Живи и радуйся⁠⁠

В 118-ый день рождения Виктор Иванович проснулся рано.
В принципе день уже начинался неплохо.
Когда тебе исполняется 118 лет, проснуться — считай достижение.
Первым делом провёл техосмотр: разомкнул левый глаз — работает, затем правый — замутнён. Промыл, закапал — как новенький.
Согнул всё, что гнётся, что не гнётся — смазал.
Проверил передний и задний ход, провёл диагностику шеи.
Убедившись, что всё поворачивается и не хрустит, сделал два притопа, три прихлопа и начал новый день.

В восемь часов по расписанию ему звонили из Пенсионного фонда:

— Лидочка, здравствуйте, — прохрипел радостно в трубку именинник.

— И вам здрасти, Виктор Иванович, — грустно поприветствовала его Лидочка, — как ваше самочувствие?

— Не могу жаловаться, — улыбался в трубку старик.

— Очень жаль, Виктор Иванович, мне из-за вас уже пятый выговор в этом году! Сегодня тридцать лет, как вы перестали получать накопительную пенсию и перешли на государственную!

— Ну, простите. В этом месяце, я слышал, повышение?

— Да, повышение… — голос её сделался совсем печальным как у Пьеро, — а вы, часом, нигде на стороне не подрабатываете?! — решила она попытать удачу.

— Нет, к сожалению, денег мне хватает с головой.

— Жаль… Всего вам…— она не закончила фразу и положила трубку.

В девять часов Виктор Иванович, как обычно, садился завтракать со своим праправнуком, который с ним не жил, но всегда открывал дверь своим ключом.
Зайдя внутрь, он первым делом занимался замерами.
То кухню померит, то ванну.
Потом сидит — высчитывает материалы, прикидывает стоимость работ, рисует мебель.

Сегодня пришёл без рулетки — забыл.

— Возьми на серванте, — предложил Виктор Иванович, — от твоего деда ещё осталась, — грустно хихикнул он и налил заварку в чайник.

Мужчина лишь тяжело вздохнул и сел есть знаменитую яичницу прапрадеда.

В десять часов старик вышел покурить у подъезда.

— О! Иваныч, опять смалишь! А ты в курсе, что курение вызывает…— сосед осёкся, глядя на вполне себе живого старца, который курить начал в том возрасте, когда обычно помирают от того, что «вызывает».

— А мы вот в Москву собрались сегодня.

— А чего там делать?

— Покатаемся на метро, сходим на Красную площадь, на Ленина посмотрим, пока не закопали.

— А чего на него смотреть-то, Ленин как Ленин.

— А ты сам-то видел его?

— Да, он как-то приезжал к нам в село.

— В гробу?!

— Нет. В купе.

— Слушай-ка, а тебе сколько лет вообще?

— Восемнадцать исполнилось, — жевал старик губами фильтр.

— Да иди ты!..

— Ну да, я на второй срок остался.

— Ну, с совершеннолетием тебя тогда!

— Спасибо, — с этими словами Виктор Иванович возвратился домой.

В одиннадцать позвонил директор МТС и слёзно просил сменить тариф.
Тот, на котором сидел Виктор Иванович, существовал уже лишь из-за него одного и в пересчёте на современные деньги ничего не стоил, даже наоборот, МТС ему немного доплачивал.

В полтретьего по видеосвязи набрал старый друг и сказал, что к нему пришла какая-то странная женщина в чёрном и с триммером в руках.

— Подавленная какая-то, вся на нервах. Спрашивала, как у тебя дела, и почему ты не отвечаешь на её звонки? Почему не читаешь сообщения в WhatsApp. Просила о встрече. Плакала, истерила, оставила визитку и… ,походу триммер, — показал он на инструмент в углу.

В пять часов Виктор Иванович появился в магазине.
В день рождения гипермаркет предоставлял скидку, равную возрасту.
Виктор Иванович взял торт, килограмм бананов и широкоформатный телевизор.
На сдачу он вызвал такси и грузчиков.

В семь часов позвонили из морга и попросили забрать, наконец, свой страховой полис и тапки.

В восемь приехали гости, Виктор Иванович накрыл на стол, включил новый телевизор, разлил вино.
Тосты были очень скупые.
Гости не знали, чего желать, потому просто вставали по очереди.

В десять часов приехала полиция, чтобы попросить вести себя потише, так как за стеной живут пожилые люди. Дверь им открыл именинник, вызвав у стражей порядка парадоксальный сдвиг восприятия.

Спать Виктор Иванович лёг ближе к полуночи, когда изнуренное празднеством большинство гостей разъехалось по домам и больницам. Улыбнувшись в пустоту, он снял с пальца и положил под подушку волшебное золотое кольцо, которое все эти годы продлевало ему жизнь.
На нём мелкими буквами была выгравирована магическая надпись, сделанная по заказу :

«Живи и радуйся».

Так он и делал.