Мы - инженеры, дети рабочих. Или о гигиене на рабочем месте⁠⁠1

Что-то вспомнилось на фоне увольнения.

На заре моей инженерной карьеры занесло меня работать на завод, в конструкторское бюро. То самое, где, невзирая на изобретение интернета, 3D-моделирования, пакета офиса и прочих благ цивилизации, компьютер считался чем-то от лукавого, а чертежи хранились на кальках и правились исключительно при помощи лезвия и линейки. Там много историй случилось, и вот одна из них.

У нас была очень простая традиция отмечать чьи-либо дни рождения: именинник приносил торт, который благополучно съедался под предобеденный чай, с поздравлениями и обсуждениями прошедшего празднества. И под это дело (а так же под Новый год, 8 марта и прочие поводы) в КБ жила и передавалась по наследству посуда, хранившаяся чуть ли не со времён основания завода. Можно было принести свою, либо взять оттуда, поесть тортика, а потом за собой эту тарелку помыть и вернуть на место, как и делало большинство. Делалось так, потому что туалет был в 100500 км от КБ, горячей воды на заводе отродясь не было, напор был слабый, а нормально отмыть тарелку после жирного торта или салатика в ледяной воде - то ещё удовольствие.

И вот, после первого для меня такого "праздника", когда я уже помыла свою тарелку и положила её на сушку, подходит ко мне моя начальница и шепотом говорит:

-  Katena4eg, сейчас Валентин Михайлович доест, и ты, пожалуйста, забери у него тарелку незаметно и отнеси девчонкам, которые мыть ушли, пусть её тоже помоют.

- Но Оль, это как-то не честно, - так же шепотом возмутилась я -  мы все моем за собой сами. Я мою за собой, ты моешь за собой, имя1 и имя2 моют за собой. За что привилегии?

- Послушай опытную женщину. Сделай, потом расскажу.

Здесь нужно сделать сноску. Несмотря на запах тлена и нафталина, коллектив в КБ был достаточно весёлый и местами молодой, хотя встречались и мамонты. И вот со времен окончания института и уже хорошо после начала своей пенсии, трудился у нас такой "аксакал", "Валентин Михайлович". Хотя он был ещё достаточно подвижен физически, с мозговой активностью явно уже были сбои. Инженерную функцию он уже не выполнял, сидел у нас на должности "консультанта" и занимался, скорее, собственным развлечением: разгадывал кроссворды, гулял по территории завода или отпускал крайне неуместные сальные шуточки в сторону кого-то из инженеров (зп, кстати, получал наравне с начальницей сего шалмана). А так же обладал блестящей лысиной и непередаваемым (да и не смываемым, похоже) запахом из смеси чеснока и перегара. Но что-то я отвлеклась.

Итак, на прошлом таком же празднике, когда часть народа ушла мыть свои тарелки, а часть уже вернула свои тарелки на сушилку и убежала курить, мою начальницу внезапно вызвали "на ковёр", поэтому она бросила всё и помчалась в КБ за бумагами. Тихонько заходит, и видит, как Валентин Михайлович с нескрываемым удовольствием, тщательно и скрупулёзно вылизывает свою тарелку, а потом (боюсь, что с тем же удовольствием), ставит её в середину (бл#ть) сушилки с десятком точно таких же чистых тарелок. Тогда она молча (я бы тут тоже офигела) взяла бумаги и так же молча вышла.

На следующий день была генеральная уборка. Девочки не скупились, грели воду в чайнике, заливали каждую тарелку кипятком, а потом драили их всем, что попадалось под руку.

А я... После этого рассказа у меня появилось требование: на работе я теперь ем либо из своей, либо из одноразовой посуды. Потому что выводы выводами, а желудок у меня не такой уж и крепкий.