Могила без памятника (глава 12)⁠⁠

Могила без памятника (глава 11)

Ирина еле дождалась, пока пройдут эти два дня. Не могла толком ни спать, ни работать. Сегодня она с утра купила букет цветов, самый дорогой коньяк и коробку конфет для Куприянова. Завела свою машину и поехала забирать Игоря. У неё дома уже вовсю хозяйничала мама Игоря, на плите скворчали сковородки и булькали кастрюльки с овощами. Намечался большой праздничный обед. Дети без конца дергали бабушку за рукав и спрашивали:
– Баба, а скоро папа приедет?
– Скоро… скоро… не мельтешите на кухне, пока вас не ошпарила! – с напускной строгостью ругалась бабушка.

Друзья из мотоклуба, узнав от Дамира о выписке Игоря, тоже решили подъехать к лечебнице и поздравить с выздоровлением.
Куприянов обнял за плечи свою гордость, свое творение – Игоря Берестова – и вывел его в холл. Там уже ждала Ирина и три парня в кожаных куртках с бесчисленными металлическими застежками и со шлемами в руках. Они радостно тискали своего друга, что-то спрашивали, но тот морщился, вертел головой по сторонам, смущенно улыбался и отвечал невпопад.
– Удачи тебе, Игорь! – попрощался Куприянов и пожал всем руки. Благодарная Ирина не забыла чмокнуть врача в щеку.

На ступеньках Игорь остановился и, закрыв глаза, глубоко вдохнул в себя свежий воздух. Ира не торопила, ведь человек заново открывает для себя мир.
– Такая погода в этот день прекрасная – правда, Игорёк? Пойдем в машину. Дома уже все собрались и ждут тебя с нетерпением.
– Я не поеду, – тихо ответил тот.
– Почему? Ты что, хочешь пешком пойти или на мотоцикле ехать? Пока не надо, – не поняла она.
– Прости меня, Ирина, но я Наталью люблю, – сказал он, повернувшись к ней и глядя прямо в глаза.
По лицу Иры пробежала серая тень, веки сощурились, щека задергалась, дыхание поднялось, и она с шумом выдохнула.
– Так значит, ты… – еле выдавила она из себя и покачнулась.
Сергей быстро подхватил ее за локоть и талию, не давая упасть. Подождав, пока у Иры пройдет шок от услышанного, он сказал:
– Да, это так. Я – Сергей! Прости, что мне пришлось устроить этот цирк с перевоплощением. Свинство жуткое, конечно, с моей стороны, но я не видел другого выхода вырваться из этих гестаповских застенков. Врач Куприянов настоящий доктор Йозеф Менгеле. Он вместе с целой бригадой садистов издевался надо мной, пропуская через голову электрический ток. До сих пор не уходит ощущение, будто меня протащили через мясорубку. Лучше убейте, но туда я больше не вернусь. Я понимаю, что тебе очень больно в душе, но… прощай и не ищи меня.
Сергей отпустил Иру, резко повернулся и сбежал по ступенькам.
– Стой! – крикнула Ира. – Ребята, остановите его!
Парни, раскинув руки, кинулись  к нему наперерез. Сергей сжал кулаки и рявкнул:
– Знаете, как дерутся парни, которых воспитал детдом? Нет?! Получайте!
Черноглазый парень с узкими усиками оказался ближе всех к Сергею и тут же словил хороший удар в скулу. Взмахнув руками, он упал, его мотоциклетный шлем покатился по асфальту словно футбольный мяч. Двое других, испугавшись, отошли в сторонку.
– Игорёха! Мы не собираемся драться. Что с тобой? Мы же твои друзья!
– Не задерживайте меня! – крикнул всем Сергей и пошел прочь.
Растерянной Ирине только и оставалось, что смотреть на удаляющуюся спину мужа. Через какое-то время она вышла из оцепенения и побежала за ним.
– Игорь! Остановись на минутку! Сергей! Всего лишь выслушай меня!
Сергей остановился  и повернулся к Ирине.
– Говори.
– Ты не можешь сейчас просто так уйти! – еще не отдышавшись от быстрого бега, сказала Ира.
– Я уйду в любом случае, меня уже никто не остановит.
– Подожди. Мне нужно сказать тебе кое-что… не знаю, с чего начать и как правильно сказать… Три дня назад Василий сообщил, что произошло с Лариным и моим Игорем на самом деле.
– Он разгадал эту загадку?! – удивился Сергей.
– Да. 20 августа прошлого года Сергей Ларин и Игорь Берестов во время грозы случайно оказались недалеко друг от друга в Камышинске. Один на мосту, второй под мостом. Молния  попала в обоих…Трагическая случайность… Я не буду сейчас все описывать. Подробности узнаешь от Василия. Меня так глубоко потрясло услышанное от него, что я всю ночь не спала, плакала и размышляла. Хотела отвезти тебя к специалистам в Москву. Все раздумывала, как это сделать. Потом я поняла, что не смогу транспортировать тебя в московскую клинику в наручниках как преступника. Мне неприятно, когда люди подвергаются насилию, я всегда была ярым противником этого… чувствую, ты сейчас меня ненавидишь, но я не разрешала Куприянову делать электрошоковую терапию. А он наплевал на мои запреты. Тебе было очень больно, я знаю…
Тут Ира замолчала, а Сергей не стал торопить ее. Ему стало неловко за то, что он так резко обошелся с ней несколько минут назад. Он, можно сказать, своими словами чуть не убил ее. Она вздохнула и продолжила:
– Ларины пытались обсудить со мной возникшую ситуацию, но я поначалу их слушать не хотела. А позавчера я приняла решение – ничего не предпринимать, пока не обговорим все сообща… В какой-то степени я сама виновата. Подсознательно я сразу почувствовала, что с Игорем происходит нечто странное, но не знала причины. Отгоняла от себя все страхи – верила, что все пройдет, все рассосется… Дождалась, когда все зашло слишком далеко... Я решила позвонить Василию и вместе с ним забрать тебя, но в то утро позвонил Куприянов и сказал, что произошло чудо. Я снова воспрянула духом. Два дня летала как на крыльях. Если бы ты знал, какой счастливой я себя чувствовала, когда мы вчера, обнявшись, стояли в коридоре.
Ира опять смолкла.
– Прости… – это все, что смог сказать Сергей.
– Ты жестоко провел меня, но я тебя не виню – всем хочется жить… А когда ты сейчас открылся, я поняла, что Игоря я потеряла уже давно. Почти год назад... И в эту минуту мне горько и больно осознавать, что тот, кто стоит рядом со мной – это не мой муж, а совершенно чужой человек…
Ирина заплакала, а Сергей переминался с ноги на ногу и не знал, что делать. Мимо них изредка проходили прохожие и, обратив внимание на плачущую Ирину, бросали осуждающие взгляды на Сергея.

