Олег Корабельников. Башня птиц⁠⁠

Абсолютно неизвестный для меня писатель. Его книги мне не попадались. Ни в каких фантастических сборниках, его произведения никогда не встречал, как оказалось не спроста.

Башня птиц.

Молодой человек Егор, разведённый и свободный, вышел в отпуск и отдыхает душой – шарится по заброшенным сибирским деревням и сёлам в поисках старинной утвари. В месте с ним по лесу путешествует пожар. Егор, слишком уверовавший в собственные силы, решил обогнать стихию и быстренько прорваться в забытую деревню. Но пожар оказался сильнее и без проблем нагнал наглеца. Чудодейственное вмешательство сотворило безопасный коридор, сквозь горящий лес, и вывело путника из зоны поражения. С этого момента концентрация чертовщины возрастает в геометрической прогрессии. Егор безуспешно борется с Мавкой болотной, отлёживается в избушке у каких-то непонятных оборотней, встречает волчьего пастуха, а потом и вовсе попадает на шабаш со всеми сразу: мавками, ведунами, перунами, чернобогами и иже с ними. Те его соблазняют («Оставайся мальчик с нами!...»), но не поддаётся он, выбирается-таки к людям, попадает в сумасшедший дом, где обучает врача нетрадиционной медицине. И, да, он уже не совсем человек.

Первая половина повести интригует и нагнетает напряжение. Потом начинается какой-то цирк с конями. Будто герой объелся мухоморов, угорел от дыма и пролежал все события под кустом в забытье, где ему всё и привиделось.

Надолго, значит навсегда.

Климов – тридцатилетний, бесхарактерный слюнтяй. С детства его воля подавлялась авторитетной матерью, а, спустя годы – женой. Он не способен ни на что, только жаловаться и плакать. Жена его бросает, Климов переселяется в коммуналку, где начинает слышать голос бога сверху (а может это был сосед, а может голос был только в его голове). Голос предлагает прекратить жалеть себя и измениться. И Климов меняется, точнее претерпевает метаморфозы. Изменяется внешность, появляется уверенность, приходит новая женщина. Но он, уже уверенный в себе, хочет добиться расположения бывшей жены. Которая, несмотря на изменения, всё равно узнаёт бывшего мужа.  Климов переживает, и предлагает своему невидимому соседу выйти в окно, полетать…

Немного мистики, немного метафизики, немного философии, а в основе трагедия маленького никчёмного человечка, длиною в жизнь. Его маленькую никчёмную жизнь.

И распахнуться двери.

Существует бесконечное множество параллельных вселенных. Между ними есть двери-проходы, и некоторые люди (и нелюди) могут их открывать. Собака Джеральд (а на самом деле мыслящее и говорящее существо из другого мира), потеряла свою дверь, и проживает в семье, историю которой мы наблюдаем.

Михаил Поляков (имя как у комсомольца-активиста из «Кортика» и «Бронзовой птицы», забавно думать, что это может быть один и тот же человек), работает кочегаром. Сезон он трудится в котельной, а в следующие полгода пропадает неведомо куда. Джеральд, встретив Михаила, в своём бесконечном поиске нужной двери, отрывает ему тайну. Оказывается, что в соседней вселенной остался в живых его параллельный отец, который потерял своего сына Владимира – параллельного аналога Михаила. Но вот наступает момент, когда вселенные расходятся, двери закрываются, и надо выбирать в каком мире ты хочешь остаться.

У повести фантастическая основа, но сюжет вполне прозаический. Темы свободы выбора и его последствия, размышления о правильности жизненных решений и сожаления о невозможности их изменить.

Вечные темы.

Несколько новелл, зачем-то объединённых общей завязкой. Умерший пациент оставляет после себя несколько рассказов, навеянных долгими беседами с доктором на вечные темы жизни и смерти: внезапное исцеление, невозможность умереть, невольная реинкарнация, ну и что такое смерть – конец всему, новое начало, или что-то ещё?

Далее в книге есть несколько отдельных рассказов, которые по настроению тоже вполне могли бы вписаться в «Вечные темы». Рассказы тоже интересные, заставляют задуматься. Из них бы выделил ловко закольцованный «Гололёд», торжествующе-метаморфозный «Стол Рентгена» и («Мама, я опять летал во сне») «Встань и лети».

В целом впечатления о книге получились не совсем однозначные. Она входит в цикл «Азбука фантастики», из этого цикля я прочитал уже пять книг, поэтому ожидания от очередного тома у меня были вполне определённые. Хотя жанр фантастики практически не имеет границ, и фантастикой можно назвать вообще всё, что угодно, я бы охарактеризовал творчество Олега Корабельникова, как философские размышления о жизни, о природе человеческих взаимоотношений, о свободе (отсутствии) выбора, приправленные, для контраста, гротеском и сюрреализмом. Все произведения в этой книге пронизывает дух меланхолии, чего-то безвозвратно утраченного, лёгкой грусти с налётом тлена. Можно вспомнить кинематограф перестроечной эпохи 80-90 годов, с его разрухой, чернухой и общей атмосферой упадка. Вот, примерно, такие настроения у меня и возникали во время прочтения.

Несмотря на общую мрачность и, какой-то фатализм, плохой эту книгу назвать, конечно, нельзя. Особенно если не воспринимать её, как развлекательную фантастику. Скажем так, она не для всех. Надо взять этот томик поздней осенью, когда увядание природы вызывает приступы тревожности, и под завывания холодного ветра, погрустить об ушедшей молодости и бренности бытия.