17

Повар-любитель

Моя бывшая обожала готовить. Жареное мясо, манты, салаты, запеканки, наваристые супы и прочее. Еще она очень любит острые приправы. Сама все красиво сервировала и частенько просила купить вина к мясу на ужин.

А если я отказывался от угощения, она искренне переживала и обижалась.

Вы сейчас такие: "Нихрена себе привереда, что тут может не понравится."

Но у меня панкреатит, а объяснять по сто раз одни и те же вещи реально задалбывает. Приходишь с работы уставший и голодный, а тебе готовят манты из свинины с кучей лука и перца. Пока варишь гречку, компосируют мозг: "Ну попробуй немного, ничего не будет. Я же старалась!".

Собственно, поэтому она и стала бывшей.

P.S. Автор врун и такой девушки у него не было. Но панкреатит сука есть)

Дубликаты не найдены

+6

Сам словил панкреатит и вот что скажу... Не обязательно иключать жирное и жареное из рацоиона, но ограничить(если было обострение то какое то время, все таки исключить). Но по праздникам иногда балую себя))


P.S. Манты вроде на пару делаются и вроде как с говядиной для хроников с панкреатитом самое оно.

раскрыть ветку 1
+1

Проблема в том, чтобы не переходить эту грань между "Немного побаловать" и "Блин, опять всякой фигни нажрался, нужно на строгую диету садится".

Да, манты можно в принципе. Но их лучше реально самому готовить, чтобы не было сюрпризов.

+3
Привет соратники! Я только месяц маюсь😊.
+4
Сочувствую, братан! Сам с этой херней маюсь, не выпить, не пожрать вкусно. Эх... Одна радость - за руль всегда можно )))
+3

А можно найти жену панкреатитку и с ней готовить изысканные блюда из гречки))

раскрыть ветку 3
+3

Да нахуй такую жизнь!

0
Комментарий удален. Причина: данный аккаунт был удалён
0

Была такая идея)

+2
Манты бывают жирными? Они же паровые. Там же мясо и картошка, не?
раскрыть ветку 3
+2

Манты обычно делают из жирного фарша, плюс там добавляют реально много лука. Он не прям запрещен, но в больших количествах не стоит. В принципе чисто для себя могу приготовить, чтобы быть уверенным, что это можно есть. Плюс это будут манты без перца, а есть их придется без добавок типа майонеза или разведенного уксуса.

раскрыть ветку 2
-1
Не знала, что манты кто-то ест с уксусом....
раскрыть ветку 1
0

Наверное сверхтяжелая форма. Панкреатит довольно распространенное заболевание, как и гастрит. У меня с детства поджелудочная пошаливает. И, кстати о мантах, попробуйте съесть отдельно тесто,  а через часа полтора фарш. единственно, да мясо должно быть нежирным, лучше всего если лука много.

раскрыть ветку 1
+1

До сверхтяжелой формы дело не дошло. Просто старался несколько месяцев соблюдать диету и понял, что так жить реально веселее.

0
Я почти даже поверил. Вы, батенька, - как тот немец-журналист, который выдумал 14 из 60 своих статей)))
раскрыть ветку 3
0

На самом деле это собирательный образ из многих ситуаций. Реально много людей пытаются накормить чем-нибудь вкусным, уже стремновато по гостям ходить.

раскрыть ветку 2
-1

Тогда уберите из текста "жирные манты", манты готовятся на пару, жирное мясо для их приготовления не используется, а то действительно получается "Автор врун".

раскрыть ветку 1
0

можно предварительно креон с баралгином закинуть, но это может и не поможет))

Похожие посты
141

Барабашка

Я был очень трусливым ребёнком. Боялся буквально каждого шороха. А шорохов в нашем доме было много и лишь малая часть из них являлась плодом моего воображения. Частенько сами по себе открывались двери, скрипели табуретки на кухне, а со столов падали тарелки, если их там оставляли на ночь. Папа находил этому логичное объяснение: мол, полы тут кривые, стены набекрень - вот оно и скрипит, валится. Ему было проще так смотреть на это. И сейчас я его понимаю.


Но не тогда. Тогда я знал: все эти ночные «происшествия» - это не следствие кривых полов, вовсе нет. Всё было гораздо проще, но намного страшнее. У нас дома жил кто-то кроме нас троих. Жил в шкафу в моей комнате. Мне очень везло, если я успевал заснуть до того, как он выбирался оттуда. Если же не успевал... Дверь шкафа, чуть скрипнув, открывалась, и начиналось. Его шажки отчётливо были слышны в тишине ночи. Он редко ходил в комнату к родителям - чаще бренчал на кухне или оставался у меня. Открывал ящички письменного стола, шуршал книжками. А я в это время лежал в своей кровати, накрывшись с головой одеялом и поджав его концы под себя, только бы не встретиться с этим существом лицом к лицу. Тогда я не знал, как он выглядит и как его зовут. А рассказала мне моя собственная бабушка.


Барабашка.


Тогда это слово плотно засело у меня в голове. Тихонько, стараясь, чтобы никто не услышал, я произносил его вслух. И этим привлёк к себе внимание.


В ту ночь мне снова было не уснуть. С замиранием сердца я услышал, как в соседней комнате щёлкнул свет: мама с папой легли в постель. Дом утонул во тьме. А значит, скоро должен был выйти он.


Так и произошло: скрипнула дверь шкафа, и я услышал, как маленькие ножки начали топать по полу. Впервые за всё время он подошёл к моей кровати, остановился у её подножия. Потом - прыг - я почувствовал, как матрац под ногами чуть промялся. Барабашка подошёл прямо к подушке и... начал стаскивать моё одеяло. Я и моргнуть не успел, как увидел два больших жёлтых глаза прямо перед собой. Он пришёл ко мне в обличие кошки. Любопытной чёрной кошки. А ведь кошек у нас в доме отродясь не было - у мамы была аллергия.


Папа всегда очень злился, если среди ночи я прибегал к ним, испуганный. В тот день они сами прибежали ко мне. "Барабашка!", - кричал я, пока мать пыталась меня успокоить, а отец, ворча что-то под нос, осматривал шкаф. "Нет тут никакого сраного Барабашки", - сказал он в конечном счёте. В следующие месяцы папа стал намного раздражительнее. А ночи стали ещё шумнее.


Потому что Барабашка обиделся. Дома начали пропадать вещи, мои заводные машинки стали сами по себе разъезжали по полу, люстры на потолке странно покачивались, а тарелки на кухне бились одна за другой. Скоро подобное начало происходить и днём. Он не скрывался: периферией зрения я видел этот пушистый комок то здесь, то там.


Всё это сказалось нашей жизни. У мамы всё чаще стала проявляться её аллергия, да и вообще они с папой стали нервными, чаще начали ссориться. Мать верила, что в доме твориться что-то неладное, а отец продолжал придерживаться своей логики. Правда, во время ругани они никогда этой темы не касались, но я и так всё видел и понимал.


Однажды к нам в квартиру пришла какая-то женщина. Вроде как она очищала дома от нежити. Походила по комнатам, что-то побормотав про себя, но по итогу не сделала ничего. Той же ночью мы проснулись от шума воды, потому что Барабашка открыл все краны в доме. Тогда мы так толком и не поспали. Втроём сидели в гостиной, слушая, как с кухни то и дело доносятся всякие пошаркивания. Когда папа ходил проверить, то они затихали, но ненадолго.


