57

Цена судьбы

– Заказ номер сто двадцать восемь! Двадцать во-о-осемь! – тонкий голосок прозвучал над самым ухом. Джек споткнулся от неожиданности и чуть не упал. Безо всякого предупреждения на него обрушился оглушительный шум и гвалт многоголосого сборища. Горячий спертый воздух заполнил легкие и забил нос удушающими запахами пота, немытых волос и едкого моющего средства.


Дородная тетка оттолкнула Джека, что-то буркнув себе под нос, и проскочила к месту выдачи заказов. Джек поморщился и пошевелил отдавленными пальцами.


Вокруг бурлила, перемешивалась толпа. Люди сновали туда-сюда, гомонили и громко ругались, сталкиваясь друг с другом. Взрослые мужчины, женщины и дети стояли поодиночке и теснились группами. То и дело кто-то из них срывался с места и с надеждой заглядывал в развешанные по всему помещению огромные табло, сравнивая цифры на экранах и напечатанные на бумажках в их руках.


Джек почесал голову и поискал глазами свободный пятачок. Наконец он его обнаружил в дальнем углу. Люди смотрели с изумлением, когда он не спеша двинулся в противоположную сторону от места, куда были устремлены все взгляды. Один из них, высокий бородатый мужчина с солидным брюшком даже схватил Джека за плечи и гаркнул ему в ухо:

– Дур-р-рак, иди скорее! Не успеешь!

– Не успею что?


Бородач раскрыл было рот, но осекся, увидев на табло свой номер. Он тут же отпустил Джека и поспешил в зону выдачи. Джек пробился в угол и привалился к стене, тяжело дыша. Этот мужчина его напугал своим напором. Может действительно стоило последовать примеру других и занять очередь? Но дело было в том, что он понятия не имел, где находится. Что, черт возьми, происходит? Джек привык действовать аккуратно и только после обдумывания всех вариантов, взвешивания плюсов и минусов, а не бежать без оглядки.


Он не помнил, как попал сюда и не мог понять цель его появления в этом месте. Попросту не было вводных данных для принятия решения. Джек знал свое имя, осознавал себя и догадывался о своих предпочтениях. Да и в полированной поверхности стекла отражалось вроде бы знакомое лицо.


Но больше ничего – в памяти не осталось воспоминаний о родных, друзьях, хоть каких-то знакомых. Даже врагов и тех не помнил! То же самое касалось и его профессии, модели автомобиля и домашнего адреса. И уж подавно он не понимал, что тут происходит.

Все это его расстраивало и путало мысли. Может быть, его похитили и каким-то образом стерли ему память? Стоящий вокруг галдеж не прибавлял ясности.


Джек сделал несколько глубоких вдохов и выдохов и решительно шагнул в бурлящую толпу. Мимо пробилось ещё несколько человек, едва не сбив его с ног. Он споткнулся, с трудом восстановил равновесие, чтобы обратиться к парню, который копался в одном из терминалов, рядами выставленных в центре комнаты.

– Послушай.. э-э-э…

– Артур. – ответил тот не отрываясь от экрана.

– Артур, а что здесь происходит?


Парень на секунду задумался, нахмурившись и почесав затылок. Приняв какое-то решение, он вновь продолжил жать на экран. Джек повторил вопрос. Артур поднял на него глаза и как будто только сейчас услышал:

– Да чего тут рассказывать? Выбирай…

– Что? Кого выбирать?

– А где ты был? Чем слушал?

Джек покачал головой и наклонился поближе:

– Я ничего не слышал. Но я знаю, у кого это можно выяснить.

Артур только отмахнулся и, не глядя, ткнул пальцем в служащего, который размахивал флажком.

– Иди вон к нему, а у меня времени нет…

Джек пожал плечами и подошел к указанному мужчине, который тут же дежурно улыбнулся и приготовился зафиксировать заказ.

– Что интересует? Могу предложить интересные позиции…

– А что тут заказывают?


Парень кивнул на сверкающий лайтбокс, на котором были разбиты на группы какие-то строчки с описанием позиций. Джек хотел расспросить подробнее, как его оттеснила группа молодых людей.

– Друг, не обессудь, спешим. Ты выбирай пока, а мы уже определились. Вон в терминале можешь.

