Мусор. Часть 3.⁠⁠

Поглощенный жутким исследованием, остаток дня я посветил глубокому разбору этого существа. Все как учил отец. Нарисовал общий образ, отдельными изображениями выделил когтистые руки, зубы и эти холодные, жуткие глаза. Хоть и получилось аляповато, однако взгляд удалось передать до дрожи правдоподобно. Со страниц отцовского блокнота, на меня смотрели два белых зрачка, затемненные по контуру черной ручкой. Не выдержав, я перевернул лист на другую сторону и выдохнул. Испугался собственного рисунка, вот же герой -спаситель! Взяв небольшую паузу я без единой мысли уставился в одну точку. Нужно было собраться. Сжав волю в кулак, я вернул своему взору концентрацию и заметил, что все это время смотрел на постер с изображением бэтмена. Молчаливый герой замер на крыше неизвестного здания. Стоя там, под проливным дождем, он взирал на меня с осуждением. Вот уж пример, на который я всегда ровнялся. На секундочку мне стало перед ним стыдно, а потом я улыбнулся. Искренне, наверное, в первый раз за последние пару суток.
Смена настроения плодотворно повлияла на мою работу. Сделав пару заметок к своим рисункам, я составил письменный портрет мисс Коббот. Затем добавил свои наблюдения касательно ее ночных вылазок с мусорными мешками и замер в нерешительности. Только сейчас я понял, что ни разу не подумал взглянуть на их содержимое. Правда в том, что находилось в черных пакетах мне сомневаться не приходилось. Я помню те ощущения, первобытный страх перед существом. Любой зверек в лесу будет обходить волка - это заложено инстинктами самосохранения. И мои кричали мне держаться от нее подальше.
Но два вопроса, важных для принятия решения оставались для меня не отвеченными. На кого она охотилась? А второй, когда это все началось? Попытки их раскрыть, все больше загоняли меня в тупик. Интенсивность ее появления с мусорными мешками, говорили о том, что существо питается регулярно. Но даже если одной добычи ей хватает на пару дней, то как минимум несколько людей должны были числиться без вести пропавшими. Допустим ее охотничьи угодья куда шире нашего района, но город она точно не покидала. А значит в сводках новостей или социальных сетях должна была появиться хоть какая-то информация. Но везде пусто.
И если ответ по поводу жертв мне казался достижимым, то касательно начала ее преображения в монстра у меня вовсе не было догадок. Тем не менее в паре вещей я был абсолютно уверен. Во-первых, длится это куда дольше той недели, что я посветил наблюдениям. Первая жалоба мной была услышана от сеньора Гавани еще месяц назад. Во-вторых, мисс Коббот однозначно не всегда была монстром. Я бы сказал, что она серьезно изменилась лишь не давно, после смерти мужа…мистера Коббота. Не знаю почему, однако это показалось мне зацепкой.
Ночь настигла меня неожиданно. Погруженный в размышления я вскинул голову, чтобы дать себе передохнуть. За окном уже было темно. Повернувшись в сторону часов, я с ужасом посмотрел на стрелки. Начало одиннадцатого. Страх обуял меня с новой силой. Я был уверен – оно придет за мной. И на этот раз церемониться не будет. Зачем на самом деле утром приходила мисс Коббот? Изучала обстановку? А закрыла ли мама дверь после ее визита?
Понимая, что эти мысли приведут меня лишь к большому испугу, я встал из-за стола и вышел в коридор. Дом уже погрузился в ночную тишину. Проверять замки не осталось решимости. Обуреваемый страхами, прислушивающийся к беззвучию дома я направился в единственно верном направлении. Тонкой полосе света из едва приоткрытой двери маминой спальни. Старые половицы предательски скрипели под моим весом, сердце вырывалось из груди. В этот момент я отчего-то вспомнил насколько тихо ходила мисс Коббот. И пробираемый мурашками обернулся. Темнота лестничного пролета казалась мне абсолютно безжизненной. Но так ли оно было на самом деле? Не позволив воспаленному разуму самостоятельно дорисовать во тьме образ чудовища, я кинулся к двери и влетел в комнату.
- Б…Билли? – Я вскрикнул от знакомой интонации.
Мама лежала в постели и читала книгу. Она явно удивилась моему появлению, однако быстро скрыла это под теплой улыбкой.
- Прости мам, - я выдохнул. Ее спальня всегда меня успокаивала. После смерти отца, она стала немного набожным человеком. На журнальном столике стояли иконки, повсюду красиво цвели горшочные цветы, на стенке висел небольшой крестик и папина фотография. Эта комната еще с детства для меня одушевляла понятия надежности и уюта. Нет, она олицетворяла в моих глазах само представление о «доме». Не это двухэтажное сооружение, что принято так называть в обществе, а именно родительская спальня. Место моего утешения после любых трудностей. Место, где мне всегда были рады.
- Что-то случилось, сынок? – Мама сняла очки и отложила книгу на прикроватную тумбочку.
