Узы Гименея⁠⁠

Поскольку под три сотни подписчиков ждут и просят продолжения моих фантастических рассказов о Денисе ( https://pikabu.ru/story/tyi_mne_ne_otets2_tyi_mne_ne_syin_vo... и далее вглубь по ссылкам ), то я решил написать ещё один не менее фантастический рассказ, приуроченный к самому желаемому таинству праздника восьмого марта - узам Гименея.

Напоминаю, что все женские имена у меня - это Лены, Алёны и им производные, а все мужские - Лёни, Лёши и т.д. Все совпадения случайны. Вы сами попросили! Я не виноват! :)

Адвоката у Леонида не было. Это не запрещалось.

Нотариальная доверенность на представительство в суде была предоставлена Денисом очень заранее, но сам Леонид – муж Елены - тоже присутствовал на судебном заседании. Это тоже не запрещалось. Тем более, что к делу о разводе было приложено заключение психолога о том, что Леонид находится в тяжёлой депрессии по поводу происходящего.

Лена торжествовала. Её адвокат тоже был уверен в себе, но некоторая тяжесть в солнечном сплетении им всё же ощущалась. Радовало его то, что прошлого судью (женщину) Денис отвёл на основании пункта три статьи шестнадцать, так, как у неё не было ни одного решения о передаче родительских прав отцу, а так же на основании того, что и ответчица, и судья были христианами, а истец – атеистом, и ходатайство было либо о судье-атеисте, либо о судье из другой религиозной конфессии. Новый судья – мужчина-мусульманин гордых кровей – из-за этого был настроен сугубо отрицательно к Денису, о чём ему давно уже успели сообщить.

Денису дали слово.

Он отлично понимал, что от его слова очень много зависит, и, ещё раз перебрав документы, он начал:

- Уважаемый господин судья! Начну с простого: на прошлом заседании Елена заявила, что отдала лучшие годы жизни Леониду. Однако, у меня есть заявление о приобщении к делу о разводе доказательства, а именно – нотариально заверенной расшифровки записей, произведённых на прошлом подобном же заседании о разводе Елены с её бывшим мужем, к котором она заявляла то же самое. Возникает резонный вопрос: когда она врала? Вам, или прошлому судье? Или во время прошлого судебного процесса?

Адвокат нехотя поднялся.

- Я протестую! Мало того, что это какая-то ерунда, так ещё и цифровая диктофонная запись не может являться доказательством в суде!

- Это не цифровая запись! – Возразил Денис. - Прошлый суд был в две тысячи шестом году, и запись велась на два разных плёночных диктофона, на кассеты разных производителей. Эти записи вместе с диктофонами сейчас у меня. Их предоставил прошлый муж Елены, он готов выступить свидетелем и - если это необходимо - то он дал согласие на передачу их для приобщения тоже.

- Протест отклонён. – Произнёс судья, но видно было, что что-то внутреннее и живое Денис в нём затронул. Видать, сам судья слышал это от своей жены, и не раз. – Продолжайте.

- Также хочу отметить, - продолжил Денис, передавая документы через пристава – что на основании аттестата о законченном среднем образовании истица имела средний балл в три целых, шесть десятых, высшего образования не имеет, спортивных, музыкальных достижений – тоже, не побеждала ни в каких конкурсах, включая конкурсы красоты, и на момент заключения брака с Леонидом категорически не являлась близкой к общепринятому и научно декларированному идеалу женской красоты в две тысячи девятом году, а именно – голубоглазой блондинкой роста выше ста восьмидесяти сантиметров роста с пропорциями девяносто-шестьдесят-девяносто. Жила она в съёмной квартире с подругой, оставив своего ребёнка от первого брака – почти трёхлетнюю девочку Алёну – на попечение своей матери в Вологде. Работала она официанткой, самообразованием не занималась, никаких творческих успехов не имела. Соответственно, нет никаких оснований утверждать, что и после этого развода ребёнок Леонида не отправится во всю ту же Вологду к её матери, как она уже однажды бросала свою дочь, тем более, что я докажу сегодня, что никаких прав на долю в трёхкомнатной квартире Леонида она не имеет.