Как бы это не прозвучало, но спасла нашу семью внезапная смерть бабушки. После этой трагедии родители стали как-то добрее друг к другу, а через некоторое время мы переехали на её квартиру. В нашей семье вновь воцарилось спокойствие. Барабашка отстал от нас.


Но почему же я сейчас вспоминаю об этом? Прошло уже очень много лет: я женился, с горем по полам мы купили собственную квартиру, завели кота. У нас вроде бы всё хорошо. Мы с женой ладим, год назад она родила мне сына. Практически идиллия.


Кроме одного. Последнее время я всё чаще замечаю, как кот... будто следит за кем то. Порой подолгу смотрит в одну точку, а иногда как-то настороженно бегает туда сюда. Да и малыш наш стал плохо спать. Бяка, говорит, и тычет пальчиком по углам. А вчера... Вчера я услышал как в соседней комнате, в которой пока никто не живёт, скрипнула дверь шкафа...


Что же, где-то я читал о том, что эти существа бывают и добрыми. Положу ему какое-нибудь угощение. Кто знает, может на этот раз и пронесёт.

Показать полностью
111

Ням-ням

Этого плюшевого медведя мне подарила бабушка на семь лет. Она тогда очень сильно болела, и часто была совсем невесёлой. Из-за этого грустила вся моя семья. И я тоже. Поэтому, когда в день рождение она, смеясь, вручила мне этого великана, я был без ума от радости. Её улыбка навсегда осталась связана с ним. Я очень любил бабушку.

Через два месяца она умерла. В день похорон все только и говорили о том, как бабуля мучилась. А я просто сидел в своей комнате, не понимая, как они вообще что-то могут говорить теперь, когда бабушки больше нет. Я горько плакал, крепко обняв Ням-няма и Рыжика. Рыжик был моим котом, а медведя я назвал Ням-нямом, потому что на груди у него был значок в форме конфетки.

Той ночью я так и уснул с ним в обнимку. Я сказал ему, что очень хочу, чтобы сегодня мне приснилась бабушка, живая и здоровая. И она приснилась! Мы с Ням-нямом сидели у неё на кухне и разговаривали обо всём на свете, смеялись. Причём Ням-ням тоже разговаривал. Это было замечательно!

И лишь когда я проснулся, то с грустью понял, что это всего лишь сон... Но на следующую ночь я попробовал опять. Лёг с Ням-нямом, и попросил его показать бабушку. И снова сработало! А потом и на следующий день. Так я понял, что мой плюшевый медведь может показывать мне сны. Какие я захочу.

Он стал моим лучшим другом. Я здоровался с ним после школы, садил вместе с собой играть в компьютерные игры, делился своими секретами. Его чёрные глазки всегда были такими добрыми и понимающими, что мне казалось, будто через них смотрит бабушка.

Как-то раз во сне мы с ним прыгали на батутах и он вдруг сказал:

- Слушай, а тебя же дома есть конфеты? Ты просто каждый день ешь что-то такое вкусное... А сможешь поделиться со мной?

- Конфеты? - удивился я. - Но разве ты сможешь есть конфеты, Ням-ням, ведь у тебя и рта толком нет?

- Конечно, смогу! Ну, только если тебе не жалко, конечно...

Мне совсем не было жалко. Конфет у нас было навалом. После ужина мама всегда давала мне по две, вместе с витаминами.

В следующий раз я съел только одну, а вторую спрятал в тумбочку, возле кровати. Затея эта казалась мне странной, но ведь Ням-ням был моим другом. Я не мог ему отказать.

Той ночью мне приснился самый замечательный сон в моей жизни! Мы с Ням-нямом летали, а вокруг всё взрывалось градом фейерверков. И бабушка тоже была с нами.

Когда я проснулся, то первым делом проверил тумбочку. Там было пусто! Я посмотрел на своего медведя, лежащего рядом. Его чёрные глаза были всё такими же нежными и добрыми. За то, что я дал ему эту конфету, он показал мне такой замечательный сон.

- Ты просто лучший, - сказал я ему, и обнял.

С тех пор я стал приносить конфеты каждый день. А через какое-то время решил делиться с ним и витаминами. Ведь наверняка он очень уставал, показывая мне все эти сны. А в витаминах было очень много полезного, и они были очень важны, как всегда говорила мама.

Ням-ням был в восторге. Мы как раз парили с ним в небе, когда он подлетел ко мне и закричал, перебивая сильный ветер:

- Если бы ты смог приносить мне больше всяких вкусностей, то мы смогли бы побывать в ещё более интересных местах!

В тот раз я проснулся лишь с одной мыслью: теперь я буду отдавать Ням-няму все свои сладости. И ладно, что сам есть не буду! Зато сны мои будут самыми прекрасными на свете. В реальном мире всё было намного хуже у гораздо более уныло. В реальном мире не было бабушки, и Ням-ням не мог разговаривать.

Я стал придерживался своего плана, отдавал Ням-няму всё. Так же я начал стараться ложиться спать раньше, чем обычно, чтобы дольше побыть во сне. И всё получалось. Так продолжалось почти целый месяц. Как же я был счастлив!

Но потом сны стали становиться тусклее. Это произошло как-то... внезапно. Полёты перестали быть такими захватывающими как раньше, небо перестало окрашиваться фейерверками... Да и мой плюшевый друг начал становиться всё грустнее.

- Почему всё меняется? - спросил я его как-то, - почему ты грустишь?

- Я... - он замялся, - я не знаю. Нужно больше... ням-ням.

- Что, ещё конфет? Витаминов, чего?

- Нет, конфет и витаминов хватает, но... - глаза его вдруг оживились, - слушай, а ты хочешь, чтобы в наших снах появился ещё кто-нибудь? А то мы вечно одни, либо с бабушкой...

- Но а разве нам и так здесь не весело?

- Весело, конечно, весело! Но ты не хотел бы, чтобы с нами тут веселился ещё... Ну, к примеру, Рыжик?

- Рыжик? - удивился я, - ну, может быть...

- Тогда давай так! Вечером ты возьмёшь Рыжика к себе и закроешь дверь! И тогда он тоже будет тут, с нами!

Я поразмышлял над его словами. Сначала меня поразила одна простая вещь - нас ведь и правда было всего трое. Менялись картинки, пейзажи - но мы всегда были втроём. И в самом деле было бы очень круто, если бы присоединился кто-нибудь ещё.

Но идея Ням-няма... Закрыть Рыжика на ночь у себя, для того чтобы... Он его съел? Да нет... Нет, Ням-ням не съест его, просто перенесёт сюда, чтобы нам было веселее, так ведь? Здесь даже гораздо лучше, чем там, в реальности! Гораздо, гораздо лучше.

На следующий вечер я сделал всё так, как попросил Ням-ням. Пришлось, правда, лечь спать чуть позже, но ничего страшного. Рыжик сначала всё сидел и скрёбся об дверь, но в конце концов успокоился.

Я не заметил, как оказался во сне. Небо снова полыхало красками, и ко всему вернулась прежняя яркость. Я прыгал высоко высоко вверх, отталкиваясь от земли, словно от батута. И Рыжик тоже!