- Снова кошмары, - солгал я, - можно сегодня мне остаться с тобой?
Она снова улыбнулась и утвердительно кивнув головой, расправила край одеяла. Буквальным жестом приглашая меня прилечь рядом. Только сейчас я вспомнил, что мама давненько не принималась за литературу. Готов поспорить, она просто ожидала моего появления и коротала время за чтением. От этой мысли, сжатое в тисках ужаса сердце стало биться ровнее. Как же мама была мне дорога! Неожиданный порыв, хотел заставить меня броситься к ней и обнять, прижаться к дорогому человеку, да забыться от всех страхов. Однако здравый рассудок потребовал немного задержаться. Скрестив руки за спиной, я нащупал ручку и окончательно затворил дверь, до щелчка нажав на замок.
- Ну чего же ты там стоишь, Билли? А ну марш в постель, уже скоро полночь! – Наигранно строго сказала мама и я безропотно послушался ее указанию, предварительно выключив основной свет.
Когда я улегся, она обняла меня левой рукой и погасила настольную лампу. В это мгновение дом полностью погрузился во тьму. Сегодняшняя ночь была особенно темной, так как уличные фонари по непонятным причинам были отключены. Лишь полная, холодная луна, давала некое подобие света, проникая в комнату тонкой полосой, сквозь плохо зашторенные окна.
Время шло, но сон не смел мешать моему бдению. Согреваемый маминой заботой и ее ровным, теплым дыханием, обдувающим шею, я лишь набирался решимости. Смелости противостоять монстру, что обязан явиться за нами под покровом темноты.
Убедившись, что мама заснула, я аккуратно убрал ее руку и встал с кровати. План действий виделся мне четко. Схватив тумбочку, я медленно отволок ее к противоположной стенке, пристроив к массивному, дубовому трюмо. Потом на носках пробежался к журнальному столику и прихватив стул, вернулся с ним к дверному проему, где спинкой зафиксировал ручку. Зная о чудовищной мощи создания, я не ждал от двери крепкой защиты. Однако, когда оно сумеет выбить замок, существу еще предстояло снести выстроенную мной баррикаду. Конечно все сдвинутые объекты не стояли плотно друг к дружке, но расстояние между ними было минимальным. Так что в образовавшуюся щелку не протиснутся даже ее отвратительные когти. А вот дальше….
На улице вдруг завыла собака. Сделав осторожный шаг по направлению к окну, я тяжело глотнул скопившуюся слюну. Быть может оно сейчас там? Снова заметает следы жуткого пиршества? В моей голове промелькнула надежда на то, что мисс Коббот не восприняла меня как угрозу. Всего лишь мальчик с разыгравшейся фантазией. Кто ему поверит? Однако посреди комнаты меня остановил новый звук. Позади донесся слабый, почти бережный лязг медленно опускающейся дверной рукоятки. На полпути ее дальнейшее движение застопорил замок, и я почувствовал сильное давление, оказываемое с той стороны. Вскоре блокировка не выдержала. С резким хрустом ручка пошла ниже, но тут же уперлась о спинку заблаговременно поставленного стула. Существо еще какое-то время держало ее в этом положении, однако потом отпустило. Я приготовился к худшему. Бегло взглянув на маму, меня на секунду посетила странная мысль о том, как она себя поведет? Что сделает, когда чудовище начнет со всей силы ломиться внутрь? И все же это не имело значение. Моей главной целью было вывести существо из равновесия. Причинить ему боль, показать, что не только оно способно атаковать. Мне не было ведомо как создание поведет себя в таком случае, но я отчаянно надеялся, что смена ролей заставит ее отступить или хотя бы замешкаться. С верой в это, я достал из кармана канцелярский нож и выдвинул его лезвие. Руки безумно тряслись, дыхание участилось настолько, что легким прекратило хватать воздуха. Боже, дай мне сил.
Но мисс Коббот не спешила. Наверное, подобно мне, замерла в ожидании. Ведь я знал, чувствовал каждой клеточкой своего тела, что она стоит в коридоре с той стороны. Пробралась в дом не ведомым образом лишь с одной целью – избавиться от нас. Пожрать наши тела и заполнить останками чьи-то контейнеры.
Внезапно снизу двери послышался влажный шлепок. За ним медленное, уверенное скольжение вверх. Меня передернуло. Готов поклясться оно приложилось туда языком. Будто змея, ищущая добычу. Следом, я услышал, как существо надсадно втянуло в легкие воздух. Затем раздался тихий стук. Оно издевается надо мной?
- Б…б…биллиии! – Донеслось едва различимым клокочущим шепотом. Голос этого существа не походил на человеческий. Складывалось впечатление, что мое имя произносил некий зверь, изучивший одно слово и теперь пытающийся его повторить.
Стук. Скрип. Стук. Скрип. Оно било ногтем, а потом водило им по двери из стороны в сторону. Мои нервы были на пределе.