- Ах ты ж, тварь! – вскочила Елена. – Скотина!

- Адвокат ответчицы! – Раздражённо произнёс судья. – Успокойте свою клиентку, я делаю ей замечание.

Адвокат Елены резко одёрнул её, что-то зашипел ей в ухо и она села, полыхая злобой и ненавистью.

- Разрешите продолжить? – Поинтересовался Денис, и убедившись, что ему разрешили, достал из папки другой документ. – Приобретённая в конце две тысячи четырнадцатого года во время кризиса квартира не является совместно нажитой потому, что покупалась на деньги со счёта Леонида, и вот выписка из банка о том, что на момент заключения брака на его счету лежала сумма, превышающая стоимость данной квартиры. Кроме того, за два месяца до брака Леонид открыл в этом же банке счёт на свою жену, и все деньги, которые она получала, она получала именно, что с его счёта за счёт доходов его коммерческой деятельности. А уволилась она из ресторана за полгода до этого и на новую работу не устраивалась, хоть и могла. Вот выписка по всем переводам на её карточку. Так же в доме у Леонида, в котором они с ней совместно проживали и до момента приобретения этой квартиры, и после, практически на данный момент, постоянно работали консьержка и гувернантка, которые осуществляли все необходимые бытовые работы и уход за детьми, включая кормление молочными смесями, о чём есть их показания. Так же имеется распечатка посещений Еленой фитнес-центра с отметками о том, что в рекомендованное МинЗдравом время кормления сына Леонида она плавала в бассейне и пользовалась услугами солярия и массажа, пропуская по времени два, а то и три кормления подряд. Таким образом, она находилась на полном иждивении у Леонида, и утверждая, что согласно части три статьи тридцать четыре семейного кодекса Российской Федерации она осуществляла ведение домашнего хозяйства, полноценный уход за детьми и не имела собственного дохода по уважительным причинам, адвокат Елены говорит неправду.

- Урод! – Заорала Елена. – Тебе конец! Слышишь! Тебе КОНЕЦ!!!

- Я штрафую Вас на пять тысяч рублей за неуважение к суду! – Повысил голос судья. – Адвокат! Проконтролируйте Вашу подзащитную!

Адвокат вскочил, и – усаживая Елену на место – воскликнул:

- Да у него даже нет юридического образования!

- Прошу зафиксировать, - парировал Денис - что отсутствие юридического образования не является причиной отказа в представительстве в суде и не имеет никакого отношения к рассматриваемому делу о разводе, и в данном контексте это восклицание меня унижает, а тем самым – согласно статье двести восемьдесят два уголовного кодекса Российской федерации – представитель Елены возбуждает во мне ненависть к представителям социальной группы «Адвокаты».

- Ого! – не удержался судья.

Адвокат подавился воздухом.

- В законе не указано, у кого именно и как эта ненависть должна вызываться, а у меня она чуть было не возникла. Или возникла. Я готов принять участие в последующем расследовании данного инцидента, если представитель Елены и дальше позволит себе меня оскорблять. А сейчас – если Вы не возражаете – я продолжу.

- Продолжайте! – Заинтересованно произнёс судья. Такого шоу он ещё не видел. Ему явно было интересно, что же будет дальше.

