Красное на желтом. 9-10 главы⁠⁠

Предыдущие главы.

Автор Felix Beck

Глава 9. Обыск.

Я подождал минут десять, на всякий случай. Стоял неподвижно, прислушиваясь к шагам в подъезде, к звукам лифта, к шорохам за стеной. Она ушла. Она точно ушла. Ее шаги постепенно стихли на лестнице, потом хлопнула дверь подъезда внизу.

Я выдохнул. Медленно, с облегчением, будто держал воздух в лёгких всё это время. Дверь в спальню Лизы была приоткрыта. Я толкнул её — и замер на пороге.

Комната Лизы оказалась такой же идеальной, как и всё в квартире. Светлые стены, почти белые, без единого пятнышка. Минимум мебели — кровать, шкаф, стол, стул. Никаких личных вещей на виду. Ни фотографий в рамках, ни книг на тумбочке, ни косметики на столике. Кровать заправлена идеально. Подушки взбиты и стоят ровно, одеяло натянуто и аккуратно заправлено. На тумбочке — только будильник и стакан воды. Прозрачный стакан, чистая вода. Ничего лишнего.

Я почувствовал, как внутри зрело какое-то нехорошее предчувствие. Подошёл к столу и осмотрел выключенный компьютер. Рядом — стопка бумаг, какие-то документы. Я полистал — счета за квартиру, квитанции об оплате, ничего интересного. Всё аккуратно подшито, разложено по папкам.

Я почти уже даже забыл, зачем изначально сюда пришел, настолько интересно было изучать интерьер комнаты. Вызывает какое-то странное но приятное чувство. Но теперь о главном. Где она прячет тетрадь? Я открыл ящик стола. Ручки, скрепки, блокноты для записей. Обычная канцелярия, какая есть у каждого. Но именно той  тетрадки нигде не было. Спрятала. Умница - сообразил я. Потом оглядел комнату. Где ещё можно поискать? Под кроватью? В шкафу? Начал с кровати. Опустился на колени, заглянул под неё — и удивился, насколько чистый тут пол,  ни пылинки.

Остался шкаф с одеждой.

Я подошёл к нему, помедлил секунду, взялся за ручку. Аккуратно развешанная одежда — джинсы, блузки, пара платьев на плечиках. Всё одного стиля, всё спокойных тонов. На полках — бельё, сложенное идеальными стопками. Как в магазине.

Я провёл рукой по полкам, заглянул под стопки. Ничего. Уже хотел закрыть, как вдруг заметил на верхней полке, под сложенным пледом, что-то выделяющееся из общей картины. Плед был серый, мягкий, аккуратно свёрнутый. Но под ним угадывался прямоугольник.

Сердце забилось быстрее. Привстал на цыпочки, потянулся. Плед сполз, упал на пол, и я увидел её.

Толстая тетрадь в тёмной обложке. Та самая.

Осторожно взял её в руки. Тяжёлая, плотная, страниц на двести. Обложка мягкая, но крепкая, тёмно-синяя, почти чёрная.

Я сел на край кровати, положил тетрадь на колени и открыл.

Почерк у Лизы был мелкий, аккуратный, почти каллиграфический. Буквы выведены с любовью, строчки ровные, поля чистые. Но записи выглядели странно. Не личный дневник с переживаниями и эмоциями — скорее, рабочие заметки, отчёт. Даты, цифры, какие-то схемы, графики.

Я пролистал несколько страниц. Глаза выхватывали обрывки фраз.

«День 1. Первичный контакт. Реакция в пределах нормы».

«День 3. Наблюдение продолжается. Отмечается повышенная тревожность».

«День 7. Введение стимула. Реакция неоднозначная, требуется дополнительное наблюдение».

Я наморщил лоб. Похоже на медицинские записи, на историю болезни. Она же психолог. Может, это её рабочие заметки о пациентах? О ком-то другом? Дальше пошли схемы. Стрелки, кружки, непонятные обозначения, какие-то аббревиатуры. Мелькнуло слово «триггер», потом «фиксация», потом «регресс». Термины, которые я где-то слышал, но смысла не понимал. Я попытался вспомнить, что говорила Лиза о своей работе. Она упоминала, что ведёт исследования, что пишет научную статью. Может, это материалы для неё? Или записи о ходе его лечения? Ведь она же обещала помочь с памятью. Я нашёл страницу с сегодняшней датой. Почерк здесь был чуть более торопливым, но всё таким же аккуратным.

«Утренний сеанс. Реакция на стимул слабая. Вероятно, требуется усиление. Рекомендовано повторить через 48 часов».

