Про несчастных детей и "проверку границ"⁠⁠

Я терпеть не могу этот термин "проверка границ". И сейчас объясню почему.

Размышления лягушки, отсюда http://lagushka.livejournal.com/367262.html

Часто дети ведут себя так, будто поступают "назло", они не слушаются, делают наоборот, чем совершенно выводят родителя из себя. Я про возраст лет до пяти.

Но вот мне кажется, что всё станет просто и понятно, если воспользоваться таким образом: в каждом родителе есть, ну допустим, два человека. Один любит ребёнка, близок с ним, заботится о нём, воспринимает его всерьёз, воспринимает как живое существо, и если и пользуется своей властью, то осознанно и честно, позволяя ребёнку быть недовольным и признавая за ним это право, другой в нас воспринимает ребёнка как помеху, как неживой объект, пытается контролировать его насилием или манипуляциями, пытается решать, что ребёнку чувствовать, а что нет, пытается залезть внутрь него и хотеть или не хотеть за него, интересоваться или не интересоваться за него, а если воздействовать не получается, злится на него, иногда может ударить или отвергнуть его.

И вот этих двух дети очень хорошо различают. Они не хотят подчиняться второму, и готовы читать мысли первого и угождать ему изо всех сил.

Когда у ребёнка вылезает противление, это вовсе не значит, что он решил "проверить границы" и манипулировать родителем. Это не значит, что он избалован. Это значит, что сейчас с ним общается не первый любящий родитель, а второй - манипулятор, контролёр и насильник, и вот этому насильнику ребёнок не хочет подчиняться. Откуда этот насильник появляется, это отдельный вопрос: страх, усталость, тревога, гордыня заставляют взрослого упрощать ситуацию и начинать воспринимать ребёнка как неживой предмет (с неживым проще: подхватил, как чемодан, за ручку и понёс, и сообщать ни о чём не надо(тут именно не про спрашивать, часто ребёнок не решает ничего, а про сообщить, про обозначить, что считаешь ребёнка живым и помнишь о его присутствии рядом, большего не надо) или как марионетку (способ показать свои достижения с помощью ребёнка, как инструмента).Иногда противление запускает кто-то другой, и ребёнку нужно время, чтобы начать видеть любящего, он будто зажмуривается и не подчиняется никому, даже если родитель, одумавшись, вернул первого, нормального, которого ребёнок обычно беспрекословно слушается. Если программа противления включилась, то отключается она не сразу, и ответом на все инструкции, просьбы, наставления будет "нет", избегание и хохот.

Если программа запущена, единственный способ выйти из неё, снова отойти на расстояние, вылезти из границ ребёнка, дать ему возможность оказаться рядом самому, увидеть (без глаголов в повелительном наклонении), лучше просто вместе и рядом пойти куда-нибудь, глядя в одну сторону и рассуждая на отстранённые и интересные темы, пока вы не окажетесь снова близкими и понимающими друг друга людьми и увидите друг друга. И тогда можно увидеть первоначальную причину отказа, которую загораживала жажда контроля.

Ещё есть такие варианты. Приходит манипулятор и контролёр-насильник, ребёнок сопротивляется ему, родитель приходит в ярость, давит - сопротивление увеличивается, родитель тогда злится от своей беспомощности и бросает ребёнка одного, типа "раз ты такой, делай что хочешь". И уходит. Но уходит этот контролёр-манипулятор не один! Он уносит с собой всего родителя! И того первого, доброго и любящего тоже! А это уже страшно. Вот почему ребёнок этому не может сопротивляться. Контролёр-манипулятор потирает руки: он уверен, что это он добился от ребёнка своего, что нашёл рычаг воздействия. И он и правда нашёл этот рычаг, и очень сильный: это живой родитель ребёнка, ради которого ребёнок готов на что угодно. Так этот манипулятор находит самый лучший инструмент шантажа, лучше конфет, мультиков, подарков - живой настоящий родитель, "он в моих руках, - говорит манипулятор, - и пока ты мне непокорен, я буду тебя его лишать". А живой родитель под тяжестью страхов и стереотипов или амбиций покоряется контролёру, который всё шепчет: "он ни на что не способен, сам он пропадёт, он должен слушать во всём, делать и чувствовать только то, что мне надо, иначе мы все погибли, с ним можно только так, сам он слушаться не будет, он ничего не понимает и не соображает, ничего не добьётся и всё испортит, нужно контролировать каждый его шаг и каждое движение и каждое его хотение и эмоцию, иначе всё пропало, иначе мы проиграли..."

Страшно? А такой он и есть.;)

А у двухлетних, например, вообще нет никаких проверок на хорошо и плохо. У них вообще представление об оценках не сформировалось ещё. А мы их наделяем нашими умениями и гнобим за безнравственность, безжалостность, беспринципность (ну и себя заодно, что воспитали таких монстров). А у них цель другая: они обнаружили, что их действия имеют следствие! Что я толкнул - а девочка заплакала, здорово же! Это я сделал! Сам! Вот я что умею! (а до этических оценок не дорос ещё: просто нет у него такой способности ещё вообще, он пока только деятельность на уровне "действие - результат" осваивает, и об уровне "действие - результат - оценка результата" он вообще ещё не подозревает, и объяснений не поймёт никаких. Ближе к трём-четырём только он осознает, почему маме и папе так не нравилось его новое умение толкнуть девочку и получить её вопли (это же продукт! Такое удовольствие его получать! А родители не пускают, и ещё кричат что-то и говорят какие-то непонятные слова со смешными лицами и интонациями). И тут никакой проверки границ - чистая радость творчества и познание нового.

(Мне кажется замечательно иллюстрирует многие из влечений по сондиане)