Цирк Кошмаров (Part II, Censored)⁠⁠

+++ATTENTION !!!+++

Аннотация: Это мистическая история в стиле "городского фентези", понравится фанатам SCP и "Ночного дозора". Для лучшего впечатления от прочтения, рекомендую сначала ознакомиться с предыдущими произведениями из данного цикла. Их можно найти на моем аккаунте на Пикабу или по этой ссылке - https://vk.com/vselennaya_koshmarov

Также в ВК доступны нецензурированные версии рассказов.

Данная история содержит описания кошмарнейшей жести, в связи с чем, рекомендую к прочтению только людям с крепкой психикой.

+++Thanks for Your attention+++

Ссылка на предыдущую часть - https://pikabu.ru/story/tsirk_koshmarov_part_i_censored_6297...

***

- Так кто же такая эта "Мать"? - дождавшись, пока Вхлицкий выйдет из помещения, спросил Стефан. Конечно, он и сам был не в восторге от присутствия бессмертного маньяка, но от глаз Земмлера не укрылось и то, что Глассман старается при нем изъясняться общими и туманными фразами, особенно, когда речь заходила о Бездне.

- Нечто гораздо большее, чем ты можешь себе представить. Этакая "вещь в себе", - уклончиво ответил слепец. Он пытался есть, но не очень успешно - овсянка размазалась по лицу, отдельные комки нашли свое пристанище на полу и на штанах спортивного костюма.

- И все же? Что в ней такого особенного? Чем она отличается от любого другого клиппота? - допытывался Малыш.

- Ты когда-нибудь задумывался, почему она - единственная среди всех Порождений Бездны, способная на деторождение, пускай, столь неправильное и извращенное?

- Единственная?

- Совершенно точно, - кивнул Глассман, снова ткнув себе ложкой в щеку. Стефан потянулся салфеткой к щеке Стеклянного, но тот раздраженно шлепнул бывшего Добермана по руке. - Уверяю тебя, у меня было достаточно времени, чтобы все проверить. Клиппоты - это всегда что-то умершее, ушедшее. Прошлое. А прошлое не способно создавать ничего нового, лишь поглощать, не имея возможности насытиться.

- Так может, Мать и не клиппот вовсе? А что-то другое, новое? - предположил Стефан.

- На твоем месте я решил бы точно так же. Но так уж случилось, что я видел, как все началось. Как порвалась ткань реальности, и сквозь трещины полилась Бездна. И главная прореха в пологе бытия, самая большая дыра - это она, - Глассман отодвинул тарелку с остывшей кашей и вперил куда-то вдаль взгляд слепых, сваренных вкрутую глаз, - И то, что она - кратчайший путь между человеческим материалом и клиппотической отдачей, означает только одно - именно Мать является вратами Бездны.

- И ты хочешь ее уничтожить? - в сердце Стефана пробудилось какое-то чуждое, будто бы индуцированное чувство - азарт охотника.

- Нет… Только не...

***

- Уничтожить? Что ты имеешь ввиду? - непонимающе бывший клоун воззрился на существо, принявшее облик его матери, какой она была в молодости, может, даже чуточку прекраснее.

- Эта оболочка - всего лишь тюрьма. Представь, что могучий океан заперли в трубах под землей, оставив лишь маленькую щель, через которую он может изливаться тонкой струйкой, будто моча из уретры дряхлого старика, - черноволосая красотка с досадой рассматривала свое тело через камеру смартфона Вулко. Зеркал им приходилось избегать.

Сам Вулко с горечью глядел на раскачивающуюся на оборванных проводах Коралину. Та не прекращала своих цирковых этюдов ни на минуту, выкручивая тело в невообразимых, анатомически неправильных акробатических фигурах.

- Почему ее кожа такая серая? - недовольно спросил толстяк, не отрывая взгляда от этой запутавшейся в собственных нитях марионетки.

- Ее тело давным-давно разложилось, мой дорогой, - повела плечами Мать Матерей, - Мы воссоздали то, что смогли.

- Это ведь не она, да? Я имею ввиду - посмотри, она ведь даже нас не слышит!

- Уверяю тебя, она жадно ловит каждое твое слово, - словно в доказательство сказанного черноволосой, гимнастка с хрустом повернула голову в сторону Вулко. Вися вверх ногами спиной к нему, она никак не могла бы посмотреть ему в глаза, но клиппот явно был не очень сведущ в человеческой анатомии. Теперь лицо Коралины находилось прямо напротив застывшей маски клоунского грима. Девушка - или кто-то, принявший ее облик - хищно щерилась крупными, почти лошадиными зубами, глазные яблоки болтались в такт движениям тела, словно у куклы.

