало стран из разных концов мира сигнализируют о своей заинтересованности в сближении с БРИКС вплоть до полноформатного членства. Это нужно отработать в конструктивном ключе.
А.Оганесян: То есть тенденция расширения БРИКС сохраняется?
С.Рябков: Желающих присоединиться к БРИКС на сегодня довольно много, больше двух десятков. Это помимо тех стран, которые уже официально объявили, что они готовы вступить в объединение 1 января 2024 года. Не знаю ни одной международной структуры или организации, где рост состава участников происходил бы такими темпами. Пока нет опыта функционирования расширившегося БРИКС. Это вопросы, на которые предстоит отвечать в период российского председательства.
У нас подготовлен обширный календарь мероприятий, мы им поделились со всеми участниками в Дурбане, ЮАР, где проходила упомянутая встреча шерп. Ключевым мероприятием станет, разумеется, саммит объединения в Казани осенью будущего года. Намечено полтора десятка министерских встреч в разных городах России. Вообще, традиция БРИКС предполагает, что принимающая страна, страна-председатель знакомит других участников со своей жизнью, с многообразием регионов.
БРИКС - это площадка, которая не только и даже не столько столичная. Думаю, что Казань по факту станет столицей БРИКС в наступающем году. Помимо саммита там запланирована целая серия мероприятий - и министерские встречи, и Игры БРИКС. Российское председательство настроено показать бриксовцам Мурманск, Владивосток, Екатеринбург и многое другое.
А.Оганесян: И в завершение, Сергей Алексеевич, что вы пожелаете читателям журнала «Международная жизнь» в новом году?
С.Рябков: Пожелание простое. Мира и синего неба над головой. Конечно, пожелания сбывающихся надежд и реализации планов. Мы - внешнеполитическая служба и конкретно люди, работающие на направлении БРИКС, направлении развития отношений с «глобальным большинством» - входим в новый год, будучи твердо уверенными в том, что движемся верным курсом. Мощь позиций Российской Федерации неоспорима. Авторитет нашей страны незыблем. Так оно будет и дальше!
Свидетельство о регистрации средства массовой информации № 016560 от 29 августа 1997 года.
Показать полностью
Путин почтил память экс-госсекретаря США Киссинджера1
«Ушел из жизни выдающийся дипломат, мудрый и дальновидный государственный деятель, на протяжении многих десятилетий пользовавшийся заслуженным авторитетом во всем мире», — об этом в своем письме к супруге американского политика Нэнси Киссинджер заявил президент России Владимир Путин. Текст письма опубликован на официальном сайте президента. Он также отметил, что имя Киссинджера связано с принятием прагматичной внешнеполитической линии, которая способствовала снижению напряженности международных отношений и укреплению глобальной безопасности.
Зампред Совбеза РФ Дмитрий Медведев на своей странице в соцсети X также отреагировал на новость о смерти бывшего госсекретаря США. Он отметил, что Киссинджер преданно служил своей стране на протяжении многих лет и умело принимал во внимание реалии мировой политики. Американский политик ушел из жизни в возрасте 100 лет.