Верлибр и Уолт Уитмен - нужна ли нам рифма?⁠⁠

Всем здравствуйте. Начинаю серию постов, в которых буду знакомить вас с разными интересными известными поэтами, которых нет здесь (или число постов о них ускользающе мало). Сегодня поговорим о верлибре и почитаем поэта Уолта Уитмена. Проблемка в том, что Пикабу достаточно консервативен в плане восприятия искусства - и порой даже бедный Малевич становится поводом для жарких дискуссий про "искусство или нет". Во много можно спасибо за это сказать отечественной школе, которая показывает даже литературу еще с советских времен очень выборочно, пропуская целый ряд явлений и жанров. В итоге поэзия, например, для многих оканчивается Серебряным веком, а стихи - "это то, что только в рифму".

Так вот, о верлибре. Как оказывается, стихи вполне могут жить (и давно живут) без рифмы - искусству свойственно раздвигать границы. Так, одной из точек в поисках путей развития в поэзии и стал отказ от тесного скафандра единого метра - появляется верлибр. Эта стихотворная форма и к рифмам, и к размеру относится очень вольно - они могут быть, могут не быть. Неизменным остается одно - разбивка по строчкам - то есть тот признак, по которому и разделяется речь разговорная и стихотворные строки. В итоге стихотворение вполне остается стихотворением, но поэт получает возможность не сидеть и считать количество слогов и рыться в словарях рифм, а строить свою поэтическую речь настолько точно, насколько ему это необходимо.

Для отечественной поэзии верлибр - явление не новое (вспомним Блока и его верлибры). А в целом эта форма появилась еще в 19 веке. Одним из многих первопроходцев стал американский поэт Уолт Уитмен. Почему начинаю с него? Часто упоминаем, любим во многих кругах и его стихи - один из хороших способов показать, как может быть верлибр. В ближайших постах буду публиковать других американских поэтов – они интересные и хорошие, но их достаточно сложно найти из-за проблем с копирайтом.
Ссылки. Про верлибр подробнее - http://slovar.lib.ru/dictionary/verlibr.htm. Про Уитмена - http://american-lit.niv.ru/american-lit/istoriya-literatury-...

Ну что же - добро пожаловать в комменты, где мы поспорим, что искусство, а что нет. Ну а теперь стихи.

Уолт Уитмен, "Жил малыш. Когда он выходил..."

Перевел К.С.Фарай

Жил малыш.
Когда он выходил на свою ежедневную прогулку,
и оглядывался вокруг,
то на что бы он ни смотрел
с жалостью, любопытством, страхом или любовью,
он становился этим предметом,
и это предмет становился частью его
на один день или на одно мгновение дня,
...на целый год или на циклы тянущихся лет.

Ранние незабудки становились частью малыша,
И трава, и красивая герань, и клевер,
и маленькие колибри,
и мартовские ягнята, и поросята с розовыми грудками...
кобыла с жеребятами, смеющиеся толпы во дворах,
люди у скользкого входа в пруд,
любопытные рыбки среди темно-зеленых камней,
и водяные мельницы с тяжелыми
стальными верхушками...
все становилось частью этого малыша.

И апрельские и майские полевые всходы
становились малышом...
и зимняя пшеница,
и светло-каштановые кукурузные ростки,
и съедобные коренья в огородах,
и яблони, и цветы яблонь,
и сочные яблоки, падающие с веток...
и лесная малина... и подорожник;
и старый пьяница по дороге домой
из таверны, где он недавно лежал без памяти,
И торопливая учительница... и дружелюбные дети,
и грустные дети... и аккуратные девочки-горожанки...
и все изменения в городах и селениях,
куда бы он ни шел.

И даже родители малыша - мужчина, зачавший его, выстрелив отцовской смесью
среди ночи... и женщина, выносившая малыша в своей сумке
перед тем, как он появился на свет...
они дали ему гораздо больше этого,
и давали ежедневно... и они, и то, что исходило от них
становилось частью малыша.
Его мать... и тарелки, и блюдца, поставленные
на обеденный стол,
Мать... и потоки прекрасных слов...
и чистая косынка, и фартук,
и здоровый материнский аромат,
отлетавший от ее волос и платья
когда она проходила мимо;
Его отец: сильный, мужественный, независимый,
строгий, рассерженный, несправедливый,
и удар, и окрик, и просьба, и заманчивая
ложь,
И предметы домашнего обихода, и разговор, и лавка старьевщика,
мебель... и желания переполненного сердца,
Любовь неподкупная... и чувство неизменной реальности,
мысли о том, что и это только мечта,
Сомнения днем и ночью, желание
узнать "как это?" и "что это?"...
Существует ли то, что кажется реальным
или это только вспышки и искры?
Мужчины и женщины на дорогах,
если не вспышки и искры,
то тогда кто?
И сами дороги, фасады серых домов...
товары на широких витринах, лица,
телеги, причалы, толпы на переправах;
Вид деревни, когда солнце падает
за зеленый холм... вереницы изломанных рек...
И тени... и лучи света в гущах летних дождей...
свет, падающий на крыши... и белая и коричневая
черепица...
очертания, отсветы, силуэты;
шхуна неподалеку, уходящая с отливом...
лодка на мели среди береговых камней,
Бег и танец темно-синих волн - растерянный всплеск,
и красочные облака... и багровая мачта,
оставленная кем-то словно в одинокой
бесконечной грезе;
склон горизонта, сизый пеликан на фоне солнца,
сгустки ила в аромате соленых водорослей;
все эти явления и кажущиеся явления, да,

Все это становилось частью малыша, который
ежедневно выходил,
и впредь будет выходить ежедневно,
становилось собственностью малыша, будь то
он или она,
кто гнался за всем этим
день за днем, час за часом -
всегда.

Картина - Август Маке. "Большой зоопарк, триптих"