- Ну здр-р-раствуй, дор-рогой др-р-руг, - протянул он по кошачьи.

- Привет Рыжик! - обрадовался я, - теперь ты тоже тут, с нами?

- Как видишь! Как видишь!

- Нравиться тебе здесь? - спросил его Ням-ням.

- Пр-р-росто пр-рек-р-расно!

И пока я не проснулся, мы долго долго прыгали, смеялись и потешались друг над другом.

Родители в конечном итоге сделали вывод, что Рыжик свинтил на улицу. Он у нас был тем ещё бродягой, и мог пропадать на недели... Кто знает, может быть он мог как-нибудь уйти вот так, и не вернуться. А теперь он навсегда был со мной.

Случилось и ещё кое-что. Ням-ням научился разговаривать в реальности! И это было просто круто! Теперь я мог болтать с ним целыми днями напролёт: обсуждать, например, будущий сон, или что-нибудь ещё...

Но так продолжалось лишь недели две. А потом всё снова начало потухать. Ням-ням перестал говорить, а сны начали разваливаться.

Однако, у нас был план.


- Вить, а хочешь в GTA 4 поиграть, а?

Витя был моим одноклассником. Единственный, с кем я вроде как дружил. Он заикался, и после школы нам было по пути.

- В GTA? - удивился он, - а она чё, т-т-тянет у т-тебя?

- Да, тянет.

- Ну не з-знаю. Ты... не з-звал никогда, - задумался Витя.

- Да просто скучно одному... А я ведь не с кем и не дружу больше, кроме тебя. Начнём заново вместе проходить.

- А... - он доверчиво посмотрел на меня, - Ну, п-пойдём... Только не на долго, а то меня б-бабушка ждёт.

- Бабушка?..

Он кивнул. На мгновение что-то во мне пошатнулось. Ведь у меня тоже когда-то была бабушка... здесь.

- Да ладно, мы всего на пол часика.

На счёт игры я не соврал. Стоило только Вите сесть за компьютер, как он с головой окунулся в мир мир грабежа и разбоев. Я просто лёг на кровать позади него, и лишь изредка комментировал происходящее на мониторе. Вскоре меня потянуло в сон. Витина спина начала расплываться, а его возгласы утихать. Всё шло по плану.

Днём сны были не такими яркими как ночью, но я понял - сработало. Лицо моего одноклассника постоянно мелькало то тут, то там. Оно было очень весёлым и счастливым. Всё было прекрасно.

Когда я проснулся, то увидел Ням-няма, весело марширующего по моей комнате.

- Ням-ням! - воскликнул я.

- Да-да? - учтиво спросил он, - посмотрев на меня. Его чёрненькие глазки блестели.

- Ты ходишь и говоришь... и это не сон!

- Да, дружище! Всё сработало! Мы все теперь здесь, с тобой!

- Что?

Я вдруг увидел, как между плюшевых ног Ням-няма трётся Рыжик. Шея у него была немного неестественно вывернута, но это был он!

- С-спасиб-бо, что д-дал п-поиграть, - послышался голос Вити. Он стоял у двери. Всё тот же Витя, только волосы на затылке чуть взъерошены, и лицо бледновато.

- Ребята... - прошептал я, глазам своим не веря, - вы все тут... Но ведь здесь же совсем нечем заняться! Во снах гораздо веселее!

- И сегодня мы ещё как повеселимся, мальчик мой, - послышался голос, от которого я вздрогнул.

- Бабушка...

Она сидела на стуле за компьютерным столом и, в отличие от всех других, выглядела как и прежде.

- Да, сегодняшний сон будет не просто сном, - подтвердил Ням-ням, - сегодня всё будет гораздо лучше!

Когда с работы вернулись папа с мамой, все мои друзья спрятались. Они не хотели показываться им на вид. Но я знал, что очень скоро они всё равно увидятся.

Вечером к нам заходили родители Вити. Спрашивали, не видели ли мы его. Родители озадаченно посмотрели на меня, но я сказал, что после школы он сразу же пошёл домой. Мне поверили.

Наконец настало время ложиться спать. Как только мама выключила свет в моей комнате, бабушка и ребята сразу же вышли из своих укрытий. Я видел их тёмные силуэты. Они спели мне замечательную колыбельную и я уснул...

Сон был шикарным. Мы то прыгали, то летали, то плыли; вокруг всё сверкало, меняло цвет, танцевало! Душа моя была преисполнена счастья, и в глазах ребят я видел тоже самое.

- Это самый лучший сон в моей жизни! - кричал я. - Я не хочу просыпаться никогда!

- И не надо! - отвечал мне Ням-ням, - мы будем танцевать вечно!

И я танцевал. Танцевал, размахивая руками и ногами в разные стороны; совершая такие невероятные движения, которые ни за что не мог бы совершить в настоящем. Этот сон был моей мечтой. Нашим достижением. Лучше его придумать было невозможно...

Только вот запах был очень странным.


Когда я проснулся, то было ещё темно. Я не сразу понял, что лежу не в своей кровати. Всё моё тело было в чём-то липком. И ещё запах... Чем-то сильно пахло.

Я осмотрелся. Справа лежал папа. Слева мама. Глаза у них были открыты, но лежали они совсем неподвижно.

У меня в ногах стоял Ням-ням. Позади стояли все остальные, и... вторые мама с папой.

- Что...

- Что? Зачем ты проснулся? - спросил Ням-ням.

- Но... мам, пап, - обратился я к ним.

- Да, солнышко?

- Вы здесь... и здесь... как это?

- Солнышко, настоящие мы перед тобой! - ласково сказала мама, - те мы, которые всегда теперь будут рядом! А это всего лишь наши тела и всё! Мы всегда теперь будем с тобой.

И вдруг я вспомнил. Я вспомнил, как взял с кухни нож и зажигалку, и сделал что-то... ещё. Нож был очень острый, папа всегда затачивал. Ножом я... резал. А зажигалка и теперь лежала где-то поблизости. Но для чего мне она? Я почувствовал, как в глазах набираются слёзы.

- Это потому что я не пил витамины, да мам? - спросил я.

- Не думай больше о витаминах, зайчик мой. Ты делился с другом - это очень похвально!

- Да, др-р-ружище, - на кровать вскочил Рыжик, - не думай об этом. Ты сделал всех нас счастливыми!

А в тот раз я высунул Рыжика за окно. И опустил. Там было очень высоко.

- Д-да, д-друг, - кивнул Витя, - всё хорошо!

Витю папиным молотком по голове. Сильно, несколько раз... Он до сих пор в моём шкафу. И все его вещи тоже, кроме телефона. Странно, что туда никто сегодня не заглянул.

- Вы на меня не злитесь?

- Конечно нет, мальчик мой! - сказала бабуля.

- Спасибо...

- Ну вот и славно! - улыбнулся Ням-ням. - Тогда давай спать! Встретимся там и продолжим веселье. Только не забудь... чиркнуть.

- Да, - сказал я, и вдруг почувствовал себя необычайно счастливым. Все мои друзья и родные были со мной. Они любили меня, а любил их. А Ням-ням сделал так, что теперь мы всегда будем вместе. Какой же он хороший, мой плюшевый медведь!

И всё-таки, какой противный запах... Ну да ладно, где там зажигалка?

Я нащупал её рядом и, закрыв глаза, чиркнул.

