Обзор фильма «Кто-нибудь видел мою девчонку?»⁠⁠

Ну как обзор… Вернее будет сказать, что это моя имха (сразу предупреждаю: ни разу не экспертная) о фильме, высказанная по просьбе уважаемого @heeey33.

Возможно, кто-то смог и еще сможет увидеть в этом фильме то, что он хороший и интересный, и то, что он о любви. У меня этот фокус не получился.

Ключевые слова – «у меня». И то, что написано ниже, оно, пожалуй больше обо мне, чем о фильме. Как говорится, «кому смотреть противно, то пускай и не глядит». Я предупредил.

И да, коротенько у меня не получится; я, увы, не Чехов. Прям вот о-о-очень далеко не Чехов. И потому букаф будет неприлично много. Тем, кто к такому не готов, – хорошего вечера. Вы славные, разумные люди, и пусть у вас всё будет замечательно ✊🙂

Вопрос к остальным: ну что, ещё не потерявшие умения читать так, как это делали в прошлом веке, поехали? Берите запас еды, питья, памперсы – и вперёд. Начинаю 👇

Я обожаю женщин. То, как они выглядят, пахнут, смеются. То, какие они хрупкие и нежные. То, какие они привлекательные.

Одни вот эти их сиськи взять. Это же прелесть что такое. Особенно зимой, с мороза. Такие прикольно холодные. Подойти сзади – и руки под свитер. Что может быть лучше этого.

Никто-никто не умеет носить сиськи так, как это делают женщины. Посмотрите на любого сисястого мужика – это же мучительный и ужасный ужас, а не зрелище. Такое сразу развидеть хочется, на всю жизнь.

Кому придёт в голову потрогать, лизнуть или хотя бы понюхать мужскую титьку? Наверное, только больному извращенцу. И то только в том случае, если больной извращенец последние несколько лет на необитаемом острове провёл. С козой и попугаем. Или только с попугаем.

А женщина с титьками-моталками – это практически беспроигрышный эстрадный номер, привлекательный и завораживающий. Да и маленькие-аккуратные женские сисечки –  зрелище запредельной красоты и трогательности (в обоих смыслах).

Нет, любим-то мы женщин, конечно, не только за сиськи, но сейчас давайте я о фильме «Кто-нибудь видел мою девочку?» продолжу.

Для начала повторюсь: я обожаю женщин. Прошу во время чтения держать этот тезис в памяти.

Я обожаю женщин и ненавижу бабство. (Не понимаю, почему после подобного высказывания первыми в стойку протеста становятся феминистки. По-моему, бабство должно оскорблять в первую очередь именно женщин. Всех нормальных женщин.)

Как бы это… получше-то. Вот смотрите, у меня был одноклассник, Серёжка. Его воспитали три женщины – мама, бабушка и тётя.

Они все вместе жили – ребёнок Серёжа и женщины. А мужика у них не было, не завели. Принципиально или так получилось – не знаю. Но Серёга рос вот в таком «цветнике».

Бабушка была восхитительна. Я её очень хорошо помню. Такая, знаете, классическая леди с изумительными манерами, живым нестареющим характером и поразительным интеллектом. Поразительным для её возраста и вообще.

К слову, у классической леди с прекрасными манерами  была военная награда – медаль «За оборону Ленинграда», не жук чихнул.

Мама – тоже классический типаж. Типичная заведующая библиотекой: осанка как у балерины, причёска, одежда и обувь – дома ли, на улице или на работе – всегда безупречны, поведение аристократическое, а эрудиция безбрежна.

Тётя – ещё одна Мэри Поппинс ленинградского разлива. Строгая, но дружелюбная. Суховатая, но добрая. Очень красивая, изысканно красивая, но определенно и законченно одинокая.

Хороши?

Безусловно.

И Серый, по большому счёту, был хорошим парнем. Отличным, надежным, весёлым и общительным товарищем.

