Псы улиц. Криминальная драма. (41)
Продолжение...
Придя домой, мы открыли по пиву и стали ждать Макса. Он должен был приехать часа через полтора-два. Но уже минут через десять в дверь позвонили. Я пошел открывать. На пороге стояла Ева. «Ни хрена себе», — подумал я про себя и вслух сказал:
— Привет! Какими судьбами?
— Привет! Можно войти? — спросила Ева.
— Да, заходи, — я сделал шаг назад, пропуская её в квартиру, и громко сказал: — Антон, смотри, кто пришёл.
Ева вошла и замерла на месте, удивлённо подняв брови:
— Я думала, ты один.
— А нет, сюрприз, — сказал я, улыбаясь и запирая входную дверь.
— Привет! — я услышал довольный голос Антона.
— Привет! — Ева поздоровалась с Антоном и вновь посмотрела на меня.
Она была одета в белую блузку и короткую обтягивающую юбку. В прошлый раз, когда я и она были пьяные, она оставила о себе воспоминания как об обычной пьяной шмаре. А теперь, трезвой и спокойной, мне она понравилась больше.
— У вас есть покурить? — спросила она, сняв босоножки, и посмотрела на нас вопросительно. — Я так курить хочу!
— Да, есть — ответил Антон, — пойдём на балкон, покурим.
Мы втроём вышли на балкон. Увидев у нас по бутылке пива, Ева ещё раз посмотрела на меня и захлопала глазами.
— Пиво будешь? — спросил я из вежливости и, когда она кивнула в ответ, добавил: — Сейчас стакан принесу.
Я ушёл на кухню за стаканом. По пути зашёл в туалет и когда вернулся, то заметил, как они хитро переглядываются.
— Что? — спросил я.
— Короче, — начал Антон, — пока ты ходил за стаканом, мы договорились кое о чём.
— Так, я слушаю, — сказал я, наливая пиво и протягивая Еве стакан.
— Пока тебя не было, Ева мне говорит, — продолжил Антон, — пусть Артём меня трахнет и даст мне денег на проезд.
— Да, мне нужно на центральный вокзал, встретить подругу с поезда, — подтвердила Ева.
— Ну и?.. — я вопросительно посмотрел на Антона.
— Ну я говорю Еве: «Давай мы тебя трахнем вдвоём и дадим тебе деньги на проезд?» — Антон сделал паузу. — И Ева согласилась.
— Ну что ж, замечательно, — говорю я, — и когда начнём?
— Да прямо сейчас, — Антон смотрел на меня с довольным видом.
Я посмотрел на него и ухмыльнулся — мне, если честно, вообще Еву трахать не хотелось, но ситуация сама по себе интересная.
— Ладно, начинайте, — произнес я, — а я сейчас докурю и подключусь.
После того, как всё закончилось, Антон выдал Еве деньги, и, уходя, она поблагодарила нас и неожиданно добавила:
— Только вы не подумайте, что я какая-то там…
Она не закончила, но мы поспешили ответить:
— Нет-нет, конечно — всё нормально!
— Ну пока, — и я закрыл за ней дверь.
— Только вы не подумайте, что я какая-то шлюха! — передразнил я её.
— Не, не, конечно — ты нормальная девушка! — поддержал меня Антон, и мы расхохотались.
Мы с Антоном обсудили произошедшее, поржали немного и вновь услышали звонок в дверь. На пороге стоял Макс с большим пакетом конопли.
— О, Макс, здорова, мы тоже только что пришли — задолбались деньги искать.
— А я задолбался на этой жаре собирать траву.
Максу выдали пива, он сидел за столом, курил, пил пиво и на лице у него было написано, что он доволен собой.
— Макс, помнишь, как мы с тобой учились на подготовительных курсах в художке и в первый раз обкурились?
— Да, ты тогда облевал весь автобус.
— Да ты не меньше меня блевал, ладно нас бабки пожалели.
— Прикинь, Антон, мы после учебы с пацанами покурили травы и потом сели в автобус до нашего района. По сколько лет нам тогда было, по пятнадцать? Короче, мы залезли в битком набитый автобус, и, естественно, все места были заняты бабками. В итоге мне стало так плохо, что я просто начал блевать и вокруг меня сразу все расступились. И тут бабули такие: «Ох, сынок, всё учишься и не ешь, наверное, ничего». Место мне уступили, я сел и только слышал, как Макс где-то сзади тоже блюет. Короче, еле добрался до дома тогда.
