Муся. Ч.2 Перевоспитание.
Всего мы с Муськой переезжали два раза и в мыслях не возникало, что кошка привыкает к месту, а не к людям. Приехали, выпустили кошку обнюхать всё – и отпускали спокойно гулять. Переехали мы в старый немецкий домик с собственным огородом, рассчитанным на 3 семьи. Вот тут Мусе было раздолье! Выходить гулять она могла в любое время дня и ночи через окно (жили мы на 1 этаже), в сарае водились мыши, и она могла реализовать свои охотничьи способности.
Прошло 2 месяца после того случая, как мама отгоняла котов от Муськи и результаты должны были родиться со дня на день. В день икс папа закрылся с кошкой в туалете, а спустя полчаса мне показали новоиспеченную мать и её единственного котенка. На взволнованного папу и его трясущиеся руки я не обратила внимание. Это уже потом, учась на ветеринара, я заподозрила, что котят было больше, чем один, о чем я и спросила родителей.
Наша Муся не показала себя примерной матерью и спустя 3 дня она ушла туда же, куда и Снегурочка из песни Дискотеки аварии. Плюнув на поведение кошки, мы занялись спасением котенка. Подняв на уши всех друзей, узнали, что у кого-то там, знакомого через третьи руки, кошка родила котят, пришлось ехать в другой город к этой кошке. Зря мы волновались, нашего котенка она приняла лучше его родной матери и следующий месяц он жил у них. А потом он вернулся к нам и это был ад. Волею судьбы этот единственный котенок был рыжим и, похоже, он унаследовал повадки своего злобного папаши. Он орал, царапался, прыгал в лицо спящему, поэтому мы вздохнули с облегчением, когда его удалось пристроить. Отдохнуть нам не удалось - почти сразу наша Муся родила во второй раз! На этот раз котят было пятеро, папа не собирался брать грех на душу еще раз, но и котята были чудесные. Всех раздали по друзьям и знакомым, а кошку повезли в ветклинику, решив, что хватит с нас её гуляний. По-моему, это было первое верное решение, которое мы сделали в отношении кошки.
А вот с кормлением у нас была беда. По незнанию, стараясь как лучше, мы кормили кошку практически одной рыбой. От сытой жизни она уже не ела суп, кости, тем более, хлеб, а вот путассу трескала за милую душу, по две рыбины за раз. По иронии судьбы, я теперь ветеринар и ругаю хозяев, если они кормят своих животных так, как кормили мы.
От стерилизации (кастрации) мы ожидали мгновенного изменения в поведении кошки, но она продолжала вести себя как куртизанка, и было решено отправить её на перевоспитание в деревню. Да, Макаренко из нас были никакие, поступили мы с кошкой как с человеком, типа «не ценишь то, что мы тебе даем – поживи тогда без нас, посмотрим как тебе будет хорошо». Отдали мы её папиному знакомому, жила она как деревенская кошка, на подножном корме. Не помню, сколько наша опальная кошка провела в деревне, не больше месяца, но когда мы приехали её забирать, было видно, что Муська обрадовалась нам и соскучилась. Она мяукала, как будто ругалась на нас, и не слезала с рук. С тех пор настало полное взаимопонимание между нами и кошкой. К чужим она с тех пор не подходила, в адюльтерах замечена не была. Если мы шли гулять - она ходила за нами хвостиком, могла пройти две улицы за нами, как собака, если я болела - она не отходила от меня сутками.
А потом Муся чуть не умерла...