- То, что Розария смогла вытащить из тьмы, - продолжала Мать, - это то, что ты любил в ней больше всего. Ее артистизм, ее гибкость, ее сияние на арене. Но не отчаивайся, мы вернем все, когда закончим.

- Ты что, уже беременна? - вдруг удивленно спросил Вулко. С их первого сношения прошло не более трех суток, это было никак невозможно, но - и зрение его не обманывало - черный шелк платья был плотно натянут на округлившемся животе.

- Тебя это удивляет? - беззаботно усмехнулась Мать, белые зубки влажно блеснули из-под пухлых багровых губ, что были лишь обусловленным эволюцией символом, обещанием того, что находилось ниже...

- Прошло всего три дня, как это вообще возможно?

- Анатомия здесь не играет роли, - отмахнулась красавица, - Только чувства. А сколько их внутри тебя - ты даже не представляешь, - девушка мечтательно закатила глаза и причмокнула губами, точно пыталась распробовать какое-то вино с тонким букетом, - Скорбь, ненависть, страх, отчаяние, гнев и любовь… Такая сильная, что дух захватывает.

- Значит, Стеклянный ошибся с выбором, тогда, пятнадцать лет назад. Ведь я все же оказался способен на чувства... - задумчиво проговорил Вулко.

- А кто тебе сказал, что это был его выбор? Или, может, он так думал? - черная блестящая бровь вскинулась, изящное лицо перекосила презрительная ухмылка, - Розария, детка, все готово? Ты нашла всех братьев и сестричек?

- Да, мама, - раздался многоголосый хор откуда-то из темноты подвала, похожий на жужжание улья. Услышав его, Вулко поспешил повернуться туда незрячим глазом. Слыша краем уха влажные шлепки полужидких конечностей о бетон, он невольно поежился, а фантомная боль вновь вернулась, прожигая ему несуществующий глаз, заныли вырванные этой тварью зубы.

***

- Только в случае успеха, - отрезал Мюллер, стараясь смотреть куда угодно, только не на акулью морду Пса.

- А ты думаешь, мне в ином случае потребуется амнистия? - гадкая хищная ухмылка не сходила с лица Лупеску. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда Лодырь секатором отхватил ему мочку уха. Ни капли крови не вылилось, точно плоть бывшего едока была заморожена. Маленький кусочек ушной раковины тут же оказался в герметичном контейнере и был передан молодому лаборанту, который не знал, куда девать глаза - по полу, стенам и потолку кабинета Хорста ползали жуткие ампутанты - слуги Андалузского Пса.

- Не важно. По истечении суток с начала задания, я лично приму сыворотку и проглочу этот кусок.

- Как скажешь, Хорст, как скажешь.

- И возьми себе костыль в медотсеке. Не могу на это больше смотреть, - кивнул он на несчастного, служившего Канилю протезом - его изувеченная нога покоилась прямо в огромной дыре на груди ампутанта, который, вывернувшись непостижимым образом, по-паучьи перебирал конечностями. Стопы и кисти на них отсутствовали, поэтому стоило Лупеску пошевелиться, как тут же раздавался стук костей об пол.

- Извини, но мне так удобнее. А смотреть тебя никто не заставляет, - румын повернулся к Вальтеру, попутно подозвав к себе жестом одного из слуг - лицо у того было вмято в череп полностью, осталась лишь торчащая ковшом нижняя челюсть, - Хочешь шутку, Златовласка? Что такое четыре ноги, одна рука?

Вольфсгрифф раздраженно пожал плечами - ему это ребячество порядком надоедало.

- Смотри, - с силой дернув руку ампутанта, Лупеску надорвал ему кожу в районе плеча. Упершись ногой слуге в подмышку, он принялся дергать руку - движения сопровождались омерзительным хрустом суставов и треском разрываемой плоти. Наконец, конечность отделилась и повисла в гигантском кулаке Каниля, продолжая рефлекторно подергиваться. Озорно посмотрев в глаза блондину, Пес с силой швырнул руку Вальтеру прямо в лицо, и тому пришлось ее поймать, чтобы не получить чужой конечностью в нос.

- Доберман на детской площадке! - с восторгом в голосе выкрикнул Каниль, - Понял, да? Ну, доберман! И рука!

В нависшей тишине раздался подобострастный смех Лодыря, оценившего шутку по достоинству.