– Ну ладно…


Он снова вернулся в свой угол с твердым намерением добиться ответа от недавнего знакомого, но тот уже исчез. Джек тихо ругнулся и задумался. Итак, он находится в каком-то помещении. Все чего-то выбирают и потом идут вон в ту дверь, где выдают заказы. Причем все они знают, чем занимаются, а у него почему-то отказывается работать память. Да, все почему-то спешат, как будто боятся не успеть. Так, может быть стоит воспользоваться советом… Стоит попробовать?

Он подошел к свободному аппарату и покрутил меню. Какие-то фильтры и настройки.


ПОЛ.

РОСТ/ВЕС.

СРОК СЛУЖБЫ.

ОСНОВНЫЕ КАЧЕСТВА.


Он ещё немного поковырялся в настройках, покрутил разные комбинации, но так и не понял, почему тут такой ажиотаж. Может быть это какая-то игра? Кажется, даже что-то подобное припоминал, но воспоминания предательски ускользали. Он снова отстоял очередь к стойке заказов.

– Скажите, а это что, какая-то шутка? Или игра?

– Сейчас, минутку. – парень закончил свою смену и передал флажок другому сотруднику. – Почему же. Нет. Пойдем, тут слишком шумно. Можешь звать меня Робертом.


Они прошли в служебное помещение, оборудованное курилкой. Роберт снял свою униформу, отер пот со лба и с наслаждением затянулся. Сизые кольца дыма терялись в тенях на потолке.

– Конечно тебе сюда нельзя, но… – он снова достал пачку и потряс её – Не хочешь?

– Не хочется. Ты мне лучше объясни…

– Да что тут рассказывать? Что такое конструктор знаешь? Принцип тот же. Только тут ты собираешь себя будущего.

– Это как?

– А ты чем слушал? А, или ты из этих… Опоздавших.

– Да, только что появился. Ни черта не помню и не понимаю.

– Ну понятно. – Роберт скривился и сплюнул в урну. – Снова накосячили. Если по-простому – то ты умер. Пора выбирать новую жизнь.

– То есть я выбираю себе судьбу и проживаю её?

– Ну, если говорить так грубо, то – пожалуй.

Джек нахмурился.

– Но ведь такие вопросы так быстро не делаются, надо вдумчиво посидеть, подумать, поразмышлять…

– А зачем? У нас все быстро. Люди, знаешь ли, всегда спешат. В конечном счете все остаются довольны, для каждого найдется товар. Есть самые ходовые наборы, просто выбираешь понравившийся вариант. А там уже наши быстро достанут заготовки и срастят все между собой. Подогреют все что нужно подогреть, там где надо – охладят, поджарят и пропарят твою будущую линию судьбы. Сырье хорошего качества, ты не смотри, что у нас тут все на таком потоке.

– А я могу набрать все самое лучшее? Крутую внешность, подвешенный язык, хорошее происхождение и так далее?

– Сам понимаешь, что так не бывает. Цена-то зашкаливать будет. Да и не все определяется деньгами, есть пара моментов. – Роберт ухмыльнулся. – Ну-ка, покажи свое запястье…


Джек закатал рукав рубашки и протянул руку, на которой были отпечатаны какие-то символы.


– Ого. У тебя и в самом деле есть, где развернуться. – Роберт присвистнул. – Смотри, вот какая штука. У всех разные возможности и большинство людей не может себе позволить самые крутые наборы способностей. Поэтому приходится идти на компромисс, где-то взять какие-то качества попроще, где-то накинуть с избытком недостатков – они добавляют разных бонусов. Ну, можно ещё как я – подработать тут. Но это надо к менеджеру подойти…

– А если я не потрачу все свои средства?

– По идее должны перейти к тебе, когда ты появишься здесь в следующий раз. Но многие плюют на это и тратят все до копейки, не задумываясь о том, что потом придется туго. Ну, конечно, тут как повезет, иные за жизнь умудряются накопить приличную сумму, вот как у тебя например.

– Ну а если вовсе не тратить деньги, тогда что?

– Ничего… наверное. Только тут особо не развернешься, удобств минимум – душ только для персонала… Да и не проверял никто, мало ли чего случится если надолго останешься тут, вдруг не сможешь потом вернуться к жизни.


Джек заложил руки за спину и заходил из угла в угол. От услышанного закружилась голова и бросило в жар. В мозгу роились мысли, он пытался привести их в порядок и успокоиться.

– Но ведь так не бывает! Должны быть и другие варианты!