Когда всё было готово Макс и я выпили превозмогая отвращение. Пока ждали прихода, я обратился к Антону:
— Антон, расскажи историю, как ты морковку носил в чеке.
— А, ну, короче, я дома порезал морковку мелко и скрутил в бумажку, типа чек, и положил в карман. Ну, мы с пацанами гуляем по улице, и возле нас останавливается уазик ППС, ставит к стенке и давай обыскивать. Находят, значит, у меня на кармане этот чек, и мент такой: «Опа» и давай с довольной рожей разворачивать его. Я стою со спокойным лицом и молчу. Он его разворачивает и такой, типа:
— Это что ещё такое?
А я ему спокойно:
— Морковка.
Он такой:
— Это что, на?
— Морковка, на.
Меня уже разбирал смех, и на этом моменте я не выдержал:
— Морковка, на, — повторил я за Антоном и заржал так, что мне хотелось упасть под стол. В этот момент Антон тоже ржал, у него слёзы текли из глаз и он бил ладонью об стол. Я приподнялся, пытаясь сквозь смех сказать:
— Ха-ха-ха, я представляю твоё серьёзное лицо, когда ты говоришь: «Морковка, на»... — и тут же, не выдержав, начинаю ржать снова.
В этот момент я смотрю на Макса, который сидит с серьёзным лицом:
— А что такого, я не понимаю, над чем вы смеётесь?
И мы с Антоном вновь начинаем неудержимо ржать. Антон вскакивает из-за стола и сквозь смех говорит:
— Мама, я умираю…
Смотреть на него невозможно, я неудержимо хочу смеяться и понимаю, что нас накрыло капитально.
— Подожди, Макс, — я взял себя в руки и пытаюсь говорить серьёзно, — ты что, тоже так делаешь?
После этого вопроса Антон снова вскочил на ноги и, согнувшись пополам, схватившись за живот и разрываясь от смеха, прокричал:
— Надо воды попить, — и с этими словами бросился к кухонному крану, открыл воду на всю и начал пить прямо из-под крана. Я продолжил допрос Макса:
— Так ты хочешь сказать, что черномазый гангста всегда таскает с собой морковку на кармане?
После этих слов мы с Антоном вновь разразились смехом, а Макс сидел и улыбался, качая головой, как бы не соглашаясь. В этот момент Антон подошёл вплотную ко мне, положил руку на плечо и, приблизив лицо к моему лицу, с широкой довольной улыбкой сказал:
— Блин, Тёма, я умираю. Пойдём музыку врубим, потанцуем.
— Точно, — подхватил я, и мы чуть ли не бегом побежали в зал. Я поставил кассету Prodigy, и, врубив музыку почти на полную громкость, мы стали отплясывать как сумасшедшие. В зал пришел Макс и вяло начал танцевать со скучающим видом. Его тоже пёрло, но он любил загоняться и не участвовал в нашем безудержном веселье.
Трава оказалась действительно убойная, через какое-то время я уже перестал что-либо помнить. Очнулся я глубоко ночью лежащим на диване в одежде. У меня был дикий сушняк — очень хотелось воды. Я пошел на кухню, налил себе воды из-под крана и залпом выпил. Потом заглянул в комнату — в квартире кроме меня никого не было. Проверил замок входной двери — она была заперта, значит я сам закрыл. Но я этого не помню. Я вспомнил Еву, и мне тут же захотелось секса. Я умыл лицо, выпил ещё воды, разделся, и уснул.
Продолжение следует...
Криминальная драма Псы Улиц. Автор Андрей Бодхи.
От автора:
События, описанные в романе, возможно, кого-то шокируют, но всё описано максимально правдиво. С тех пор прошло более двадцати лет, однако всё до сих пор живо в моей памяти. В этой истории нет позёрства или хвастовства. В ней больше боли, чем кажется. Нам было по двадцать лет, и мы хотели жить на полную катушку, но делали это как могли.
«Убивать себя», чтобы чувствовать себя живым, — вот, пожалуй, единственная точная формулировка того поколения, выросшего на криминальных улицах.
На первый взгляд читателю может показаться, что книга оправдывает культуру распада, маргинальную среду и блатную романтику, но мне хотелось показать эту историю глазами главного героя, у которого на глазах люди занимаются саморазрушением и теряют свою личность, а иногда и жизнь.
Книга специально написана нарочито упрощённым языком, чтобы показать мир глазами главного героя, в котором он видит отражение самого себя и пытается прожить каждый день как последний, беря от него всё.
Эту книгу я писал прежде всего для себя, и она не про меня — она про тех людей, которые навсегда останутся в моей памяти вечно молодыми.