Навеяло постом "Бабушка"
Прочитала пост Бабушка и нахлынули воспоминания.
Мне года четыре, рядом возле мамы спать нельзя - у неё что-то с поджелудочной, а я сильно кручусь во сне, могу задеть ногой случайно. Поэтому вечером мы устраиваемся с бабушкой поудобнее на ее кровати и начинается сеанс сказок и историй о её детстве.
- Ба, расскажи сказку, - прошу я. - О мужике и медведе. Когда мишка голову в горшок с едой сунул. Помнишь?
- Помню, доця, помню. Ну, слушай:
Жил в одной деревне мужик с женой и ребятишками. И такой бедный был, одну похлёбку ели, ни пряника купить деткам не мог, ни одежду справить. Поехал он однажды в поле - пшеницу собирать, а еду с собой в глиняном горшке взял. Услышал медведь вкусный запах похлёбки, пришел, сунул голову в горшок, да и съел её всю. Сунуть то сунул, а высунуть не может. Он ревёт, зол, не видит ничего. Услышал мужик рёв медведя, пришел да и обомлел от увиденного. Но тут же спохватился, стукнул косолапого косой, тот и лапы задрал...
Меня вовсе не пугает, что медведя убили, наоборот хорошо - у мужика шкура теплая будет, может шубу из нее сделает, а мясо посолить сможет, будет еда повкуснее. Только вот, думаю я, мало одного медведя то.
- Ба, а давай пусть у мужика много горшков с едой было. И к нему пришла лиса, целых две, и олень, и волк, и зайцы! А он их тоже косой стукнет, а потом домой увезет. Деткам маечки сделает из заячьих шкур... Да? Ведь сделает же?
- Сделает, Оксаночка, сделает.
Тихий голос бабушки меня укачивает, я уже почти сплю, но перед сном успеваю подумать, что теперь мужик не такой бедный, вон у него сколько шкур и мяса. А на следующий день пусть снова идёт с горшками с едой в поле. И снова зверей пусть побьет, так и богатым станет. Нужно обязательно будет бабушке рассказать об этой идее, ведь тогда сказка интереснее станет.
Мне семь лет и я иду в первый класс. Утром просыпаюсь от аромата пирожков с вишнями - бабушка испекла, чтобы мне было на перемене чем подкрепиться. Достаю сумку, на портфель не хватило денег, аккуратно в боковой кармашек помещаю завёрнутые пирожки и бегу вприпрыжку к школе.
А там, после второго урока, делюсь пирожком с одноклассницей, которая очень их любит, но её бабушка не печет пирожки в школу, а просто даёт денежку на булочку в буфете. Одноклассница же вместо булочки покупает два стакана сока и конфеток на сдачу. Мы садимся в классе за парту и пируем. Она говорит, что моя бабушка самая лучшая, и пирожки у нее самые лучшие. А я... Я молча завидую ей, ведь ее бабушка даёт деньги, а них можно купить что угодно. А у меня всего лишь пирожки.
Мне девять. Мама уехала в другой город на заработки. Теперь на хозяйстве только я и бабушка. Утром я бегу в школу, после школы - к другу Тёмке, а вечером прихожу домой, быстро делаю уроки и собираюсь на приключения. С восьми до десяти вечера на железнодорожном вокзале проходят несколько поездов и мы отправляемся к ним. Бабушка жарит семечки и продает их. Все же хоть какая-то копейка к ее скудной пенсии. Она не хочет брать меня с собой в такое позднее время, но я упрямец ещё тот, поэтому она вскоре сдаётся. По дороге бабушка учит меня молитвы "Живой в помощи вышнего", и я запоминаю ее очень быстро. И в тот же вечер у нас покупают очень много семечек. Тогда мне казалось, что нам помогла молитва, не иначе.
Я ещё ребенок и не замечаю, что бабушке временами становится плохо. Однажды она не пришла по меня, как обычно в восемь вечера к дому моего друга. А потом с утра не встала приготовить мне завтрак в школу. Ей тяжело вставать, не слушаются ноги, ближе к обеду она старалась расходится, чтобы хоть что-то по дому сделать. Иногда это давалось вовсе нелегко и под вечер она снова не могла встать.
К новому году бабушке стало легче, она начала нормально ходить, теперь не было такого, чтобы она лежала подолгу в постели.
Приехала мама, побыла несколько дней, взяла меня с собой на зимние каникулы. А когда мы вернулись, бабушка была в больнице. Навсегда запомнила её тихий голос, когда мы вошли вечером к ней в палату:
- Валя, Оксанку мою береги...
Через два дня мама увезла меня обратно в тот город, где она устроилась на работу. Там же она и познакомилась с моим будущим отчимом.
А спустя две недели пришла соседка и сказала, что маме звонят из больницы. От соседки мама вернулась в слезах. Я сразу поняла, что бабушка умерла. Но говорить об этом не хотела, на душе было что-то непонятное. Оделась, взяла санки и, сказав, что пойду кататься, ушла на горку.
У меня нет совместного фото с бабушкой, но есть, где они молодые с дедушкой на фото и моей мамой.
Сейчас мне 27, и я многое бы отдала, чтобы ещё хоть раз услышать бабушку.