***

- Ты уверена? - вопрос был исключительно риторический. Глядя на плоский зад Авицены, надевающей обтягивающую черную форму для боевых столкновений, Марсель думал о своем. Пожалуй, того клиппота в Изоляторе можно было бы поблагодарить - без него он бы колебался до последнего. Но сейчас вместо Бьянки, заменяющей черный кружевной лифчик на спортивный, Карга видел ту маленькую девочку в грязных лохмотьях с пронзительно голубыми глазами, похожими на турецкие амулеты от порчи. Так же беспрестанно и пристально они смотрели в глаза Марселя в тот день - сначала осмысленно, потом застыв навеки - после того, как ее отвязали от столба, маленького окровавленного птенчика, жертву кровожадной толпы. Пальцы Карги тогда были выпрямлены до боли - лишь бы не нажать на курок, лишь бы не пустить очередь в спины этим дикарям, одетым в разноцветные пододеяльники. Он готов был молить кого угодно - хоть Аллаха, хоть Иблиса - лишь бы ему позволили прервать казнь, спасти несчастную, разогнать этих жестоких тварей, будто сошедших с полотна Иеронима Босха "Несение Креста". Но боги и шайтаны молчали, лишь рация на разгрузке продолжала злобно шипеть, повторяя на французском из раза в раз - "Это гражданское правосудие, никому не вмешиваться!"

- А ты? - Зимницки повернулась к курду, все ее тело покрывала черная плотно облегающая ткань, покрытая карманами. В них она растерянно рассовывала кевларовые пластины.

- Уверен, - кивнул Карга, отвечая скорее себе, чем ей.

- Тогда не рассиживайся - Вальтер сорвется, как только узнает, где искать Малыша, - поторопила Авицена.

***

- Не рассиживайся, - бросил Андалузский Пес, - Я с ним долго лясы точить не собираюсь.

- Напоминаю, что являюсь координатором группы, - сдерживая закипающую ярость, Вальтер часто прятался за сложными формулировками, - а значит, начало операции, транспортное снабжение и в том числе длительность подготовительных процедур определяю я.

- Номинальным, Златовласка, - ответил Каниль, - Смотри на часы и определяй, потом расскажешь.

Вольфсгрифф сжал зубы до хруста, но ничего не ответил. Если таковы условия использования этого инструмента - значит, придется потерпеть. Хотя при этом координатора с того самого момента, как он согласился на работу с Андалузским Псом, не покидало ощущение, что он мчится на утлом суденышке по ревущей горной реке, выбросив весло, и это все ему ужасно не нравилось. Надев очки "полувзгляда" он все же сел спиной к телевизору, а лицом к зеркалу. Лодырь, стыдливо поглядывая на кумира, последовал его примеру. Кошмарные же ампутанты продолжали ползать по поверхностям видеокомнаты, не пытаясь себя защитить. У многих, конечно, не было глаз, но остальные...

- А им не опасно? - спросил Вальтер, тут же осознав, что повторил слово в слово вопрос ненавистного предателя.

- Им? - на секунду Вольфсгриффу показалось, что Каниль просто беспорядочно рычит, но потом понял, что это смех, - Это мило, что ты за них беспокоишься, но уже не стоит. Я кормил их своей плотью, кровью и семенем. Это уже давно не люди. Взгляд вия им не страшен.

- У них есть имена? - поинтересовался Мауэр.

- Знаешь, как зовут безногую собачку? - ответил вопросом на вопрос Лупеску.

- И как же?

- Неважно! Она все равно не придет! - гигант сопроводил свою шутку набившим оскомину рокотом, лишь отдаленно напоминающим человеческий смех.

Видеомагнитофон заскрежетал, крутя пленку. В зеркале вначале отразились помехи, сменившиеся заснеженным пустырем. Сложно было понять - то ли это "зерно" записи, то ли снежинки кружились над стоящими у стенки людьми с холщовыми мешками на головах. Раздались сухие резкие щелчки, и казненные валились, как подкошенные, окрашивая грязную наледь своими жизненными соками.

- Лупеску! Сколько лет, сколько зим! Я смотрю, ты научился смотреть в глаза чудовищ?- проскрежетал Лугат, поворачиваясь к камере, и Вальтера привычно передернуло при виде беспорядочного скопления глаз, ногтей и зубов, заменявших клиппоту лицо.

- Ровно тринадцать лет, два месяца и четыре дня, - ответил Пес, - Когда контролируешь мозг полностью, за временем следить легко.

- И чем же я могу помочь тебе на этот раз?

- Я ищу одного парня… Как там его? Стефан...

- Земмлер, - автоматически уточнил Вольфсгрифф.

- Точно. Назови мне его текущее местоположение.

