Кровавый урожай⁠⁠

Тишина после битвы оглушает сильнее любого взрыва. Она звенит в ушах, давит на барабанные перепонки и заполняет собой каждую клетку измученного тела.

Сэр Кайрос стоял неподвижно, словно высеченный из обсидиана монолит. Его черные, покрытые шипами доспехи, некогда сиявшие матовым блеском, теперь потускнели. В глубоких вмятинах и трещинах запеклась густая, черная кровь врагов, смешанная с его собственной. Из-под тяжелого шлема с узкими прорезями вырывалось хриплое, прерывистое дыхание. В правой руке он продолжал сжимать меч, острие которого безвольно упиралось в землю. Пальцы свело судорогой, но он не мог разжать хватку. Пока не мог.

Вокруг него, куда ни брось взгляд, простиралось море красных роз.

Когда-то эти земли называли Долиной Невест. Здесь росли самые прекрасные цветы в королевстве, а воздух был наполнен сладким, дурманящим ароматом. Теперь это поле стало братской могилой. Сотни тысяч алых лепестков поднимались в воздух вместе с горячим пеплом, кружились в багровом мареве и медленно оседали на искореженную землю. Сами розы выросли на крови — их корни пили ее три дня и три ночи, пока длилась осада.

Над горизонтом, заливая мир зловещим, пульсирующим светом, висела огромная, больная луна. Она казалась гигантским желтым глазом, равнодушно взирающим на учиненную резню. А на фоне этого слепящего диска возвышался Замок — цитадель врага. Черные шпили пронзали клубящиеся, словно раны, облака. Оттуда пришла тьма. Оттуда вышли легионы, чтобы стереть королевство Кайроса с лица земли. И именно туда он шел сейчас.

Воспоминания о битве были смазанными, словно кровавый кошмар. Кайрос помнил лишь бесконечный лязг стали, предсмертные крики своих братьев по оружию и лица тварей, которых они сражали. Это была не война в привычном понимании. Это была мясорубка. Армия Кайроса пала, пробивая путь к воротам цитадели. Он остался последним. Израненный, контуженный, но стоящий на ногах.

Кайрос медленно поднял взгляд на замок. Луна светила прямо за его спиной, превращая фигуру рыцаря в грозный силуэт. Розы хлестали его по поножам, словно пытаясь удержать, умоляя остановиться и упасть в мягкую, кровавую колыбель, чтобы отдохнуть.

Но он не мог. Он чувствовал, как тяжесть доспехов тянет его ко дну, как каждый вдох отдается острой болью в пробитых легких. Он проиграл слишком многое, чтобы просто упасть.

Кайрос сделал первый, неуверенный шаг. Затем второй. Меч волочился по земле, оставляя за ним глубокую борозду среди роз. В наступившей тишине, под светом багровой луны, одинокий рыцарь медленно побрел сквозь кровавое поле к вратам ненавистного замка, чтобы закончить то, что было начато.

Битва была проиграна, но война еще не была окончена.