– Ну, ты можешь выйти отсюда и попытать счастья в другом месте.

– А ты сам что посоветуешь?

– Да я не знаю, не пробовал. Мне кажется и тут нормально, а что происходит за дверью я не знаю. Мало кто решается выйти туда и никто при мне не возвращался. – Роберт съежился и сделал несколько быстрых затяжек. – Решать только тебе. Может там и нет ничего. Пустота, забвение, мрак…


Джек ещё походил в толпе, послушал разговоры. Прикинул несколько комбинаций и подсчитал стоимость. Варианты конечно были. Но его смущала такая спешка. Как-то слишком быстро и круто выбираются будущие десятилетия. Да ещё и эти… Не успеешь! Идиот! Делай как все!


Ну их к черту. Джек поглядывал на дверцу и, наконец, решился.


В последний момент к нему толпой прижало давнишнего бородача, который спешил за своим заказом.

– Ты-то куда собрался?

– Я выхожу.

– Действительно дурак. Ты слышал что говорили? – бородач оскалился, показав желтые зубы. – Обратной дороги не будет.

– Ну, я попробую рискнуть.

– Лучше, чем тут, не найдешь. А скорее – сгинешь! – он попытался схватить Джека за ворот рубашки, раздался звук рвущейся материи, и пуговица осталась в руках у мужика.


Джек оттолкнул грубияна и распахнул дверь. Его поглотило белое сияние.


====================================================================================

Окончание будет завтра.

Источник - моя группа Вк. Если есть интерес - заглядывайте.

Дубликаты не найдены

0
Сошёл с карусели.
0

Ээээ

0

Мне интересно,жду продолжения

Похожие посты
32

Жизненный путь

Он стоял посреди пустыни, а мимо c гулом проносился поезд. Тот самый, с которого он только что сошел. Выпрыгнул прямо из вагона, того, что где-то посередине. От ветра и пыли, летящей в лицо, ему приходилось прикрывать глаза рукой, но отвернуться он не мог, ему нужно было всматриваться в летящие вагоны, чтобы выбрать нужный. Поезд не был похож на другие. Внешне он напоминал обычный поезд: вагоны - зеленые, синие и черные, - последовательно сцепленные друг с другом и уносящие своих пассажиров вдаль, но кое-что в этом поезде отличало его от обычных собратьев. Он двигался по траекториям, чуждым любому земному средству передвижения. И, если с зелеными вагонами всё было более или менее понятно – они, как и полагается, ехали по рельсам, не сворачивая, не исчезая в пространстве и не возникая в другом месте, - то черные вагоны позволяли себе совершать невозможные маневры, каждый раз выбирая разные пути, затем огибать пространство по спирали и ехать уже по другой дороге, где вообще не было рельс. Казалось, этот поезд никогда не приедет к точке назначения, но туда он и не стремился. Были еще синие вагоны, ровно посередине, между зелеными и черными. Они грохотали по рельсам громче всех остальных. С одного такого синего вагона и сошел наш герой и сейчас тоскливо провожал взглядом. Они один за другим исчезали из его вида, словно растворяясь в клубах поднимаемого песка, и всё больше напоминали мираж. Сердце на мгновение сжалось – а вдруг он совершает ошибку? Ведь в тех вагонах все, кого он знал и любил. Но он снова повторил себе слова, которые твердил уже на протяжении нескольких лет: «я могу лучше».

На вид ему было около сорока. Тот возраст, когда осознаешь, что прожил половину жизни, а при плохом раскладе, может, уже и большую её часть. Прожил и прожил, но не жил. Всё ждал чего-то, вглядывался в будущее, нет, даже не вглядывался, а бросал робкие взгляды в сторону «потом» и «вот скоро будет». Ведь не может быть такого, что вот это вот и есть жизнь. Нет, вот скоро я заживу, а пока подожду… Он тяжело вздохнул и сокрушенно покачал головой. Какой он был дурак. Надо было начинать жить давным-давно. Где-то там, в прошлом, есть эта «отличная возможность», тот самый «поворот», где нужно было вдохнуть полной грудью и наконец-то «зажить», как всегда мечтал. Может, нужно было дождаться и того «благословенного будущего», сулящего богатую, полную приключений жизнь, но зачем ему это в старости? Да и дети уже появились, а они с женой так и «не пожили». С этими словами он решительно шагал через пустыню, увязая ногами в песке, к зеленым вагонам. В них тоже была своя особенность – они ехали задом наперед, словно в обратном направлении, но зато никуда не отклонялись и не исчезали. Это его прошлое, написанное, созданное, отрепетированное, почти земное. Эти вагоны почти его слушались, даже иногда ехали с такой скоростью, с какой ему нужно, позволяя разглядеть, что происходит внутри, за окнами.

