Книга 3. Глава 67
Маша – психопатка-воительница, вернувшаяся за мной сначала из Постапокалипсиса, а потом и с того света. Как так? Я же видел, как вертушку, где она летела, разнесло в клочья, после того как Гэндальф, ее брат, шмальнул из ПЗРК! А теперь она еще и с Вованом! Какого хрена тут происходит? Конечно, я рад, что у них такая идиллия, но ведь она говорила, что любит меня. Хнык-хнык… нет.
Девушка откинула с лица светлую прядь, и я увидел адский ожог, как будто она полежала лицом на раскаленной сковородке. И серия шрамов и рубцов по всей правой половине тела. Выходит, ей невероятно повезло. Шрамы после такого пиздеца - это фигня.
Хм… вот интересно, если я сейчас вылезу из укрытия, грохнет она меня или как раньше эпично оттрахает? Проверять это я, конечно, не буду. Или буду?
А Маша тем временем свалила из поля зрения. Где-то зашумела вода. Наверное, пошла мыться. Вдруг проснулась моя вечная паранойя и стала ныть, как подпиленный надфилем зуб: “Беги отсюда, гребаный придурок! Здесь нехуй ловить! Эти двое - самые неадекватные и кровавые убийцы из всех, что ты встречал на своем пути, Санек! Держись от них подальше! Подальше, блять!”
Но вместо того, чтобы валить из дома, пока Маша плещется в ванной, я в ускоренном темпе продолжил обследовать комнаты. Лишь бы не приехал десантура. Хотя он уже где-то едет. Маша ведь вызвала его. И почему-то возникло чувство, будто кто-то следит за мной. Если включился свет, значит заработали и камеры. Я повертел башкой. Нет, вроде, никаких камер. Это все паранойя.
Заветной оружейной комнаты не отыскалось и на втором этаже. Опять спальни, какие-то залы, уборные. Но есть лестница, ведущая на третий, полумансардный этаж с башенками и флигелями. Его я точно не успею обшарить. Надо бежать. Однако ноги сами понесли вверх по ступеням.
Третий этаж выглядел пустым и заброшенным, там не было мебели, техники, ковров. Только задернутые портьеры на окнах. Все с большим разочарованием я пошел по длинному коридору, заглядывая в пыльные помещения. Нахрен я сюда пришел? Лучше бы кайфовал в каком-нибудь баре в ожидания Спауна. Сука, он ведь достал мне тогда двадцать тысяч патронов! И для револьвера подыскал бы полюбасу.
Длинный коридор закончился стальной дверью, не похожей на обычные межкомнатные. С глазком. Светанув фонариком на табличку на двери, я прочитал: “СТОЯТЬ, НАХ!”
Неужели это оно? Оружейка! Стопудово! Повернул ручку. Как ни странно, она поддалась, и я пронырливым ниндзя прошмыгнул внутрь.
Мощная запашина чуть не сбила с ног. Смесь перегара, курева и прокисших портянок. Вот оно - настоящее логово Вована. На одной стене я увидел развешанные фотки в рамках. На одних стоят бойцы где-то в горах, на других держат на прицеле стоящих на коленях бородатых горцев или сидят на броне. Ниже надпись прямо на стене - "БРАТИШКИ". Понятно, похоже, это взвод Вована в Чечне. Его самого я с трудом узнал на одной из фотографий. Как и такого же молодого Сергеича, стоящего рядом.
На другой стене флаг ВДВ и надпись: НИКТО, КРОМЕ НАС!!! Еще здесь был продавленный, прожженный во многих местах, диван.Возле него потертая гитара. Напротив дивана стол, заваленный пустыми пузырями и чебонами, чуть дальше - вполне современный домашний кинотеатр. Ну а в углу я заметил то, от чего даже затих мой внутренний параноик. Здоровенный сейф!
Я подошел к нему и внимательно осмотрел. Заперто. По-любому, мои патроны там. И не утащить. Сейф с меня ростом. Весит, наверно, тонну. На двери штурвал и кодовый замок. Какой же пароль придумал Вован? Усмехнувшись, я набрал цифры, которые он писал на танкетке, сожженной во время боя с людьми полковника Уайта.
Внутри сейфа что-то защелкало, я приготовился бежать, если что. Но ничего страшного не произошло. Мои накачанные руки крутанули штурвальчик, и тяжелая дверь отошла в сторону.
Охренеть!
Часть полок и отделений забита пачками бабла - рубли, доллары, евро. Другая часть заставлена оружием - несколько калашей, РПГ-7, куча разных пистолетов и, конечно, коробок с патронами. Я принялся разгребать все это добро в поисках своих патронов и вскоре отыскал заветный мешок. За-йе-бись!
