Город на семи холмах
Новочеркасск встречает меня ветром. Не просто так - многие говорят, что здесь никогда не стихает ветер. Но это не тот назойливый, лезущий за шиворот ветер, от которого хочется поскорее спрятаться. Здесь он какой-то особенный, степной - пахнет полынью и чем-то очень далёким, почти забытым.
Я стою на Платовском проспекте. Прямо передо мной - широкая четырёхполосная дорога, а посередине, отделённая от машин, цветёт аллея, по которой можно идти, не оглядываясь, и представлять себя кем-то из прошлого. Говорят, когда-то здесь проходили казачьи парады. Я зажмуриваюсь - и на миг кажется, что слышу топот копыт и далёкий крик: «Любо!»
Город этот - идея одного человека. Матвей Иванович Платов, вихрь-атаман, герой войны с Наполеоном, однажды посмотрел на старую столицу казачества - Черкасск, который каждую весну тонул в водах разливающегося Дона, и сказал: «Хватит». В 1804 году император Александр I утвердил план Платова, и на высоком берегу, вдали от разливов, начали строить новую столицу донского казачества.
Первый камень заложили 18 мая 1805 года. В день праздника Вознесения Господня. Отсюда и главный храм города - Вознесенский войсковой всеказачий собор, тот самый, что стоит в центре главной площади и виден, кажется, из любой точки.
Площадь Ермака - это не просто место на карте. Это сердце. Именно здесь, как лучи из центра, расходятся Ермаковский и Платовский проспекты и крутой Красный спуск. Собор здесь - третий по величине в России. А по соседству - памятник Ермаку, покорителю Сибири, который смотрит с 15-метровой высоты куда-то вдаль, поверх крыш. И атаман Платов - уже на коне, уже в движении.
Я иду по городу, и каждый дом здесь - с историей. «Старая часть Новочеркасска, - пишут краеведы, - с архитектурой XIX века, выполненной в стилях эклектики, модерна, неоклассицизма, очень грамотно застроена и красива». Двухэтажные особняки, принадлежавшие когда-то дворянской и казачьей аристократии, богатым купцам и чиновникам, сохранились до сих пор. Они стоят, облупленные и величественные, и кажется, что если прислушаться, можно услышать шелест кринолинов и звон шпор на тротуаре.
Но город живёт не только прошлым. Это мощный центр образования. В 1907 году здесь открылся Донской политехнический институт - первое высшее учебное заведение на юге России. До этого здесь уже работали атаманское техническое училище, духовная и учительская семинарии, юнкерское казачье училище и кадетский корпус. Улицы полны студентов, и этот молодой гул смешивается со степным ветром, создавая удивительную, ни с чем не сравнимую атмосферу.
А ещё - и это, пожалуй, поразило меня больше всего - здесь есть здание бывшей почтово-ямской станции, простое и неприметное. Но внутри... Оказывается, именно здесь останавливались Пушкин, Лермонтов и Грибоедов, когда следовали на Кавказ. Можно представить: усталый Александр Сергеевич, только что из Одессы, выходит из экипажа, отряхивает дорожную пыль и входит в этот дом. И в окно - тот же ветер, что дует сейчас.
Или вот Дом архитектора Сальникова - образец модерна с асимметричным фасадом, парадным входом в ризалите и балконом с декоративной решёткой. Потом он стал Домом учёных, где выступали пианист Лев Оборин и скрипач Давид Ойстрах.
Новочеркасск - это, конечно, не только архитектура. Это особая аура. Кажется, здесь каждый камень помнит казачью удаль, а каждый переулок - чью-то трагическую судьбу. «По-казачьи туго - под самые каменистые кручи - опоясан Новочеркасск голубой лампасиной Тузлова и Аксая, - читаю я в одной из книг. - На высоком холме стоит город-памятник, город-красавец... вознесенный к небу соборными куполами».
Я стою на самом высоком месте, у собора, и смотрю на город. Внизу - крыши, уходящие к надпойменной долине, а за ними - степь, бескрайняя, как само время.
И кажется, что здесь, на этих семи холмах (поговаривают, что Новочеркасск, как и Рим, стоит на семи холмах), время течёт иначе. Не спешит. Дышит.
Вот такой он, Новочеркасск. Не проспектов ради, а истории для.
