Утречко. Баржи
Проснулся от того, что меня кто-то энергично расталкивал.
— Что, что?! – бубнил я, разлепляя глаза.
— Sumcin, подымайся, бусурманское ты имя! — услышал я голос деда Василия. Я четко рассмотрел его, он был взволнован. — Вставай!
— Да что случилось?
— Они опять открыли шлюзы. Вода прёт так, что баржу вот-вот сорвёт! Троса гудят на всю округу!
Я выскочил из кровати, наспех обмотался одеждой и вылетел из избы. Бежал. Бежал. Трава хватала за руки, за ноги. Пару раз она подсекла так, что, пролетев в воздухе, я приземлился, еще и побрился заодно. Лицо было в крови. Когда дыхание готово было остановиться, я выбежал на берег реки.
Пирс, сложенный из известняковых брусьев, был почти размыт. Баржа держалась на тросах, привязанных к деревянным сваям, вбитым в песчаное дно. Швартовые, пропитанные речной водой, тиной и чаячьей гадостью, были натянуты как струны. Надрывно скрипели. Что я мог сделать? Что я мог сделать?
Я сел на сырой песок и мог только смотреть на это.
— А помнишь, мы ехали с грибов? Ты, я, отец, маман. На «Днепре». И тут на дороге появилась пьяная тётка. Помню, лежу с закрытыми глазами, и сквозь веки промелькнуло что-то темное. Может, это я сознание потерял, а может, надо мной пролетел кто-то. Открыл глаза — лежу в примятой траве. Рядом мотоцикл со вмятой коляской, в которой сидели мы с мамкой. Вокруг ходят мать с отцом. А где ты? Встал, пошел искать.
Как оказалось потом, на мне ни царапинки. И матери повезло. У отца царапина на лопатке. А ты вылетел и сел на шпагат. Я тебя нашёл, когда ты уже ноги собрал в нормальное положение, но встать не мог. Я реву….
Там, кстати, вроде еще была сеструха в головастиковом состоянии. Если так, то понятно, почему она такая долбанутая...
Канаты заскрипели.
— Да-да! А ты сказал: «Ну чего ты ревёшь? Все же живы-здоровы! Ты же – мужик!»
Пока я протирал слёзы, на обочине уже появилась «буханка» скорой помощи и та пьяная старушенция: «А что? А что произошло?»
На следующий день пошли к тебе в больницу. Бабушка сварила густой куриный бульон. В палату входим — я опять реветь.
— Ну, прекрати, — прикрикнул ты.
Долго потом гоняли с тобой в лес по грибы-ягоды на этом «Днепре», а я сидел в этой отрихтованной коляске.
Медленно прибывающая вода наползала на мелкую гальку, устилавшую берег. Тросы умолкли, но одно движение — и еще одну баржу унесёт река…