- Так вот! – Продолжил Денис. – Поскольку часть родительских функций, которые Елена должна и обязана была выполнять, она всё же выполняла, то Леонид согласен признать за ней частичное выполнение ею обязанностей по уходу за детьми, не смотря на то, что и детские сады, и лицей оплачивал он сам, а так же сам возил своего сына в лицей и на секции, на которых – включая плавание и – в последний год – каратэ – он занимался практически вместе с ребёнком, а именно – либо в бассейне вместе с ним, либо в соседнем зале спорткомплекса. Прошу так же отметить, что Елена за всё это время сама ни разу там не появилась. Соответственно, исходя из роли Елены в воспитании своего сына, а так же учитывая факт того, что прочая недвижимость была приобретена им до брака, Леонид согласен признать совместно нажитым, отказаться в её пользу от своей доли и передать ей во владение кирпичный гараж в гаражном кооперативе у одного из его магазинов по торговле рыболовными принадлежностями по адресу Южное Бутово, 223-322-223-322 стоимостью в шестьсот тысяч рублей, а так же – если суд сочтёт это необходимым - приобретённую им «Шевроле-Ниву» две тысячи четвёртого года выпуска с проведённой им на его средства модернизацией для повышения проходимости и рыбной ловли.

Судья закашлялся в кулак, пытаясь если не подавить смех, то хотя бы замаскировать его. Адвокат сидел красный, как рак. Елена тоже.

- Теперь о детях. – Продолжал меж тем Денис. - Ребёнок от первого брака является, естественно, ребёнком от первого брака, и по нему никаких вопросов нет, тем более, что отец исправно выплачивает за него ей алименты. По поводу третьего ребёнка – полуторагодовалой Эльвиры - на основании заключения экспертизы ДНК, подтвердившей отсутствие отцовства Леонида, мы просим прекратить его отцовство и снять с него любые возможные по этому поводу обязательства, тем более, что проведённая экспертиза гаплогрупп говорит о наличии турецкого происхождения дочери, что совпадает по времени зачатия с двухнедельной поездкой Елены в Турцию с подругами.

Судья напрягся. Его скулы заиграли желваками. История с Турцией ему явно не понравилась.

- По поводу же его восьмилетнего сына – мы просим оставить его отцу, так, как мальчиком практически подавляющее большинство времени занимается он сам, обеспечивает его он тоже, консьержка и гувернантка выполняют все обязанности по обеспечению уюта, а так же его мать с отцом переехали к Леониду домой и будут помогать присматривать за ребёнком. Естественно, что мы против того, чтобы доверить воспитание мальчика матери с такой неоднозначной биографией, отсутствующим высшим образованием, без профессии, гарантированного дохода и перспектив, а равно и равнозначного жилья, тем более, что мы опасаемся, что она так же отвезёт его к своей матери в Вологду, а сама займётся устройством своей новой личной жизни в Москве. Мы считаем, что с отцом у ребёнка гораздо больше перспектив и шансов на полноценное воспитание, чем с матерью. Ребёнок неоднократно выражал желание остаться с отцом, о чём есть заключения двух независимых детских психологов. Тем более, что по многочисленным свидетельствам очевидцев подавляющее большинство скандалов и конфликтных ситуаций в семье инициировала именно Елена, и практически все они вызывались причинами потребительского характера. Мы торжественно заявляем, что не будем чинить никаких преград для его общения с матерью и уведомляем, что в случае решения, вынесенного в нашу пользу, мы обратимся с заявлением о получении алиментов с неё для дополнительной финансовой безопасности ребёнка и переоформления на отца материнского капитала.

- ЧТООООО??? – Вскочила Елена. – С меня? Алименты? Ах ты гнида! Уродина поганая! Судья! Не слушайте его! Отец не тот, кто зачал, а тот, кто воспитал! Ну, и что, что Турция? #^% ему, а не капитал! Это он должен мне квартиру и алименты!

Адвокат встал, и унимая Елену, обратился к судье:

- Мы просим отложить рассмотрение, чтобы мы смогли изучить предоставленные документы!

- Я закончил, господин судья! – Произнёс Денис. Теперь ей было не до ребёнка. Он и сказал, и увидел, и услышал всё, что хотел. Он ждал встречи с её адвокатом. Он знал, что скоро тот предложит ему встретиться и всё обсудить. В успехе он больше не сомневался.

Пост мой, тег моё. С восьмым марта, дорогие женщины!