Удача улыбнулась трижды⁠⁠

Танкер «Виктория», почти раздав топливо большим и малым рыболовным судам, стоял на рейде поселка Охотск в ожидании еще одного – последнего.  Было раннее утро, когда вахтенный матрос вышел на палубу и вдруг услышал  отчаянный  лай.

Сначала вахтенный подумал, что ему показалось, ведь на  судне собаки не было, а  до берега не менее трех миль (около шести километров). Но надрывный, зовущий на помощь лай  повторился, и  теперь он был отчётливо слышен снизу, от  воды. Владимир перегнулся через борт и увидел собаку, которая, уже еле-еле передвигая лапами, держалась на плаву. Течение уносило ее от берега в Охотское море на верную погибель. Но судьба дала животному шанс на спасение — судно. Собака из последних сил преодолела  уносящий ее поток и подплыла к  борту в надежде, что кто-нибудь ее услышит и спасет. Собачий SOS был услышан.

На палубе началась «спасательная операция». Вахтенный матрос и третий механик быстро спустили штормтрап, подцепили утопающего большим сачком и вытащили его на борт. Пёс стоял на палубе с закрытыми глазами, сильно трясся от холода и пережитого стресса. Шутка ли  пробыть несколько часов в  шестиградусной воде, в темноте ночи, постоянно отдаляясь от земли!  Горе-пловца устроили в теплом месте, где он
приходил в себя почти сутки.  Потом, все еще очень слабый,  немного поел. А ещё через сутки выглядел вполне здоровым и держался с достоинством. Когда судно подошло ближе к берегу, все  взоры и помыслы  спасённого устремились туда.  Он  метался по палубе и  скулил.
На «Виктории» не знали, как отправить собаку домой: судно, которое ждал танкер, после заправки могло уйти на промысел, а могло вернуться в Охотск. Счастливцу повезло в третий раз. К танкеру пришвартовался охотский бункеровщик. И вот тут-то радости  пса не было границ.  Почуяв родной запах, он лихо, без посторонней помощи, перемахнул через два борта и оказался у «своих». Экипаж бункеровщика видел гостя впервые, а он их как будто сто лет знал, вилял хвостом, лаял, крутился под ногами, заискивающе смотрел в глаза. Он знал, что скоро будет дома.

P.S. Эту историю рассказал мне муж, который работал в то время на "Виктории". Фото пса, к сожалению, не сохранилось.