– А сейчас ты должен поехать со мной, хотя бы на два-три часа, – наконец, с легкой хрипотцой в голосе тихо попросила она.
– Зачем? – растерянно спросил Сергей. – Ведь я не Игорь…
Ира схватила Сергея за руку и умоляюще посмотрела ему в глаза.
– Но те, кто сидит сейчас у меня дома, этого не знают! Мои дети и родители Игоря. Как я им скажу? Представляешь, что будет? Если твой разум в порядке, ты не должен быть таким жестокосердным! Всего лишь три часа с нами и ты уйдешь куда хочешь. Я обещаю, что не буду тебя задерживать. Три часа побыть моим мужем, любящим отцом и добрым сыном! Каждый имеет право быть самим собой, но никто не должен думать только о себе! Потом я что-нибудь придумаю. Я сильный человек, попробую выдержать этот удар. А родителям скажу, что ты нашел другую женщину, уехал за границу или что-нибудь другое в этом роде. Поедем со мной! Я тебя очень прошу!
– Ладно… – ответил Сергей, потрясенный таким взрывом эмоций.

Они прошли мимо недоумевающих друзей-мотоциклистов и сели в автомобиль.
– Дамир, я вечером позвоню и все объясню тебе! – крикнула она кому-то из троих. Черноусый парень, которого ударил Сергей, кивнул головой, надел шлем и направился к мотоциклу.