Сон пришёл легко и незаметно.

Показать полностью
54

Эх, если бы мой кот разговаривал...

Предисловие.

Я вот тут подумал: истории, которые я пишу, частенько связаны с довольно мрачными. философскими темами или полуэпичной фантастикой, надо бы это разбавить.

И вот, читаю я сегодня небольшой квестик про говорящего кота (каюсь, идея изначально пришла в голову по причине получения подобной информации) и думаю: а что, если бы мой кот умел говорить?

И вот, прямо сейчас я начинаю написание какой нибудь сюжетки на тему: говорящий домашний кот Клубок :)

Сам еще не знаю. что это будет, сильно не ругайтесь, жанр для меня новый, но, вам все равно приятного чтения и хорошего дня!


Вот, приходишь ты, значит, домой. Снимаешь обувь, верхнюю одежду, вздыхаешь от безысходности. В коридор вбегает пушистая скотина и начинает орать, вытирая свою шерсть о твои новые брюки. досадливо морщишься, представляешь как будешь теперь убирать всю эту шерсть, планируешь свой унылый вечер, думаешь, как бы сделать себе чаю и выкурить сигарету на балконе. А кот же орет.

- Заткнись, гнида пушистая! Сейчас выдам тебе твой корм, тихо!

- Сам заткнись, придурок.

Опа. Охреневание. Это чего такое? Это как вообще? Откуда этот бульк звучал? Проходишься по дому такой, смотришь все комнаты, ищешь теоритического смертника. А нету никого. Вот так.

- Кто ляпнул то слова сии? - бормочешь себе под нос.

- Совсем слепой стал, очкарик? - голос доносится снизу.

Опускаешь глаза. Тут только его величество - кот по имени Клубок. Что за глюки? Переработал? Молоко было несвежее? Кукушка крякнула? Садишься на корточки и внимательно смотришь ему в глаза.

- Что уставился?

Окончательно убеждаешься, что кукушка точно издает звуки. не полагающиеся ей. Охреневаешь в конец и пытаешься осознать происходящее. Чего, говорить с котом дальше? Что, серьезно? Ну не псих же я.

- Что, удивлен? - кот садится на задние лапы и пялится.

- А ты чем говоришь-то?  - удивленно спрашиваешь.

- Я кот, умник, откуда я знаю, чем я говорю? Я тебе что, знаток анатомии?

- А откуда ты знаешь про анатомию?

- От безразличной скотины, которая оставляет меня одного на весь день.

Недоумевание.

- От тебя.

Понимание. Но. Рот открывается. но не так, как у нас. Неужели, не глюки?

- И что, ты реально разговариваешь?

- Понимаю, что ты в шоке, но, кажется, это, мать его, очевидно!

- Откуда ты столько ругательств-то знаешь?

- Слушай, еще раз задашь мне такой глупый вопрос, я укушу тебя острыми зубами за зад!

- А ты злой, - задумчиво отвечаешь.

- Ну ты и тормоз... Я тут сижу весь день один! Из игрушек у меня только гребаный мячик, дверной косяк и мертвый майский жук!

- Но я же покупал тебе кучу игрушек, - грустно бормочешь.

- Они мне не понравились, - агрессивно мявкает кот.

- Ты их растерзал или потерял где-то под шкафами.

- Да, они меня раздражали! Так вот, из компании у меня только голуби за окном и гребаный газовый котел, который все время на меня рычит!

- Глупый кот, - говоришь с улыбкой, - это же просто техника, он не рычит.

- Это ты глупый! И вообще. что это за имя такое - Клубок? Я тебе что, кусок шерсти? Вообще не ценишь меня?!

Смеешься.

- А какая от тебя польза?

- Я... Красивый.

- Я тоже.

- Нет, ты урод.

- Ну, спасибо.

- Только не обижайся! Я не хотел, - кот виновато смотрит, - давай я потрусь об тебя?

- Да дай ты мне сначала переодеться, мне же потом шерсть убирать с одежды!

- А я думал, тебе нравится.

- Только если на мне нет одежды, на которую липнет шерсть.

Кот резко запрыгал.

- А давай поиграем?

- Так, стоп. Я еще не все спросил!

Кот грустно сел обратно.

- Так, мудила усатый! Значчит, ты прекрасно понимаешь, что я тебе говорю? Нафига ты в мусорном ведре роешься? Клад ищешь?

- Оттуда пахнет вкусно, - глаза котика  - сама невинность.

- АХ ты ж наглая морда, а ну правду говори!

- Да правда это. Ну, я там еще ничего хорошего не находил, но, пахнет вкусно.

- А из окна ты на асфальт вываливался зачем?

- Там птичка была. Красивая. - кот улегся.

- А чего ты раньше не говорил?

- А что с тобой разговаривать? Вон, ты все равно не понимаешь ничего, даже когда тебе объясняешь.

- При гостях разговаривать нельзя, Клубок. Мне трупы в квартире ни к чему.

- Почему трупы?

- Сердечный приступ еще никому не шел на пользу.

- Слабаки, - кот самодовольно облизал лапу.

- Слушай, ну а тебе как?... Ну, живется хорошо у меня? Я не слишком плохой человек?

Кот снова уселся и внимательно смотрит.

- Да нормальный ты. Добрый вроде, временами странный. Но, моя природа другого просит.

- Хочешь, отпущу тебя?

- Не знаю. А я там точно буду счастлив?

- Да кто знает... Ты меня прости, если что не так, ладно? Ты хороший зверек.

- И ты меня. Давай я тебе на ноги залезу?

- Давай. только я сейчас поесть нам обоим сделаю и усядусь на стул, хорошо? А ты пока погуляй, или, разу уж такое дело, поговори со мной.

- Лады.

Кот ходит за тобой, рассказывает тебе о том, что на улице слышал, а ты готовишь еду, прикармливая его в процессе, узнаешь много интересного про соседей, прохожих, сам рассказываешь ему что-то. Оказывается, ему даже пиво нравится. Правда, больше двух капель ему нельзя, но, и этого хватает .

В общем, как сказал отец дяди Федора из Простоквашино: "Будь у меня такой кот, я, может. и не женился бы никогда")))

Показать полностью
42

Не оборачивайся, беги

Я смотрел на телефон, а в голове точно приговор прозвучали слова «нет сети». Конечно, ее нет. Потому что всяк прибывший в задницу мира может позабыть о прелестях цивилизации. Я сунул в карман никчемный кирпич, что еще вчера обошелся мне в пятизначную цифру, и устало откинулся на сиденье автомобиля.

- Дерьмо.

Надо было давно отогнать машину на СТО, но лень и самоуверенность оружие пострашнее ядерной боеголовки. И теперь я застрял ночью посреди леса. Один. Без связи с внешним миром. Повезло что деревня близко, и до нее можно добежать. А там вызвать эвакуатор и утром отвезти машину в ремонт.

Добежать, да?..

Я с тоской посмотрел в окно, где под тусклым светом луны с немым укором стояли высокие сосны. Ветер их почти не шевелил, а по земле густым облаком растекался туман. Живописное местечко. Хичкок бы оценил.

Страшно ли мне? Конечно, страшно. Только не призраков я боюсь, что могли сюда забрести из кладбища, мимо которого давно проезжал. А за машину. Придется бросить ее на дороге, где даже вой сигнализации никто не услышит. Твою же мать… Раздолье для хулиганов. Но выбора нет.