Он смело пропустил первые вагоны, там ведь он совсем ребенок. Задержался лишь для того, чтобы с улыбкой вспомнить свои детские проказы, первый велосипед, разбитые коленки и пистолет, мастерски выпиленный отцом из деревянного бруска. Нет, в эти вагоны ему нельзя. Этот нескладный, чумазый мальчуган никогда не поднимет весь тот багаж опыта и знаний, что он накопил. Возможно, даже сойдет с ума. Да и, как бы ни хотелось вновь беззаботно побегать по улице со своими дворовыми друзьями, через пару дней ему это надоест. И что прикажете делать остальное время? Снова в школу, снова учиться… Уж если и пойти учиться заново, то в университет. Вот, кажется, там можно было проложить маршрут судьбы иначе. Выбрать, в конце концов, другую профессию. Кто ж знал тогда, что его нынешний диплом будет не самым востребованным, а пустующий в то время новый и незнакомый факультет выпустит специалистов, которые сейчас только что миром не управляют. В окне мелькнуло лицо улыбчивого долговязого парня, что прервало его рассуждения. Вот он и студент. Нет, нельзя сюда. Пускай этот дурень сам разбирается. Тут он и друзей завел и жену встретил, благодаря одному из них. Как бы не испортить всё, ведь эта часть его вполне устраивала. Кто знает, полюбит ли его та девушка, если он предстанет перед ней с нынешними мозгами, обременёнными заботами, скучными мыслями и взглядами на жизнь, совсем не похожими на того веселого парня. Можно, конечно, положиться на судьбу, но рисковать не хочется, да и лень – это ж снова: свидания урывками, беготня по съемным квартирам… Его и без того уставшему сознанию это не нужно. Где они там поженились? Веселая была свадьба. Он с нежной улыбкой наблюдал на то, как в окне целуются влюбленные. Такие молодые и красивые. Он в черном, торжественном костюме, она, конечно же, в белом платье и, пожалуй, в слишком громоздкой фате… ведь тогда модно было. Вернуться сюда только ради того, чтобы снова прожить этот день, полный любви и радости, хотя таких будет ещё не мало. И еще ради того, чтобы дать леща бывшему другу, едва не испортившему свадьбу. Но тогда надо было пораньше запрыгнуть на поезд и вообще его не звать. Никогда и никуда. Ну, что было, то было. Не все друзья прошли проверку времени, так и должно быть. Так, где они своё жилье приобрели? Там можно будет и начать всё заново, даже учиться пойти. На ту самую «редкую» профессию. Он почти шагнул к этому вагону, но замешкал. А как же ипотеку платить? На нынешней работе зарплата стабильная, да и повысят скоро. А после повышения они вообще ипотеку досрочно выплатили. Он, хмурясь, смотрел на то, как в вагоне молодая пара, то смеясь, то ругаясь, делает ремонт в своей первой собственной квартире. Вернуться сюда, да плитку этим балбесам нормально положить, чтобы через год не отвалилась. Что же делать? Он пытался собраться с мыслями. Где? Где был тот момент, когда всё могло пойти иначе? Где я мог всё изменить? Сейчас уже дети появятся, а там времени совсем не останется. Он снова шагнул к поезду, мимо как раз проезжал вагон с новосельем. Его жена, светящаяся от счастья, ставила на стол «своё фирменное блюдо». Он мог слышать поздравления друзей, пожелания обзавестись потомством. А вдруг родятся не те дети? Его словно обожгло. Он резко остановился. Не вдруг, а точно. Он же не сможет прожить каждый день в точности как было. А он любил тех детей, своих, единственных. Хорошо, пускай родятся дети. Оба. И красавица, умница дочь и смышлёный сын, его продолжение в этой жизни. Он улыбнулся, вспомнив лица своих детей. Сердце болезненно сжалось от тоски по семье. Семь лет должно хватить, чтобы направить их поезд жизни туда, куда он всегда хотел, в яркое манящее будущее. Мимо с нарастающим грохотом проносились вагоны, несущие его воспоминания, его прошлое, хорошие и плохие дни, моменты, наполненные искренним счастьем и моменты, омраченные горем. Всё это он пережил и помнил. Что-то из этого он не хотел бы повторить вновь, а что-то