Я задумался. «Стимул» — это, наверное, гипноз. Она же вводила меня в транс. А «реакция» — это то, что я видел во сне. Значит, она записывает, как продвигается лечение, отмечает прогресс. Это даже хорошо. Значит, она серьёзно подошла к делу.

Я уже хотел закрыть тетрадь, положить на место, как вдруг взгляд упал на строчку, написанную на полях мелким почерком.

«Амнезия — компенсируется. Прогноз благоприятный».

Я выдохнул, хоть и мало что понимал. Благоприятный. Значит, всё идёт правильно, значит, скоро я все вспомню.

Закрыл тетрадь посидел немного, глядя на обложку, на свои руки, на идеально заправленную кровать Лизы. Мне вдруг стало немного стыдно, что я рылся в ее вещах, вторгся в личное пространство. Она же помогает мне, кормит, приютила. А я лезу в её записи, как параноик какой-то.

Я сунул тетрадь обратно на полку, поднял плед, прикрыл её так же, как было. Постарался повторить каждую складку, каждый изгиб. Закрыл шкаф. Вышел из комнаты, прикрыв дверь точно так же, как она была — чуть приоткрытой, на пару сантиметров. В прихожей остановился, прислушался. Тишина. Только часы тикают в коридоре. Прошёл по холодному полу, налил воды из-под крана. Сел за стол, глядя в окно. За стеклом моросил дождь, серый и унылый, как и все последние дни.

Ничего особенного она не прячет. Обычные рабочие записи. Я просто параноик. Крыша едет от этой пустоты в голове.

«Стимул». «Фиксация». «Триггер». Почему эти слова звучат так... зловеще? Почему от них веет холодом?

Я тряхнул головой, отгоняя мысли. Хватит.

— Расслабься, — сказал я сам себе вслух. — Она тебе помогает.

Звук собственного голоса успокоил. Всего на минуту.

Я допил ледяную воду и пошёл в свою комнату ждать Лизу. Лёг на кровать, уставился в потолок. Белый, ровный, как мои воспоминания в голове.

Лиза вернулась с работы около семи.

Услышал из своей комнаты, как щёлкнул замок — сначала один, потом второй. Как она разулась в прихожей, как прошла на кухню, звякнула чем-то. Я лежал на кровати, глядя в потолок, и прокручивал в голове утренние события.

Тетрадь. Записи. Странные заумные словечки. Она психолог, она ведёт записи о пациентах, обо мне, потому что помогает. Что здесь такого? У всех врачей есть записи.

— Макс! — позвала Лиза из коридора. — Я кое-что принесла!

Я быстро встал, поправил футболку, вышел из комнаты.

Лиза стояла в прихожей с пакетом в руках. Улыбалась. Той самой тёплой, домашней улыбкой, от которой у него внутри что-то оттаивало.

— Твой телефон, — сказала она, протягивая пакет. — Забрала из мастерской. Сказали, что смогли разблокировать, но пришлось сбрасывать настройки. Там ничего не сохранилось, извини.

— А пароль? — спросил я, расстроившись.

— Сбросили. Теперь можно поставить новый. — Лиза пожала плечами. — Они сказали, это единственный способ. Все данные стёрты. Контакты, сообщения, фото — ничего не осталось.

Я почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Там, в груди, будто лопнула тонкая ниточка, которая ещё держала меня.

Всё стёрто? Последняя нить, связывающая с прошлым, только что оборвалась. Навсегда.

— Но там же могло быть что-то важное... — начал я. Голос дрогнул.

— Они сказали, это единственный способ разблокировать. — Лиза коснулась его плеча. Пальцы тёплые, успокаивающие. — Прости. Но теперь у тебя есть рабочий телефон. Можешь завести новый номер, новые контакты. Начать с чистого листа.

Она говорила мягко, убаюкивающе. Как с ребёнком.

Я кивнул. Что ещё оставалось? Плакать? Кричать? Хотелось, если честно.

Глава 10. Шрам. Порез.

В ту ночь Косте все же удалось уснуть у себя дома и он спал так крепко, что едва не пропустил звонок. Костя кое-как разлепил глаза, выругался шёпотом. Сфокусировал зрение на маленький зелёный дисплей, чтобы понять кто его беспокоит в два часа гребаной ночи. Номер определился как “отдел 118.”

— Дежурный, если у тебя нет особой причины на то, разбудить меня ночью, я приеду и задушу тебя, понял?

— Товарищ капитан, тут это…какой то мужик пришел и говорит, что знает что-то важное, но будет разговаривать только с вами. Что-то про…

— Ну пусть ждёт до утра тогда. Че рехнулись там? У тебя все?

— Этот мужик говорит, что знает что-то про последние убийства.

Костя бросил в трубку “Сейчас буду” и спустя пять минут закрывал за собой входную дверь.