Сделав последнюю попытку завести «мертвый» двигатель, я смачно выругался и вышел на улицу. Лес тут же встретил меня обманчиво мягкой прохладой, и стоило с две минуты побыть вне теплого салона, как я мгновенно начал замерзать. Не спасала даже кожаная куртка.

Еще раз проверив все замки в машине, я втянул носом влажный воздух с хвойными нотками и неспешно побежал по темной дороге. Пусть из-за тревоги, что приподнимала волоски на руках и затылке, мне хотелось нестись сломя голову, я держался. Лес – всего лишь мои детские страхи. В них я давно не верю.

Сколько бы местные ни рассказывали страшных баек, все это чушь. Попытка запугать детвору, чтобы те не шастали ночами по деревенским окрестностям, но как же крепко засели в голове эти правила: ночью в лес не ходи, ночью в лес не смотри, если в нем очутился – не оборачивайся, беги.

Не оборачивайся, беги - именно так. Каждый выходец из этих мест знал законы и зачитывал точно священник «Отче наш». Я тоже не исключение. Родители постоянно о них твердили. Даже сейчас, когда отцу стало плохо, мать все равно потребовала, чтобы я дождался утра. Стоит ли говорить, что я не послушался?

Тишина угнетала и поглощала все, даже стук моих ботинок по укатанной дороге. Дышал я спокойно. Пробежка — дело обычное, потому до деревни рассчитывал добраться быстро. Но все равно не торопился, чтобы не устать. Заодно прислушивался к шепоту леса.

А он шептался. Даже без ветра тут и там раздавались тихие шорохи, скрипели деревья, точно кто-то проводил острыми когтями по упругой коре. Шуршала листва. Падали шишки. И, пожалуй, на этом все.

Кузнечики, совы и прочая лесная тварь смолкли - точно вымерли, и эта безжизненная тишина давила. На затылке опять зашевелились волоски, а по рукам пробежали холодные мурашки. Ноги против воли задвигались быстрее. В голове повторялись одни и те же слова: «не оборачивайся, беги – не оборачивайся, беги». Собственный внутренний голос с каждым шагом становился выше и тоньше, словно в душе просыпалось давно уснувшее дитя.

Громче и протяжнее обычного заскрипели деревья, будто собрались на меня упасть. Где-то слева посыпались ветки с корой, и я невольно остановился, как вдруг услышал позади легкие шаги. Они торопливо засеменили. Стремительно приблизились и!.. Резко смолкли.

Холодная рука страха коснулась моего лба и заморозила капельки пота. Я почти оглянулся. Но все инстинкты разом прокричали: «не оборачивайся», - и я себя отдернул.

Опять повисла тишина. Ни шороха, ни случайного скрипа. Все застыло, как и мой выдох на губах. Лес превратился в молчаливого наблюдателя и ждал, когда же я что-нибудь сделаю. И я сделал - первый шаг. Потом еще один и еще. Остановился. Подождал. Не прошло и секунды, как за спиной опять зачастили маленькими ножками и остановились. На этот раз ближе.

«Не оборачивайся», - мысленно повторил и сглотнул кислую от страха слюну. – «Не оборачивайся и беги».

Хотелось рвануть с места, чтобы из-под пяток выскочили сухие сосновые иголки, но яд ужаса уже растворился в крови и стянул мышцы. Он мешал двигаться, собраться с мыслями и подло ускорял вокруг меня мир, когда я, наоборот, в нем замедлялся. Как во сне. Когда тело вдруг тяжелеет, и не можешь убежать.

Только мой сон был наяву. И в тягучем, точно тугая резинка, отрезке времени, я ощутил холодное и влажное прикосновение к руке. Мне будто вложили в ладонь брюхо мертвой змеи. Шкала самообладания и омерзения разом подскочила. Резинка – время - с щелчком схлопнулась, а я воскликнул и наконец-то побежал.

Шаги бросились вдогонку. Они семенили, ускорялись. Казалось, почти меня настигли, наступали на пятки! Зазвучали справа, и я покосился, ожидая увидеть нечто ужасное, как вдруг все смолкло, а лес «вздохнул» низким скрипом, словно был разочарован.

Я хрипло и глубоко задышал. Но не от усталости, а от страха. Мигом вспомнились фильмы ужасов начиная с нашего советского «Вий» и заканчивая зарубежными страшилками, а из темноты постоянно чудился тяжелый взгляд. Он прожигал мою спину и обещал утащить в мир самых жутких кошмаров, откуда я ни за что не выберусь, и буду блуждать в личном аду раз за разом. Круг за кругом. Пока не сойду с ума. А мои собственные следы останутся на бесконечной тропе, как напоминание, что я уже здесь был.

Ветви леса тихо зашелестели, а моего затылка коснулось холодное дыхание…ветра? Очень хочется верить, что это именно он, а не что-нибудь другое. Я несся по туманной тропе и почти ничего не чувствовал. Адреналин забрал усталость. Желание выжить отняло здравый рассудок, а страх... Страх, наоборот, парализовал, замедлял и утяжелял каждый шаг. Я даже не понимал, как далеко убежал от машины, пока не услышал сигнализацию.

Слишком близко… Я вздрогнул и потерял бдительность. Споткнулся. Почти упал, но чудом устоял и увидел тень.

Машина надрывалась. Я словно оглушенный наблюдал, как по земле исчезает и растекается желтый свет поворотников, а в их лужице появлялся темный силуэт. Кто-то стоял за моей спиной.

Две вспышки – он еще далеко. Вроде не двигается, и голова тени еле достает моих ног. Потом еще две вспышки, и он ближе. Потом еще ближе… На шаг. На два. Три. У меня по спине пробежала дрожь, когда наши тени почти поравнялись, и я заметил в руке человека какой-то предмет. Нож? Боже… У него нож?

Сигнализация замолчала. Свет погас, окунув меня в холодную тьму, и в полной тишине я услышал хриплый выдох. Всего один и близко, словно мужчина стоял у моего уха. Я резко отмахнулся, и почувствовал, как липкая прохлада окутала мои пальцы, а следом за рукой потянулся вихрь тумана. Сдавленно простонав, я рванул с места. За спиной зарычал двигатель, точно дикий голодный зверь.

Захлопали двери. Раздался скрежет. Ближе… Ближе! Мой собственный автомобиль меня вот-вот задавит! Но удара не последовало, а рык двигателя резко оборвался.

Вспыхнули фары, и по земле расползлась зловещая тень – сгорбленное, тощее существо с длинными руками и пальцами. Оно промелькнуло на долю секунды, а потом исчезло вместе со светом фар.

Я уже не вслушивался в звуки леса. Крик ужаса булькнул в груди и надавил на горло, однако с моих губ слетел только хрип. Внутри все содрогнулось от мрачных предчувствий, фантазий: как костлявая рука, унизанная длинными когтистыми пальцами, схватит меня за ногу и потащит в глубину леса. Как я буду скрести по земле, звать о помощи, но никто не услышит. Как боль от впившихся в ладони сосновых иголок покажется пустяком по сравнению с тем, что ждет меня по другую сторону тьмы.

А что меня там ждет?

