Зонт номер семнадцать⁠⁠

В отделе забытых вещей мне предложили выбрать свой зонт из двадцати семи одинаковых. Я честно сказал, что не узнаю.

— А что помните? — спросила сотрудница.
— Чёрный. С кривой ручкой.
— Прекрасно. Тут двадцать шесть чёрных и один тёмно-синий. Осталось установить ручку.

Зонты стояли в большой пластиковой ванне. На каждом висел бумажный ярлычок с датой находки. Я потерял свой в троллейбусе в понедельник. В среду утром позвонил в диспетчерскую; там ответили, что принесли сразу шесть зонтов, и направили сюда.

Женщина достала первый зонт и раскрыла. На куполе была реклама ветеринарной клиники. Второй оказался с дырой у самой спицы. Третий раскрылся с хлопком, чуть не снёс мне очки.

— Вроде мой, — сказал я.
— Вы же не знаете.
— Узнаю, когда пойдёт дождь.

Она вздохнула и пододвинула папку с актами приёма. По правилам требовалась примета, которую нельзя угадать по цвету.

— На кончике ручки есть царапина, — вспомнил я.
— Здесь у всех есть. У нас люди зонты теряют, не скрипки.

Мы разложили вещи на полу. Я нашёл три с похожими ручками, но тут вошёл мужчина с папкой и заявил, что вчера оставил в автобусе чёрный складной зонт. На вопрос о приметах уверенно сказал:

— Мокрый.

Сотрудница закрыла глаза.

— Вчера шёл дождь. Здесь всё мокрое.
— Мой был особенно мокрый.

Мужчина ушёл к окну ждать вдохновения. Я продолжил поиски и заметил на одном чехле аккуратный узелок. В понедельник утром я действительно завязал чехол, чтобы он не выпадал из кармана рюкзака. Я указал на него.

— Это мой.
— А доказательства?
— Узел.
— Узел виден всем.

Тут мужчина у окна оживился. Сказал, что знает особую примету своего зонта: на нём торчит белая нитка. Мы нашли белую нитку. Сотрудница потребовала сказать, где именно; мужчина ткнул пальцем, промахнулся, а затем сообщил, что у нитки, возможно, было другое расположение.

Я предложил простой способ: мы оба раскрываем найденные зонты и смотрим, не лежит ли внутри чего-нибудь знакомого. Женщина сказала, что посторонние предметы из зонтов сотрудники извлекают при описи. И действительно, достала отдельную коробку: два чека, пластиковый свисток и засохший каштан.

Каштан я узнал сразу. За день до потери зонта я поднял каштан возле парка и сунул в чехол, пока искал ключи. Потом забыл.

— Ваш? — уточнила сотрудница.
— Мой.
— Докажите.

Я уже собирался уйти без всего, когда она расхохоталась и протянула зонт. По акту у него был номер семнадцать, а у каштана — отдельная строка: «Плод дерева, один».

Мужчина у окна попросил показать ему коробку ещё раз.

— Свисток, — сказал он. — Вот его я точно узнаю.
— Он у нас с две тысячи девятого года, — ответила сотрудница.
— Я давно ищу.