Мы стояли в начале всего
Просто оглядываешься назад.
Боги!
А ведь у меня была охуенная молодость!
Я копала картошку в плюс тридцать и ходила на экзамены в минус тридцать пять.
Ходила в шортах, что мама из юбки перешила, по пыльной накатанной дороге за молоком из бочки и за хлебом, что заканчивался в восемь утра.
У меня были штопанные носки и шуба из редкого зверя: чебурашки. И варежки на резинке, которые связала бабушка.
Я покупала семечки в газетных кульках и жвачку "Турбо", вкладыши которой ценились у нас в школе дороже денег.
Ещё потом я покупала со своей стипендии проездной и бежала в книжный ларек за Перумовым, Лукьяненко, Беляевым. На большее стипендии не хватало. Проездной и одна книга. И потом я месяц ела ту чертову картошку, которую копала сама и которую мне присылали потом весь год родители попутными автобусами.
У нас были выходные на копку картошки тогда. Нам в учебных заведениях давали два дня к субботе и воскресенью, чтоб мы просто, блять, поехали и выкопали свою картошку дома.
Мы передавали друг другу от руки переписанные аккорды и леший знает как записанные кассеты. Слушали "Сказку" Сектора, прижавшись ухом к динамику однокассетника. Мы пили вообще не пойми что из пластика и хрипели "Всё идет по плану", а потом, вдохновленно закатив глаза, затягивали "А подмога не пришла".
Мы чуть не до драки спорили перед премьерой "Ночного Дозора" и изучали боевые стойки перед спонтанными ролёвками в ближайшем лесочке. И да, у нас были прям настоящие мечи.
Мы легко могли пропустить последний автобус, обсуждая, какой город в третьих героях круче, а потом шли пешком домой. Голодные, уставшие и возмущённые.
Мы ходили в гости друг к другу с жесткими дисками, чтоб поделиться смешняфками. Битва двух кайдзю, чтоб её, Шура Каретный.
Мы неделями жили в Тамриэле и невольно пытались купить хлеб в магазине за рис по зернышку.
Мы встречали Виндовс 98 как наивысшее достижение человечества и люто материли Миллениум. "Мать сгорела" мы воспринимали как однозначную трагедию, но вовсе не семейную. Наши мониторы были огромны, а будущее безгранично. А наши принтеры скрипели построчно, печатая курсовые и дипломные работы.
Мы смеялись над КиШами, мол, что за сказки. Сильно смеялись над Мумий Троллем с его странной дикцией. Потом пили портвейн и орали Лесника и Владивосток. Милиционеры составляли на нас протоколы, если успевали поймать.
Менты стояли в оцеплениях на наших фестивалях, подавали нам воду, вытаскивали нас из давки, делали каменное лицо и пили то, не пойми что, из наших бутылок.
Тогда можно было сигареты поштучно покупать и верить, что третий Терминатор будет не совсем говно.
Я столько лет думала, что моя юность была полным дерьмом.
Было голодно. Был тяжелый труд на огородах и дачах. Была поношенная одежда и уставшие молчаливые родители. Были часы в библиотеках и десятки книг. Были красные от чертежей глаза и нервные срывы от органической химии. Были пустые карманы и дом с той ёбаной картошкой в трехстах километрах от нас. Мы хватались за любую работу, которая позволит купить нам пол кило макарон. И мы жрали эти макароны, сдобренные солью, и переписывали лекции, на которых спали по-очереди, согласованной на весь семестр.
Но наша молодость была охуенна.
Мы стояли в начале всего.
Мы были теми, кто увидел появления ВКонтакта и мы были теми, кто понимал Баш. Мы видели рассвет современной русской литературы. Мы слышали первые песни новых авторов. Мы играли в игры, где не было маркеров квестов и гайдов на прохождение. Мы держали в руках немыслимые для современности формы телефонов. Да ёп, мы звонили по карточкам и коннектились через телефонные линии! Мы были тогда прямо там.
Теперь всё проще и удобнее. Интернет-пространство, которое мы когда-то создавали, наградило нас личным информационным вакуумом. У нас любые книги и любая музыка доступны за несколько кликов. Наши телефоны смотрят на нас со спутников. Наши дети растут с репетиторами и написанными педагогами-психологами обучающе-развлекательными программами вместо рогаток, гудрона и окучивания картофеля. В кинотеатрах нас ждут спецэффекты, на книжных полках все оттенки серого, в сети программы для написания музыки/текста/голоса. Даже наши операционки обновляются сами. Еду нам привозят роботы. С роботом теперь даже выпить можно!
Будущее здесь. И мне в нем, правда, комфортно. Я не жалею.
Просто оглянулась назад.
Боги! Как же было охуенно там, в начале! И я всё ещё верю, что будущее безгранично.