Мозг отказался представлять. Сохранил мой рассудок, нарисовав черту, за которой осталась оборванная фантазия о расправе надо мной. Но все равно. Даже за гранью она отравляла меня истинным ужасом. Я побежал быстрее. На пределе возможностей, как за спиной вновь послышались шаги. На этот раз взрослого человека.

Женщина… Она часто дышала, плакала, была напугана. Звала о помощи, но я не обернулся. Не посмотрел, даже когда она пронзительно закричала, а скрип леса заглушил другой звук, похожий на хруст ломаемых костей.

Следом были двое мужчин, но их дыхание и крики оборвались гораздо быстрее. А потом… Ребенок. Его частые шаги зашелестели по ковру из иголок, тихий плач сжал мою душу в тиски, особенно, когда я понял, кто это.

- Ты трус! Тебе слабо! – пролетели над лесом голоса мальчишек из моих воспоминаний, точно ночные птицы.

- Нет! Я не трус!

- Трус! Трус! Маменькин сыночек!

Да, я помню. Помню, как соседские ребята дразнили Плаксу-ваксу – черноволосого мальчишку, что рано остался без отца. В тот день я не заступился за него, не хотел, чтобы другие «взрослые» начали и меня задирать. А Плакса решил доказать, что не размяк возле материной юбки, и нарушил правила деревни – ушел в лес и больше оттуда не вернулся. Сколько бы его ни искали – ни следа, ни тела.

Неужели это его последние мгновения жизни?

Послышался булькающий звук и тихий, высокий стон, так похожий на писк, который издал перед смертью мой пес – друг детства - Рич. И он не желал заканчиваться, постепенно сменившись тяжелым, хриплым дыханием.

Я узнал. Это был… Был тот самый человек с ножом.

Мои руки и ноги словно заполнились ватой, а кости превратились в гибкие спицы. В голове застучала вместе с пульсом только одна мысль:

«Беги и не оглядывайся. Беги и не оглядывайся… Беги и не оглядывайся!»

Тяжелые шаги и хрип приближались.

Вдох… Выдох… Вдох… Выдох...

Он захлебывался жаждой. Жаждой крови, что граничила с вожделением. Предвкушением окунуться в чужие страдания, упиться криками жертвы, ощутить ее горячую кровь на холодных от волнения руках.

Шаг… Рывок… Шаг… Рывок…

Мужчина прихрамывал, но все равно умудрялся меня догонять. И каждый раз… Каждый раз, как оказывался рядом, немного отступал, будто игрался. Дразнил. Накалял мой и так запредельный градус ужаса. Вынуждал обернуться. Заглянул в глаза смерти.

И если я обернусь, то кого увижу? Или что?

Наконец-то туман расступился, а впереди показались холмы, освещенные тусклым лунным светом. На глаза навернулись слезы, от надежды, что скоро выберусь из проклятого леса! Уже мысленно пообещал себе - впредь обязательно буду слушаться своих родителей хоть в тридцать лет, хоть в сорок. Хоть в пятьдесят! Как у самой кромки леса споткнулся и упал.

Туман окружил меня белыми змеями, а носа коснулся отвратительный трупный запах. К горлу подкатила тошнота. Я попытался встать, но ступня подвернулась, и ногу пронзила острая боль. А шаги… Они медленно подошли. Остановились, и пока я барахтался на песчаной земле, усеянной сосновыми иголками, что больно впивались в ладони, услышал низкий рокочущий голос:

- Обернись…

Я истошно заорал. Забыл про боль, про все на свете и кинулся прочь. Без оглядки…

Да, я выжил. Я выжил, черт побери! Но порадоваться этому не смог, все мысли были обращены лишь к тому, что мне еще придется вернуться в этот лес. Только на этот раз днем. И, надеюсь, к тому времени ночной кошмар начнет казаться сном или воображением.

Так проще.


***


Нога адски болела. Воистину адски, потому что именно из ада я и выбрался. Но старался никому не показывать эту боль, как не рассказал родителям о пережитом кошмаре, однако, кажется, мама что-то заподозрила. Но расспрашивать не стала, чему я был искренне рад. Отцу лишний стресс не нужен.

Местный фельдшер помог ему прийти в себя, а утром отправил с матерью на такси в больницу. Я заодно договорился с водителем эвакуатора, что он отвезет мою машину в ремонт и меня подбросит до города.

В лес я шел с тяжелым чувством. Все ждал какой-нибудь жути из-за дерева, но с каждым шагом ночной ад все больше казался помешательством. Солнце яркими лучами проникало сквозь ветви сосен, пели птицы, стрекотали кузнечики. Лес казался мирным и напрочь лишенным мистики. Потому, когда добрался до машины, где ждал эвакуатор, я уже всерьез предполагал, что просто тронулся умом. Но когда подошел ближе…

С виду было все в порядке: двери закрыты, синяя краска нигде не сколота, вещи на месте, - только лобовое стекло поцарапано мелкими хаотичными росчерками. Хорошо хоть мужик попался флегматичный. Не стал расспрашивать что, да как, просто буркнул, мол, вандалы ночью постарались, и сунул мне бумаги на подпись.

Мы быстро погрузили мой автомобиль на эвакуатор. Я даже не думал, во сколько мне обойдется замена лобового стекла - радовался возможности скорее убраться из леса. Залез на сиденье рядом с водителем, захлопнул дверь. С удовольствием вытянул больную ногу, и дернуло меня посмотреть в зеркало заднего вида.

Хаотичные росчерки на лобовом стекле сложились в надпись «не оборачивайся», а вдалеке возле стройной сосны за нами наблюдала темная тень с ножом.


З. Ы.: Вот думаю взять себе псевдоним Ролан Крип) Не пугайтесь, если вдруг решусь поменять имя. Всем спасибо и от всей души поздравляю всех с праздником! :3

Показать полностью
135

Утренняя электричка

Было дело лет пять назад, точнее уже не скажу, наверное. Тогда я изредка ездил на выходные в гости к товарищу на электричке – ранним утром, по субботам, с Курского вокзала. Там мы весело проводили время – костёр, шашлык, всё, как положено, и, отоспавшись, разъезжались в воскресенье по домам.


И вот – площадь перед Курским, зима. Времени – что-то около шести утра, людей почти нет. Темно. Человеческое присутствие выдают только огоньки сигарет вдоль забора, изредка рассыпающиеся искрами, ударяясь о землю. Билет уже в кармане. Вытягиваю из кармана пачку папирос – затягиваюсь. Тяжёлое небо, насупившись, висит прямо над крышами домов – и, будто бы даже цепляясь за них, задумчиво ползёт куда-то в сторону. Снег похрустывает под меховыми ботинками, и медленно оседает вокруг тяжёлыми, медлительными хлопьями.


От здания вокзала не спеша двигается мужичок с объёмистыми свёртками за плечами – ну, думаю, любитель рыбалки собрался куда-то с утра пораньше. В руках несёт два стакана кофе. Когда он останавливается рядом – становится заметно, как снежинки облетают облако теплого воздуха над стаканами, а изредка – падают в кофе, мгновенно исчезая.


Мужик сконфуженно смотрит на кофе. «Молодой человек!» - говорит. Смотрю вопросительно. «А вы, случайно, кофейку не хотите?»


