Эволюция (часть 15 глава 2)⁠⁠

часть 14

Проблем с выбором картины, которой я захотел осчастливить гектонов, не возникло — конечно же Мона Лиза кисти самого да Винчи. Ее загадочная улыбка должна теперь ставить в тупик не только землян - пускай и рептилоиды помучаются.

К растиранию в пыль собранных минералов я подключил малютку Кра. Ей даже пестик со ступкой не понадобились — она шутя перетирала голыми ладонями любые каменюки в мелкодисперсную пыль. Когда к нам заглянул Гека и увидел эту страшную силищу в действии, ему сразу же поплохело.

И пока Кра перерабатывала собранные камни, я занялся поисками аналога льняного масла. Основной ингредиент яичной темперы, так удачно примененной мною в пещере, здесь вряд ли бы нашел понимание — как-никак у рептилоидов первичным этапом развития потомства являлось то самое яйцо. И мне показалось не совсем удобным спрашивать у Геки, где добыть яиц для красок.

Однако мучиться долго не пришлось, оказалось достаточно наведаться на кухню ближайшей столовки — каких только растительных масел не вкушали гектоны. Быстро подобрав пару быстросохнущих масел, уже практическим путем определил, какое из них наиболее пригодно для красок. Смешивать также заставил покладистую Кра. И ей это даже понравилось — из порошка и масла получать чудно мажущиеся субстанции. Правда загадила она наш номер преизрядно. Но на какие только жертвы не пойдешь ради высокого искусства. Тем более, отдуваться все равно приходилось гостеприимным рептилоидам.

Долго думал — какую основу для картины выбрать. Идти ли путем, проторенным великим Леонардо, или позволительно на другом краю Галактики отступить от канона. В качестве холста вполне могли подойти рубища, в которые одевались гектоны. Но в конце-концов плюнув на свои сомнения, отодрал от журнального столика деревянную столешницу. Кто, в самом деле, я такой, чтобы сомневаться в выборе основы для великой картины?

В качестве модели усадил малютку Кра — местные рептилоидихи для этого годились еще меньше. Долго бился над фиксацией нужной улыбки. Все-таки когда Кра улыбалась в полный рот, чувствительные гектоны шарахались в разные стороны. А мне бы не хотелось такой реакции на шедевр да Винчи. Какие бы слухи не ходили об ориентации маэстро. Как только я не ухищрялся с развлечением малышки — и песни пел, и наигрывал на посуде ее любимые мелодии. Все было впустую... Но как-то случайно заметил, что нечто подобное возникает на физиономии Кра, когда она нестерпимо хочет в туалет. Наконец решение было найдено — я поил малышку водой от пуза и потом заставлял часами сидеть неподвижно.

И результат превзошел все мои ожидания — когда Гека впервые увидел картину, он тут же свалился в обморок. Все-таки наши с Кра обоюдные мучения не прошли даром.

Перенесенный в соседнюю комнату рептилоид, после обретения сознания, слабым ментальным посылом попросил более никогда не показывать ему эту дьявольскую живопись. Я лишь пожал плечами — с Моной Лизой такое случалось не впервой.

А что началось с официальной выставкой! Толпы рептилоидов ломились хоть краем желтых глаз вживую увидеть настоящее произведение искусства. И как признавались затем, никто не оставался равнодушным — у кого нестерпимо кружилась голова от одного только вида демонической улыбки, кто-то, как и Гека, падал в обморок, а кто-то и запросто мог обмочиться прямо перед картиной. Все-таки настоящий шедевр, он и на краю Галактики — шедевр...

Правда вскорости раскрылась тайна такого умопомрачительного воздействия картины на слабеньких гектонов — все дело оказалось в красках. Минералы, что я использовал для их создания, так мощно блокировали ментальное поле для вблизи присутствующих, что рептилоиды сразу же слетали с катушек.

Что, конечно же, нисколько не умаляет силу художественного воздействия нашего с да Винчи шедевра...