На Север! День 20⁠⁠

Привет! Мы с мужем едем из Питера на буханке по имени Бегемот на Север. Предыдущие посты все в профиле, там делается понятно, о чем вообще речь)

Утром просыпаюсь вполглаза, выползаю и вижу горы над безмятежным Щучьим, призрачные в тумане. В воздухе - мелкораспыленный дождик, больше висит, чем падает. Думаю, можно поспать еще...

Когда мы выспались, дали уже прояснились. В облачные прорехи просачивается солнце.
По краям нашей стоянки шныряет пара здоровенных толстых леммингов. На Среднем и Рыбачем они были такие маленькие почти черные помпончики. Тут - здоровенные, цвета горького шоколада, со светло-серыми пузиками, жирнененькие и щекастые, как хомяки, любопытные товарищи. Застигнутый посреди полянки лемминг запаниковал и, драпанув, даже врезался в бревно-лавочку, а вот из зарослей черники они любопытно блестят глазками и принюхиваются, поводя короткой мордочкой.
А в воде у берега плавают крошечные пучеглазые любопытные рыбки. Если сунуть пальцы в воду, подплывают и разглядывают, и, двигаясь медленно и осторожно, можно даже погладить полупрозрачный песочного цвета хвостик.

Собрались, попрощались с соседями, рассказали, где полазить на Баренцевом, они насоветовали,куда заехать на Белом. И покатили к югу, через перевал, притормозив лишь у Сердцевидного озера пофоткать и поиграть, обратно в долину Малого Вудъявра.

Обогнули долину и, ухнув через глубокий брод реки Вудъяврйок, начинаем подъем к цирку Откола.
Узкая состоящая из разнокалиберных камней дорога с хорошим подъемом и хорошим боковым креном. Местами она становится частью русел ручьёв. К востоку крутой склон падает в долину, с запада поднимается стена цирка Откола. Местами березки на склонах заломаны по верхушкам, видимо лавинами. Это одна из самых сложных дорожек в нашем путешествии. Бегемот медленно, натужно карабкается по валунам, временами они выпрыгивают из под колес с сердитым стуком. У меня важная работа - я держу рычаг понижайки, склонный у буханок выскакивать на крутых подъемах, сидя врастопырку, как мышь в банке, и слежу за камнями на правой обочине, поэтому ничего не снимаю. Добираемся до микростояночки на склоне, отсюда - только узкая пешая тропа. Подоткнув Бегемоту все четыре колеса клиновидными камнями, лезем.

По мере подъема, небеса расчищаются, солнечные пятна наползают на Малый Вудъявр, небесно-сияющий на дне долины, весело расцвечивают бока гор на противоположном краю.
Тропа крутая, еле ползу, потом понимаю, что мы вновь пропустили время обеда, и запрашиваю привал. Пока лопали мясную пюрешку с белым хлебом, Сэр Макс словил немного связи, нашел гостиницу и забронировал номер прямо с горы. Сегодня ночуем в Кировске, на белых простынях.
После перекуса ползется куда веселее.
Поднимаемся на следующий каменный горб и видим там старую ржавую тушу американского компрессора, тяжеленную, исклеванную ржавчиной, в конических заклепках. Остается только с трепетом догадываться, как этот компрессор сюда подняли.

Лезем дальше. Внизу все больше разворачивается долина, за спиной высятся почти отвесные стенки цирка.
Облака на их краю словно свесили ножки и беззаботно наблюдают, как по горе ползают смешные крошечные человечки.

Еще несколько каменных лбов, жутковатая осыпь - пока неподвижная каменная река, и вот наконец мы на каменной полочке высоко на скальном склоне. Прямо перед нами зияет темный проем молибденитовой шахты Тахтарвумчорр. Круглая, как мышиный лаз, темная дыра в скале. Тоннель в сопровождении ржавой трубы уходит вглубь горы и немного вниз. Включаем фонарики - и вперед.

Громко хрупают по каменному крошеву шаги. С потолка капает, по стенам сочится. Местами, потолок выглядит довольно хрупким. Жутковато. Крадемся и преговариваемся вполголоса, почти шепотом. Блестят на стенах странные кристаллы, потеки и разводы. "Это молибден?" - спрашиваю, тыкая пальцем в блестящие прожилки. "А это?" - в белые комочки. "А это?" - в серебристый налет или черные кристаллы-кисточки. Сэр Макс не знает. В бока отходят таинственные тоннели, во многих вода на дне. Иногда видны заполненые вровень с полом шурфы-колодцы. Тоннель местами позволяет распрямиться в рост, но местами заставляет кланяться в пояс. Тогда Сэр Макс несёт рюкзак в руках.

Постепенно спускаемся. Кажется, очень долго, ведь мы не знаем, сколько еще идти, будто бы, впереди вся гора, сколько ее есть. Потом впереди появляется свет. Тусклый пока, но в чреве горы всплеск дневного света не пропустишь и не перепутаешь!
Выключив фонарик, на цыпочках бегу на свет. В занавеси капели открывается второй выход, ниже и к северо-западу от первого. Тоннель проходит в горе большой подковой. Выходим на полочку на обрыве. Яркий цветной праздничный свет, цветное небо и цветные горы. Хорошо и вольно!

Вдоль стенки кружат два ворона, большие и черные. Деликатно мурлыкают:
"Падать не будете, нет? А скиньте пальчик!"
Налюбовавшись на простор, полезли обратно и, знакомые уже с этим ходом в недрах горы, прошли ее быстро и весело, хоть и по прежнему осторожно.
Спускаемся, наблюдая, как в Вудъявре тонет вниз головой противоположная гора. Сначала в зеркале озера только уголок верхушки, он спускается все ниже, проплывают бока, и вот уже в озере видна зелень подножия.

По пути встретили невероятно красивого лемминга, желтенького с темным галстучком и пятнами на голове и спинке.

Добираемся до Бегемота и понимаем, что у нас есть шанс успеть в пикабушниковый Кофе-дом “White Fox” в Кировске, куда нас приглашали после моего самого первого поста "На Север!"
Спешим как можем. Даже, словив связь, пишу под тем приглашающим комментом, что мы спешим. По корявисто-ручьевому каменному спуску, через долину, через город, к Курортному бульвару. Вон и белый домик. Подбегаем - окошко закрыто. Согласно расписанию, сегодня Белая Лиса закрылась на час раньше, чем мы думали. И завтра, наш последний день в Кировске - выходной. Что ж, досадно. Идем утешаться.

Утешилась мы походом в суши. Заказали сет, заказали хрустящие баклажанчики.
Ждем заказ, раскладываю по тырнетам очередной день путешествия, пока мы в городе и есть эти тырнеты.
И тут приходит коммент от @amarena31 о том, что несмотря на выходной в расписании, кофейня завтра открыта! Радуемся и обсуждаем с Сэром Максом, чем завтра займемся до открытия.

Хрустящие баклажанчики божественны.
А теперь в гостиничку, к горячему душу и белым простыням...