«Да я, - говорю, - дома попил. А чего два купили?» «Да одно и то же каждый раз. Уж год почти прошёл – а до сих пор по два покупаю, по привычке. Раньше с другом ездили – да помер он. Во сне – сказали, вроде, сердце. Да ты, наверное, помнишь его – шапка у него была такая, меховая ушанка, мы по утрам с тобой часто в одном вагоне ездили.»


Стакан с кофе незаметно перекочевал ко мне в руки, а моя крепкая папироска – к рассказчику. «Не-а, - говорю, -не помню вас вообще. Извините.»


Я не вру – ведь не так уж и часто тут езжу – да и в основном всегда с книгой, или сижу дремлю в наушниках, благо, ехать далеко – хватает, чтобы и кемарнуть, и проснуться.


«Жаль, - говорит, - а мы на рыбалку каждый выходной в одно и то же время – всех попутчиков запоминаешь со временем…н-да. Ладно, молодой, бывай! Побегу я. Местечко занимать.»


Я постоял у входа на вокзал ещё немного, глядя сквозь проходящих людей. Кофе остывал, но снежинки всё так же исчезали в нём без следа – прямо как люди исчезают из наших жизней. Вот, было два друга, ездили куда-то, планы строили, остался один – а второй живёт только в его привычках. Два кофе, два билета, та же электричка – а человека уже и нет.


Так, думая о своём, зашёл в вагон, упал на пустую скамейку, и погрузился в лёгкую дрёму. Проснулся от того, что меня кто-то тряс за плечо.


«Эй, молодой! Не хочешь чайку?» - спрашивал, улыбаясь, мой давешний собеседник, устроившийся неподалеку от меня. Но теперь, в свете ламп, его лицо казалось немного другим. Добрее, что ли. И немного моложе. «Да не, - говорю, - спасибо! Кофе вашего хватило!» - и улыбаюсь в ответ.


«Какого кофе?» – чуть нахмурившись, удивился сосед, убиравший на багажную полку шапку-ушанку из ярко-рыжего меха.

Показать полностью
333

Сделка

Эту историю мне прислал друг пять лет назад, я прочел её и посчитал художественным вымыслом, но недавно я узнал, что в декабре он трагически скончался, упав в шахту лифта в собственном подъезде.