- Б…б…биилллиии! – Более требовательно издало чудовище.
- Убирайтесь мисс Коббот! – Ответил я себе под нос, - вам сюда нет ходу! Мы вызываем полицию.
Оно прекратило обращаться ко мне. Ручка резко обрушилась на спинку стула, на дверь навалились. Затем все повторилось. Петли затрещали от напряжения. Я совершенно не учел, что оно может просто выбить весь проем и беспрепятственно ворваться внутрь! Что мне делать в таком случае? Меня стало лихорадить, нож выскочил из рук и свалился на пол. Я просто стоял и смотрел. Замер словно мышь, загипнотизированная змеиным взглядом. В голове ничего, только отчаяние и сожаление. Всеобъемлющая скорбь за то, что мне не по силам уберечь себя и маму. Инстинктивно сделав шаг назад, я оступился о собственного оружия и приземлился на заднюю точку.
От глухого удара, мама беспокойно зашевелилась. Не было ничего удивительного, что она не стала просыпаться раньше. Монстр будто намеренно орудовал максимально тихо. Оно не ломилось или билось в дверь. Создание действовало методично. А у меня времени почти не оставалось. Доселе пустую голову, наполнили десятки идей, но я их отметал одну за другой. Разбудить маму? Включить свет? Вылезти через окно и убежать? Нет! Оно нас настигнет, я видел на что это чудовище способно. И что сделает мама если сейчас очнется? Начнет кричать? Звонить в службу спасения, которую мы не дождемся? Да и когда я сумею ей объяснить все происходящее? Заставить поверить, что там, с той стороны настоящий монстр. А не плод моего воображения.
Лихорадочно бегая глазами по комнате, я замер на фотографии отца.
- «Билли», - когда-то давно начал он, придя в мою спальню из-за очередного приступа паники, - «в нашем мире нет ничего противоестественного. У всего есть научное обоснование». Говорил он тогда со мной строго, но увидев моим полные слез глаза, неожиданно смягчился.
- «Но не всегда его можно сразу найти. Когда страх силен, борись с ним такими же сверхъестественными вещами. В конце концом, для чего же еще нам нужна вера».
Я машинально вскочил на ноги, рывком снял со стены крестик и кинулся к двери. Без тени сомнения мои руки растянули цепочку и повесили на дергающуюся ручку. В тот же миг, она вернулась в исходное положение и замерла на месте. В доме вновь воцарилась полнейшая тишина. Неожиданно для самого себя, я стал успокаиваться. Сердце прекратило ломиться из груди, дыхание опять стало ровным. Спустя какое-то время ко мне пришло понимание того, что в доме посторонних больше нет.
Не веря этим, по началу странным ощущениям, и потому не сводя глаз с двери, я неуверенно направился к окну. Подойдя к нему мне пришлось на пару секунд остановиться. Перевести дух. И наконец, решившись я отодвинул штору в сторону. На погруженной в вездесущую черноту улице было сложно что-либо уловить. И все же мне удалось! Посреди дороги, ровно на том месте, на котором мы впервые встретились взглядами. Там темнота была еще более непроглядной. Однако у нее были явные очертания.
Я почувствовал злобный, нечеловеческий взгляд устремленный в мою сторону. Сгорбленный силуэт старухи просто источал гнев и голод. Однако сегодня мои силы не покинул тело. И пускай ужас от этой встречи отдавал слабостью в ногах, мое непоколебимое желание выжить придавало им твердости. Я устоял и даже не отвел взгляд в сторону.
Неожиданно на нашу улицу свернула машина. По легкой гаитянской музыке, едва доносящейся из ее колонок, я понял, что это сеньор Гавани. Видимо он возвращался из очередной командировки. Свет его фар разорвал узы мрака, и дорога осветилась желтоватыми отблесками. Он был достаточно далеко, чтобы не разглядеть сразу существо. А мисс Коббот тут же исчезла, растворившись в рассеивающейся темноте подобно легкой дымке. Мне не было суждено различить куда она направилась дальше, однако сомневаться не приходилось. Сегодня нам более ничего не угрожает.
Зашторив обратно занавеску, я почувствовал, как остаток сил покидает мое тело. В попытке устоять, мне пришла идея облокотиться о стенку. Но я лишь съехал вниз, присев на корточки. Мне удалось – мы выжили! Закинув голову назад, я посмотрел на потолок и сам себе улыбнулся.
Утомленный рассудок стали посещать различного рода догадки и рассуждения. Я же отмел их в сторону, решив заняться анализом утром. Сейчас мне следовало понимать только несколько вещей. Нужно было менять расстановку сил. Я точно знал, что монстр хитер и опасен. И каждый день промедления может привести к последней для семьи Форестеров ночи. И было ясно, что в одиночку с этим жутким существом мне не справиться. Приняв тяжелое решение, я встал и оглядел комнату. Сперва стоило вернуть все на свои места!