- Э, нет, старый лис. Сначала давай договоримся о награде, - хитро скрипнул Лугат.

- Как обычно - киносеанс, да? - обернулся Пес к Вальтеру.

- Как скучно. Но ладно - вот мой ответ: я не знаю. Я способен видеть лишь человеческими глазами, а этот стажерчик...

- Он мне больше не стажер! - рыкнул Вальтер.

- В любом случае, спасибо за обращение в нашу справочную службу. Рад был помочь, увидимся с вами на очередном показе бессмертного хита "Албанское Кино", - видео пошло рябью - Лугат собирался отключиться.

- Подожди! - остановил его Лодырь, - А как же Вхлицкий? Или Глассман?

- Это уже второй вопрос. А за него, как известно, двойная плата, - хитро ухмыльнулся своей тройной челюстью вий.

- Еще киносеанс? - предложил Вольфсгрифф.

- За то, что я наживу себе врага в лице Стеклянного? Нет, спасибо, тут уж вы сами, - блондину на секунду показалось, что в голосе Всеведающего Палача он уловил… страх?

- Что ты хочешь? - напрямую спросил Каниль.

- Как и все, запертые здесь, - развел окровавленные руки в стороны вий, - Свободы!

Даже непоколебимый Андалузский Пес вывернул свою бычью шею, чтобы посмотреть на отражение Вальтера в затемненном зеркале. Тот безразлично пожал плечами — никакие препятствия не встанут на пути их охоты.

- Будет, - кивнул Пес, - Ответишь - и я запишу тебя на новую кассету, оставлю в прокате.

Каркающий смех пронзил слух, разлетаясь по набитому до отказа телами слуг маленькому помещению.

- Ну… ты даешь… В прокат, - отсмеявшись, Лугат продолжал влажно похрюкивать, - Я знаю, что ты засиделся у себя, но не знал, что настолько. Сфотографируй меня на телефон и выложи фото в сеть.

- А может, тебя утюгом по факсу отправить? - недоуменно и злобно спросил Лупеску.

- Лодырь, объясни, - посмеиваясь, попросил клиппот.

Филипп нервно, путаясь в кнопках, разблокировал телефон и протянул его, не глядя себе за спину.

- Направь на телевизор и нажми кнопку, - проинструктировал Мауэр Пса.

- Какую кнопку? - бывший едок недоуменно вертел телефон в руке, - Он гладкий, как детский череп.

- Ткни пальцем в экран! - возопил Лугат, уже явно раздраженный. Раздался звук, стилизованный под старинный фотоаппарат.

- Теперь нажми на кнопку в углу и выбери там зеленый символ, - инструктировал Лодырь.

- Да нет тут кнопок! - злился Пес, - Все, нажал.

- Теперь выбери группу "Просекко" и нажми "Отправить", - медленно и нарочито четко говорил Филипп.

- Эта пидорская халупа еще существует? - усмехнулся Лупеску, ткнул пальцем в телефон и отрапортовал, - Готово!

- Меня уже увидели, - экстатически прошептал уродец в телевизоре, - Вкусные синапсы, сладкие нейроны, соленые воспоминания...

- Где Глассман? - нетерпеливо спросил Вальтер, подпустив в голос угрозы. "Какая глупость!" - подумал он - "Я всерьез использую интонации в общении с клиппотом! Мне нужно лечиться..."

- Крайбург ам Инн, - почти шептал клиппот, закатив все свои глаза в каком-то гастрономическом, людоедском оргазме, - Так много… Отель "Унтерброй", мансарда...А-а-а-ах!

Телевизор икнул, и видео пропало, сменившись звенящим синим экраном.

- Надеюсь, оно того стоило, - запоздало буркнул Вольфсгрифф бывшему едоку. Нос воротить нужно было раньше.

***

- Нужно было раньше это сделать. Когда мы еще были там, - горько заметил Вулко, - Не пришлось бы снова тащиться назад.

- Нет. Все весьма своевременно, - отрезала Мать, развалившись на сиденьях купе. Черное платье собралось на еще более увеличившимся животе, и теперь ее промежность была выставлена напоказ, но, кажется, она совершенно не стеснялась бывшего клоуна, - Кстати, зачем ты снова в гриме?

- Дань одному старому суеверию, - ответил толстяк, продолжая аккуратно вырисовывать глаз на свежем пластыре. Поезд тряхнуло, карандаш соскользнул, и взгляд получился какой-то жалобный. Хруст костей и хрящей за спиной очень мешал - подобно сломанной игрушке с непрекращающимся заводом Каролина продолжала молча выкручивать конечности в немыслимые фигуры на полу купе.