И все же все, кто его знал, отмечали, что в Серёгином поведении иногда проскакивало самое настоящее бабство. Бабский (не женский!) пафос, бабские (не путать с женскими!) оценки предметов, явлений и процессов, типично бабские (дураком и провокатором будет тот, кто прочитает как «женские») реакции в ответ на внешние раздражители.

Понимаете, о чём я…?

Если брать в общем и целом, я тоже не самый плохой на свете человек. Обычно. И обычно я не люблю ругаться. И терпеть не могу ругать женщин. Дважды не люблю себя, когда делаю это за их спиной; трусливо, подленько, не в глаза, не давая им возможности ответить.

Сейчас я себе это позволю. В честь такого события, как написание кинообзора «своими руками».  И хрен с ней, с кармой 😐

В фильме «Кто-нибудь видел мою девочку?» мне не хватило мужского и женского, а бабским завалило глаза и уши с первых же минут просмотра.

Тем самым бабским псевдопафосом, бабским псевдоинтеллектом, бабским взглядом на всё подряд…

Неумная баба по неумному роману другой неумной бабы как умела слепила бабский говнофильм с ламповыми претензиями.

Надо отдать должное, честно слепила, не на коленке. Видно, что над сценарием, режиссурой и съёмочным процессом пришлось поработать. Это не халтура. Но…

Но задуманные умными и поразительными монологи главных героев лично меня не поражают, и не кажутся мне умными. Интересное и увлекательное для них кажется мне примитивным и надуманным. А атмосфера творческой околокиношной ленинградской-петербургской тусовки 90-х, на мой взгляд, передана коряво, неумело, без знания «матчасти» и, опять же, без особого ума.

Я хорошо помню тот мир. И он был потрясающим. Потрясающе искромётным, потрясающе ярким, потрясающе задорным и потрясающе разным. А не вот это вот…

Взять хотя бы главного героя, Сергея Добровольского. Да практически любой петербургский бомж вам о Дугласе Сирке, о Жане-Люке Годаре, о Педро Альмодоваре и др. расскажет более внятно и интересно, чем этот популярнейший киновед и властитель молодёжных дум.

Который говорит-говорит-говорит по-человечески (почему-то с московским акцентом и вообще в московской манере) о человеческом, потом – расс! – по сценарию положено профессионально вещать о кино, и ГГ начинает говорить псевдооригинальными завитушечными красивостями и красиво же (как кажется бабе-режиссёру) глядя куда-то вбок.

Вбок и вниз, вбок и вверх. Бабы любят говорить именно так, когда сами хотят выглядеть умными и сексапильными.

А он ещё бы шею в области щитовидки нежно пальчиками поглаживал – вообще на Таньку Хому похоже получилось бы. Один в один.

Не знаете Хому?

Ну Танька. Танька Хома, которая ещё…

Впрочем, неважно. Просто такая вольная,  скажем так, девица, которая считала, что «невозможно переспать со всеми, но нужно к этому стремиться».

Хорошая девка, но не очень умная. Да что там «не очень умная». Просто дура. (Извини, Тань, но что есть, то есть. Ты и в самой ранней юности дура была и сохранилась замечательно. Целую рончики, люблю, скучаю.)

И вот у неё такой бабский охотничий приём был. Обольстительный и неотразимый, как она сама полагала. Голос – вниз, взгляд – вбок, пальцы на щитовидную железу, и – ту-ту-у! – поезд в Страну дураков-мужиков отправляется.

Ну, она сама в это верила. Что отправляется. Что прямо целый поезд.

Ладно, что мы всё про Таньку да про Таньку. Замучаем девушку икотой.

Лучше мы про любовь, да? Вот где в фильме «Кто-нибудь видел мою девочку?» хоть кадр о любви?

Ебутся…? Так это не совсем про любовь. Каждый из нас стопиццот раз это без любви делал; не так, что ли?

Говорят…? Тоже не показатель.

Пишут…? На заборе тоже пишут, а внимательно приглядишься – дрова и ничего больше.