Не медля, я вытащил из кобуры револьвер и загнал в каждое гнездо барабана по толстому увесистому патрону. И настроение мое, как говорится, улучшилось. Часть патронов разместилась в подсумках и карманах, а сам мешок в рюкзак. А следом туда поехали пачки денег. Эх, жаль, все не влезет. С Вована не убудет, а мне пригодится для строительства Схрона.
Ну а теперь можно и съебывать! Я закрыл дверцу сейфа и выскочил из кабинета Вована, так же аккуратно заперев его.
Добравшись до лестницы, прислушался. Вроде все тихо. Только еле слышный плеск воды. На кураже в голову пришла шальная мысль. Ввалиться в ванную и сказать… нет, ничего не говорить. Просто взять и забрать Машу с собой. Нахрена ей этот контуженый ВДВшник, она же меня любит, а к нему относится хуже чем, к собаке.
“Это глупая затея, Санек, - сказала паранойя, когда я спустился на первый этаж. - Если ты это сделаешь, я умываю руки...”
Застыв посреди гостинной, я уставился на разбросанные Машины шмотки. Затем взял ее сумочку и раскрыл. Рядом заинтересованно чихнул собакен. Отыскав блокнот и ручку, я написал: “Привет, Маша! Жду тебя в Кандалакше. Я уже построил Схрон. Приезжай, вместе встретим БП. А Вована оставь в покое. Ты на него плохо влияешь. Целую.Твой Санек”.
Сдерживая смех, я сунул записку в ее сумочку. Надеюсь, так всем будет лучше. Маша будет искать меня на севере, когда я буду в Москве. А Вован избавится от головомойки. Ну, теперь точно по съебкам.
Внезапно бульдог подскочил ко мне, зубами впился в тапок и начал сдирать его с моего ботинка.
- Да на, держи, держи… как там тебя? Берет? Только Вован мог придумать такое погоняло собаке… - сказал я, скидывая тапки.
Бульдог, подхватив их, помчался в холл, радостно визжа на ходу сквозь зубы. Куда он, блин, побежал? Ужас догадки окатил меня с ног до головы ледяным душем.
Через оконное стекло я увидел, как во двор, словно вражеский танк на твою позицию, въезжает широкая морда “Тахо”.
***
Ринулся было к выходу на задний двор, но в этот момент стих шум воды в ванной. Скрипнула дверь. Блядство! Маша сейчас выйдет! Если побегу туда, то непременно с ней пересекусь. Поэтому я предпринял единственное, что оставалось на данный момент. А именно - взбежал по лестнице на второй этаж и затихарился за шторой. Аккуратно выглянув, увидел массивную фигуру Вована, тащившиго в обоих ручищах пакеты со жратвой. Или с бухлом.
Хлопнула входная дверь, и на весь дом раздался мощнейший рев десантуры:
- Ебать нахой, Берет! Ты че, ска, сделал с моими тапками, епта?! Фанеру к бою, нах!
Что-то дзинькнуло об пол, подтвердив мои догадки насчет бухла. Что-то шлепнуло, донесся собачий визг.
“Пиздец, Вова, как всегда в своем репертуаре”, - подумал я, сделав мысленный фейспалм.
- Куда пошел, бля? Стоять, нах! - продолжал орать десантура.
Неизвестно, чем бы это кончилось для милого песика, но тут вмешалась Маша:
- Что тут за вопли, пусик?
- Зырь, этот пидар ушастый шлепки мои изговнял, нах! Уебу, нахой! - проревел Вован.
Мне даже стало жаль бульдога, который пострадал или вот-вот пострадает из-за меня.
- Любимый, - в голосе Маши прорезалась сталь, - ты уже забыл, о чем мы договаривались?
- Ну это… ты чо, епт… - Вован сбавил тон.
- Ты забыл, о чем мы договаривались?!
- О чем?
- О том, что мы не будем материться в нашем доме!!!
- Тапки, грю, нах… уй…
- И не смей трогать песика!
“Нифига се, она его строит, - поразился я. - Хорошо, что мы не стали жить вместе”.
- Да ладно, Махан…
- Не называй меня так! - огрызнулась Маша.
- Ну, прости, Машуленька… - пробасил Вован.
Послышался шелест пакетов.
- Так, я не поняла… ты опять бухать собрался?!
- Ну, малыш, я чисто расслабиться взял, на…
- Расслабиться?! Литр водки?! И… раз, два… восемь бутылок пива?!
- А ху… а че такого-то? День пизд… напряженный был, еб… охереть - не встать. Я ж продуктов прикупил, ща поляну организуем, еп…
- Продуктов? Где продукты? Одна колбаса, мясо и перловка! А где йогурты? Где фрукты? Ты опять их не купил что ли?