«Привет!
Хочу поделиться с тобой одной историей из своей жизни, которая меня беспокоила в последнее время.
Началось все в 1998 году. Я - пятнадцатилетний подросток, которому только что купили компьютер, так как родители удачно купили доллар по 6-7 рублей, а продали по 25. Вообще, они в то время на этом сильно разбогатели, так как у отца было предчувствие, что все так и случится, и мы два года жили впроголодь, скупая доллар, а летом даже продали дачу и машину для этого. На дворе стоял декабрь. Мать возилась на кухне, отец со своими рыбацкими снастями в коридоре. Я уже второй час играю в StarCraft.
- Ты уже ушел? – слышу я крик матери из кухни.
- Нет, - кричу в ответ, вспомнив, что меня уже в третий раз отправляют за хлебом.
- Сейчас магазин закроется, будешь искать хлеб, где хочешь, - добавляет отец.
- Иду, иду! – отвечаю я, останавливая игру.
Быстро накидываю пуховик поверх футболки. Сую ноги без носок в ботинки. Шорты переодевать не стал, благо магазин в торце дома. Хватаю с полки мелочь и выбегаю в подъезд.
Жму кнопку лифта. Лампа раздражает своим миганием. Лифт едет очень долго, такое впечатление, что я живу не на восьмом, а на двадцать восьмом этаже. Подростковое нетерпение берет верх, и я срываюсь с места в сторону ступенек. Двери лифта тут же открываются, и я резко разворачиваюсь на лестнице. Цепляясь карманом за перила, рву куртку, лампа в этот момент перегорает, но я успеваю запрыгнуть в уже закрывающиеся двери лифта. Жму прожженную кнопку с цифрой 1 и в полумраке кабинки начинаю рассматривать повреждения на куртке.
Еще не успев перевести дух, я почувствовал резкий рывок кабины. Сердце ушло в пятки, я замер на месте, раскинув руки по сторонам, пытаясь удержаться за стенки. Мгновение полной тишины, которое показалось мне вечностью, сменилось еще одним рывком и секундным падением, от которого у меня перехватило дух. Скрежет, остановка и полная темнота.
Все еще стараясь не двигаться, я прижался спиной к задней стенке. Простояв так около минуты, я понял, что дальнейшего движения не будет. На ощупь ищу кнопки. В полной темноте начинает играть воображение, которое воспроизводит картинки из памяти. Я ведь ездил в этом лифте сотни раз, поэтому знаю, что кнопка вызова давно сожжена. Пытаясь безрезультатно нажать на её опаленный остаток, я лишь убеждаюсь, что это бесполезно.
Пытаюсь кричать, но никто не слышит. Прислушиваюсь, а в ответ лишь гробовая тишина. Ничего не остается, как сидеть и ждать помощи.
Ждать в замкнутом пространстве и в полной тишине трудно. Полностью теряешь счет времени. Через несколько минут (как мне показалось), двери кабины со скрежетом открылись до середины, после чего распахнулись двери шахты лифта. Глаза, привыкшие к полной темноте, смогли различить очертания подъезда, хотя света тоже не было. Разобравшись, я убедился, что кабина застряла между этажами, и единственной возможностью выбраться, было пробраться сквозь небольшое окно, образованное дверьми кабины и плитой перекрытия. В этот момент мной овладел страх того, что в любой момент кабина может начать движение и располовинить меня. В позвоночнике непроизвольно отдалась тупая боль. Из подъезда по-прежнему не доносилось ни единого звука. Я снял толстую куртку и выкинул её из лифта. Собравшись с силами, я выскочил из кабины, щучкой проскользнув в отверстие, практически даже не задев двери. Падение оказалось не очень удачным, я приземлился на руки, сильно их отбив. Поднимаясь на ноги, я услышал за спиной шипение из динамика связи с лифтером. Просто помехи, как в радиоэфире, но сквозь них что то пробивалось. Я стал прислушиваться. «Добро пожаловать!» - постоянно повторял хриплый мужской голос. Через несколько секунд, связь прервалась, двери кабины захлопнулись с громким ударом, и лифт со скрежетом уехал. Я остался на темной лестничной клетке.
Оказавшись на твердой земле, я окончательно успокоился. Нащупывая рукой перила, я добрался до ступенек и начал спускаться вниз. Я проделывал это столько раз, что мог с закрытыми глазами спуститься до первого этажа, так и не споткнувшись. Заглянув вниз, я увидел, как тремя этажами ниже пробивался свет. Быстро перебирая ногами, я спустился на три лестничных пролета. Меня по-прежнему окружала темнота. «Что за ерунда?»- подумал я. Заглянув опять за перила, я наблюдал все ту же картину. Тусклый свет мерцал тремя этажами ниже. Тогда, я решил бежать до самого низа. Три, четыре, пять, десять лестничных пролетов миновало, но картина не менялась. Я остановился, восстанавливая дыхание. Уставившись в абсолютно темное окошко подъезда, я надеялся различить хоть что-то, но всю улицу заволокло непроглядным туманом. Перегнувшись через перила, я не смог увидеть конца лестничных пролетов, и все еще наблюдал тусклый свет тремя этажами ниже.
Мною овладела паника. «Где я? Что вообще происходит?» - проносились мысли в голове. Стоя на ступеньках между неизвестными мне этажами, я заметил, как мимо меня, вниз пролетел тлеющий окурок. Я резко высунул голову, но вверху никого не было, лишь бесконечная череда перил, уходящая в темноту. Подумав несколько секунд, я решил вернуться домой. Пробежав пять или шесть этажей вверх, я начал всматриваться в двери, пытаясь разобрать номера квартир, но все двери были абсолютно гладкими и без опознавательных знаков. То же самое я обнаружил на всех этажах выше, которые я судорожно обследовал, мечась от одного к другому.
Поняв, что бег по лестницам ни к чему не приводит, взобравшись на очередной этаж, я просто сел на верхнюю ступеньку и стал обдумывать дальнейшие действия. Я закрыл глаза и попытался расслабиться, в надежде придумать выход из сложившейся ситуации. Из моего транса меня вывел щелчок зажигалки, раздавшийся за спиной. Опомнившись, я резко подался вперед, перепрыгну несколько ступеней и, прижавшись спиной мусоропроводу, обернулся. В темноте я не смог различить даже силуэта человека, лишь шевелящийся огонек от тлеющей сигареты.
- Вы кто? – спросил я дрожащим голосом.
Ответа не последовало.
- Вы кто, где я? – повторил я уже громче.
В тишине я продолжал стоять и наблюдать за тлеющим окурком. Через некоторое время, он просто упал вниз.
- Как отсюда выбраться?! – крикнул я в отчаянии, боясь, что это единственная живая душа, которую я увижу.
-Отсюда одна дорога - вниз, – донеслось из темноты.
Я услышал, как захлопнулась тяжелая металлическая дверь. Я как сумасшедший, ринулся вниз, перебирая ногами ступеньки, пока в один момент не почувствовал, что падаю. Одного из пролетов просто не оказалось, и я повис на перилах, сильно ударившись лицом. Болтая ногами в воздухе, я пытался подтянуться, что получилось не сразу, но все же удалось. Выкарабкавшись обратно, я развалился на бетонной площадке. Уже собравшись вставать, я почувствовал, как мои ноги кто-то схватил и тянул в тот обрыв, из которого я только что еле выбрался. Пытаясь отбиться, я попутно вцепился в перила. В ногах почувствовалось сильное жжение, как будто, я повис над пылающим огнем. Когда мои руки ослабли, и я уже готов был сдаться, я услышал, как этажом ниже открылась кабина лифта и из динамика, сквозь шипение раздалось: «Это не тот!».
Тяжесть на ногах и жар резко пропали, но руки, сильно ослабшие, все равно невольно расцепились, и я, пролетев пару метров, упал на бетонные ступени, ударившись головой. Я отключился.
Прейдя в сознание, я увидел свет от лампы и, привычный для меня, подъезд. Встав на ноги, я нащупал здоровую шишку на гудящей голове. Меня окружали знакомые мне квартиры соседей на пятом этаже. За окошком проглядывались звезды и соседние дома. Осторожно ступая по ступеням, я поднялся на свой этаж, не заметив ничего необычного. Через несколько секунд, я вошел в квартиру, защелкнув за собой дверь.
- А где хлеб? – раздался голос отца.
Я стоял молча, слушая удары своего сердца.
- Что с тобой? Почему куртка порвана? – продолжал расспросы отец. – Это что, кровь на голове?
Я вкратце рассказал родителям о произошедшем. Мать обработала мне шишку на голове, отец вышел в подъезд, осмотрел лифт, который оказался полностью исправен. Я был рад, что меня не сочли за сумасшедшего, но и сделать в этой ситуации мы ничего не смогли. В итоге, я отправился спать с тем условием, что если я почувствую ухудшения, то мы сразу отправимся в больницу.
Шишка на голове болела. Через несколько минут, я почувствовал приступ тошноты. Поднявшись с кровати, я вышел в коридор и замер, так как услышанное повергло меня в шок.
- Как ты мог так поступить? Ты что, сразу не понял, что ничем хорошим это не обернется! – ворчала мать на отца за закрытой кухонной дверью.
- Я даже поверить не мог, что это может быть правдой, - оправдывался отец.
- Эта твоя сделка лишит нас сына. Ты все еще думаешь, что это шутки? Нужно обратиться в милицию.
- Я даже не знаю, как его найти теперь. Этот семинар был два года назад. Больше об этом человеке я ничего не слышал. Теперь я понимаю, что нужно было читать договор внимательнее, - продолжал отец.
- Ты понимаешь, что в этом договоре даже нет его имени и адреса? - сокрушалась мать.
- Я понимаю.
- Вот смотри еще раз этот пункт. Оплата за информацию, предоставленную в рамках данного договора возлагается на Заказчика, либо его родственников, по выбору Информатора, - прочла мать. – Как это понимать, и что за оплата?
- Он там очень много говорил, я не все разобрал, пытался записать то, что он про курсы валют говорил, а когда у соседа спросил, тот ответил, что мы тут все продаем свои души. Я подумал, что он пошутил.
В этот момент, я не смог сдержаться и меня стошнило прямо на ковер. Перепуганные родители отвезли меня в больницу, где я пролежал неделю с сотрясением. За это время, родители, не выйдя на связь с моим старшим братом, отправились к нему в Москву, где он проживал в общежитии института.
Через некоторое время, я узнал, что он погиб при обрыве кабины лифта. Мать сильно горевала и обвиняла во всем отца. Через некоторое время, родители разошлись. Мать ничего не хотела слышать об отце и запрещала мне с ним встречаться. Он несколько раз виделся со мной, но через некоторое время завел другую семью и про нас окончательно забыл.
С тех пор прошло 12 лет. На дворе декабрь 2010 года. Две недели назад я похоронил мать.
На похоронах я встретил отца. Он сильно изменился. Мы стали немного общаться, а вчера я даже был у него в гостях. На деньги, вырученные с продажи валюты, он построил хороший дом. Его новой жены и детей дома не было.
Когда он показывал мне дом, в одной из комнат, я заметил десяток работающих компьютеров. На мой вопрос: «Зачем тебе столько?». Он рассказал о какой-то добыче, о каких-то цепочках и блоках данных. Я очень далек от этого, но единственное, что мне показалось знакомым в его словах – это слово «биткоин». Где-то я его раньше слышал.
По пути домой, меня стал волновать этот вопрос еще сильнее. Я никак не мог сопоставить своего отца и компьютеры с вычислением каких-то данных. Мне сразу вспомнилась история двенадцатилетней давности. Про то, как отец стал обладателем информации о росте курса валют, и какую цену мы заплатили за это в итоге. Я уверен, что он тогда пошел на сделку с темными силами в обмен на свою душу или душу родственника, хотя он все отрицал впоследствии. Если история повторяется, то в этот раз я - его единственный родственник.
Вернувшись домой, я сразу начал рыться в интернете в поисках какой-либо информации.
После часов изучения данного вопроса, мое волнение полностью улетучилось. И знаешь, что я тебе скажу? Даже если отцу и посоветовали вкладывать в это деньги, то нужно быть полным идиотом, что бы последовать этому совету, ведь разбогатеть на воздухе невозможно!»

Показать полностью
Похожие посты закончились. Возможно, вас заинтересуют другие посты по тегам: