Про бычка⁠⁠

Про бычка.

Заранее извиняюсь перед аудиторией, в которой найдутся защитники животных за сцены кровопролития, но описанное происходило в сельской местности, для которой все это обыденно.

В девяностые наша большая семья, как и большинство таких же деревенских семей, содержала коров, свиней, кур и прочую живность. В один из погожих весенних дней отец поручил мне, ...надцати лет от роду неопытному юнцу нацепить намордник-кожух одному бычку, чтобы тот не смог сосать молоко у своей родительницы. Бывают особи, которые дают сосать вымя уже своим ставшими взрослыми телятам). Раньше я только видел, как  взрослые, связав нехитрым узлом животное, валили его на землю, так, что тот не мог даже шелохнуться и лежал как влитой. Далее несчастному варварским способом протыкали перегородку между ноздрями, в которую продевали стальную проволоку. Такой хомут из проволоки был оснащен кожухом из толстой резины, который закрывал морду сверху и таким образом не давал возможности теленку сосать вымя, траву же теленок мог щипать без всяких проблем.  Весь этот процесс в уверенных и техничных руках протекал быстро и казалось бы почти незаметно для животного.

Надо отметить, что примерно в этот же период возраста бычкам осуществляется кастрация, которая по-моему, должна способствовать быстрому набору живого веса. И в этот день моей жертве, привязанной еще нетвердыми неоформившимися рожками в столб без наркоза вырезали нежные яички. Уже с утра пьяненький сельский ветеринар и по совместительству друг отца ловким профессиональным движением весело отмахнул подрагивающую плоть, обработал каким-то раствором и забросил только отрезанную мошонку на крышу коровника, откуда ее тут же стащили прилетевшие на пиршество вороны. Я обошел бычка и с сочувствием заглянул в широко раскрытые, полные слез и недоумения глаза быка.. Он глубоко и тяжело дышал, испуская из широких ноздрей мощные струи воздуха. Впервые увидев и пережив это вместе с быком, я как будто ощутил всю боль на себе и инстинктивно просунул руку в карман, чтобы ощутить присутствие своего достоинства.

Настала очередь установки кожуха. Я, представляя себя техасским ковбоем, закинул лассо на бычка, продел между его ногами, затянул и повалил его на сырую, еще стылую землю. Бык жалобно замычал баском, призывая мечущуюся за плетнем обезумевшую рогатую мать. Ветеринар, с папироской в зубах, подал мне проволоку и деловито присел рядом, изредка отдавая короткие команды. В этот момент я заметил какой-то нездоровый блеск в его вдруг отрезвленном взгляде). Первая попытка была неудачной. Я, зажмурив глаза, воткнул конец заостренной проволоки в нежную кожу носовой перегородки, но с ужасом понял, что не попал, туда куда надо. Кровь мелким ручейком потекла, обагряя мои руки и морду животного. Второй заход был более удачным. Ветеринар, придерживая мои руки вовсю орудовал проволокой в ноздрях несчастного и кажется уже провалившегося в обморок от боли в носу и яйцах, моего подопечного, который просто тяжело и молча вздымал вспотевшие бока. Вид льющейся крови из ноздрей совсем еще юного создания производил на меня неизгладимое впечатление.

На следующий день встречая возвращающееся с лугов стадо, я издалека заметил, что у понуро шагающего бычка слетел кожух. Приблизившись с ним, мне стало ясно, что он просто его вырвал его с оставшимся мясом. Теперь вместо двух аккуратненьких ноздрей у него зияло одно отверстие. Бык, сверкнув на меня исподлобья блестящим глазом, заковылял прочь…

С тех пор, мне не доверяют подобные процедуры, да и я сам не имел возможности больше оперировать животных. Ну а теленок вырос в мощного, пышущего здоровьем красавца-быка.