Мне надоело слушать эти беспонтовые разборки. Капец, сладкая парочка. Я решил выбраться через окно на задний двор. Затем в темпе - ведь камеры и датчики уже включены - перемахнуть забор и тикать с городу. Выйдя из-за шторы начал на цыпочках пробираться на другую сторону дома.
- Ну, Машулечка, ну ты чо… - протянул снизу Вован, - ща, бля… блин, заеб… захуяч… пожарю шашлык, во!
- О, господи! Ты ничего другого не можешь приготовить?! - прокричала Маша.
- Ты че такая злая, ебт? Мож это… в спальню пойдем, хуль?
- Ага, щас! Руки! Убрал руки, я сказала! Иди, бухай, животное! Спивайся, деградируй! Давай! Вот Саша был не такой, он следил за собой и спортом занимался!
Я одобрительно покивал, уже подобравшись к окнам, выходящим на задний двор. Здесь даже балкон есть - вообще ништяк. Начал открывать створку, и тут раздался дьявольский рев, от которого зазвенели стекла, а следом кабаний топот десантуры.
Под балконом, где я резко притаился, хлопнула дверь. Тяжелое сопение, брякнула стеклотара. Пшикнула крышка, забулькал пенный напиток, проваливаясь в широкую Вованову глотку.
Включились лампы, заливая задний двор ярким светом. Блять… как же мне теперь выбираться? Ладно, подожду, когда десантура свалит в дом.
Я аккуратно высунулся из-за бортика балкона. Вован и не думает уходить. Он подошел к мангалу, снял пиджак и, оставшись в одной тельняшке, стал разжигать угли. Для этого десантура, херанув пару литров какой-то горючей жидкости, чиркнул зажигалкой. Яростный жар озарил его грозную рожу, чуть не подпалив берет.
По ходу, это надолго. Скрипнув зубами, я приготовился ждать. Вован взял прямо голой рукой красный от жара уголь и прикурил от него сигарету. Затем начал деловито насаживать мясо на шампура.
Когда запах подрумянивающихся кусков достиг моих суровых ноздрей, желудок предательски, протяжно зарычал. Десантник тут же вскинул башню и поводил по сторонам нахмуренным жалом. Я скрючился в углу балкона, призывая всю силу воли, чтобы подавить голодные позывы.
- Ебаный Берет, ска! Ты что ль тута шкеришься, питон траншейный? - рыкнул он в сторону дома. - Иди сюда, нах, погутарим, бга-га-га!
***
Спустя полчаса я начал подмерзать. Вован так и не ушел. Приготовив шашлык, он расположился на веранде и принялся жрать. И бухать, опрокидывая каждые пять минут по стакану, смачно ухая и чавкая.
Обычный человек давно бы уже свалился, но Вован был не таков. Расправившись с водкой, он взялся за пиво. Вскоре появился Берет. С виноватым нюхальником он приблизился к десантуре, а тот, подобрев, стал кидать ему куски шашлыка и давать лакнуть пива прямо из горла. Пес только радостно хрюкал.
Внезапно заиграла песня: “Расплескалась синева, расплескалась!..”
Вован, сдвинув брови, убрал с колен бульдога, засунул руку в карман штанов и достал телефон. Видать, его пальцы были в жире, потому что он держал их в растопырку. Краем мизинца ВДВшник включил громкую связь и положил мобилу на стол перед собою.
- Здарова, Серый. Где, чо, как, ннах? - произнес десантура, давая бульдогу облизать пальцы..
- Вова, чо с голосом? - узнал я речь Сергеича. - Никак опять керогазишь?
- Да так, расслабляюсь, нах… Машка-сука, забывает, нахуй! - прохрипел Вован, понизив голос.
- А я тебе говорил, что так будет, Володя. Нехуй было подкатывать к ней свои седые мудя. Мы теперь с Пахомычем работаем, а этот старый хрен, сука, не доверяет честному десантному слову, поэтому и прислал к нам эту пигалицу, внучку свою.
- Да знаю, нах... - вздохнул Вован.
- Так хули ты плачешь, как телка, братан?
- Понимаешь, братка, я же к ней со всей душой! Как королева со мной живет, нахой. Тачку ей подогнал, шмотки-брюлики, хуе-мое, блять!
- Ох, еблан ты, Вова... - вздохнул теперь Сергеич в трубке.
- Седня, ебта, прибить ее, блять, хотел, нахуй.
- А вот это отставить, Вова. Машку пока не трогаем. Ни один волос с ее башки упасть не должен. Еще пару сделок и Пахомыч нам будет не нужен.
- А Махан? - спросил десантура, наклонившись к телефону.