Девочка в возрасте «играй, гормон» оказывается в компании, в небе которой парит орёл – модный (почему-то) киновед. Который одинаково легко рассуждает о новаторстве Годара и лишает девственности молоденьких дурочек.

Дальше он с нашей дурочкой начинает жить (почему-то). А она продолжает смотреть ему в рот. Именно так, как такие девочки смотрят в рот мальчикам, юношам и дяденькам, которые, в свою очередь, умеют так гордиться тем, что они читали Борхеса, как будто они сами Борхес. Или хотя бы его родной дядя, и учили маленького Борхеса писать.

А киновед, жопа с ручкой, подававший такие надежды, со временем вдруг перестал их подавать и ни одну не оправдал. Ещё и прибухивать стал неумеренно.

И наша дурочка, не будь дура, находит себе нового хахаля – симпатичного, состоятельного, способного ей многое обеспечить и таки обеспечивающего. И – как-кая неожиданность для всех нас! – уходит к нему. Разумеется, «не из-за денег и лучшей жизни, а потому, что разлюбила тебя». Кто б сомневался, ага.

Потом дурочка наконец состоялась сама, забила на второго милого (разумеется, подобрав такой повод, чтобы виноват был он, прям вот охуенно виноват, непростительно… с бабской точки зрения), завела себе третьего – молодого, красивого, влюблённого. Как говорится, чисто «для здоровья» и поднятия самооценки.

Молодец, дурочка, всё правильно сделала.  Все тебе завидуют. Твоей успешности и заслуженной (наверное) состоятельности.

Но я ещё раз спрошу: где там про любовь?

Я имею в виду – про межчеловеческую. И чтобы понятно-наглядно было – за что или вопреки чему кто-то кого-то полюбил и кто чей звук голоса готов целовать.

И нет. Графоманская любовь автора романа и автора сценария к собственноручно написанному слову, к букве, любовь режиссёра к себе и к своему, сЦуко, трижды гениальному видению в этом случае не считается.

И даже безусловно талантливая умница и красавица Виктория Исакова не спасает. Она, вне всякого сомнения, большая актриса, настоящая. Но она совершенно профессионально – «пластилин». И в рамках неумно-бабского сценария и неумно-бабской режиссуры она смогла изобразить лишь ту любовь,  которая там была заложена – любовь главгероини к своей роли нищясной жертвы и к своему красивому умению писать красивыми словами красивые письма. Говнопафосные говнобабские говнописьма. Единственное, что в тех письмах не фальшивое, – это ностальгия по времени. По-моему, для книги или для фильма маловато. Недостаточно.

Я не Анжела Дворникова, не Виолетта Тузикова и не говноед. Потому – не моя чашка чая. И нет во мне столько чувства прекрасного, чтобы в полной мере оценить и принять этот фильм.

Хоть он гораздо лучше и совершенно однозначно выше уровня нашего современного киноболота, как российского, так и мирового. Этого я не могу не признать. Бабство, оно тоже… не обязательно низко-ничтожное всегда и во всём.

А, да! О хорошем-то. (А то скажут, что брюзга, которому, как мультяшному капитану Смоллетту из «Острова сокровищ», «вообще ничего не нравится».) Безусловно, хорош оператор. Выше всяких похвал. Как замечательно снят город. Очень «немногословно», но всё-таки. Как профессионально выстроен каждый кадр. Как отчётливо можно в каждой сцене видеть то, что хочется увидеть. Даже если эта сцена многолюдная и динамичная. Высокий класс. Спасибо.

ПыСы. Не знаете, что такое бабство?

Вы взрослый человек? Дееспособный?

Если мужчина, попробуйте поработать в коллективе типа «восемь девок, один я». Вы быстро поймёте, максимум через неделю.

Если женщина, попробуйте поработать в чисто женском коллективе. Вы поймёте мгновенно, в первый же день.

ПыПыСы. Уважаемый @heeey33, «Почему ты?» ещё не посмотрел, не удалось. Как только – сразу отпишусь.

Если, конечно, вы не передумаете после этого «кинообзора».