Вот выросла девочка
В хорошей семье. В обеспеченной и благовоспитанной. И заявила эта юная леди, что хочет стать золотарём. Говночерпием, прошу прощения за грубое слово — другого перевода нет. Или, скажем, проституткой.
Примерно такой же шок испытали родители юной Флоренс Найтингейл, когда она сказала, что станет сиделкой. Слова «медсестра» тогда не было в помине. Говночерпий, проститутка, сиделка — были позорными словами. Ниже падать некуда! Сиделки — грязные бабы-пропойцы, которых нанимали «дохаживать» безнадёжно больных. Сиделки нецензурно ругались, как портовые грузчики, накачивались джином, били больных и крали все, что под руку попадалось. Вот какими были сиделки.
Родители отвернулись от Флоренс; их можно понять. А она стала основательницей сестринского дела. Она училась правильно ухаживать за больными — она считала, что от заботливого ухода зависит выздоровление. Без отвращения и раздражения она обмывала гнойные раны, перестилала своим методом белье, меняла повязки, проветривала комнаты; и учила этому других. И писала книги простым и понятным языком. И основала целую систему выхаживания больных и облегчения страданий умирающих.
Она не вышла замуж. Сначала по понятным причинам — кто женится на девушке-сиделке? А потом один гуманист-доктор сделал ей предложение. Широких взглядов был человек! Однако перед свадьбой трусливо предложил Флоренс оставить своё позорное и недостойное занятие! Ну, она разорвала помолвку и дальше стала развивать своё учение и свою практику. И спасать больных, которые гибли в скотских условиях, в тесноте и миазмах, на грязной соломе в так называемых «больницах». Она и ночами не спала — все навещала больных и раненых со свечой. Проверяла, как ее ученицы заботятся о пациентах. Ее так и прозвали: «дама со свечой»…
И Флоренс не ходила на митинги борцов за права женщин. Не поучала религиозными тирадами никого. Ей некогда было этим заниматься. Она просто делала своё дело и простыми словами учила этому других. И профессия медсестры стала почетной, вот чего она добилась. А больные стали получать уход и заботу и выздоравливать — это самое главное. Это важнее, чем крики на митингах и поучения. И важнее, как считала Флоренс, чем брак. По крайней мере, с фальшивым гуманистом…
Спокойная и упорная дама со свечой — так она прожила свою жизнь. Может, могла бы лучше прожить. Может, могла бы стать счастливее и богаче; избежать оскорблений и непонимания?.. Но она выбрала свой путь; или кто-то наверху его для неё выбрал. Главное — не сворачивать. И идти вперёд даже в кромешной тьме — свеча светит, и этого достаточно…
Анна Кирьянова
Опять Кирьянова врет для красного словца, у нее прям пунктик: родители сильных женщин им только мешали и т.д. Может она таким образом проецирует недовольство своими родителями, но это прям бесит. Без поддержки не выживет ни человек, ни его идея. Родители Флоренс были по началу против её призвания, но!!! Никогда не отменяли ее годового жалования, которое было на столько хорошим, что позволяло жить хорошо, путешествовать по миру, и в особенных местах получать нужные знакомства. ЗЫ: про религиозность тоже пиздешь: сама Френсис часто повторяла, что слышит голос бога, который указывает ей на ее призвание, и «Дама с лампой», а не со свечой.