Спустя полчаса Костя уже был в отделении полиции. Поздоровался с ночной сменой, перекинулся с ними парой слов, потом спросил, где тот мужик, который припёрся посреди ночи. Оказалось, мужчина все это время ждал у Костиного кабинета.

Следователь быстро вскочил по ступенькам на второй этаж, и в конце коридора увидел сидящего человека. Выглядел он жутковато. Тот тоже увидел Костю, не проронив ни единой эмоции при этом. Следователь подошёл ближе и удалось разглядеть ожог на пол лица. Жуткий какой-то, подумал Костя.

— Доброй ночи, я капитан Шелин. Вы меня искали? У вас есть, что сказать?

— Да. Я знаю вас, капитан — пробасил мужчина. На вид ему лет тридцать, стриженный налысо, широкоплечий.

— А я вас не знаю, пройдемте в кабинет.

Уже в кабинете Костя продолжил:

— Так что вам известно? — Костя всегда начинал закипать от неопределенности и недосказанности. И тут был особый случай.

— А вам не интересно, откуда я вас знаю? — мужчина уселся на стул, устроившись поудобней.

— Если честно, нет. Вы сказали…

— А я вас видел на местах преступлений.

Костя поднял брови кверху, вышло это непроизвольно. Долго молчал, переваривая услышанное. Он пытался понять, о чем говорит этот странный тип. Следователь выжидающе посмотрел на собеседника, но ничего не ответил. Молчание вызывает острое желание продолжать говорить.

— Да да. На всех. Вы такой важный, ходите туда-сюда, что-то разнюхиваете. Много чего разнюхали, капитан?

— Если будешь продолжать общаться со мной в таком тоне, я тебе зубы выбью, и скажу, что это ты сам упал на угол стола, ты уяснил? — Костино терпение лопнуло. Кто этот хер такой, чтобы так разговаривать с полицейским.

— Ладно ладно. Я всего лишь хочу сказать, что это я убил их. Пол года назад. Переулок, нож, две мертвые девушки, вы же помните, а?

— С поличным сдаться пришел? — настороженно спросил Костя, судорожно обдумывая новую информацию. Сон моментально ушел.

— Не совсем. Покаяться пришел. Устал, груз этот волочить за собой. Смотри как меня бог покарал за убийство. — мужчина поднес руку к моему обожженному лицу. — Это бог сделал.

— Зачем ты их убил? — Костя пристально разглядывал человека, напротив которого сидел. Если он говорит правду,  то перед Костей убийца его жены.

— Не мог по другому. Девчонки такие притягательные. Они как бабочки, порхающие над цветком.

— Расскажи подробнее. Пока что я тебе не верю.

— О, капитан. Переубедить тебя легко. Достаточно того факта, что резал я ей глотку, смотря в глаза. Она была в таком прелестном светлом платье в горошек. И глаза ее зеленые я до сих пор не забыл. И родинку под левым глазом. Ее взгляд так изменился, когда в шею вошёл нож. Ей было так больно, мне стало ее так жалко, но ничего не мог с собой поделать. До нее была ещё одна, брюнетка, но она и рядом не стояла с этой красоткой.

Костя был готов вцепиться в ублюдка прямо сейчас. Он едва сдерживал себя, мысленно уже проламывая ему голову об стену. Этот сукин сын говорил правду. Правду про его жену.

— Хочешь убить меня, капитан? Хочешь ведь? Потому что  убийства  затягивают похлеще наркоты. Да ты итак, наверное, знаешь, приходилось убивать, не так ли? Но ты на меня всех собак то не весь, мои убийства это деваха одна - однокурсница, и женушка твоя - вторая. Остальных я не трогал. Но подозреваю, что это следующий.

Далее только Костино промедление привело к этим печальным последствиям. По крайней мере, примерно так потом написали в рапорте. Да и сам Костя понимал, что надо было действовать быстрее. Он уже вставал, чтобы задержать подозреваемого в убийствах мужчину, как тот достав из кармана лезвие, резко махнул им себе вдоль шеи. Кровь брызнула фонтаном. Костя заорал “все сюда, бегом”, в надежде, что кто нибудь из коллег услышит, а сам вцепился в шею мужчины, зажав рану и бормоча «Куда ты, сука, собрался, так быстро? Ты должен мучаться, тварь!» Мужчина с силой вырвался из рук Кости, отбежал от него в угол комнаты и не давал подойти к себе, махая лезвием перед собой до самой отключки. Как только этот псих потерял сознание, Костя подбежал и своей футболкой перекрыл рану. Но что-то подсказывало - парень уже не жилец.

Продолжение следует…пишите в комментариях, ставьте плюсы, это очень мотивирует работать больше! Всем спасибо!