Ирина завела мотор, нажала педаль газа и вскоре встроилась в ряд идущих машин. Она уверенно вела автомобиль и попутно объясняла, кого как зовут, где кто работает и многое другое…
– Но я же не могу всего знать. Родители спросят что-нибудь, а я начну глупо хлопать глазами, и они сразу заподозрят неладное или подумают, что я странный какой-то, – колебался Сергей.
– Ничего страшного. Сошлись на временную потерю памяти, они поймут. После электрошоковой терапии со многими так происходит. Я ведь не догадалась, что эти два дня ты меня разыгрывал...  хотя были сомнения... Игорь никогда раньше не называл меня "Ирусиком"...
Сергей смутился и покраснел, но Ира, занятая вождением, этого не заметила.
– Ладно… постараюсь. Так оказывается, ты детским врачом работаешь?
– Да, а что не похоже?
– Нет. Ты больше на предприимчивую женщину смахиваешь и машина у тебя дорогая.
– Это мне Игорь подарил.
– Игорь бизнесом занимался?
– Да, продажей сотовых телефонов и другой подобной техники, а в свободное время носился на мотоцикле. Мотоспорт – это его вторая часть жизни.… О боже, все никак не могу отделаться от странного чувства, будто рядом со мной сидит Игорь и задает дурацкие вопросы…

Автомобиль подъехал к дому Ирины. Берестовы встретили Сергея в коридоре радостными криками. Дети повисли на нем, мама утирала мокрые глаза. Отец был более сдержан, но на ресницах тоже поблескивали слезы радости. Потом мама пригласила всех к столу.

Сергей, как мог, изображал из себя счастливого Игоря. От спиртного отказался, но никто и не настаивал. Ира то обнимала его, то сидела, положив на плечо голову. В эти минуты он чувствовал себя не в своей тарелке. Из которой он словно украл чужое счастье.
– Игорек, может, ты забросишь свой мотоклуб? Боюсь я за тебя, – попросила мама.
– Заброшу, больше я туда не поеду, – пообещал Сергей.
– Как его зовут, забыл, – шепнул Сергей Ирине, когда мальчик залез к нему на колени.
– Семён, Сёма, а дочку Таня.
Тане не понравилось, что все внимание досталось брату, и она стала оттаскивать его от отца. Сёма вцепился в шею Сергею и отбивался от сестры ногами.
– Ребятишки, не деритесь! – смеялся Сергей.
Таня притащила большую иллюстрированную книгу и показала Сергею.
– Мне бабушка книгу вон какую купила! Про муми-троллей!
– Дай посмотрю! – возбужденно попросила Ира.
– Эта моя самая любимая книга детства, – сказала Ира Сергею. – Я так любила этих гиппопотамчиков с забавными хвостиками.
– А я в детстве любил другие сказки: «Волшебник Изумрудного города» и все книги-продолжения. А эту я открыл случайно, лет десять назад, и она мне не понравилась.
– Так сколько лет тебе было? Муми-тролли должны прийти к тебе вовремя, когда ты в них еще веришь, – улыбнулась Ира и вернула книгу дочери.
Ирина взяла его руку в свою и тихо прошептала:
– Как бы там ни было, Серёж, а они ведь твои дети.
Сергея от этих слов прошибло так, будто Куприянов снова прижал к вискам электроды и включил генератор тока. А ведь это правда – он же в любом случае биологический отец этих ребятишек. Он помрачнел и больше не мог изображать из себя счастливого человека. Ира заметила перемену его настроения и громко произнесла:
– Мама и папа! Игорёк еще не оправился, ему бы отдохнуть. Со стола я потом сама уберу.
Родители спорить не стали и начали суетливо собираться. Отец с силой пожал руку сыну, а мама поцеловала в макушку. Примерно через полчаса после ухода родителей Сергей поднялся и сказал:
– Я тоже хочу уйти. Я выполнил все, о чем ты просила.
– Иди, –  тяжело вздохнула Ира.– Береги себя… Если захочешь – можешь придти в любое время.
Когда Сергей надевал туфли в коридоре, дети выглянули из комнаты и грустно уставились на него.
– Папа, ты надолго уходишь? – спросила Таня.
– Надолго, очень надолго, – ответила за Сергея Ира дрожащими губами.
Сергей посмотрел в погрустневшие глаза детей и отвернулся.
– До свидания, – произнес он хрипло и дернул за ручку двери.
Он шел по улице, а перед глазами стояли лица Сёмы и Тани. Как они тогда смотрели на него! Он хорошо знал этот взгляд. Так смотрят детдомовские дети, когда приходит супружеская пара и забирает одного из счастливчиков себе в семью. Весь детдом выглядывает в окно, и провожает везунчика такими же печальными глазами.
Сергей дошел до трамвайной остановки, пошарил в карманах, но не обнаружил ни копейки денег. Пришлось идти пешком…

Могила без памятника (глава 13)