- В расход, - жестко ответил Сергеич.
- Ебать! Ты че, нах! У нас любовь, ебать тя в сраку, нах! - возопил Вован.
“Вот же пидарас, этот Сергеич, - подумал я, - может стоит предупредить Машу? Она ведь спасала меня много раз от тех же чурок, из СИЗО вытащила. Да и по ходу, секса у них не было. Может попытаться восстановить отношения? С бабками ее семьи я точно построю новый Схрон, а дальше - ну как пойдет...”
Сергеич надолго расхохотался, а отсмеявшись, сказал:
- Не кипешуй, Вова. Я же пошутил. Если сумеешь совладать с этой мартышкой - флаг тебе в руки. Когда Пахома сковырнем, хочу чтоб ты в Кандалакше сидел, тогда мы будем держать весь северный транзит. Сечешь, какие расклады нарисовываются, герой-любовник хуев, блять?
- Э… ладно, ептать, братка. Извиняй, погорячился я малость, нах, - пробухтел Вован.
- То-то же. Я тебе, кстати, вот по какому поводу звоню…
- Ну?
- Ты нормально щас соображаешь? Еще не в коме?
- Как стекло, нах!
- Помнишь барыгу, которого вы со своим чокнутым приятелем упустили?
- Это жирдяя лысого с Москвы? Канеш, епта! Нихуя мне Санек не приятель, нах! Ушатал меня конкретно тогда, ска. Он в натуре ебанутый, отвечаю, Серый. Затирал мне опять про ядерную войну, что он из будущего…
- Короче, Вова, - перебил Сергеич, - инфа пришла, что наш приятель Дима-травник нихуя не осознал полученный урок. Едет сюда, в Питер.
Мои стальные яйца, кажется, стукнулись друг о друга в этот момент. Блять, он же про Спауна говорит!
- Пускай едет. Встретим, хуле, нах, - хохотнув, пророкотал Вован.
- Барыга будет в городе утром, - Сергеич назвал наше место встречи. - И есть нихуевое подозрение, что встречается он… угадай с трех раз с кем?
- С Саньком, нах! - Вован аж подпрыгнул, опрокинув стул.
- Бинго, блядь, - усмехнулся Сергеич.
- Ты ж, вродь, грил, братка, что гэбэшники Санька взяли, нах?
- Брали, да не взяли. Теперь это твоя задача. Не нравится мне, что спецура интересуется этим парнишкой. Похоже, его бредни насчет Апокалипсиса не такие уж и бредни, Вова.
- Да ну нах!
- Короче, жирную падаль - в расход. А Санька ко мне доставь, потолковать с ним хочу. Только сильно не прессуй.
- А че так? Он же у тя бабки увел.
- Хер с ними, с бабками, Вова. Я к тебе отправлю двух ребятишек для усиления.
- Нахуя? Сам справлюсь, епта.
- Никаких “сам справлюсь”. Дело серьезное. Слушай дальше и запоминай - у нас есть номер телефона Санька. Святоша скоро привезет к тебе специалиста, тот шарит в теме связи. Так что сможете вычислить местоположение Санька. Берите его сразу, не дожидаясь утра.
- Понял, нах.
- И вот еще. Того спеца тоже надо бы убрать. Естественно, после того как он сделает свое дело.
- А че так?
- Он из ФСБ, а эти суки сами хотят его взять. Да только подождут.
- А че они тогда Санька не примут, раз номер знают?
- В том-то и дело, что не знают. Вся инфа пришла по моим каналам. Так что заканчивай свои гульки, Вова, и готовься. И запиши телефон Санька.
- Погодь, погодь, Серый… ща за ручкой сгоняю! А не, пох, диктуй, нах! Запоминаю.
- Лучше скину эсэмэской, - произнес Сергеич. - Отбой.
Сказать, что я охренел с этого разговора, значит ничего не сказать. Вовремя я заглянул к Вовчику. Так, надо предупредить Спауна. Но как? В первую очередь избавлюсь от мобилы с сим-картой. Потом куплю новую и позвоню. И тоже выкину. Пиздец. Вот упыри, хотят поймать Санька!
Чего же он не уходит в дом? Ему же сказали готовиться. Сейчас я готов даже бросить рюкзак и рвать когти до ближайшего канализационного люка. Тишину разорвала автоматная очередь. Это пришла смс-ка на телефон Вована. Десантник поднялся и, задумчиво глядя на экран, закурил. Затем что-то потыкал и поднес к уху.
“Хм, кому это он опять звонит?” - успел подумать я.
А через пару секунд мой телефон, лежащий на самом дне рюкзака, разразился оглушительными вибрациями.
Продолжение следует...