Графоман попадает в рай. Часть 2
Долгое время графоман Люцифер бродил по раю, пытаясь найти своё место в новых условиях. К сожалению, все, кому он пытался читать стихи или прозу, почему-то долго не выдерживали и, вежливо извиняясь, старались умыкнуть по внезапно появившимся делам.
«О! Вот этим сейчас почитать попробую!» – подумал графоман, увидев среди зелени и цветов пару.
Молодые мужчина и женщина со светящимися от счастья лицами шли неспешной походкой и наслаждались пением птиц.
– Мой новый стих! – громко крикнул Люцифер, подойдя к паре. Мужчина и женщина остановились, переглянулись и замерли в ожидании. – Я иду по улице словно чумачечи…
Птицы в радиусе слышимости графомана замолкли. Одна цветастая пичуга, которой не повезло оказаться ближе всех к источнику звука, упала с дерева без чувств. Женщина побледнела, ноги её подкосились, но мужчина вовремя подхватил подругу под локоток и помог сохранить равновесие.
– От солнца чтоб не жмуриться, я натяну очечи, – продолжил графоман.
Женщина упала на колени и её вырвало.
– Прошу, пожалуйста, не надо больше, – взмолился мужчина.
«Очередные придурки», – сделал вывод графоман.
Как в этом месте можно заниматься искусством с такими неблагодарными слушателями – он не понимал.
– А как здесь сатану можно вызвать? – поинтересовался Люцифер у мужчины – может, хоть какая-то польза от них будет.
Женщину вырвало ещё раз, и она потеряла сознание. Мужчина, услышав вопрос, побледнел, схватился за грудь и согнулся пополам. Гримаса на его лице показывала, какую тот испытывает боль.
– Да ну вас, – махнул рукой графоман в сторону странной парочки и пошел дальше.
Вдруг из куста высунулась голова змеи.
– Ай, – айкнул графоман и отшатнулся.
– Тихо ты, не шуми, – сказала змея, – это же я – дьявол.
– Сатанинушка! – тихонько возликовал графоман Люцифер. – Откуда ты здесь?!
– Да они там дырку в заборе ещё со времён Адама и Евы не заделали, вот и ползаю иногда по делам особо важным.
– Как же ты допустил, чтобы я сюда попал, – с нотой обиды в голосе пожурил графоман владыку ада.
– Да на деда твоего отвлёкся с его ухой и за бабкой не уследил.
– Ты поможешь мне? – с надеждой спросил графоман.
– Конечно, а иначе зачем я здесь?! Короче, слушай меня внимательно: ты должен найти ГПУ, то есть Главное Поэтическое Управление. Раз в сто лет там проходит день открытых дверей, когда любой, вообще любой имеет право выйти и почитать свои стихи. Сам Господь оценивает выступающих. Сегодня как раз этот день! Найди ГПУ и прочти им своё лучшее, если впечатлишь Господа, может быть, он выполнит твою просьбу и отпустит из рая. Ты всё понял?
– Да, спасибо, я постараюсь.
– Тогда пока, мне пора проверить, как там лицами критиков пол в аду мостят, – змей пропал в кустах.
Графоман не без труда, но нашел ГПУ. Огромный белоснежный храм с золотыми куполами, стоящий посреди зелёного луга, вызывал уважение и благоговейный трепет. Из храма доносился ангельский голос, с придыханием читающий стих.
Графоман подошел к храму и вошел внутрь. Внутри оказалось гораздо больше места, чем он мог представить, глядя на ГПУ снаружи. Внутренняя стена храма представляла собой соты, в каждой ячейке которых, как в отдельной ложе, сидел слушатель.
Центральная площадка размером с два футбольных поля имела в центре золотой круг диаметром несколько метров, в котором и стояла читающая стих фигурка человека. Звук, усиленный неведомой силой, долетал до каждого закоулка ГПУ и даже прорывался наружу, хотя читающий говорил почти шёпотом. Фигурка читала стих, стоя лицом к огромному серебристому трону, на котором восседал огромных размеров старик с белой бородой.
