О ЖЕНСКИХ ШАХМАТАХ
...и о величии Шекспира.
Спортивные звёзды моего детства 1960-х-1970- годов — чемпионки мира по шахматам среди женщин Нона Гаприндашвили и Майя Чибурданидзе — стали первыми женщинами-гроссмейстерами среди мужчин.
В 1990-х венгерская шахматистка Жужа Полгар, красавица и полиглот, решила не останавливаться на статусе чемпионки мира среди женщин и мужского гроссмейстера. Перепуганные конкуренты помешали ей сразиться за мужскую шахматную корону.
Идеологи уже сто лет с пафосом рассуждают о советской физике, как будто законы Ньютона в СССР действовали иначе по сравнению с Нигерией, Сингапуром или США. Были особенности у советской научной школы и её представителей — советских учёных, но сама наука не знает границ, национальностей и политических систем. Интеграл одинаково берётся и в Москве, и в Сиднее. Ускорение свободного падения зависит от географических координат, а не от решений партийных съездов, указов Государственной думы или постановлений Конгресса.
Такая же глупость — говорить о женских и мужских шахматах. Великая игра — поединок интеллектов, а не хромосомных наборов. У шахмат нет половой принадлежности. Конечно, гормональный фон и особенности психики сказываются на игре. Но когда женщину лишают права обыграть мужчину — это проявление бабской трусости носителей мужской хромосомы.
Вильям Шекспир мимоходом, но изящно и блистательно коснулся шахматной темы в комедии "Укрощение строптивой", которую играли при его жизни, а текст впервые был опубликован в посмертном издании 1623 года.
Примечательна самая первая реплика главной героини — Катарины, старшей дочери благородного отца. Он отказывается выдавать замуж младшую дочь до замужества старшей, и Катарина говорит:
I pray you, sir, is it your will,
To make a stale of me amongst these mates?
В дословном переводе:
Умоляю вас, сэр, вы действительно хотите,
Чтобы я засохла среди этих приятелей?
Приятели-женихи стоят здесь же, и с формальной точки зрения вроде всё верно. Тем не менее, авторы поэтических переводов на русский уходят от оригинала довольно далеко.
В 1905 году Пётр Гнедич услышал реплику Катарины так:
Не понимаю, что вам за охота
Меня приманкой выставлять для всех?
Полина Мелкова, знаменитая переводчица британской классики, в 1958 году предложила свой, по-средневековому жёсткий вариант:
К чему, отец, вам превращать меня
В посмешище для пары дураков?
В обоих переводах реплики Катарины звучат органично и контекст оправдывает заметное отступление от текста Шекспира...
...но вполне возможно, такая вольность вызвана невозможностью адекватно передать игру слов у автора.
В строке "Тo make a stale of me amongst these mates" Шекспир спрятал слово stalemate — тупик, а по-шахматному говоря — пат.
Патом называется ситуация, в которую попадает игрок, все фигуры которого заблокированы: его королю ничто не угрожает, но шахматист не может сделать ни одного хода. Самый настоящий тупик.
Дополнительная тонкость: в случае, когда на шахматной доске возникает патовая ситуация, по нынешним правилам объявляется ничья — вне зависимости от преимущества одного из игроков над другим...
...а по правилам времён Шекспира пат считался ошибкой того, кто загнал противника в такое положение. Для оказавшегося в тупике это была победа.
То есть при первом же появлении, едва раскрыв рот, Катарина не только притворно жалуется отцу на то, что засохнет среди женихов-недоумков, но и демонстрирует хорошее знакомство с мужской игрой, и даёт понять мужчинам, что даже в сложившейся тупиковой ситуации она непременно их обыграет.
В совсем короткую реплику вложен многослойный смысл, который не поддаётся переводу.
Одно слово: Шекспир.
P.S.
В книге "Антикоучинг. Как НЕ НАДО писать" рассказано кое-что интересное о Шекспире и его влиянии на россиян. Таинственный драматург придумал сам или ввёл в широкое обращение порядка 1700 английских слов. Около 250-ти из них активно используются до сих пор и частью благополучно прижились в русском языке.
Импорт, менеджер, грим, контроль, компактный, монументальный, критический, галантный, инвестиция, ламентация, милитарист — эти и многие другие слова достались россиянам в наследство от Шекспира.
Одно слово: великий.