- Закругляйся. Скоро приедем, - предупредила Мать, кивнув на стеклянную дверь, отделявшую купе от тамбура. Вулко не обернулся, но в отражении на окне успел заметить черную бурлящую массу, увенчанную белым бесстрастным лицом. Смотреть на Розарию напрямую у него не хватало воли - слишком хорошо он помнил, чем закончился последний раз.

- Я буду скучать по тебе, - невпопад сказал он.

- Но я ведь все равно всегда буду рядом, - черноволосая мягко погладила его по щеке, слегка смазав грим.

- Это не то. Даже не то же самое, как когда ты была с Андреем или в подвале. Я ведь все равно тебя слышал. А после...

- То, что я лишусь рта не означает, что я перестану шептать тебе на ушко, - девушка наклонилась к Вулко и нежно поцеловала его в мочку уха.

- Ты знаешь, сколько их? Наших детей? - кивнул толстяк на круглый, покрытый блестящим шелком живот.

- На этот раз только один, - прошептала Мать Матерей.

Если бы кому-то из жителей пригорода Мюнхена в ту ночь пришло в голову заглянуть в окна поезда, не все из них остались бы в своем уме.

***

- Я смотрю, вы расширились, - восхищенно оглядывал Лупеску помещение Арсенала. Агата, заведующая выдачей, узнав бывшего коллегу, выпучила глаза и побледнела, когда тот в окружении своих жутких слуг появился в коридоре. Приняв подписанную лично Мюллером бумагу на использование любых активов Спецотдела, валуноподобная женщина просто покинула свое рабочее место, не в силах выносить присутствие жутких тварей. Когда та шла по коридору, бывший едок почмокал ей в спину губами, как лошади. Необъятный зад, обтянутый шерстяным платьем вздрогнул, и она зашагала быстрее.

- Когда-то эта пантера умела повымотать, - со смешком прокомментировал ее уход Каниль, Лодырь по-гиеньи захихикал, стараясь угодить своему...кумиру? Бывшему возлюбленному? Вальтер никак не мог определить, да и, если честно — не хотел.

- Так-так-так, нехило вы тут расширились! Давайте-ка, друзья, найдите что-нибудь для папочки. Что-нибудь, чтобы крошить, рубить, рвать и дробить! - рявкнул Лупеску и ампутанты расползлись по стеллажам.

Вальтер знал, что ему нужно. Недолго думая, он стащил огромный пластиковый гроб с верхней полки. Тот был тяжел и не подавался, лоб координатора покрылся испариной, когда ящик, наконец, оказался на полу, чуть не прибив Лодыря, стоявшего поблизости.

- А кишка не тонка? - раздраженно спросил изуродованный едок, - Надломишься!

- Думаю, на один раз мне сил хватит, - ответил Вальтер, открывая ящик. Экзоскелет поражал воображение одновременно и размерами, и изощренной сложностью устройства, - Меня интересует другое. Как мы переживем «кривое зеркало».

- Зеркала бьются, - громыхнул откуда-то из-за стеллажей Андалузский Пес, - А еще не всегда отражают клиппотов.

- Видишь? - хмыкнул Лодырь, - Одной проблемой меньше. Ух ты! Всегда мечтал попробовать!

- Что это? - спросил Вольфсгрифф Филиппа. Тот застыл перед стеклянным шкафом, в котором под замком висели две огромные перчатки с зубцами между пальцами. К ним были подсоединены сотни каких-то трубок, проводков и иголок.

- Экспериментальная разработка. Полуавтоматическая хирургия. Считай, дополнительные челюсти на руках, - с восхищением рассказывал Мауэр, - Прямая связь с желудком через титановые трубки. Мюллер не разрешил массовое использование из-за вреда для кровеносной системы. На какая нам, смертникам, разница? Верно говорю, Каниль?

- Верно, педик! Ты погляди на это! - над стеллажами блеснула тонкая металлическая леска с крючьями на конце, раздался запоздалый свист.

- А можно и нам на огонек? - знакомый капризный тон Вальтер узнал сразу, его сердце наполнилось полузабытым ощущением тепла.

- Без вас — никуда! - широко расставив руки, Вольфсгрифф обнял застывших с испуганными лицами Каргу и Авиценну — те явно не ожидали такого проявления эмоций от координатора. Блондин обеспокоенно пошарил глазами по помещения, будто ища кого-то, но потом, словно что-то вспомнив, помрачнел.

Продолжение следует...

Автор - German Shenderov

Artwork by Rivenis

#ВселеннаяКошмаров@vselennaya_koshmarov