Последние звуки стиха утонули в гробовой тишине. Храм взорвался бурными аплодисментами. Фигурка поклонилась в сторону трона Господня.
– Неплохо, неплохо, Гомер, – раздался голос гигантского старика, – с каждым тысячелетием ты становишься только лучше.
Фигурка раскланялась и ушла с золотой сцены.
– Итак, кто следующий? – спросил Господь.
«Если не хочу остаться с этими занудами ещё на сто лет, то надо действовать», – решительно подумал графоман, поднял руку вверх, затряс ею, побежал вперед и закричал:
– Можно я, можно я!
Графоман почувствовал на себе десятки тысяч взглядов.
– Ну что ж, если так хочешь, давай, – разрешил Господь.
Люцифер прошел в центр золотого круга и громко прочистил горло. Отвратительные гортанные хлюпающе-чавкающие звуки как звуки грома наполнили храм. Слушатели поморщились от отвращения. У некоторых из ушей пошла кровь.
– Ой, простите, я не думал, что так громко получится, – снова прогремело на полрая.
«Так, сатана сказал, надо лучшее выдать, только тогда домой отпустят, – подумал графоман, – ну что ж, можно и лучшее».
– Баллада о еже. Часть первая, действие первое, сцена первая. Ежик по травке бежит и хохочет. Ежику травка пипиську щекочет, – начал декламировать графоман своё лучшее произведение.
Послышались приглушенные вскрики. Графоман видел, как пара слушателей упала в обморок.
«Ага! Нравится! – возликовал графоман. – А то ли ещё будет!» – подумал он и продолжил с ещё большим усердием:
– Кончилась травка, гравий пошел. Ежик домой без пиписьки пришел.
– Господь Всемогущий, Пресвятая Богородица, ну сделайте же что-нибудь! – послышались мольбы со стен ГПУ.
С одной из сот прямо к трону спланировал на огромных белых крыльях крепкий мужчина.
– Господи, во всем величии Твоём разве Ты не видишь, что ему здесь не место?!
– Не суди да не судим будешь, – ответил Господь ангелу.
– Милости твоей нет границ, но разреши, я докажу, что этот человек недостоин ГПУ?
– Слышь, любезный, мне разрешили читать – я и читаю, жди своей очереди, – попытался встрять в разговор графоман.
– Тихо всем!.. Говори, Гавриил…
– Господь, как может находиться в раю человек, который врёт всем и самому себе?
Графоман хотел было возразить, но не смог, голос пропал по неизвестной причине.
– И в чём же он врёт? – уточнил Господь.
– Но как же, он ходит и всем говорит, что он гений и что его стихи самые лучшие.
Бог повернулся к графоману и спросил:
– Ты действительно считаешь себя гением и считаешь, что твои стихи – это лучшее из созданного людьми?
Графоману стало немного неловко. Как сам Господь Бог может спрашивать такие глупости?
– Конечно, – ответил Люцифер вновь появившимся голосом.
Бог внимательно вгляделся в глаза графомана.
– Он не врёт, Гавриил. Я вижу, что он верит в это всем сердцем и душой.
Гавриил не нашелся, что ответить, и молча улетел обратно в свою соту.
– Ладно, я исполню твоё заветное желание, – сказал Господь, глядя на графомана, – тебе же не нравится в раю и ты хочешь на Землю, так?
– Да, – подтвердил Люцифер и широко улыбнулся.
– Так и быть, отправляйся назад и докажи, что ты недостоин находиться в раю.
– Спасибо, – только и успел сказать графоман.
Бог хлопнул в ладоши.
Графоман Люцифер очнулся в кресле у себя дома. Теперь он ощущал себя не обыкновенным профессиональным писателем; он понял, что поразил самого Господа Бога своим творчеством, раз Тот исполнил его желание. В воздухе сильно пахло апельсинами.
Графоман кинулся к компьютеру, необходимо было срочно написать на эту тему рассказ!