готов был проживать раз за разом. И вдруг вагоны кончились, точнее, мимо проносился какой-то неосязаемый мираж. В этом мареве мелькали искаженные, но узнаваемые, образы. Он с ужасом осознавал, что это те самые семь лет, те годы, которые он провел в самообмане, в существовании, в ожидании лучшего. Образы детей были достаточно яркими, но ни жену, ни даже себя он не мог разглядеть. Всё было размыто и непонятно. То мешал дым сигарет, то пелена алкоголя, то просто усталость. Его сознание тогда жило иллюзорным днем, днем, оторванным от настоящего, лишь дети иногда возвращали его на землю, но потом он снова терял ощущение реальности. Он не мог вернуться в эти дни, потому что их словно не существовало. Если бы он не разучился искренне радоваться событиям и простым вещам, то, возможно, смог бы зацепиться за вагон, но он потускнел, опустел. Потускнела и опустела и его жизнь и сейчас проносилась блеклым синеватым пятном перед глазами, не давая возможности за что-либо ухватиться. Неужели ни одного яркого события? Дети закончили садик? Он же был рад. Нет, он был недоволен тем, сколько пришлось отдать на выпускной, и поэтому буквально смазал впечатления от праздника всей семье, так же как и первый день школы. Он жадно впивался взглядом в образы, которые становились всё неразборчивей. Где его жена? Её он почти не видел, мог лишь догадываться, что она присутствовала в его жизни и была где-то там, в этой дымке, нещадно поглотившей его жизнь. Где-то там, на заднем плане. Подожди, родная, вот скоро я подарю тебе жизнь, которую ты заслуживаешь, а пока потерпи и посиди тихонько. Он безвольно опустился на землю, в отчаянии смотря на исчезающие синие вагоны. Он поискал глазами зеленую часть этого поезда. Ничего. Его предупреждали, что будет лишь один шанс просмотреть свою жизнь и выбрать вагон, а теперь он в точке невозврата. Он не может вернуться в своё настоящее, а будущее… Он посмотрел туда, где черные вагоны выписывали кульбиты. Некоторые вагоны были такие же размытые, как и синие, но некоторые, как те из прошлого, везли яркие моменты, будь они хорошие или плохие. Эти вагоны расходились и сходились вновь, раздваивались и растраивались, словно следуя всевозможным маршрутам и поворотам судьбы. Он поднялся с песка и, помедлив, со всех ног побежал туда, лишь бы не оставаться здесь, в забытьи. Как же поймать будущее? Как выбрать? Вагоны проносились с такой скоростью, что невозможно было разглядеть, что в них происходит. В голове стоял оглушающий гул. Выбирать в слепую было опасно, ведь он мог ошибиться с поворотом, выбрать не тот путь, выбрать вагон и попасть прямиком на какую-нибудь трагедию. Этот эфемерный поезд кружил вокруг него по несуществующим рельсам, словно издеваясь, но хотя бы никуда не исчезал, как это сделало настоящее, пока он как болван пялился в прошлое. Один из вагонов буквально ослепил его. Казалось, он мчится прямо на него. В окне он увидел улыбающуюся жену и, прежде чем успел подумать, прыгнул ему навстречу.

Он открыл глаза и увидел лицо жены. Она улыбалась, но её глаза были красные и воспаленные, словно от слез. Она выглядела изнеможённой, словно бы незнакомой, немного постаревшей, лишь взгляд, полный ласки, убеждал его в том, что это она, та самая. Она смотрела на него как прежде, как когда-то давно... Он не ошибся с вагоном. Он попытался улыбнуться в ответ, радостный от того, что всё хорошо, но вместе с сознанием в его тело вернулось кое-что еще. В этот же миг по телу свинцом разлилась тупая боль. Рядом монотонно запикал какой-то прибор, всё это время неслышимый, а теперь прорвавшийся сквозь пелену. «Не оставляй нас больше». Это был голос жены. Она осторожно поцеловала его в висок. Он не мог ей ответить, но это временно, до тех пор, пока не вынут трубку. Он обязательно ей всё скажет. Он больше не будет ждать подходящего, правильного, того самого момента. Он будет жить. Они теперь будут жить.

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: